Зеркальные Скрижали

Конец 90х- начало 2000х годов.

Это история начинается в штате Айдахо. В городке Миррорскрапе, забытым Богом месте, о котором никто ранее не слыхивал. О нем мало рассказов и информации. Жившие там люди поговаривают, что это просто город с населением, от силы тысячи или две тысячи человек, живущие там своей рутиной: занимаются рыбалкой, охотой и вырубкой лесов. Другие же суеверные утверждают, что город проклят, там происходят паранормальные и необъяснимые вещи. Но люди предпочитают держаться скептического мышления, думая, что это лишь для привлечения внимания и байки детям на ночь. Но, как говорится, "не увидишь-не узнаешь"…

Наступало утро. Ночной туман всё ещё не рассеялся над городом, стелясь лёгкой пеленой. Природа местных лесов начинала медленно просыпаться. Первые лучи летнего солнца только-только касались горизонта, наполняя мир свежестью, цветом и лёгкой яркостью. По шоссе, петляющему сквозь густой зелёный лес, неспешно ехал зелёный универсал с багажником, доверху набитым чемоданами и сумками. За рулём сидел парень лет семнадцати. На нём была черная кожаная куртка с сине-оранжевыми полосками, синие джинсы и чёрно-белые кроссовки. Светло-русые волосы были коротко подстрижены от затылка до висков, покрашенные в кислотно зелёный цвет,голубые глаза подведенные тенями внимательно следили за дорогой и периодически заглядывали в зеркало заднего вида. На заднем сиденье дремали две девушки. Одна — шестнадцатилетняя блондинка с карими глазами, прижавшись щекой к подушке и накрывшись одеялом, тихонько посапывала. На ней был эксцентричный наряд в стиле хиппи: чокер с сердцем и бантиком, серьги в виде знака мира, а волосы были собраны в небрежный хвост. Вторая девушка, старше на пару лет, выглядела собранной и молчаливой. Её серо-табачные глаза смотрели в окно, а в наушниках звучала классическая музыка. Тёмные, густые волосы были заплетены в не тугую косу, а на правой брови виднелся шрам в виде выреза. Она была одета в джинсовую жилетку, серую футболку, черные джинсы и простые кросовки. В её взгляде читалась тревога — будто что-то внутренне не давало расслабиться. Они впервые в жизни покидали родительский дом. После пятнадцати лет жизни в шумном Карсон-Сити. Родители решили, что пришло время дать детям немного самостоятельности. К тому же, внезапно вспомнилось, что когда-то давно они жили в Миррорскрапе — маленьком городке, затерянном среди лесов и гор. Здесь они поженились, построили дом, и даже собирались остаться. Казалось бы — живи да радуйся. Только вот… почему же они уехали? Объяснение звучало просто: "мало возможностей", "нечем зарабатывать", "хотелось карьерного роста". Миррорскрап действительно был больше похож на деревню, где даже сотовой связи толком не было. Но тогда почему столько лет об этом месте не упоминали ни словом?.. Вскоре за густым лесом показался дорожный знак с надписью: «Добро пожаловать в Миррорскрап — на ту сторону Зеркалья». Необычное, даже вызывающее название. Оно сразу же привлекло внимание девушки у окна. Странно... кто бы додумался так назвать город? Похоже на маркетинговый ход — может, он и правда туристический? Только машина хотела свернула за поворот,как на дорогу выскочил олень, быстро и неистово пробежал дорогу, скрываясь в гуще леса, от чего парень за рулем от неожиданности надавил на тормоз, тихо выругавшись себе под нос. Резкое торможение заставило проснуться девчушку, закутанную в одеяле. После того,как все обошлось машина тронулась, проехав чуть дальше,она выехала на поляну, окружённую ветвистыми деревьями, и остановилась. — Ну вот мы и на месте, — сказал парень, хлопнув дверцей и выходя из машины. Он огляделся. — Хм... странно. Судя по навигатору и карте, дом должен быть прямо тут. — Не стоит слепо верить технике, Макс. Навигатор мог и ошибиться, — отозвалась девушка с косой,выходя из машины.— И в следующий раз пожалуйста следи за дорогой,а то ненароком собьешь кого-нибудь. — Я на сто процентов уверен,что где-то здесь он и есть. Навигатор никогда не ошибается, Санни, — с уверенностью ответил Макс.—И даже так, олень сам выскочил на дорогу,они бы хотя бы дорожный знак поставили, что здесь дикие животные водятся. — И то верно — согласилась Санни, убрав прядь темных волос за ухо, которые безнадежно торчали. Они окинули взглядом окрестности, но нужного дома нигде не было. Вокруг только густые темные ели прорезающие небо, далёкое чириканье птиц и гул от железнодорожной станции. — Может, не туда свернули? — с сомнением произнёс Макс, почесал затылок. — Ага, конечно! Это всё твой драндулет с кривым компасом опять затащил нас в глушь! — сонно пробурчала блондинка, вылезая из машины. — Сама ты драндулет! Моя «птичка» нас выручала не раз и выручит снова. И вообще, не ты ли мне сказала свернуть направо, «потому что чувствуешь»? — Да-да, конечно! А кто ещё три часа назад метался по болотам и каждому кочкарю и грозился разбить «долбаный навигатор»!? Мне ты спать мешал, между прочим! — возмутилась Кейт, демонстративно надув щёки и скрестив руки на груди. — Это было один раз! — Уточняю: двадцать пятый, — прищурилась Кейт. — Когда ты успела посчитать? — Я не считала. Просто знаю. — Она показала язык. Началась классическая перебранка. Максвелл и Кейтлин Паркер — брат и сестра, с разницей всего в год. Они спорят по любому поводу и постоянно поддевают друг друга. И всё же, несмотря на эти стычки, иногда им удаётся находить компромисс. Это Паркер: «своих бьют, чтоб чужие боялись». — Ладно вам, — вмешалась Санни, положив руки на плечи брата и сестры,отодвигая друг от друга. — Навигатор работает от сети. А в лесу её, как вы видите, нет, мог быть просто сетевой сбой. Так что дело не в