Пари на судьбу Британии

Может Драко и не любил Францию, но родным британским лужам он тоже был не рад. Хмурый лондонский декабрь не планировал радовать англичан снегопадом, зато нещадно поливал мостовые ледяным дождем. Вода не успевала стекать в ливнёвки, собираясь лужами на тротуаре. В одну из них и приземлился Драко при перемещении. — Чтоб ещё раз я доверил Поттеру заказ порт-ключа, — выругался Драко. Это была самая худшая точка для перемещения: дальше всех остальных от Министерства, да ещё и центре маггловского квартала. Аппарация тут запрещена из-за близости маггловских технологий. В теории они могли исказить аппарацию. На практике маггловские телевизоры обычно никак не влияли на перемещения в пространстве. Так что Драко мог бы смело наплевать на ограничения, если бы не высокая вероятность получить штраф в половину своего состояния. Мать с отцом задушат его собственными руками, если он заложит родовое поместье всего лишь за аппарацию в неположенном месте. Лучше уж пятнадцать минут погулять под дождем с промокшими насквозь ботинками, чем добавлять денег в карманы Орсона и Коллинза. Вода в ботинках хлюпала, а магловская одежда всё сильнее прилипала к телу. Дом, милый дом. Чтобы не думать о своем бедственном положении, Драко отвлекал себя мыслями о деле Гойла. «Польский лавочник» стал третьим британским пациентом клиники Жозелин Робер. Симптомы идентичны. Паксон и Томпсон скорее всего работали с Грейнджер в отделе Аудита. Они пострадали за то, что копали под Отдел Тайн — всё предельно ясно. А вот Гойл… Он скорее всего был нанят Коллинзом. Хотя скорее не столько нанят, сколько рекрутирован? Из того, что Драко понял по коротким ответам Гойла в допросной, он думал, что может воскресить Крэбба по инструкциям из книги. И он делал всё ради этого. Но в чём выгода Коллинза? Если цель — отвлечь общество от паршивого характера министра Орсона, то зачем увозить Гойла в Восточную Европу? Британские маги явно бы больше уделяли времени Гойлу, будь он внутри страны. С другой стороны на континенте Гойла было легче спрятать. Да и чтобы авроры могли проводить операции за границей требовалась тонна разрешений и договоренностей. Поэтому Драко приходилось постоянно сопровождать Поттера во время попыток поймать Гойла. Ведь именно Драко отчитывался за каждое действие авроров перед иностранными министерствами. В том числе и перед министром Орсоном. Бюрократия была основной причиной затянувшейся погони за Гойлом. Не будь Поттер связан по рукам и ногам отчётами и получением разрешений, Гойл бы уже давно сидел в Азкабане. Драко замер на месте. Гойл был бы пойман гораздо раньше, если бы не бюрократия. Был ли в министерстве хоть один человек, который умел договариваться с дипломатическими представительствами европейских стран лучше, чем Драко? Существовал ли аврор, который находил бы преступников быстрее, чем Поттер? Ответ на оба вопроса был одинаковый — нет. Поставить Поттера и Драко в пару на это дело — логично. Они лучшие. Но из-за этого дела они оба постоянно пропадали за пределами страны, почти не уделяя время внутренним делам. Только повышение смогло вернуть Драко возможность разгрести все свои рутинные дела внутри страны. Но была ли такая возможность у Поттера? Такие частые командировки для Драко хоть и были необычным обстоятельством, но не выходили за рамки его полномочий. Но аврор Поттер должен находится внутри страны, чтобы выполнять свои обязанности качественно. Но последние несколько лет, Поттер едва дома появлялся, постоянно разъезжая по странам Восточной Европы в поисках Гойла. Интересно, а скольких он поймал за то время, что они занимались погоней за Гойлом? Сколькими делами Поттер успевал заниматься помимо «польского лавочника»? Драко зашёл в Отдел Транспорта уже полностью уверенный, что дело Грегори Гойла было создано для отвлечения внимания аврора Поттера. Но зачем? Он не отвечал за внутренние расследования министерства. Поттер занимался ловлей бывших пожирателей. А любые коррупционные расследования были вотчиной Отдела