Последствия

Я хочу умереть от великой любви (2017)

Последствия

4. Не про любовь

«..Это всё не про любовь

И уж точно не про тебя.

Хрупок наш мир

И сломали его просто так.

Больное сердце держать взаперти,

Пока все утопают в слезах.

Ты только не роняй его

И не пей натощак..»

      Лера долго не могла взять в толк, что связывало её и Кирилла с вечно странными идеями. То он обещал ей поездку на море за помощь его тете, то пропадает даже, если ему усердно пишешь, а потом он, как ни в чем не бывало, появляется у её порога с извинениями и новым предложением.       «Лер, ты не одна такая»       «Но мы всё равно друзья?»       Из-за долгих уговоров она сегодня пошла на концерт его группы, где тот обещал познакомить с ребятами и «круто потусить», но она все равно не понимала, почему она здесь, а не на репетиционной базе, как обещала и себе, и другим ребятам с её команды. Если ожидания не оправдаются, то она пошлет Нестерова, куда подальше.       «Кирюш, конечно, друзья, но ссать на голову мне необязательно»       Зайдя в затхлое помещение со слабым освещением, она улыбнулась, видя как народ собирался потихоньку. По слухам над ними смеялись коллеги по сцене, которые также собирали небольшие залы и делали турне по барам города. Смеялись из-за свалившегося на голову «лейбла и продюсера». Даже в небольшой тур их вывезли, а всё также продолжают выступать там же, где и выступали год назад.       «Деньги на ветер»       «Ничего не окупается»       «Зря Соколовский надеется на что-то большее»       «Скоро твоего Соколовского отправят на пшеничное поле отрабатывать потраченное»       «А как же его дружок-прилипала и тот новенький?»       «Калинин только вернулся, но уже показал, что он и без Соколовского смог»       Подобные разговоры ходили по кругу и никто не мог прийти к единому выводу, почему так. Хотя все прекрасно понимали причину. Не первый год кто-то пытался выйти на массового зрителя и не первый год таких же смельчаков лейбл выписывал из договора после неудачных попыток продвинуться. Жестоко, но таков бизнес. Только личные интересы и ничего более.       «Простите, репетиции не будет»       Кушнир неторопливо набирала сообщения в общий групповой чат, где до этого обсуждали происхождение чайного гриба. Прикусив губу, девушка отправила сначала первое, а затем и второе, и третье сообщение.       «Заболела»       «С меня пиво»       Быстро убрав телефон, она заметила, как в зал набивалось все больше и больше народа. Места практически не оставалось и её уже прижимали в самый угол. Вздохнув, Лера заметила, как из закулисья ей махал Кирилл. Она лишь улыбнулась и повернулась обратно к залу, где уже из гардеробной не могли зайти люди и им приходилось втискиваться, как рыбам в консервную банку.       «Прогадали с площадкой?»       Девушка ощутила, как за рукав её черной рубашки кто-то сильно тянет вперед. Кушнир, визгнув, увидела Кирилла, который уводил её из зала в закулисье.       — Я зову её, зову, а она пялится, блять, куда-то.       Лера фыркнула.       — Ты бы ещё махал из-под стола, чтобы я точно увидела.       Кирилл привел девушку в гримерную и отпустил девушку таким образом, что она неожиданно для себя плюхнулась на мягкий диван. Вжавшись в него, Лера наблюдала, как Нестеров неспешно подошел к зеркалу и поправил выбивающуюся челку на место, приглаживая волосок за волоском. Кушнир насупилась, не заметив, как в гримерную зашли ещё двое парней и Липин собственной персоной, который почему-то ещё не провалился под землю и не исчез навсегда.       — Пацаны, там говорят зал просто, как бочка с раками, – удивленным тоном промолвил Липин. – Места не хватает.       Хихикнув, Лера ответила:       — Я больше подумала про рыбы и консервную банку.       Липин, стиснув зубы, кивнул на Леру, а затем осмотрелся на парней.       — Это Лера, – ответил Нестеров, почесывая затылок. – Помните говорил про неё?       Липин ещё раз взглянул на девушку, смотревшую на свои длинные пальцы. Тёмные глаза, черные короткие волосы и неаккуратно подстриженная челка тупыми ножницами.       — А, – протянул Липин, кивая и что-то припоминая. – Лера. Моя любимая еврейка.       — Я не еврейка вообще-то. Пургу не гони.       — Да расслабься ты. Здесь все свои, – посмеялся Липин, вытаскивая сигарету из кармана. – Что-то я проследил, сколько народу пришло.       — Не считали билеты? – спросил Малышев, раскачиваясь на стуле.       — Нет, конечно. Я же продюсер и менеджер в одном лице. Если упарываюсь в одно, то другое ускользает. Но знаете, что..       