вас. Наступила короткая тишина. Санни, старшая из троих, всегда умела или по крайней мере пыталась их утихомирить. Она была спокойной, рассудительной, старалась во всём полагаться на разум, а не эмоции. Впрочем, даже в семье Паркер бывают исключения. — Лучше давайте искать дом. Чем раньше найдём — тем больше успеем. У нас на сегодня масса дел, — сказала она, глядя на них серьёзно. — Да, ты права. Мы опять теряем время, — кивнул Макс, Кейт молча согласилась. Они разошлись по поляне, пытаясь найти хоть какие-то следы дома. Он ведь должен быть большим, двухэтажным — так говорили родители. Внезапно Кейт заметила узкую тропинку, ведущую вглубь леса. Она была заросшей, словно по ней давно никто не ходил. — Сюда, — тихо сказала она, указывая на неё. Они последовали за ней. С каждым шагом становилось всё темнее и тише, и даже тревожнее. На мгновение возникло желание повернуть обратно. Но в конце тропы сквозь листву забрезжил свет. Пройдя через кусты, они наконец нашли дом, который искали. Он оказался действительно большим — двухэтажным, с высокой крышей, под которой, скорее всего, располагалась полноценная жилая комната, а не просто чердак. Дом был полностью построен из дуба. Окна украшали витражи, на них были изображены милые воробьи, в одном только окне по две-три птицы, кто-то держит веточку красных маленьких ягод и полевых цветов, кто-то сидит на веточке дерева. Расписная дверь, выполненная вручную, изображала алую, пёструю розу, вокруг нее кольцом зелёные стебли с позолоченными краями острых шипов,что добавляли дополнительную роскошь внешности дома. Но из-за долгого отсутствия жильцов сад и двор выглядели запущенными. Здесь явно требовалась уборка и реставрация. — Ого… Какой большой дом! Прямо как родители описывали… — отметил Макс, открывая калитку,обходя строение со всех сторон двора. — Да… И уборка ему явно не помешает, — согласилась Кейт, критично оглядев фасад. — О, гляньте-ка! Здесь даже почтовый ящик с надписью «Воробьиное Гнездо», — воскликнул Макс, игнорируя слова сестры. — Да-да… Скорее воробей- доходяга — язвительно отозвалась Кейт, подойдя к окну, уперевшись лбом в стекло, пытаясь разглядеть что внутри. — Тогда, что мы стоим? Макс, заводи машину — едем в город. Нужно купить всё необходимое: и еду, и по возможности может материалы для уборки. Давайте превратим этот заброшенный дом в произведение искусства! И дом оживим, и глазу приятно, — бодро сказала Санни, стараясь развеять напряжение. Все вместе они сели в машину и направились в город. Доехав до продуктового магазина, из машины вышли только Макс и Санни — Кейт осталась внутри, ждать. — Только попробуй сесть за руль… УЗНАЮ. УВИЖУ. УБЬЮ, — пригрозил Макс, сжав кулак. — А вы пошевеливайтесь там! Может, ещё успеете остановить меня… хе-хе~ — злобно усмехнулась Кейт, на зло брату. Макс недовольно закатил глаза. — Не переживай, мы недолго — только продукты и сразу обратно, — сказала Санни, надеясь, что день пройдёт спокойно. Но её надежды не оправдались. В магазине уже стояла длинная очередь, и выйти быстро было невозможно. В помещении было душно — утренняя жара только усиливалась. «Похоже, к дождю…» — подумала Санни, стоя в очереди. Макс не мог усидеть на месте, всё ходил из угла в угол. Очередь почти не двигалась, а людей становилось только больше. Терпение у всех подходило к концу. Макс, не отличавшийся терпеливостью, решил протиснуться вперёд. И — как водится — столкнулся с кем-то в толпе и рухнул на пол, привлекая к себе внимание. Подняв голову, он увидел девушку, на которую и налетел. — Чувак, всё норм? — обеспокоенно спросила она, глядя на него. Но Макс застыл. Он был потрясён её красотой: волосы рыжим пламенем переливались на свету, глаза сверкали изумрудом, а лицо украшали веснушки. От неё пахло кедровыми шишками и елью — таким ароматом, какого он ещё никогда не чувствовал. Для Макса всё замерло. Мир исчез. Осталась только она. — Макс… Макс? Эй! — вывела его из транса Санни, легонько толкнув в плечо. Девушка уже ушла. — Макс, смотри на меня. Сколько пальцев? — Санни показала три. Но он не реагировал. Только бормотал: — Санни, ты видела ту девушку?.. Такая… такая невероятная… — вдохновлённо тянул Макс, будто паря в облаках. — Я никого не видела. А то, что ты на полу сидел и в одну точку глядел — да, это видела не только я, — сказала Санни, помогая ему подняться. — И я даже не узнал её имени… Ай, лопух! — сокрушался он. — Макс, не забывай, у нас продукты не куплены. Люди ждут, — прошептала Санни, бросая взгляд по сторонам. — Уже наша очередь?.. Вот это время летит! — удивился Макс, возвращаясь к реальности. — Эй, вы там! Побыстрее можно?! Нам тут ещё три часа стоять?! — выкрикнул кто-то из очереди. Толпа начала негодовать. Поговаривали, что эти подростки, не местные, возможно, тянут время, чтобы что-нибудь украсть. Но вдруг тишину прервала сигнализация и грохот с улицы. Все вышли посмотреть — и стали свидетелями абсурдной сцены: джип болотного цвета, который ранее стоял в стороне, теперь задом наперёд заехал прямиком… в памятник основателю города. Тот был разбит вдребезги: нос валялся в кустах, голова раскололась, ногу и вовсе отбросило куда-то в сторону. Нетрудно было догадаться, кто сидел за рулём. Кейт. Из домов начали выходить люди — одни были в шоке, другие смеялись. Максу и Санни было не до смеха — для них это был форменный позор. — Кто это сделал?! — закричал мужчина. — Кто посмел испортить достопримечательность нашего города?! Тем временем Кейт выбралась из кабины, и брат с сестрой поспешили к ней. Но толпа уже начинала возмущаться. Вскоре на место прибыла полиция. Из машины вышли двое: один — пожилой, невысокий, с пышными седыми усами, второй — молодой, высокий, с