Пожизненное заключение

Два «Новая школа, новая любовь» Придя домой, я с начала конечно-же пошел поужинать, дабы никто меня не отвлекал от прочтения. Я ни на секунду не засомневался, стоит ли мне прочесть написанное там, такое желанное Иркой, и чувствовал себя немного плохо из-за этого, ведь я не хотел быть плохим человеком, но моё любопытство....оно было выше всего, наверное это каждый поймёт. Я хотел стать частью того, что хоть как-то касалось Нагима, не знаю, как это объяснить. Тогда ведь я не знал, что мы когда-то ещё с ним увидимся и мне казалось, что уплыл паром, билет на который я выбивал пол жизни. Это чувствовалось так, словно я касался его обнажённой души, и время за столом тянулось так медленно а челюсти наоборот – подпрыгивали так быстро, что, в конце концов, с наполненным пюрешкой ртом я улетел к себе в комнату и уселся перед тумбочкой. На тетрадке была нарисована Пинки Пай из того мультика про пони, она была потертой и немного испачканной чем-то липким возле места, где писалось о владельце тетрадки. Ею оказалась Евгения Жмурик, и я не имел понятия, кем была та девочка, что из себя представляла и какую роль играла в жизни Нагима, так что надеялся узнать об этом из записей. Пятница, тринадцатое августа 201Х года. Я увидела его входа в парк Ломоносова. Он стоял с друзьями, Витя обстрелял его из водного пистолета, от чего майка у Нагима прилипла к груди и я видела, как просвечиваются сквозь неё его соски. Сразу возле них продавали мороженное, и я сразу приняла это за возможность хотя бы постоять рядом с ним, поразглядывать поближе. И не пожалела, не смотря на то, что мама после этого сильно ругалась за то, что я не купила ей сигареты. Я хочу записывать сюда каждую деталь его лица и тела, чтобы, если мы все-таки уедем жить в Винницу, я никогда не забывала, как он выглядит. Сегодня Нагим был одет в белую футболку-безрукавку, черные шортики, а обут был вроде-бы в красные кроссовки. Хочу, мечтаю о том, чтобы увидеть его глаза всего в пару сантиметрах от моих, чтобы увидеть, есть ли у него возле зрачков медовые капельки, или же радужка в сплошную карая, с отходящими от зрачка отрезками. Но мне кажется, что всё-таки с медовыми капельками, ведь взгляд у него такой сияющий, тёплый и сладкий, я бы смотрела в его глаза вечно. А эти ресницы! Боже, только и представляю, как они щекочут мой живот, когда он покрывал бы его поцелуями, да я бы сошла с ума наверно от одного только прикосновения этих губ, пофиг в какое место, они наверняка такие сахарные, ванильные и самые вкусные на свете. Всегда удивлялась, что у парня могут быть такие нежные, пухлые и женственные губы. В летних лучах солнца его кожа такая гладкая, вообще летние цвета на нём сидят лучше всех, наверняка у него в роду были испанцы. Интересно, большой ли у него член.... Тут я немного выпал. Романтика разбилась об эротические скалы слишком резко, и мне понадобилось несколько секунд, чтобы охладить разум и вернуться к прочтению. Ну, рост у него приличный, между своими дружками он самый высокий, нос тонкий, но длинный, брови широкие и густые, размер ноги где-то между 43 и 44, не могу сказать точно, значит и пенис должен быть не маленький. Но даже если маленький, мне это не важно, наверное. Я буду любить его любым! У меня ведь тоже грудь не большая, нужно идти на компромисс.... Я опять отвлёкся и посмотрел, на каком году в музыкалке была Женя. Оказалось, на втором. И если учитывать, что начинать в ней обучение можно было с одиннадцати лет, то сейчас ей, в самых лучших прогнозах тринадцать. Последующие записи были подобного характера. Мимолетные случайные встречи с Нагимом и их детальное описывание вперемешку с обычными и не особо фантазиями, в преимуществе сексуального плана. Некоторые рядки смешили меня так, что приходилось прикрывать рот дабы не разбудить родню, к примеру «если и делать ему минет, то только в кровати, на колени вставать я не буду ни перед одним парнем, даже если это Нагим» или «если