Последствия

Я хочу умереть от великой любви (2017)

Последствия

2. Глубже, чем море

«..Это глубже, чем море

Это тяжелее, чем мои мысли

Это то, что манит сильнее всех запахов

От заржавелой канистры

Это пройдет через тысячелетия

      И сведет с ума

Захватит другие поколения

То, что скрывают её глаза..»

      В баре сегодня тихо, но не безлюдно. Матвей сидел в самом углу и ждал возвращения Ильи с уборной. Бедняга пролил на себя стопку коктейля. Соколовский махнул рукой и искал на сегодня жертву, кого можно развести на разговоры за лишней бутылкой чего-то покрепче. Он частенько практиковался в этом, когда был помладше и денег не было совсем. Сейчас они, конечно, появились, но не намного больше, чем было раньше. Всё равно привычки остались и не собирались уходить окончательно.       «Илья, возвращайся уже»       В баре тихо, но тесно. Все сидели по столикам и мило беседовали о чем-то повседневном и приземленном. Кто-то ходил туда-сюда, выдергивал официантов и хамил, а кто-то заливался дешевым виски. На миг Матвей прикрыл глаза, чтобы не видеть этого всего.       — Молодой человек, не подскажите, где тут можно помыть руки? – приятный женский голос раздался практически рядом.       — Налево поверните, а затем прямо.       «Что?»       Знакомый мужской голос заставил Соколовского открыть глаза и развернуться.       — Спасибо!       Девушка с рыжими кудрями отдалилась уверенной походкой и пошла прямо по тому же маршруту, как указал ей молодой человек. Тот лишь улыбнулся вслед и опять уткнулся в меню. Матвей протер глаза, чтобы убедиться в правдивости своих подозрений. Затем он, не думая, сорвался с места и подошёл к парню.       Он выдернул меню с рук и громко хлопнул им по столу. Расправив плечи, он громко сказал:       — Пошли выйдем.       — Я никуда не пойду.       Матвей усмехнулся и тут же ударил по столу, от чего молодой человек не встрепенулся, а спокойно продолжал сидеть на месте. Окружающие обратили внимания на них, разглядывая через толпу, что происходит в другом конце бара.       — Тогда здесь разберемся, – ответил Соколовский. – Или тебе нечего сказать? Зассал?       Матвей, не дождавшись ответа, вышел первый. Он не ждал. Он знал, что тот выйдет и начнется самое интересное.        — И что ты хотел?       Громкие шаги, уверенный тон голоса и он уже стоял рядом. Дверь бара со скрипом захлопнулась. Соколовский одобрительно кивнул головой и тут же ударил того, кого считал долгое время лучшим другом.       — Ты предатель. И это факты, – изрек, как приговор, Соколовский.       Андрей тронул ладонью место удара, усмехнувшись. Затем он сплюнул слюну на брусчатку.       — Пудель осмелился? – ответил тот. – Рано молочные зубы выпали?       — Заткнись, уебок!       Матвей толкнул Калинина несколько раз подряд. Он не отступал с места, как назло. Соколовский, психанув, взял бывшего друга за ткань футболки и притянул к себе.        — Ударь меня! – нервно дыша, крикнул Матвей. – Ударь! Я же знаю, что ты хочешь.       Калинин вырвался с рук Соколовского. Он отошёл подальше и, не ответив ничего, отправился обратно в бар. Матвей зашипел и налетел на Андрея сзади.       — Скажи уже что-нибудь!       Калинин сбросил его и торопливым движением ударил по лицу кулаком. Око за око. Не подрассчитав силы, Калинин сначала испугался, видя, как Матвея мотало по кругу из-за потери равновесия, но потом он заметил, что друг мягко приземлился и отвел взгляд.       Сам напросился. Вот и получил по заслугам.       — Ты же любитель односложных цитат, Соколовский. Как тебе такая? Ты когда заходишь в общественный туалет, ты же идешь в первую попавшуюся кабинку. Да еще и на самом входе. А как тебе вариант выбрать хоть раз закрытую дверь? И еще попробовать в нее постучаться? А еще лучше – попытаться выбить с ноги? Как тебе такое, а?        