тёмными волосами и зелёными глазами. — Шериф Брукс и шериф Уотсон, — представился старший, снимая фуражку. Его коллега молча допивал кофе. — Уважаемые, пройдёмте с нами в участок. Поступила жалоба: нарушение тишины и порча городской собственности, — строго сказал Брукс. — Предупреждаю: любые странные действия будут обращены против вас, — добавил Уотсон, не отрываясь от кофе. — Нет-нет! Подождите! Это недоразумение! — поспешно выступила вперёд Санни… — Надеюсь, у вас найдётся объяснение, — Брукс оценил взглядом раскуроченную статую основателя города и скорбно вздохнул. — Бедняга мэр Элджернон Хамерген... — Это был несчастный случай! — заговорила Санни, сдерживая дрожь. — Мы с братом пошли в магазин, а сестру оставили в машине. Она не хотела ничего ломать! Всё произошло случайно! — Милочка, нам неинтересно, чего она хотела. Интересует, что она сделала, — сказал Уотсон, сделав ещё глоток. — Латте, кстати, с миндальным молоком. Очень советую. — У вашей сестры вообще есть водительские права? — спросил Брукс, глядя на Кейт, которая спряталась за Макса. — Она? Водить? — Макс фыркнул. — Она у нас слегка… контуженная. — ЧЕГО?! — Кейт метнула в него убийственный взгляд. — Да ни чё! Не бери в голову, — Макс бросил ей в руки тяжёлые пакеты. Та едва не грохнулась под их весом. — В детстве, понимаете, с лестницы грохнулась. Башкой — об перила. С тех пор… эээ, творческая личность. — Значит, ещё и инвалид? Это уже пахнет федеральным делом, — хмыкнул Уотсон. — Кто из вас водит? — спросил Брукс, теперь уже глядя на Санни и Макса. Макс уже открыл рот, но Санни его перебила: — Я. Машину веду я, — она вышла вперёд, скрывая брата и сестру за собой. — Прекрасно, — протянул Брукс, скрестив руки. — Тогда вы и несёте ответственность за ущерб. Как водитель и старшая. — Я понимаю… — прошептала Санни. — Тогда ваш транспорт будет изъят. Водительские права — аннулированы. Машину — на штрафстоянку. Мы обезвреживаем всё, что может причинить вред населению, — с пафосом заявил Уотсон. — ИЗЪЯТЬ?! Да вы с ума сошли?! — Кейт взорвалась. — Да это вообще незаконно! Вы кто такие, чтоб— — Ты что, совсем с ума сошла?! — Макс дёрнул её за плечо. — На полицию накидываться вздумала? — Отвали, предатель, — пробурчала Кейт, показав ему язык. — Простите! — вмешалась Санни. — А можно ли как-то… ну, вернуть машину? — Уничтожение городской достопримечательности классифицируется как административное правонарушение. К тому же, за парковку на территории культурного объекта вам будет выставлен временный городской налог на восстановление архитектурного наследия — сказал Шериф Брукс, смотря строго, поправляя фуражку. — Подождите, налог?! Мы даже не местные! Мы только приехали! —возмутился Макс, находясь в полном шоке. — А в городе Миррорскрап нет "только приехавших", юноша. Здесь все — налогоплательщики. Особенно те, кто сносит памятники задним ходом.—спокойно сказал Шериф Уотсон, отхлёбывая кофе, выкинув стакан в урну. — Да я вообще просто газ нажала! Он сам покатился! Почему сразу налог? Это же не моя вина, что у вас тут тормоза у памятника не выдержали!— возмущённо заявила Кейт, скрестив руки. — Если оплатите штраф за ущерб — 1000 долларов. Тогда, может быть, — сказал Брукс, усаживаясь в машину. — 1000 ДОЛЛАРОВ?! — взорвался Макс. — Да мы что, миллиардеры? Нам тут деньги с неба не падают! Теперь уже Кейт и Санни изо всех сил держали его за куртку, не давая кинуться на полицейскую машину. Более полиция говорить не стала,а поставила молодежь перед фактом. Брукс и Уотсон уехали. За кузовом Макса вскоре приехала служебная машина и увезла автомобиль, ставший причиной ущерба городскому имуществу. Толпа успокоилась, убедившись, что нарушители наказаны, и разошлась по своим делам. Этот день явно был не на стороне Паркеров. События накапливались, как снежный ком, и в итоге всё развалилось. Домой им пришлось идти пешком, неся сумки с продуктами. ... Всю дорогу Макс ворчал на Кейт, не стесняясь в выражениях, а та, в свою очередь, пыталась оправдаться, перекладывая вину на брата. Это страшно утомляло Санни. Два громких, упрямых человека рядом — испытание даже для железных нервов. Ей не хватало сил их урезонить. День выдался тяжёлым, как гром среди ясного неба. Она чувствовала с утра, что что-то пойдёт не так. Но сейчас её волновало не «кто виноват», а «что делать». Санни понимала, что такую сумму можно заработать, разве что устроившись в престижное учреждение, а по словам родителей, в этом городе и через сто лет не будет ни дорог, ни нормальной работы. Но выбора у них не было. Наконец, замолчав, они дошли до дома, каждый погружённый в свои мысли. У ворот их ждали сумки, которые они заранее вытащили из кузова. Хорошо, что позаботились об этом — вернуть вещи потом было бы куда сложнее. Макс забрал свой чехол с электрогитарой, Кейт — розовую сумку с бахромой в стиле хиппи, а Санни досталась тяжёлая дорожная сумка с вещами. Продукты они отнесли на кухню. Там всё было выдержано в тёплых зелёных тонах с золотистой плиткой на стенах. Мебель — из дуба, покрытая глянцем, а люстра идеально дополняла интерьер. Макс и Кейт отправились в сторону коридора, где их ждали две двери. Как узнать, чья чья? Решили просто — сыграли в «камень-ножницы-бумага». Победил Макс. Он открыл первую дверь и угадал: комната была в его вкусе — тёмные цвета, письменный стол и простая удобная кровать. В комнате пахло металлом и электричеством. Поставив гитару к стене, он без сил рухнул на кровать. Кейт, проигравшая, зашла во вторую комнату — и неожиданно для себя оказалась в настоящем хиппи-раю: пастельные тона, цветочный аромат, розовый балдахин над кроватью. Визг радости пронёсся по дому — она не могла поверить, что