бы он изменил мне в браке, то я простила бы ему это только за вытатуированное Женечка на его запястье» и так далее. Несмотря на то, что содержимое тетрадки было в большинстве только развлекательного характера, я узнал о Нагиме несколько фактов, которые Женя разузнала от близких ему друзей или была им свидетелем. И выглядели они приблизительно так: 1. Нагим был самым красивым мальчиком в девятой школе (этому факту я радовался весь оставшийся день) 2. Нагим ходил в шестой класс(а этому и всю последующую неделю) 3. У Нагима было очень много друзей не только в, но и вне школы 4. Общению с большим кругом людей способствовали не только его лидерские качества и приятельский характер, но и волейбол, в котором он преуспевал и ездил на областные соревнования. 5. У Нагима не было отношений, которые бы длились больше двух недель 6. Нагим очень брезглив и ненавидит, когда рядом с ним сморкаются (мне это, кстати, тоже не особо нравиться) 7. Нагим коллекционирует духи и любит играть в World of Tanks. 8. Нагим очень опрятен и чистоплотен, уделяет своей внешности и одежде много внимания и требует это и от противоположного пола, а именно объекта, который могол бы его заинтересовать. 9. Нагим живет на улице Революционеров 24 в третьей квартире на первом этаже. 10. У Нагима есть кот Сырник которого он очень сильно любит. 11. Нагим любит рукоделие и вообще руки у него золотые, и помимо того, что представляла Женя, а именно как умело эти руки могли «сыграть на моей гитаре», у него получался любой проект, за который он брался, так что по труду у него стоял наилучший бал. 12. Наилучший бал у Нагима был не только по труду, но по рисованию, и одну из его работ, которые висели возле кабинета педагога-организатора, Женя сорвала и хранила дома в банке из-под чипсов. 13. У Нагима была аллергия на тополиный пух, поэтому из середины мая он в школе не появлялся и пропадал до конца июня. 14. Любимые исполнители у Нагима были Calvin Harris и Макс Корж(что меня не очень порадовало, уж простите) Это было все, что мне удалось накопать, и даже не познакомившись с Нагимом, я уже знал о нем достаточно много, чтобы попытаться набиться ему в друзья. Конечно, в рукоделии, рисовании и спорте я мало преуспевал, но зато я люблю кошек и у меня тоже есть аллергия! Только иная, конечно, на амброзию, но разве это важно? Главное искать совместные качества и интересы, сопоставлять их и выводить его на разговоры, а там уже глядишь и свадьба не за горами. Нет, я не скажу, что уже тогда я влюбился в него по уши. Но я помню, что не мог выкинуть его из головы, и даже если я не особо задумывался о Нагиме как персонаже в моей романтической жизни, то точно представлял в обычной, её важной частью. Внутренний трепет, вот как я могу описать то состояние, неведомая мне заряженная частица поселилась внутри моей груди и вздымалась, кружилась каждый раз, когда я думал о нём. Х*Х*Х*Х*Х*Х*Х*Х*Х*Х*Х*Х*Х*Х*Х*Х*Х*Х*Х**Х*Х*Х*Х*Х*Х*Х*Х Я пиздец как волновался(другими словами не описать). Целое утро носился по комнате, сто раз проверил рюкзак, все ли я взял, в третий раз расчесал волосы и дважды вымыл зубы. Мама тоже волновалась, хоть старалась и не показывать этого. Она встала с утра пораньше и приготовила мне судочек с блинчиками, хотя до этого она никогда не делала мне обеды в школу. Я подозревал, что этот бонус был доступен только на один день, и конечно, так оно и было. - Садишься на автобус, помнишь, как он выглядит? Я кивнул. - Ну и как? - Большой, старый, белый с синими полосками на боку и табличкой Чорнохвірт*. – ответил я, отпивая глоток горького ромашкового чая. - Хорошо. Садишься в автобус, проезжаешь четыре остановки и на пятой вылазишь, понял? - Понял. Мама объясняла мне план поездки уже в четвертый раз, так что с этим у меня проблем не должно возникнуть. Да и там будет Мила, с ней я точно не пропаду. Автобусная остановка, если участок криво выложенной брусчатки перед школьным забором можно было так назвать, находилась всего в трех минутах от моего дома (и это играло со мной злую шутку в будущем, ведь я всегда думал, мол, живу рядом, успею....