Аудита. Так почему же Поттера так настойчиво выпроваживали из страны. Что он мог заметить? Драко с тяжёлым вздохом постучал в окно выдачи порталов. Через несколько секунд оно открылось. Ведьма средних лет окинула Драко усталым взглядом. Нарисованная бровь на её лице слегка приподнялась. Драко быстро объяснил цель визита, стараясь лишний раз не запинаться и не путаться в словах. Ведьма кивнула и взмахом палочки захлопнула створку. Драко подпрыгнул от неожиданности. Но времени на возмущение у него не было, потому что уже через секунду окно снова открылось, открывая обзор на недовольное лицо ведьмы. — Вот ваш портал до Хогвартса, мистер Малфой, — сотрудница Отдела Транспорта положила на стойку старые карманные часы и сопроводительные документы к порталу. — Тяжёлое дежурство? — праздно поинтересовался Драко, осматривая часы на предмет повреждений. Портал должен быть исправным, иначе есть риск развалиться на части при перемещении. Женщина недовольно закатила глаза. — Если бы оно было одно! Я дежурю уже неделю по утрам. Без единого выходного. Ах, иногда я скучаю по тем временам, когда с нами работала мисс Грейнджер! — Разве всех сотрудников отдела не уволили вскоре после того, как она к вам устроилась? — между делом поинтересовался Драко, разглядывая документы. Ведьма по ту сторону окна презрительно ухмыльнулась. — Бездельников и взяточников может и уволили, но честные сотрудники, как видите, никуда не делись. А мисс Грейнджер и мистера Забини перевели на другие должности, но это даже хорошо. Нечего талантливой молодёжи подсчётом мётел и выдачей порталов заниматься. — Но вы сказали, что по мисс Грейнджер скучаете? — попытался вернуть разговор в нужное русло Драко, методично сверяя в путевом листе порт-ключа место отправления, место прибытия, количество перемещений и количество перемещаемых. Все данные были верны, но Драко намеренно тянул время. — Конечно, — фыркнула в ответ ведьма, — пока мисс Грейнджер тут работала, у нас не было переработок. Расписание было чётким и комфортным для сотрудников. Всё она помогла выстроить. Кто бы что не говорил про неё, а управленец из неё прекрасный. Хогвартсу повезло заполучить такого учителя. — Разве она не была рядовой сотрудницей? — удивился Драко, расписываясь в документах. — Да, но такой настойчивой, — закивала сама себе ведьма, забирая себе одну из копий путевого листа, — всегда упрямо шла к цели и добивалась, чего хотела. Да и разобралась в работе отдела быстро, помогла всё оптимизировать. Её бы нам на место начальника, а то нынешний, хоть и славный малый, но тяжко ему это всё даётся. Вот даже график нам составить не смог. Так и работаем с напарницей неделя через неделю. График ужасный, но куда деваться? Сотрудников не хватает… но что-то заболталась я тут с вами. Всё в порядке, можете идти. — Спасибо, хорошего вам дня! На этих словах Драко окно выдачи порталов снова резко захлопнулось. Грубо, но если бы Драко работал неделю без выходных, он бы тоже не церемонился с посетителями. С мыслями о тяжёлой судьбе рядовых сотрудников Отдела Транспорта Драко зашёл в лифт и нажал на кнопку. Лифт полетел к первому уровню. Именно там Драко должен был встретить министра. Чем ближе лифт был к нужному уровню, тем сильнее портилось настроение Драко. Двери лифта открылись с мелодичным «дзынь», и Драко лицом к лицу столкнулся с полным мужчиной средних лет, от которого пахло гороховой кашей и бобами. — Господин министр! Какая встреча! — фальшивая улыбка озарила лицо Драко всего через секунду. — Вы мокрый, мистер Малфой, — поморщился министр. — Да, попал под дождь, не успел просохнуть, — пожал плечами Драко. Может быть Драко не нашёл времени кинуть на себя высушивающие заклятие, потому что был слишком занят мыслями о деле Гойла и проверкой портала. А возможно, потому что хотел залить дождевой водой ковры в кабинете министра. Кто ж знает? В голову Драко же некому залезть. — Пойдёмте, министр, портал сработает меньше, чем через пять минут, — Драко взял министра за локоть и потащил к кабинету для перемещений. Там