комната словно создана для неё. А Санни поднялась по старой лестнице на второй этаж. Ступени скрипели и заметно прогибались. Наверху она обнаружила дверь на чердак — бывший кабинет отца, где он работал над своими исследованиями. Внутри было пыльно и душно, мебель скрыта под тряпками. Она начала снимать их одну за другой, отчего пыль ещё больше поднималась в воздух. Добравшись до высокого шкафа, Санни встала на скамейку, но при попытке дотянуться до ткани чихнула от пыли, потеряла равновесие и упала. Вместе с ней упала и коробка, стоявшая на шкафу. Из неё высыпались фотографии и старые альбомы. Сев на пол, Санни принялась рассматривать снимки: бабушка и дедушка на свадьбе — она в белом платье, он в парадном костюме. Сзади подпись: «23 сентября 1957 года. Наша свадьба». Затем — фото родителей: путешествия, праздники, встречи… Но ни одного снимка из Мирроскрапа. "Странно..." — подумала Санни. "Почему родители никогда не рассказывали нам об этом городе? Зачем было отправлять нас сюда?" Погрузившись в размышления, она вспомнила, что надо искать работу. Быстро рассортировав фото, убрала их обратно в коробку и отодвинула её к кровати. Спустившись на первый этаж, она услышала звуки со стороны кухни— Кейт и Макс явно что-то готовили (или разрушали). Надев куртку, она направилась к выходу. — Куда ты? — спросила Кейт, сидя за столом в ожидании своей порции омлета, который жарил Макс. — Пойду поспрашиваю, где можно устроиться. Может, хотя бы на подработку... — Да ну, лучше сразу на работу, а то подработки — копейки, — отозвался Макс, переворачивая омлет. — Посмотрим… — бросила Санни, исчезая за дверью. — Как думаешь, она на нас злится? — спросила Кейт, положив голову на стол, как ребёнок. — Санни? Да она и муху не обидит. Нет, она просто не умеет злиться, — ответил Макс, выкладывая омлеты на тарелки. — Но всё равно ей наверняка стыдно за нас… — Это да. Мы вели себя как малые дети. Особенно ты, — усмехнулся он, указывая на сестру вилкой. — Эй! Ты тоже хорош! Штраф услышал — такой скандал устроил! — Кстати… А где мы возьмём деньги? — Ну, точно не в горах. Они ж не алмазы, чтоб их добывать, — рассмеялась Кейт. — Я серьёзно. Мы же не миллионеры. Деньги не падают с неба… — Можно... продавать коктейли, шить костюмы, мыть машины, выгуливать собак, делать поделки... — А можно что-то менее детсадовское и более прибыльное? — скептически заметил Макс. — Ну… это всё, что мне пришло в голову. — Нам нужно что-то реальное. Может, без зарплаты первое время, но с перспективой... Собравшись, они направились по протоптанной тропе, которая вела прямиком к городу. Дорога проходила сквозь вечнозелёный лес, чьи ветви создавали прохладную тень. Шагая в сторону городка, Макс и Кейт наслаждались свежим воздухом, напоённым ароматом хвои, влажной земли и цветов. Лес казался живым — величественные деревья-великаны сторожили тропу, а за ними прятались молодые ростки, будто пытавшиеся догнать старших, доказать свою силу и выносливость. Ветер шевелил кроны, нашёптывая древние сказания, а деревья будто перешёптывались между собой. Где-то в глубине леса дятел отстукивал ритм на старом дубе, его стук эхом разносился среди стволов, напоминая голоса, бурно спорящие о чём-то важном. Тропа скрывала тайны, и каждый изгиб был словно поворот в новой сказке. Лес дышал магией — казалось, что из-под каждого листика, из-за каждого куста на тебя наблюдают. Но неожиданно всё изменилось. Пронзительный, скрежещущий звук, похожий на удар железа по асфальту, резко нарушил спокойствие. Макс и Кейт переглянулись. Звук был резкий, грубый, будто не вписывался в эту идиллию. Они пошли на него — любопытство взяло верх над страхом. Идти далеко не пришлось. На дороге, в потрёпанном платье и с огромной, поношенной шляпой, стояла женщина. Она била лопатой по асфальту, улыбаясь в землю и невнятно что-то бормоча. Её поведение было настолько странным, что от него по спине пробегали мурашки. Макс и Кейт остановились, не решаясь заговорить. Женщина, словно почувствовав их взгляд, резко повернула голову. Не моргая, уставилась прямо на них, продолжая жутко улыбаться. Её глаза — тёмные, полные безумия, были наполовину скрыты тенью от шляпы. Улыбка расползлась шире, обнажив жёлтые зубы и чёрные дёсны. Резко дёрнувшись всем телом, она развернулась и, схватив лопату обеими руками, хотела метнуть её в них,но вдруг ее голова резко дернулась на 180 градусов с хрустом перелома шеи. Тело женщины упало на землю с застывшим на лице с безумным выражением лица. Макс и Кейт взвизгнули и, не оглядываясь, бросились в сторону леса. Они мчались сквозь ветки, колючки царапали лица, одежда рвалась на ходу — но страх нёс их быстрее ветра. Споткнувшись и чуть не упав, они наконец выскочили на поляну, где стояла старая вилла, дверь которой была не заперта. Не раздумывая, влетели внутрь и с грохотом захлопнули дверь. Оперевшись на стены, они пытались отдышаться и прийти в себя. Сердца стучали в ушах, ладони дрожали. Через жалюзи на двери Кейт осторожно выглянула наружу, выискивая силуэт безумной женщины. Но та, казалось, испарилась. — Кто вы вообще такие и что делаете в нашем доме?! — послышался голос позади. Макс и Кейт резко обернулись. Перед ними стояли парень и девушка, примерно их возраста. Оба светлоглазые, с русоватыми волосами. Парень был в буром комбинезоне и зелёной футболке, с поднятой шваброй в руках. Девушка — в голубой рубашке и малиновой кофте, розовой юбке и светло-розовых колготках. В руках у неё — метла, на голове — ободок с искусственным цветком. — Если вы грабители — сразу скажу: красть нечего. Только сувениры и зеркала, — добавила девушка с вызовом, копируя позу брата. — Сейчас неважно, кто мы! Вы тоже её видели?! — перебил их Макс, подбегая к окну. — Кого — «её»? — спросила Кларисса, опуская метлу. — Женщину с лопатой! Она… она в нас кинула её и… потом у нее шея..