from the archives

[Щелчок] [СКАР] …так– о! Окей! Оно записывает? Думаю, да. Ну, не то чтобы это действительно имело значение, если нет. Мне просто нужно снять камень с души. Я не собираюсь отправлять это в архивы– так что, полагаю, если вы это слышите, значит, кто-то рыскал здесь! (Смеётся) Заявление от меня, Скара Гудтаймса, помощника архивариуса, относительно… хм. Как мне это назвать? … Относительно чрезвычайно странного состояния здоровья. Заявление начинается! …Блин, так странно об этом рассказывать! Я даже не знаю, с чего начать! Знаете, у Гриана это выглядит намного проще, чем есть на самом деле. Полагаю, начну с того, что у меня вообще нет никаких проблем с тем, чтобы не быть мёртвым. Просто на случай, если кто-то это слушает, не поймите меня неправильно, я каждый день счастлив тому, что всё ещё жив. И я не из тех, кто смотрят дареному коню в зубы! Это просто, ну– Кажется, в первый раз, когда это случилось, или, по крайней мере, в первый раз, когда я это помню, я был маленьким ребенком. Мне было… восемь или около того? Где-то так. В детстве, у моих соседей на заднем дворе был бассейн, и летом они каждые две недели устраивали там вечеринки. Люди приносили чипсы, газировку и прочее, это было прекрасное время. Но, знаете, в такие моменты, когда большой бассейн и куча бегающих детей вокруг, и не похоже, что там дежурит кто-то– что ж! Ну. Могут случиться страшные вещи! Я довольно сильный пловец, на мой взгляд. Но получилось так, что я только научился нырять, и– вы же знаете, какими бывают дети иногда. Я хотел похвастаться перед своими друзьями! Никто из них не умел нырять. Так что я попробовал, но… (вздыхает) Окей, это немного неловко. Я нырнул на мелководье. Если вы не знаете, никогда-никогда-никогда нельзя нырять на мелководье. Не делайте этого! Я сильно ударился о дно бассейна, и что-то просто… сломалось. Мне казалось, что всё, начиная с моих плеч и выше, просто разбилось вдребезги, как стекло. Я не мог сказать, насколько всё было плохо– я просто знал, что это было плохо, и я был под водой, и я ничего не чувствовал. Хватая ртом воздух, когда достиг дна, я наглотался воды, так что я не мог дышать и двигаться– Вот официальный жизненный совет Скара Гудтаймса, если кто-нибудь это слушает: утонуть со сломанной шеей — ужасный способ умереть. Отвратительный! Не рекомендую это делать вообще. А потом я лежал на спине на бетоне рядом с бассейном, мои родители были в полном шоке, и я был… в порядке! Типо, я мог дышать, я мог двигаться– как оказалось, худшее, что случилось — я проглотил немного воды. Моя мама позвонила в службу спасения, они осмотрели меня, когда приехали, но я был на сто процентов в порядке. Даже синяков не было. Они выписали мне справку о состоянии здоровья и сказали быть осторожнее, прыгая в бассейны, и всё. Я думал… честно говоря, я не знаю, о чем я думал! Наверное, я подумал, что мне это, видимо, почудилось. Я был ребенком. Дети не так сильно переживают о чем-либо! Я был в порядке, так что всё хорошо! Я, вероятно, полностью забил бы на это, если бы не– ну. Как только я снова встал на ноги и они убедились, что со мной всё в порядке, меня отпустили обратно к бассейну, и там была… кровь в воде. Казалось, никто другой этого не видел. Теперь, когда они знали, что со мной всё в порядке, они все просто продолжали плескаться. Но в воде было большое красное пятно, которое расплывалось по мере того, как люди плавали вокруг, начиная прямо с того места, где я ударился о дно. Это выглядело… это реально выглядело так, как будто там кто-то умер, и никто этого не заметил. И я был в порядке! Но мне было интересно… ну. Любому было бы! Честно, я на какое-то время забыл об этом. Я был занят! Живя полной жизнью, развлекаясь, занимаясь детскими делами. И потом… ну, а потом это случилось снова. Во второй раз мне было… тринадцать, кажется? Восьмой класс, не суть. Я был в походе с несколькими своими одноклассниками. У нас была большая группа, но я и несколько моих друзей– окей, послушайте, ещё раз, я знаю, что это тупо, ноооо было много старых историй о золоте в лесу, и мы подумали, что было бы приключением