Мужчина обвел комнату взглядом и остановился на насупившейся Лере.       — Ты, – показал пальцем Липин на девушку. – Ты будешь менеджером этих талантов. Представь, какая честь...       — Но я..       — Она тоже музыкант, – вскользь упомянул Кирилл.       — И что? – пожал плечами Липин, хлопая его по плечу. – Знаете, сколько начинающих были менеджерами, заместителями. Да, вы бы расплакались! Скажи спасибо, что не уборщица гримерок. Справишься с задачами менеджера, возьмем на лейбл. Я тебе зуб дам.       Липин, оторвавшись от Кирилла, щелкнул Лере по носу и хитро улыбнулся. Лера похлопала глазами, наблюдая, как Липин покидает гримерку.       — Что он возомнил? Я как скажу ребятам?       — Тише-тише, – ответил Нестеров, присаживаясь рядом с девушкой. – Он человек слова. Ты представь, что за зарплату менеджера будешь и жить, и треки писать. Мечта же? Всяко лучше, чем в общепите или в стрипушнике. Ты не косись так. С нами весело, ребята мы ахуенные. Матвей, скажи же!       Матвей неловко пожал плечами и скривил лицо.       — Вот видишь! У нас круто. Тебе и нам повезло. А теперь пойдем все на сцену. Зал заждался.       Из-за закулисья послышался звук аплодисментов и гул толпы, приветствующих участников. Это был их первый концерт за этот год и поклонники успели массово соскучиться. Так сильно, что сбивали друг друга с места и выглядывали из-за всех углов, чтобы дотянуться ближе до сцены.        Матвей не прекращал улыбаться, смотря, как их люди готовы отрываться под звуки живых инструментов и громкого пения.        Без слов ребята начали играть первую композицию. Толпа разбушевалась еще больше, свет приглушили окончательно и только сцена была подсвечена желтоватым светом.        Лера сдвинула штору и внимательно смотрела, как ребята просто пели, разговаривали с толпой шутливыми перебежками и продолжали играть дальше.        К концу Соколовский задыхался, но при этом продолжал говорить слова благодарности лейблу, команде и упомянул, что у них теперь новый менеджер.        Матвей обернулся к Лере и увидел, как её ведет за руку Кирилл прямо к краю сцены. Девушка улыбалась, стиснув зубы.        — И да! Те, кто там по своим закоулкам шушукался и хихикал, что у нас все плохо и лейбл зря тратит деньги, то прошу заметить..зал полностью забит, – не унимался Матвей и продолжал речь. – Раньше у нас никогда такого не было. Зал был наполовину заполнен, а сейчас он полностью забит. И в следующий раз мы соберем еще больше, но уже на другой площадке. Да, братва?        Зал продолжал весело скандировать и после прощального поклона от группы люди начали расходиться.        Через минут пятнадцать оборудование уже загружалось в машину и Лера оторвалась от занятых ребят, чтобы покурить за клубом в одиночку. Только-только она зажгла сигарету в кромешной темноте, как увидела, что к ней направляется быстрой походкой Матвей.        — Дай сигарету, – почти выругался Матвей.       — У меня только одна.       — Блять!       Соколовский размял шею, повернув её сначала в одну сторону, а затем в другую. Лера усмехалась, пока Матвей не вытянул с её губ сигарету и сделал затяжку. Резко и уверенно. И не в первый раз.       — Ты..       Она осеклась, не договорив. Теперь пришла очередь ему усмехаться. Сделав ещё одну затяжку и выпустив дым, он протянул сигарету девушке, как ни в чем не бывало. Лера, похлопав глазами, всё-таки сделала затяжку после него и тут же передала сигарету. Он тут же затянулся, а потом ещё раз, и ещё.       — Докуривай, – спокойно произнес он, выдыхая и возвращая сигарету обратно.       Матвей посмотрел на обескураженное лицо, среди которого так ярко выделялись тёмные глаза на контрасте с тёмными короткими волосами, что только подчеркивало её потерянный образ. Потом он облокотился о кирпичную стену и отвел взгляд.       — Мне противно, но я почему-то продолжаю, – ответила Лера и тут же сделала последнюю затяжку.       — Точное описание моей жизни.       Лера хихикнула, кидая непотушенный окурок на асфальт. Подошва массивных кед задавила его и отбросила к мусорному баку.       — Ты угараешь?       Лера не разбиралась в оттенках человеческого настроения, но что-то подсказывало, что молодой человек не так прост, как кажется. Либо он что-то скрывал, либо просто сам по себе такой. Нес оттеняющую грусть в себе и считал смыслом жизни.       — Я пошёл, – сказал он и ушёл на другую сторону улицы.       Лера осталась одна.