и! — воскликнула Кейт, едва переводя дыхание. — Мы никого не видели… кроме вас, — сказала девушка, слегка расслабляясь. Поняв, что перед ними не грабители, а скорее — жертвы, парень и девушка опустили импровизированное «оружие». — Я — Мартин Браунс, а это моя сестра, Кларисса, — представился парень. Кларисса махнула рукой и чуть улыбнулась. — Макс, а это моя сестра Кейт. Она добрая, но язык длиннее хвоста павлина, — сказал Макс. Кейт шлёпнула его по затылку, надувшись. — Вы не местные? — с любопытством спросила Кларисса. — Приехали на лето. Наши родители раньше здесь жили, — ответила Кейт, стряхивая с себя прилипшие листья. Остальные жильцы виллы начали собираться на веранде, привлечённые шумом. По лестнице спустилась супружеская пара. Мужчина был крепкого телосложения, с чёрными, коротко остриженными волосами и щетиной, оттенок которой совпадал с цветом волос. Его лицо казалось строгим, упрямым. На нём была бордовая жилетка с капюшоном, белая футболка, болотные брюки с зелёным ремнём и массивные рыбацкие сапоги. Он выглядел на 35–40 лет. Женщина рядом с ним — его жена, судя по кольцу на пальце — была ниже его на голову. Её каштановые волосы напоминали цвет шевелюры близнецов. Она была одета в светлую, берёзового оттенка кофточку с короткими рукавами, розовый фартук, серые гамаши и малиновые тапочки на босу ногу. На вид ей было от 32 до 40. — Дети, кто это? — строго спросил мужчина. — Что они тут забыли? Он смерил Кейт и Макса тяжёлым взглядом, от которого те невольно потупились. Было очевидно, что незваным гостям он не рад. — Пап, мам, только не ругайтесь! — выпалила Кларисса, преграждая отцу путь. — Они не местные, сбежали от кого-то… и… они некуда идти… Отец вскинул бровь, не сводя подозрительного взгляда с ребят. — С чего мне верить? Где доказательства? Вы впускаете в дом незнакомцев — мы вас этому учили? А если это воры? Или кто похуже?! Мать обвила его руку, как будто пытаясь уравновесить его строгость своим спокойствием. — Дорогой… может, всё не так страшно? — мягко произнесла она. — Может, им просто нужна помощь? От её голоса веяло теплом и уверенностью — в отличие от мужа, который будто вырезан из гранита. Мужчина помолчал, затем выдохнул, сбавив тон. — Хорошо. Я вас слушаю. Макс и Кейт быстро изложили свою версию событий. Рассказали о странной женщине с лопатой, у которой самопроизвольно шею свернуло. Звучало это все как дикий бред, их бы уже приняли за сумасшедших, и судя по суровому лицу мужчины,он им кажется не верил. — У неё зубы были страшные, жёлтые такие, — добавила Кейт, вспоминая подробности. Макс толкнул её локтем в бок — слишком бурно она всё рассказывала. Отец, нахмурившись, потёр подбородок. — Женщина с жёлтыми зубами,которой что-то свернуло шею… — пробормотал он, погружённый в свои мысли. Его супруга тоже нахмурилась, бросив на мужа встревоженный взгляд. — Мам, пап… вы её знаете? — спросила Кларисса. — Нет, конечно, — поспешно ответила мать. — Мы не знаем, кто это. — Да, не знаем, — подтвердил мужчина. Потом чуть расслабился и сказал: — Томас Браунс. А это моя жена — Руби. Он протянул Максу большую руку. Рукопожатие оказалось настолько крепким, что тот едва не поморщился — словно попал в капкан. — Значит, вы не местные? — продолжил Томас, скрестив руки на груди. — Да, мы только приехали. Планировали отдохнуть, но остались без транспорта и… ищем работу, — объяснил Макс, бросив косой взгляд на Кейт. Та в ответ фыркнула, скрестив руки. Томас внимательно наблюдал за ними, потирая усы. — Что ж… возможно, вам повезло, — наконец сказал он. — У нас в городе есть магазин "Лавка Магических Предметов". Там нужны работники в дневную смену. Спросите хозяйку — может, и наймёт вас. — Правда?! — глаза Макса загорелись. Кейт всплеснула руками от радости. — Дети, проводите гостей до лавки и заодно покажите город, — попросила Руби. Близнецы тут же обрадовались и вывели Кейт и Макса на улицу. Когда дверь за ними закрылась, Руби обернулась к мужу. — Томас… ты думаешь, это они?.. Мы ведь надеялись, что они никогда не вернутся… Муж положил руку поверх её ладони. — Не стоит паниковать. Возможно, этим детям просто не повезло. Может, это был случайный сумасшедший. Но… — он бросил взгляд в сторону окна, где между деревьями темнел лес, словно что-то прятал, — лучше быть начеку. Снаружи Кларисса и её брат оживлённо что-то обсуждали, иногда бросая взгляды на Макса и Кейт. Последняя, устав от тишины, решилась наконец заговорить… Ребятки шли за близнецами, которые что-то бурно обсуждали между собой, бросая короткие взгляды на Макса и Кейт. Девушке надоело молчать, и она решила завести разговор. — Так вы, значит, здесь живёте? — спросила Кейт. На её вопрос обернулся Мартин. — С самого рождения. Наши родители здесь родились, учились и поженились, — ответил он с лёгкой гордостью. Кейт и Макс оживлённо переглянулись. — О, класс! Наши родители тоже поженились здесь, — сказала Кейт, перешагивая через лежачее бревно. — Только потом мы переехали. — Серьёзно? Прямо совпадение! — удивилась Кларисса. — А чего уехали? — Родители не видели в городе перспектив. Хотели чего-то престижнее, больше работы — переехали в Нью-Йорк. Там, мол, возможностей больше. Этот город, ваш как его… — Мирроскрап, — подсказала Кларисса, улыбнувшись. — Точно! Мы с Кейт его совсем не помним. Даже тот день, когда уехали… Наверное, только Сан что-то могла бы вспомнить, но она тогда тоже была совсем мелкой. — Сан? — переспросил Мартин. — Это кто? — Наша старшая сестра. Она тоже приехала с нами, только сейчас