был особый протокол защитных заклятий, разрешавший портальные перемещения. Министр с отвращением посмотрел на схватившую его руку. Вода с рукава стекала прямо на мантию министра. Не ковры, но и этим Драко был доволен. Зайдя в кабинет для перемещений, Драко взял министра под руку и ровно в девять часов сорок пять минут активировал портал. Перемещение, как и всегда, было быстрым. В связи со своей работой Драко привык к порталам. Он так часто их использовал, что уже почти не чувствовал головокружения после. В целом всё прошло, как обычно. Единственным неприятным новшеством были крики министра. Те несколько мгновений, которые заняло перемещение, показались Драко вечностью. И когда это, наконец, закончилось, звон в ушах у Драко ещё остался. Вместе со звоном, Драко поразила резкая боль в руке. Он кинул быстрый взгляд на своего спутника и пробурчал: — Министр, мы прибыли, можете отцепиться от моей руки. Министр Орсон разжал свою хватку, быстро кивая. — О! Мы уже в Хогвартсе? Как же давно я тут не был! — пробормотал министр, разворачиваясь на пятках. — Старый добрый Хогвартс… — Министр, — позвал его Драко, — ещё шаг и вы окажетесь в Запретном лесу. Хогвартс — там. Драко ткнул пальцем в замок. Тот самый замок, который заметил бы даже слепой. Но не министр Орсон. — Ах, ну, конечно, старый добрый Хогвартс. Лучшая школа чародейства и волшебства в магической Британии! «Конечно, она же единственная,» — подумал про себя Драко. Министр тем временем почувствовал себя вольготно, вышагивая по дороге к замку, следом за Драко. Мужчина сложил руки за спиной и задрал подбородок, разглядывая всё вокруг, как экспонаты на выставке. — Можете мне не верить, мистер Малфой, но я никогда не учился в Хогвартсе. — О, господин министр, можете не сомневаться. Я верю. Министр кажется совсем не обратил внимание на сарказм в голосе Драко. — Поэтому получить приглашение в кузницу молодых талантов для меня великая честь. Я постараюсь вложить в них всю мудрость, которую только смогут воспринять их крошечные детские мозги. Драко кашлянул в кулак, скрывая за ним смешок. — Мы будем очень благодарны, если вы поделитесь с детьми вашим бесценным опытом, господин министр. Орсон расплылся в довольной улыбке, продолжая свой путь. Драко уже точно знал: сегодняшняя встреча будет катастрофой. Спустя десять минут медленной прогулки по территории школы, за которую Драко успел зевнуть раз двадцать, министр вошел в кабинет профессора Грейнджер. Профессор Грейнджер скривилась, завидев Орсона. Министр тоже был не рад встрече с ней. Окинув кабинет беглым взглядом, Орсон процедил: — Выглядит хуже, чем ваше прежнее место работы, мисс Грейнджер. Профессор трансфигурации вымученно улыбнулась. — Добро пожаловать в Хогвартс, господин министр. Очень рада, что вы решили поучаствовать в профориентационном проекте. Детям будет полезно узнать обо всех карьерных перспективах, и… Министр махнул на Грейнджер рукой, падая в преподавательское кресло. — Да-да, всегда любил общаться с детьми, — проворчал министр, указательным пальцем тыкая в песочные часы на столе. Драко едва удержался от едкого комментария. Мужику перед ним пятьдесят лет! А ведет он себя хуже, чем четверокурсники Хогвартса. И это не самая простая задача. Гермиона достала из рукава волшебную палочку. Легкий взмах и песочные часы превратились в хрустальный бокал. Министр подпрыгнул на месте от испуга. — Вы сейчас без слов это наколдовали? — Министр, — все с той же натянутой улыбкой произнесла Гермиона, — попрошу не называть меня мисс Грейнджер при детях. Я их профессор. Так что попрошу обращаться ко мне соответствующее. — Да, я всё понял, мисс Грейнджер, я всё-таки министр Магии. Не тупой, знаете ли. Если бы уровень IQ был бы одним из критериев для допуска к работе, министра Орсона не наняли бы даже секретарём в отдел транспорта. В этом Драко был уверен. Грейнджер судя по натянутой улыбке — тоже. Драко чуть наклонился к уху Грейнджер и прошептал: — Кулаки так и чешутся. Напомни, сколько мне светит за нападение министра