Матвей старался отдышаться и встать, но ноги все равно предательски подкашивались. С носа текла кровь, которую Матвей случайно размазал по щеке. Он ждал возвращения Ильи, как никогда раньше.        — А! Ну, конечно! Это ты выбирал туалет, а мы так.. Залетели в первый попавшийся!        Матвей кричал, но дыхания не хватало и из гортани вырывались приглушенные звуки.        Андрей улыбался. Впервые в жизни он почувствовал, что восторжествовало то самое. За чем гонятся люди всю жизнь, но не ко всем прилетает эта птица счастья и приносит на крыльях благую весть. Обидчики так и остаются безнаказанными, талантливые люди не всегда выбиваются в люди, а богатые и успешные никогда не познают нищету и банкротство.       «Справедливость»       — Я тебе всю жизнь завидовал, черт ты вонючий! Твоему таланту, внешности... И когда меня заметили, а моя песня обрела какую-то популярность, я вспомнил, как сильно завидовал тебе.        — Зачем ты вообще соглашался на группу изначально?        — Зависть у меня появилась в процессе. Я не знал, что так выйдет.        Калинин замолчал. Разговор, вроде, окончен, но никто не спешил ни возвращаться в бар, ни уходить домой. Матвей опять попытался встать, но безуспешно. Тогда Андрей подхватил его под руку и затащил обратно в помещение. Усадил за барную стойку и приказал рядом стоящему бармену притащить салфетки и лёд. У Соколовского не было силы сопротивляться и он устало взглянул на бывшего друга. Тот взглянул на него в ожидании чего-то.       — Я хочу знать только одно.       Калинин догадывался, что он хотел спросить. Он представлял этот момент весь год и бежать от него не было смысла. Какая удача, что их встреча состоялась именно сегодня, в маленьком баре на окраине города, где окружающие люди и не подозревали о случившемся между ними.       — Ну, и чё тебе тогда сказал Липин?       — Когда?       — Когда он звал каждого по отдельности, придурок, блин, – ответил Матвей, принимая с рук бармена салфетки и марлю с кусочками льда.       Андрей почесал голову, мысленно переносясь в тот самый день, когда его жизнь по праву разделилась на «до» и «после». Вместо окончательного ответа он обратил внимание ещё раз на бармена и попросил сделать заказ.       Он махнул рукой и посмотрел внимательно на табличку, громогласно гласившую «Для персонала». Плюнув себе под ноги, Андрей обтёр рукой губы и, наконец-то, зашёл внутрь. Липин, заметив Андрея, отложил телефон на подоконник.       Мужчина не предложил сесть, а сам направился к стулу, чтобы сесть на место.       — У тебя есть предположения, почему ты последний?       — Думаете, я умею предполагать? – усмехнулся Андрей, заправив руки в карманы.       Липин засмеялся.       — С тобой более длительный разговор просто.       — И что вы мне скажете?       — Что тебе нужно ливать от них, дорогой мой друг.       — Так сразу? Даже не предложите выпить кофе на прощание? – Андрей усмехнулся, думая, что продюсер сейчас рассмеется и оценит шутку.       Но он был предельно серьезен.       — Ты же на самом деле и не хочешь быть басистом. Верно?       Андрей вздохнул и взглянул прямо в глаза мужчине, скрестившему руки в ожидании ответа.       — Ну и что?       — С чего вы так решили?       Продюсер встал. Он ходил по кругу медленным шагом и его мельтешения утомили Калинина, который уже хотел выйти за дверь.       — Я вижу же. И по виду ты не похож на басиста. Группа-то тебе особо не нужна. Ты не умеешь работать в команде. Ты не такой податливый и мягкий, как Илья. Он ведомый и в нём нет ни смелости, ни искры. Он понимает всё и не высовывается. И не такой привлекающий внимание, как Матвей. Этот, конечно, звёздный мальчик. Он ничего не делает, а уже в центре всех событий.       — Поверьте, вы не открыли вселенную. Это понимает даже Матвей.       — Он не понимает, поверь мне. Это понимаешь ты, поэтому и видишь в нём угрозу. Как вы продержались вместе целых два года?       — Я не знаю, – развел руками Андрей. – Я задумывался, но никогда не мог признаться, что больше теряюсь с ними. А Матвей.. Он, конечно, такой, как вы сказали. Я боялся, что он потеряется по жизни. У него очень сложно...всё. Я просто не хочу, чтобы Илья и Матвей стали отбросами. Никому ненужный хлам. Мы, в первую очередь, друзья..       Ярослав Витальевич прикоснулся руками о спинку стула, слегка поглаживая.       — Ты сам подвел к тому, что я хотел сказать. Ты лидер, но не центр. У тебя горячий нрав. И голос цепляющий. Я думаю, ты умеешь петь, а если не умеешь, то легко освоишь. Тебе нужно создавать свой стиль. В группе всё работает под Матвея, потому что он органичен в этом, а ты нет. Ты неживой. И ничего не чувствуешь, хотя абсолютно техничен. И понимаешь, что делаешь. Ты не сможешь быть в группах. Не пытайся. Уходи в соло. Залечь на дно тебе надо и возвращайся через года два.. Или год. Ну, ты понял да?       Андрей отрицательно покачал головой.       — Я не смогу. Это предательство. Матвей никогда не простит меня. А если не простит Матвей, то не простит и Илья.       Липин усмехнулся, почесав нос.       — Матвей не простит, а сам себя ты через годы простишь, когда поймешь, что так и остался в тени? И ничего не попробовал изменить?       — Но они..       — Андрей, – одернул Липин. – О них больше не надо заботиться. Я позабочусь. Мы найдем нового басиста. Если ты переживаешь, что пропадешь из радаров, то ты не пропадешь. Я уверяю. Всегда можешь позвонить мне. Я тебя не бросаю на произвол судьбы. Я говорю, как будет лучше. Не только для тебя, но и для всех.       Калинину вдогонку принесли бокал коньяка. Отблагодарив, он ответил:       — Он сказал, что всё круто и надо писать новый материал.       — Врешь!       — Нет. Так правда всё было. Армия неудачно подвернулась. В отличие от вас, я годен.       — Почему тогда ничего не сказал?       — Матвей, я не сказал, потому что побоялся. Побоялся, что ты забросишь всё и будешь ждать меня. А это ещё лишний год.. Забей. Для всех вышло так, как должно было выйти.       Матвей простонал, когда лёд начинал постепенно таять и сквозь марлю капать на джинсы.       — Сильно болит? – поинтересовался Андрей, слегка дотронувшись до щеки друга.       — Нет. Так легонько щиплет. Ты добился всего за пару месяцев того, чего мы постепенно добиваемся.       — У всего свой срок. Ожидание сделает вас сильнее.       — А тебя?       — А мне всё равно всегда было. Я просто кайфую.       Соколовский отложил лёд на стойку и оглянулся по бару в поисках чего-то. Или кого-то.       — А ты Илюху не видел?       — А ты с ним пришёл, что ли? – удивленно ответил Калинин.       — Ну да.       Калинин оторвался от Матвея и повернул голову в противоположную сторону. Осмотревшись, он кивнул Соколовскому и добавил:       — Я смотрю, он особо не скучает.       Малышев стоял возле гардеробной и что-то восторженно рассказывал той девушке, которой Андрей показал, где находится уборная. Она стояла в расслабленной позе и крутила рыжие волосы на палец, витая больше в своих мыслях, хотя взгляд направлен на собеседника.       Матвей хлопнул себя ладонью по лбу и уткнулся лицом в барную стойку. На что Калинин рассмеялся и неожиданно спросил:       — А вы с Инной до сих пор вместе?       — Вместе, но мы уже несколько дней не видимся, – ответил Соколовский, не отлипая.       — А чё?       — На студии вечно. Готовим новый альбом.       — А-а, – протянул Андрей, сделав глоток из бокала и вернув взгляд на Илью с девушкой.       В баре до сих пор тихо, но не безлюдно.