в центре города — ищет подработку. — В центре? С работой там нынче туго… — заметила Кларисса. — В основном, все держатся за то, что есть. А вот мы на месте! Они подошли к небольшому, но уютному домику. Над входом висела выцветшая табличка «Лавка Магических Предметов», а рядом стояло странное пугало в старом смокинге и цилиндре. Его голова — кривая тыква — словно криво ухмылялась прохожим. На витринах сверкали кристаллы и амулеты, когти в подвесках и ловцы снов, а на полках — граммофоны, старые радиоприёмники и антиквариат из разных эпох. Воздух внутри был наполнен ароматом сухих трав и благовоний, странным, но удивительно родным. Колокольчик звякнул, и в дверном проёме, украшенном тюлем с разноцветными бусинами, появилась пожилая женщина. Её глаза светились теплом. — Здравствуйте, дети мои! — воскликнула она ласковым, певучим голосом. Женщина прикладного возраста,с русыми волосами и седыми прядями была одета в длинную юбку, тёплый свитер, поверх которого была вышитая жилетка с лилиями. На шее — бусы и мерцающий минерал, который казался живым в солнечном свете. — Бабушка! — крикнули близнецы, бросившись к ней. Она с любовью обняла обоих, поцеловала в лбы. — Внучечки мои, когда вы только успеваете вырастать? — Да мы на прошлой неделе у тебя ночевали, ты что, уже забыла? — шутливо сказал Мартин, и Кларисса фыркнула. — Иногда, Мартин… Я забываю, когда в последний раз держала вас на руках, — с грустной мягкостью сказала бабушка, но тут же вновь оживилась, глядя на Макса и Кейт. — А вы кто такие, ласточки? — Здравствуйте, — вежливо начал Макс. — Мы с сестрой ищем работу. Мистер Браунс сказал, что у вас, возможно, есть место. Нас привели Мартин и Кларисса. — Ох уж этот зятёк… Опять пугает людей! Всё в своём духе, — проворчала женщина и покачала головой. Потом улыбнулась. — Да, есть у меня место… но одно — в дневную смену. Макс и Кейт посмотрели друг на друга с надеждой. — Меня, кстати, зовут Нэнси. Или миссис Вагнер, если уж по-важному. Рада с вами познакомиться. — А кто в ночную смену работает? — спросил Мартин. — Венди. Девочка серьёзная, никогда не опаздывает. Родители её, наверное, гордятся. Да и мне с ней спокойно — порядок любит! — Миссис Вагнер… — начал Макс, немного волнуясь. — Мы только сегодня приехали. Ни города, ни людей не знаем. Ситуация у нас... не из лёгких. Я готов первую неделю работать бесплатно, если потребуется. Нэнси с интересом посмотрела на него, затем медленно подошла и положила руки ему на плечи. — Максвелл Паркер… Я вижу, ты не из тех, кто сбежит при первой трудности. Хорошо. Будешь работать у меня. Но учти — тунеядцев здесь не держу. Кто не работает — тот не ест. Макс расплылся в улыбке. — Клянусь Мадонной, я вас не подведу! Кейт радостно подпрыгнула, Мартин и Кларисса захлопали в ладоши. А над всем этим стояла лавка с пугалом у двери, словно тоже радовалась новому витку в жизни этих странных, но таких живых подростков. ... Тем временем, пока Кейт и Макс нашли свою первую работу, Санни никак не удавалось устроиться. Почти везде, куда она ни заходила, ей отказывали — то ссылались на отсутствие мест, то просто отнекивались. За весь день она обошла множество магазинов и заведений, но безрезультатно. Повсюду её встречали с холодом, будто одно её присутствие портит настроение. К вечеру почти все магазины уже закрылись. Возможно, свою роль сыграл утренний инцидент со статуей — городок маленький, слухи разносятся быстро, и злые языки никогда не спят. Санни казалось, что прохожие бросают на неё презрительные взгляды, а за спиной, проходя мимо, тихо шепчут что-то злобное. Это всё начало давить — в груди нарастала тяжесть, как будто внутри поселился камень, а в голове кружились навязчивые мысли. Погружённая в них, она не заметила, как оказалась на окраине города — у лесного кладбища. Тишину нарушил треск и шорох в кустах. Санни замерла и прислушалась. Шум на мгновение стих, но затем послышался вновь — он был реален. Несколько секунд она колебалась, не решаясь идти, но в итоге шагнула в гущу кустарника. Ветви цепляли одежду, листья шуршали, и звуки становились всё громче… пока она не вышла к статуе. Перед ней стоял бетонный ангел — потрескавшийся, покрытый мхом. Он опирался руками на меч, оплетённый берёзовыми ростками, с опущенной головой и полураскрытыми крыльями. Из его закрытых глаз стекали застывшие чёрные полосы — как следы слёз древнего горя. Вокруг не было ни могилы, ни плиты — только цветущая сирень. Санни сделала шаг ближе — и снова услышала шорох. Раздвинув ветви кустов, она отшатнулась: на земле лежал воронёнок. Его шею перетягивала колючая проволока,в которой он запутался. Птенец пытался вырваться, но только сильнее затягивал петлю. Он дрожал от страха и казался таким одиноким, что Санни увидела в нём… себя. Маленькое, беззащитное существо, которое несмотря ни на что, борется за жизнь. — Не бойся, малыш… Я не причиню тебе вреда, — мягко произнесла она, протягивая к нему свои бледные руки с чёрными ногтями. Аккуратно, не делая резких движений, она освободила воронёнка. Тот вырывался, отводил голову, но не клевал, не сопротивлялся — просто боялся. Когда он, наконец, освободился, распушил перья, стал кругленьким, словно комочек. Санни укутала его в свою жилетку. На удивление, он позволил ей взять себя на руки. Он смотрел на неё большими голубыми глазами — в них не было страха, только тихое любопытство. — Как же ты умудрился так запутаться? — ласково улыбнулась она. — Пойдём домой. Мы тебя подлечим, а потом отпустим на волю. Макс и Кейт обрадуются тебе, я уверена. Идя по асфальту вдоль леса, она заметила, что в клюве у птенца что-то блестит. — Что это у тебя там?.. Воронёнок приоткрыл клюв и аккуратно