отправиться на небольшую охоту за сокровищами без присмотра. В смысле, вы знаете, что дети поверят, будто под каждым камнем спрятано пиратское золото, если вы расскажете им правильную историю. В общем, мы отклонились от тропы, я и двое друзей, и там было место, где земля не была, ну… твердой. Корни и листья довольно хорошо скрывали всё это, но это был прямой спуск в карстовую яму, и, ну, я просто провалился прямо в неё. Обрыв был… о, добрых двадцать футов, по крайней мере, и там было несколько очень острых камней. Невовремя! И я подумал, знаете, вот оно. В смысле, у меня было не так много времени на раздумья, но я отчетливо помню, как думал, что сейчас умру. Я ударился о камни, и на мгновение всё заболело– это было намного быстрее, чем в первый раз, и это было лучше. Как будто моё зрение стало белым, затем черным, и на этом все закончилось! Великое запределье, вот и я. Только ничего не произошло. Снова. Я открыл глаза и обнаружил, что сижу на дне воронки снова как ни в чем не бывало, один из моих друзей кричит мне сверху, что другой бежит назад за помощью, а я чувствую себя совершенно нормально. Совсем как раньше. На мне даже синяков нет, ни единой царапины. Я потерял свою шляпу и немного порвал куртку, но на этом всё. Ну, им пришлось вызвать смотрителя парка, чтобы вытащить меня оттуда, а потом я получил самый продолжительный нагоняй за всю свою жизнь, но на этом всё. Я был просто в порядке. Знаете как говорят, что дважды — это совпадение, и вам нужно третье, чтобы составить четкую цепочку, но после двух раз я уверенно чувствовал, что что-то не так. И после этого всего, оно просто… продолжало происходить. Я попал в довольно серьезную автомобильную аварию, когда только учился водить. Машина была разбита вдребезги, а я благополучно выбрался. Честно говоря, я уже сбился со счета, сколько раз это случалось. И я всегда просто… в порядке! И, между нами говоря, это не значит, что мне не нужна помочь! У меня отвратительное умение оставаться в живых. Как будто весь мир против меня. Клянусь, меня сбивали машины, которых там даже не было, когда я шел по улице. Но я начал задаваться вопросом, не является ли это тоже частью всего происходящего. Типо, может быть, это компромисс, ну, знаешь, за то, что ты не умер? В обмен на то, что я никогда не умираю по-настоящему, мир всегда пытается убить меня? Ещё одна вещь, которая меня удивляет, это… что ж. Обычно найти пульс не так уж и сложно, да? Надавить на запястье, вену на шее, подождать пару секунд, и всё, блеск. Но, ах… это… иногда для меня это труднее, чем должно быть. Не всегда! Большую часть времени всё в порядке, и я могу сразу же найти его, прекрасно бьётся. Но иногда– иногда! Я обращался ко многим врачам. Они все говорят, что моё сердцебиение в норме. Каждый раз это один и тот же результат, который я получал, когда мне было восемь и парамедики осматривали меня после того, как вытащили из бассейна. Совершенно нормально, нет логической причины, по которой мой пульс должен уходить в отпуск. В некотором смысле это похоже на любое другое хроническое заболевание. В основном, я к этому привык. Умирать, очевидно, никогда не весело, и иногда это очень больно– однажды Гриан отправил меня найти заявление о самовозгорании, и это определенно было неприятно! — но это менее страшно, когда знаешь, что сразу придешь в норму. Но я скажу вам, что меня действительно пугает. Мысль о том, что когда-нибудь, может быть, я не смогу. Но я стараюсь не думать об этом! В любом случае, сейчас вообще нет смысла беспокоиться. До сих пор я достаточно хорошо справлялся со всем этим! И я предпочту это, чем оказаться мертым мертвым в любой день. [Щелчок] [Щелчок] [ГРИАН] Скар? [СКАР] О, привет, Гриан! Как дела? [ГРИАН] Почему ты всё ещё здесь? Я думал, ты пошел домой. [СКАР] О, просто работаю над мелким личным проектом. Ничего важного. [ГРИАН] Ты– ты что, копался в моих кассетах? [СКАР] Нет, я просто позаимствовал твой диктофон! Я не прикасался ни к одному из заявлений. Чтоб мне сдохнуть. (Хихикает) [ГРИАН] Что смешного? [СКАР] О, ничего. Локальная шутка. Может быть, я тебе объясню со временем. [Щелчок]