ага, фиг там! Сколько раз видел перед собой хвост уезжающего автобуса и не сосчитаю). Я пришёл за десять минут до прибытия автобуса и стоял немного вдалеке ото всех, так как с местными ребятами я не особо общался и стеснялся с ними заговорить на пустом месте. Улица, на которой я ждал автобус была длинной, и его было видно издалека, как только автобус выглядывал из поворота. Заплатив за проезд две гривны, я принялся искать среди сидящих, стоящих и вопящих Милу. Её можно было легко узнать по кудрявой, пышной шевелюре, и протиснувшись мимо ворковавших бабушек с ящиками груш, которые они везли продавать на базар, я остановился возле неё и легонько похлопал по плечу. - Привет. – поздоровался я. Мы давно с ней не виделись, точнее с августа, ведь на линейке первого звонка она не появилась – уже была в девятой. Мила повернулась ко мне и широко-широко улыбнулась, немного привставая, чтобы обняться. - Приве-е-е-ет! – протянула она, похлопав меня по спине. – Как самочувствие? - Боюсь, что меня может вырвать. – честно признался я, присаживаясь на освободившееся рядом с ней место. - Полностью понимаю и разделяю твои чувства. - Мил, ты ведь уже там почти две недели, каковы они? Хорошие или не очень? – сразу приступил к допросу я, надеясь получить положительные отзывы о новых одноклассниках. Мила заправила не послушную прядь за ухо и сжала губы. - Кто как, знаешь, есть хорошие ребята, Ангелина, к примеру, она сидит рядом со мной. Ещё Иван, он тоже новенький, но его все любят. - А тебя? Тебя все тоже любят? – спросил я, и не только потому, что переживал за подругу, но и потому, если бы Мила была любимкой в классе, то я, как её друг, автоматически был бы принят в свои круга. - Скорее всё держат нейтральную сторону. Я поддерживаю общение только с некоторыми, точнее с двумя девочками. - Так что ты приняла сторону тихони? Мне было странно слышать это. Мила в нашей старой школе была старостой в классе, любимицей учителей и подругой чуть ли не каждому ученику в школе. - Не то, чтобы мне эта позиция нравилась, но думаю, пока-что лучше не высовываться, знаешь, там есть ребята, считающие себя очень крутыми и важными для всемирного общества, и я и не планирую с ними конкурировать, потому что это самоубийство. Я откинулся на спинку сидения и уставился перед собой. Значит, там будут главари, те самые верхушки, которые, как правило, ущемляют новеньких. - А этот Ваня, его и вправду все любят? Даже те крутые? Мила кивнула. - Ещё бы! Он сразу начал с ними общаться, ходить в столовую, играть в волейбол и всё такое. Не знаю, как у него получилось, но... Дальше я не особо внимательно слушал, что говорила Мила. У меня загорелась надежда, что у меня, как и у Вани, есть шанс. Если он смог, то чем я хуже? Конечно, я ещё не видел его и не знаю всей ситуации, но...вдруг получиться, и я обрету настоящих друзей, вольюсь в компанию? - Ты потом покажи мне, кто есть кто. – сказал я, когда мы выходили на пятой остановке. Автобус и правда останавливался сразу возле школы, и она оказалась в разы больше той, в которую я ходил раньше. Два трехэтажные корпусы разместились друг напротив друга, а между ними располагался ещё один поменьше, с красной, вытянутой крышей и парадным крыльцом, выходящим в школьный двор. В центре находилась самая обычная клумба, огражденная цепями, а сбоку высочилась металлическими ограждениями спортивная площадка. Может для кого-то эта школа показалась бы самой обычной, и, по правде, такой она и была, но тогда она казалась мне чуть-ли не наилучшей и самой престижной во всей стране как минимум (какой наивный). Первым уроком должен был быть английский с классным руководителем, который перехватил нас с Милой в коридоре. - Доброе утро, Марина Михайловна. – поздоровался я, пока она отводила меня за локоть в сторону. - Доброе, Денис. Как ты? Как самочувствие? Я