протянул ей кулон — осколок камня аметиста в форме полумесяца, с каплей-сапфиром, похожей на слезу. — Это… мне? — удивлённо пробормотала Санни. — Ну, раз ты настаиваешь… спасибо. Она надела кулон на шею. В тот же миг по телу будто прошла волна — словно ветер прошёл сквозь неё. Всё вокруг на секунду затихло, а затем запах хвои и лесной прохлады смягчил её состояние, как будто туман боли рассеялся. Мысли, что давили весь день, растворились, и пришло ощущение покоя. Шагая вдоль окраины города, Санни вспомнила странности, замеченные ранее. Почти на каждом доме и заведении висели зеркала — снаружи, как амулеты. Сначала она не придала этому значения, но чем больше замечала, тем сильнее росло беспокойство. В этом городе что-то было… не так. Он явно скрывает куда больше, чем кажется на первый взгляд. … Спустя некоторое время Мартин и Кларисса устроили небольшую экскурсию по Мирроскрапу. Они показали забегаловки, магазины, места для отдыха — и те, куда в темноте лучше не соваться. Оказалось, что в Мирроскрапе существует старая традиция: весной и осенью здесь открываются сезоны охоты. Почти каждый житель — охотник, в каждом доме есть ружьё или хотя бы холодное оружие. Это поразило Кейт и Макса: любой может спокойно держать оружие у себя дома? Близнецы также предупредили о строгих правилах, особенно о запрете покидать границы города. Лес за чертой был обнесён красно-белыми вешками — как на границе. По словам Мартина, это делается ради безопасности: в лесу часто встречаются дикие звери, и не все они бегут от людей. — Мда... с безопасностью у вас всё серьёзно, — пробурчал Макс, бросив взгляд на лес и ограждение. — Это ещё что! Наш город не только безопасностью славится, но и легендами, — сказала Кларисса, хитро прищурившись, будто создавая атмосферу. — Легендами? — оживилась Кейт, проснувшись от скуки. — Ещё какими! От них кровь стынет. И все они основаны на реальных событиях, — мечтательно добавил Мартин. Его голос словно растворился в воздухе, но Макс скептически фыркнул: — Ну да, конечно... байки, чтобы детей пугать. И вы в это верите? — А между прочим, всё это правда! — надулась Кларисса. — Ага, щас... — Макс усмехнулся. В воздухе повис вызов. Началась оживлённая перепалка — до тех пор, пока Кейт не прервала всех: — Ребята... тихо. Смотрите. Они повернулись. На ограждённой территории леса, на холме, стоял молодой олень. Он ел траву, не подозревая, что за ним наблюдают. Мартин быстро достал фотоаппарат и, настроив объектив, щёлкнул вспышкой. Олень замер. Он не убежал, не испугался. Он медленно поднял голову и уставился прямо на них. Глаза животного были пусты, слишком осознанны. Секунда — и олень издал гортанный, рычащий звук. Неестественный. Почти человеческий. А затем — начал меняться. Позвоночник выгнулся наружу, из кожи полезли острые наросты. Передние копыта вытянулись, стали когтистыми. Морда растянулась в оскал, обнажив страшные зубы. Глаза — срослись с кожей. От зверя повеяло гнилью, и резкий запах ударил в нос. — Мать моя Мадонна... — прошептал Макс, в оцепенении. Кейт прижалась к его спине, выглядывая из-за плеча. Близнецы застыл как вкопанные. Существо зарычало. Хруст. Дрожь. — Маакс... — прошептала Кейт. — Да?.. — У меня такое чувство, что нам надо валить.. — Я с тобой согласен... — БЕЖИИИИИМ! — заорал Мартин, схватив сестру за руку. Все четверо рванули с места. Существо взревело, перепрыгнуло через границу, и ринулось за ними. Гонка началась. Лето жарило лёгкие, вены пульсировали от страха. Они неслись по тропе, не разбирая дороги, всё глубже в лес. Чудовище преследовало их — без усталости, без колебаний. Долго ребята не могли бежать по зарослям леса — чудовище стремительно приближалось. Кейт оступилась, споткнулась и упала, больно подвернув ногу и прокатившись к дереву. Она вскрикнула, схватившись за лодыжку. Попыталась встать, но острая боль снова свалила её на землю. Ей ничего не оставалось, как ползти назад, пятясь от приближающегося монстра. Тварь приближалась, агрессивно скаля зубы, с которых текла липкая слюна. В глазах Кейт застыл страх и отчаяние. Макс и близнецы были рядом, а за их спинами — тупик. Казалось, это были последние минуты их жизни. Она поползла назад, вцепляясь пальцами в мох и землю. Существо приблизилось. Его дыхание — зловонное, влажное, тёплое — уже рядом. Оно медленно скалилось, как будто наслаждаясь страхом. И вдруг — удар! В морду чудовища прилетел камень размером с ладонь. Существо взвыло от боли и, зарычав, резко повернуло голову в ту сторону, откуда прилетел снаряд. Ребята тоже посмотрели туда — и застыли в шоке. Санни. Она стояла, молча глядя на тварь исподлобья своими серыми глазами. Руки сжимали воронёнка, а лицо, бледное от страха, всё равно было решительным. Она случайно оказалась поблизости, когда услышала крики и топот — и, увидев брата с сестрой в опасности, в ней исчезли все посторонние мысли. Осталась только одна цель — спасти родных. — САННИ?! — Макс вскрикнул от неожиданности. Близнецы тоже замерли в шоке. Тварь, забыв о прежней добыче, теперь злобно рычала на новую цель. Санни, держа воронёнка, ловко привязала его к плечу и сорвалась с места, как ужаленная. Существо с ревом помчалось за ней, оставив остальных в покое. — РЕБЯТА, СКОРЕЕ! ЗОВИТЕ ПОМОЩЬ! — закричал Мартин. Кларисса и Макс побежали к вилле, Макс нёс Кейт на руках. А Санни... она бежала так, как не бежала никогда в жизни. Страх и адреналин гнали её вперёд. Она не думала о себе — только о том, чтобы монстр отвлёкся и не тронул родных. Существо мчалось за ней, ломая деревья на ходу, и земля гудела от его тяжести. Одна ель рухнула прямо перед Санни, но она успела проскользнуть мимо, чудом избежав удара. Монстр не был