Внезапное происшествие

      Острая боль мгновенно растеклась по телу Баки и он отшатнулся. По довольному взгляду противника, Барнс понял — тот добился желаемого результата. К счастью, почти сразу парня в маске с красной рукой, сшиб с ног Сэм и схватив за грудки, поднял в ясное голубое небо. Ощущая, как все вокруг него начинает бешено вертеться, а в ушах нарастает гул, Барнс опустил руку на живот, пытаясь определить насколько все серьезно. Все было очень серьезно, даже по меркам человека пережившего ад.       Абдоминальная область отличалась большим скоплением органов, некоторые из которых отличались особой кровоточивостью. Парнишка знал, куда нужно бить. Перчатка Барнса пропиталась кровью сразу. В нос ударил неприятный металлический запах. Стало трудно дышать. Он терял кровь слишком быстро. Попытка плавно опуститься на траву провалилась и он просто упал, продолжая держать руку на ране, хотя и понимал, что это скорее всего не поможет.       — Так, смотрим на меня, — Джон Уокер буквально рухнул перед ним на колени. Шлем отлетел в сторону и Баки видел лицо капитана как размытое пятно. Джон хлестнул его по щеке, чтобы привести в чувство. К удивлению Барнса это немного помогло, лицо перед ним преодолело очертания, — не смей отключаться, — сквозь зубы процедил Уокер.       Он хотел приподнять руку Барнса, чтобы осмотреть рану, но Баки сопротивлялся. В итоге он сдался, так как Джон оказался настойчивым, а силы покидали сержанта слишком быстро, как и кровь.       — Ты истекаешь кровью, — произносит он так, словно без него Барнс не знал этого.       — Я… в курсе, — с трудом пробормотал Баки. Язык заплетался, произношение не четкое.       Джон не был специалистом в области медицины, конечно, у него были некоторые знания, которые получали все солдаты во время подготовки, но этого было недостаточно, чтобы оказать Барнсу помощь прямо тут — в лесистой местности, окруженной полями и далекой от хоть какой-то цивилизации. Баки требовалось куда больше, чем то, что мог сделать Уокер здесь и сейчас. Ему был нужен профессиональный врач, современная операционная и, вероятно, гемотрансфузия, по простому — переливание крови.       — Тебе нужен врач, — коротко констатирует Джон, сев удобней. Его перчатки были в крови Барнса, еще немного капнуло на форму, но это казалось таким пустяком на фоне того, что перед ним прямо сейчас умирал человек.       — Не… нет, — все также расфокусировано ответил Барнс, уставившись на пышные белые облака, — никаких… врач-врачей.       — Барнс, я тебя не спрашиваю, — огрызнулся Уокер, наблюдая, как к ним спешат Сэм и Хоскинс, — я говорю по факту: мы везем тебя в ближайшую больницу.       — Что с ним? — голос Уилсона звучал встревоженно. Он смотрел то на Барнса, лежавшего на траве, то на Джона, который достал из аптечки бинт и прижимал его к ране.       — Тот псих полоснул его ножом, — сообщает Джон, — Лемар, вызывай спасателей, срочно.       Лемар коротко кивнул и отошел от них на пару метров, чтобы сделать звонок с помощью спутникового телефона. Простая сотовая связь тут, ожидаемо, не ловила, ведь вышки были слишком далеко. Баки издал болезненный стон, когда Джон убрал пропитанный кровью бинт и взял у Сэма чистый, снова закрывая рану.       — Бак, ты как? — Сэм посмотрел на некогда Зимнего Солдата. Тот сжал челюсти и прикрыл глаза, — ясно, херово. Ничего, сейчас отвезем тебя в больницу, там тебе помогут.       Баки снова попытался возразить, сказать о том, что ему не нужен врач, но получилось что-то неразборчивое и смазанное. Словно он пытался говорить с набитым ртом. Постепенно боль в животе перестала его волновать. Теряя кровь он ощутил, как ему резко стало холодно. По телу пронеслась дрожь и в сознании яркой вспышкой загорелся призрак прошлого — криокамера, где его держала ГИДРА. Взгляд испуганно заметался. Он увидел Сэма, который сжимал его плечо. Потом Джона, все еще закрывающего рану бинтами. Вот зачем ему это? Они ведь даже не знакомы? Но Уокер был преисполнен выполнением своего долга. Спасение жизней и все такое. Потом Барнс заметил Лемара. Он единственный, кто стоял на ногах. В руках все еще был телефон, взгляд встревоженный, как и у Сэма с Джоном.       — Не отключайся, Баки, — испуганно попросил его Сэм, окончательно потеряв самообладание и характерную для военных собранность. Он вспомнил о том, как много лет назад его друг и напарник Райли вот так же истекал кровью, — спасатели уже в пути.       Баки уже с трудом разбирал слова Джона и Сэма, короткие команды Лемара, которые он отдавал в рацию, чтобы вертолет спасателей нашел их как можно скорее. Сознание тлело, как уголек в печи и он ощутил как проваливается куда-то в пустоту. Пронесся голос Стива, словно он был рядом и звал его, потом еще какие-то незнакомые голоса и Барнс отключился.