задал себя вопросом о том, неужели я и вправду так плохо выглядел? Я ведь так старался, так хотел быть на максимальной высоте, а в итоге лицо у меня наверняка было бледным и немного зеленым, будто вот-вот блевану. И если бы ещё кто-то задал мне этот вопрос, наверняка так бы и было. - Я в порядке. - Glad to hear that! Так держать. – женщина расплылась в неуклюжей улыбке и несколько раз хохотнула, подталкивая меня в спину. Я уже хотел войти в класс, но тут кое-что вспомнил. - Марина Михайловна, можно вас о кое чем попросить? – повернувшись к учительнице в пол оборота, спросил я. - Sure! – как же мне хотелось закатить глаза в тот момент! Вот он типичный учитель английского языка, который превращает каждый разговор в практику. - Можно, пожалуйста, вы не будете заставлять меня подниматься перед всем классом со всеми этими представлениями и рассказами о себе? Я был бы очень благодарен если бы вы вообще вели себя так, словно и не было никакого нового ученика. Марина Михайловна посмотрела на меня с неким недоумением, словно ей под дых дали кулачком, несколько раз моргнула, а затем, наконец-то неуверенно кивнула головой в знак согласия. - Thanks buddy. – сказал ей я, чуть не расхохотавшись, но вовремя прикусил язык и вошел в класс. Он был выкрашен в самый раздражительный цвет для моих глаз – ярко-оранжевый. Вообще я имел хорошее, но довольно чувствительное к раздражителям зрение и уже на пороге смирился с тем, что здесь меня будут мучать головные боли. Вообще, помещение было довольно опрятным, с новыми партами и стульями, хорошей, металлической доской, люстры не грозили упасть кому-то на голову, а книжные полки позади не стонали от каждого шага в другом конце класса. Теперь, приступим к внутри находящимся. Как только я прошел сквозь дверной проём, из коридора донесся шум звонка, и мне тут же в спину затолкались одноклассники. Я стоял возле доски и не знал, куда деться, и недолго размышляя, подошел к парте Милы, чтобы сделать хоть вид социализированного человека. Все садились по своим местам, болтали между собой и смеялись. Кто-то сонно снимал с себя ветровку, кто-то вытирал с доски надпись Четырнадцатое сентября, а кто-то просто залипал в телефоне. Вдруг я заметил Ирку, она разговаривала с высокой и худющей девочкой о Дневниках вампира, показывала нарезки видео из серий и каждый раз охала при появлении Стефана. Мне он тоже больше нравился, если что. Если Ирка была здесь, то это только подтверждало факт, что, скорее всего Нагим тоже учиться здесь, хоть он и вполне мог ходить в параллельный класс, в шестой А. - Денис, ты садись здесь, за вторую. – сказала Мария Михайловна, и я немного расстроился, ибо надеялся, что буду сидеть с Милой. – Карина всё равно сегодня не придет, а до завтра я придумаю, куда тебя деть. Good morning students, please, open your copybooks and write down todays date. Who would like to write it on a blackboard? Today is Tuesday, the fifteen of September.... И так начался мой первый урок в новой школе. Я старался не смотреть по сторонам, а только на доску, чтобы не ловить на себе любопытные и косые взгляды, я не рассматривал одноклассников, боялся глядеть им в лица, сунул голову в тетрадку и пытался писать все на слух, чтобы даже не поднимать её. В общем, Нагим явился. Он опоздал на восемь минут и резким рывком открыв дверь, показался нам всем во всей своей красоте, давайте я немного распишу о том, как он выглядел. С последнего раза, когда я его видел, он подстригся и уложил волосы, они вились плавными волнами ко лбу, на нём была чёрная джинсовая куртка, правый рукав которой был расстегнут и оттуда торчал белоснежный гипс. Не смотря на это Нагим улыбался во все тридцать два, и улыбаясь, он немного морщил носом, а глаза сужались и будто прятались за длинными ресницами, которыми так восторгалась Женечка. В принципе, я понимал, почему. - Извините за опоздание, можно я сяду? Марина Михайловна словно умерла и через мгновение вернулась к жизни, такой силы был её «АХ». - In English, please! - Сори...., - Нагим замялся, - пора бы уже выучить эту фразу, знаю, но она каждый раз вылетает у меня из головы. - I'm sorry for being...., - начала за него учительница. - Фор биинг...