похож ни на одно известное животное — он словно воплощённый кошмар. Силы начали покидать девушку, тело ослабевало, дыхание сбивалось, но она не останавливалась. Воронёнок на плече был цел, и Санни знала: останавливаться нельзя. И вдруг... дорога. Асфальт. На обочине другого конца дороги стояли Макс, Кейт, близнецы — и с ними Томас и Руби. Лица всех были полны ужаса и тревоги. В руках Томаса было ружьё. Он быстро зарядил три патрона и прицелился в чудовище. Задача была почти невозможной — попасть в цель, не задев бегущую девушку. Санни бежала из последних сил. Всё тело болело, каждый вдох был пыткой. И тут она оступилась, упала на асфальт, перевернулась трижды, ободрав колени и локти. Но воронёнок был невредим — она инстинктивно защитила его. Монстр прыгнул на неё. Томас щурится. Целится. Выстрел. Оглушительный хлопок разнёсся по округе, и птицы с криком взмыли в небо. Огромная туша твари рухнула рядом с Санни. Девушка, в ужасе глядя на мёртвое тело, отползла, прижимая птенца к груди. Выстрел пришёлся прямо в голову чудовища. Оно больше не двигалось. Из раскрытой пасти текла синяя жидкость вперемешку со слюной. Оно было мёртвым. … Ребята находились в вилле семьи Браунс. Руби помогала Кейт перевязать больную ногу. Макс, Мартин и Кларисса сидели на диване, всё ещё пребывая в шоковом состоянии. Женщина металась по комнате, стараясь сохранять видимость спокойствия, но тревога в её глазах говорила сама за себя. Томас сидел в кресле, мрачно глядя в пол и сжимая в руках ружьё. Его лицо оставалось суровым — он молча переваривал всё, что произошло. А Санни… Всё, что случилось за день, выбило её из колеи. Лицо побелело, как мел, локти и колени были заклеены пластырями. Она сидела за столом, не мигая, уставившись в одну точку — взгляд стеклянный, почти безумный. Всё её тело заметно дрожало от нервного перенапряжения. На столе перед ней сидел воронёнок с бинтом, повязанным на шею, как шарфик. Руби заботливо перевязала ему шею бинтом. Он глядел на Санни своими большими голубыми глазками, сочувственно, и осторожно тыкал её клювом в руку. — Вот, девочка… выпей. Тебе станет легче, — мягко сказала миссис Руби, протягивая стакан воды. — С-спасибо..— прошептала Санни, не отводя взгляда от одной и той же точки. Она попыталась удержать стакан обеими руками, но пальцы дрожали, и часть воды пролилась ей на колени. Миссис Браунс с беспокойством наблюдала за детьми и за гнетущим молчанием, повисшим в комнате. Но оно длилось недолго. — Совсем рехнулись всей компанией?! — резко произнёс Томас, вставая с кресла и отодвигая ружьё в сторону. Руки скрестил на груди, взгляд стал колючим. Ребята опустили головы, чувствуя вину. Только Санни продолжала молча пить, всё так же смотря в никуда. — Запрещено же ходить по окраине города! А если бы вас эта тварь сожрала?! У вас вообще мозги есть?! — продолжал он, сверля взглядом каждого. Он начал нервно ходить по комнате, потирая переносицу. — Пап… Что это было? — тихо спросил Мартин. Кларисса тоже смотрела на отца в оцепенении. Томас замер. Руби перестала метаться и с тревогой обернулась к мужу. — Мы ведь вас предупреждали… Не приближаться к границе, это было важно, — произнесла она, опускаясь в кресло. Томас вздохнул. — С сегодняшнего дня усвойте: лес опасен. Не выходите за пределы города. Особенно — ночью. И никогда — в одиночку, — его голос звучал жёстко. Мартин и Кларисса побледнели. У Макса и Кейт отвисли челюсти. Санни всё так же молчала. — И вы ещё на нас злитесь?! — вдруг вспыхнула Кларисса. — Если бы вы сразу всё рассказали, никто бы не пострадал! Почему мы с Мартином узнаём об этом только сейчас?! — Мы с папой… хотели всё объяснить. Просто… — Руби запуталась в словах, нервно поправляя волосы за ободок. — Мы молчали ради вашей безопасности. Мы боялись. — А что ещё вы от нас скрывали?! — не унималась Кларисса. — Может, пора уже сказать всё, спустя пятнадцать лет?! — ТИХО! — взревел Томас. Его голос ударил по стенам, и даже Руби вздрогнула. Ребята замерли, мурашки пробежались по коже. — Почему вы не сказали, что это… что это оно?! — теперь уже возмутился Макс. — Мы не были уверены. А если бы ошиблись? Вы бы всё равно не поверили. Вы же приезжие — могли бы решить, что мы сошли с ума, — ответил Томас уже спокойнее. — А… куда денут тело этой твари?.. — с трудом выдавил Мартин, вспоминая перевоплощение. — Это не имеет значения, — коротко отрезал Томас. — Главное — чтобы больше никто из вас не совался в лес. Ни под каким предлогом! В комнате воцарилась тишина. Нарушил её Макс: — Что ж… дамы и господа… подтверждаю официально: наша жизнь больше никогда не будет прежней, — пробормотал он с нервной улыбкой. — Теперь главное — обезопасить себя и близких, — добавил Томас. Его слова повисли в воздухе, как тяжёлое предчувствие. Макс, Кейт и Санни это ощутили особенно остро. За один день произошло столько необъяснимого, что в голове не укладывалось. И теперь становилось понятно, почему родители когда-то уехали из этого города. Похоже, они тоже с этим столкнулись… Но зачем тогда отправили детей обратно? Зачем, зная, что здесь происходит? Ответов пока не было. — Надеюсь, это был первый и последний раз, когда мы столкнулись с этим ОНО, — пробормотала Кейт, потирая травмированную ногу. — Будем надеяться… — мрачно сказал Томас, прищурившись и глядя в окно, за которым начинался лес, огороженный железным забором с красно-белыми полосами. ... Лес хранит в себе множество тайн. Он может открыть их тебе, дать знания… А может — поглотить душу, обратить тебя в нечто иное… Или заставить встретиться с собственной тенью. Важно одно: понравиться лесу. Тогда, может быть… он не уничтожит тебя. И главное — никогда не убегай от самого себя.