***

      Когда он смог открыть глаза уже было темно. За окном горели сотни огней домов и вывесок. Он лежал на широкой кровати, посреди светлой комнаты. Живот почти полностью закрывала плотная повязка из марли, а к здоровой руке подвели капельницу для внутривенных вливаний. Грудную клетку окутывали датчики и провода для контроля его состояния. Все тело чувствовалось как не свое. Баки решил, что это из-за действия анальгетиков. К счастью, острая боль пропала. Ощущался только дискомфорт в области раны.       — Хей, привет, ты как? — усталый голос Сэма немного успокоил Баки. Он увидел Сокола перед собой. Он был не в свой супергеройской одежде, а в обычном свитере и джинсах. В руках стаканчик из кофейни. Именно запах кофе так ярко выделялся в общем аромате медикаментов и антисептиков, которыми пропахло помещение.       — Ну так себе, — пробормотал Барнс. Во рту была пустыня и сильно першило горло.       — Сейчас, — Сэм словно понял его потребности. Он оставил стаканчик на столике и взял с него другой — наполненный чистой водой. Он помог Барнсу присесть и сделать несколько глотков.       — Спасибо, — буркнул он. Раньше Баки не мог представить себе ситуации, в которой ему пришлось бы благодарить этого человека, но это произошло.       — Все нормально. Ты в обычной больнице. Вход в палату охраняет Уокер и его подручный, тебя никто не тронет, — Сэм говорил ровно и уверенно. Он понимал причины, по которым Баки не хочет ехать в больницу, так что постарался его успокоить, — хочешь, я побуду тут с тобой?       Баки кивнул. Ему правда не хотелось оставаться тут одному и погружаться в свои мысли. Он понимал, что ничем хорошим одиночество не закончится. Ведь тогда снова возникнут мысли о том, что его могла поймать ГИДРА, что все это постановка и он снова подвергнется пыткам. Сэм ощущался как гарантия того, что с ним не случится паническая атака. Уилсон с пониманием посмотрел на него и подтащил к кровати стул. Снова взяв кофе, Сокол сделал пару глотков и уставился на Барнса. В проводах и капельницах он выглядел очень беспомощным и не таким опасным.       — Вы смогли задержать Разрушителей? — постепенно он вспомнил события, которые предшествовали его попаданию в клинику.       — Не всех, — выдохнул Сэм, — те, что у нас, сейчас в военной тюрьме и их допрашивают. Остальных ищут военные.       Это звучало, как весьма неплохая новость, учитывая обстоятельства. Баки устроился настолько удобно, насколько ему позволяли бинты и трубки. Сэм достал из кармана смартфон и принялся переписываться со своим помощником Хоакином Торресом, чтобы знать о том, как обстоят дела с пойманными и поиском сбежавших.       — Есть новости? — интересуется Барнс. Сэм покачал головой, — дерьмово.       Вскоре дверь в палату открылась. Вошла приятная на вид девушка, лет двадцати восьми. Светлые волосы уложены в аккуратный пучок, серые глаза смотрели с теплом и пониманием. Поверх серого медицинского костюма на ней был белый халат из кармана которого торчал стетоскоп. В руках был планшет.       — Здравствуйте, мистер Барнс, — приветливо сказала она, — я Стефания Брукс — ваш лечащий врач.       У Баки перехватило дыхание, а сердце пропустило удар. Он был готов поклясться, что это отразилось на мониторах, но ему было плевать. Перед ним стоял, пожалуй, самый красивый доктор из всех, что он мог себе представить.       — Зд… здрасти, — в попытке преодолеть волнение, произнес он. Сэм глухо усмехнулся.       — Мне нужно вас осмотреть, — мягко сказала она, опустив планшет на столик, — не против?       — Нет.       Даже если бы она сказала, что хочет разрезать его без наркоза, он не был бы против. Лишь бы она стояла рядом с ним и смотрела своими огромными глазами. Что-то в ней притягивало Барнса и он ощутил себя молодым парнем, который в сороковых бегал за девчонками и приглашал их на танцы. Стефания достала стетоскоп и прослушала сердце, а затем и легкие Барнса, после отогнула простыни и оценила состояние повязок.       — Все в порядке, — улыбнулась она, — отдыхайте. Через четыре часа снимем повязку и обработаем швы.       Стефания покинула палату и до Барнса донеслось, как она обменивается любезностями с Джоном и Лемаром, все еще дежурившеми около его палаты.       — Ты выглядел, как полный придурок, — отметил Сэм, — который запал на молоденького доктора.       — Заткнись, — рыкнул на него Баки, — или я сомкнул руку на твоей шее.