лайт? - ЛЕЙТ! - Айм сори фор биинг лейт, кен ай это? Ну, присесть. - You may sit. – сдалась Марина Михайловна и вернулась к прочтению упражнения. А теперь, прошу вас, не смейтесь и не закатывайте глаза, пожалуйста. Я знаю, что это будет самый ожидаемый сюжетный ход столетия, но блин, ведь так оно и было! Короче, сидел Нагим с Кариной, а кто сидел на месте Карины? Правильно, я. Клянусь, когда я понял, что он направляется именно к моей парте....если теория мульти вселенной правдива, то в какой-то параллельной вселенной я намочил штаны. Нагим приземлился рядом со мной, сразу повернулся к задней парте и протянул руку сидящему за ней парню. Они поздоровались, перекинулись несколькими фразами о той игре в танки, а затем Нагим откинулся на спинку стула и глубоко выдохнув, уставился на меня. Нет, я не мог сказать, что я видел это своими глазами, ибо они были прилеплены к тетрадке, но боковое зрение кричало «МАЛЫШКА ЗА ТОБОЙ СЛЕДЯТ!!!». Помню, что даже вспотел от волнения, от чего пришлось расстегнуть кофту вытереть пот со лба. - Я ведь тебя уже видел, верно? С начала я надеялся, что мне послышалось или Нагим вообще говорит с кем-то другим, но посмотрев на него я встретился с карими, всё-таки не всплошную, а с медовыми каплями, глазами. Не знаю, откуда у меня нашлись силы, наверное, в тот момент я истощил все запасы коммуникации, которые копил с начала осени, но я выпрямился в спине, максимально напрягся, чтобы выглядеть расслабленным (да, и так бывает) и улыбнувшись, ответил: - Да, в музыкальной школе. Ты туда тоже ходишь? Нагим подсунулся ближе ко мне, чтобы учительница не видела, что мы болтаем (или нет, не знаю, так мне показалось). - Да, пробую играть на гитаре. - Круто. – прокомментировал я, возвращаясь к тетради, быстро записал всё упущенное с доски и мысленно проклинал себя за то, что оказался таким «многословным». Нужно было задать ещё какой-то вопрос, как у него получается, какая у него гитара, график, что за учительница да хоть что-то! Но нет, я засунул язык в задницу и выбрал стратегию быть фриком. - Ты быстро пишешь. И почерк у тебя красивый. – через какое-то время сказал Нагим, от чего я дрогнул, молясь небесам и надеясь, что он не заметил этого. Я посмотрел на него, такого красивого, а главное спокойного и расслабленного и внутри что-то так сильно тюкнуло, засвербело, что я даже закашлял. Не знаю, был ли это намёк или нет, но я решил спросить его: - Хочешь помогу с конспектом? - Как ты мне поможешь, научишь писать левой? – с ухмылкой произнес парень, выгнув бровь. - Ну нет же. – заметался я, чтобы хоть как-то унять дрожь. – Я запишу тебе всё в тетрадку, если надо. Нагим издал смешок и подвинул тетрадь ко мне. - Не то, что мне это очень нужно, я с английским особо не парюсь, но если можешь, валяй. У него была такая красивая и аккуратная тетрадка, обычная черная, с глянцевой обложкой. Я посмотрел на свою с машинкой из формулы один и грустно выдохнул. Меня даже немного пугала идеальность его образа в таких малейших аспектах, как карандаш, к примеру, который выглядел так, будто Нагим забрал его из офиса президента. И где он только находил такие вещицы в нашей-то дыре? В прочем, не важно. До конца урока я выводил буквы у него в тетрадке, словно занимался японской каллиграфией, от чего у себя приходилось писать в экстра ускоренном режиме, поэтому в моей выходили какие-то кляксы, но мне было плевать. Достаточно было один раз посмотреть на него, только на секунду, украдкой, чтобы зарядиться энергией делать всё на свете, лишь бы Нагим был рядом, лишь бы чувствовать его каждой клеткой, каждым волоском и разрядом от случайных прикосновений. Знаете, наверное это и вправду была та самая любовь с первого взгляда, хоть тогда я этого и не осознавал.