Магии? — Нисколько. Я тебя отмажу, — все также криво улыбаясь, прошептала Гермиона. Министр ударил ладонью по столу. Драко подумал, что он услышал их перешёптывания, но вместо этого министр начал возмущаться отсутствием школьников в кабинете. Драко тоже удивился тому, что до сих пор не появился ни один четверокурсник. Обычно они начинали подходить минут за пятнадцать до начала. Опаздывают? — У детей скоро святочный бал, — объяснила Грейнджер, — каждый поток должен подготовить свой номер. Сегодня им поставили репетицию на утро. Не переживайте, студентов приведут к началу нашей встречи. Министр откинулся на спинку кресла. Его пухлые пальцы схватили перо со стола Гермионы. Сначала он крутил его между пальцев, но это ему быстро наскучило, так что министр начал выдергивать пух из опахала пера. — Почему тогда вы не подобрали время встречи получше? Вы, как никто, мисс Грейнджер, знаете, что я занятой человек. Судя по дергающемуся глазу, Грейнджер была в секунде от того, чтобы послать господина министра туда, откуда прежними не возвращаются. Поэтому Драко опередил её с ответом. — Господин министр, вы достаточно неожиданно выказали желание поучаствовать. Мы и не думали, что у детей будет возможность пообщаться с таким важным человеком, как вы. К сожалению, Хогвартс сейчас подчиняется регламентам комитета по делам образования. Любые изменения в расписание студентов вносятся не меньше, чем за неделю. Нам и так едва удалось перетрясти расписание внеклассной деятельности ради переноса встречи. Для этого пришлось полностью изменить расписание тренировок по квиддичу, чтобы подстроиться под вас и начать встречу на час раньше. Это была откровенная ложь. Встреча стояла ровно по расписанию, её никуда не двигали. Видимо, сегодня был единственный день, когда Макгонагалл смогла впихнуть в расписание бальные танцы для четвертого курса. И теперь они были вынуждены терпеть бубнёж министра. — Ладно, на первый раз я спущу это вам с рук, — со снисходительной улыбкой заявил министр. — Мистер Малфой, проводите меня до туалета. Драко махнул в сторону двери, предлагая министру выйти в коридор первым. — Грейнджер, если я не вернусь, ищи меня в Тайной комнате с зубом Василиска в животе. — Не переживай, если он вернется один, и тут все еще не будет детей, я его придушу. — О, отомстишь за меня, Грейнджер? Как мило. — Иди уже, — Гермиона пихнула его рукой в плечо, и Драко вышел из кабинета. Это были самые долгие семь минут и двадцать восемь секунд в жизни Драко. Но когда он снова открыл дверь в кабинет, четверокурсники уже сидели на своих местах. Драко поздоровался с детьми и отступил в сторону, пропуская дорогого гостя вперёд. — Дети, рада представить вам министра Магии Великобритании — господина Льюиса Орсона. Дети дружно начали хлопать в ладоши. Драко закатил глаза. Грейнджер была бы не Грейнджер, если бы не отрепетировала с детьми приветствие. — Господин министр, от лица Школы Чародейства и Волшебства «Хогвартс» я благодарю вас за оказанную нам честь, — продолжила Гермиона. — Ну что вы! — по-простецки махнул рукой Орсон. — Это вам спасибо, что дали возможность пообщаться с подрастающим поколением. — Обычно мы даём пару минут гостю, чтобы рассказать о себе, после чего студенты задают свои вопросы. Вам же подойдёт такой формат встречи? — любезно улыбнулась Грейнджер. — Конечно, всё же публичные выступления — часть моей работы, — ответил не менее любезной улыбкой министр. Драко решил, что он не против понаблюдать за этим цирком у двери. В случае чего, он первый сможет эвакуироваться. Тем временем Орсон начал тараторить рассказ о своей работе. Текст был явно заучен, любой четверокурсник раскусил это с первых двух слов. То, что их министр не может рассказать о своих рабочих буднях детям без заранее заученной речи, хоть и немного беспокоило Драко, но всё же не настолько, чтобы пытаться вмешаться в ход встречи. Спектакль Грейнджер он портить своими случайными репликами не собирался. Драко осторожно прикрыл дверь в кабинет и оперся на неё спиной. Справа раздался тяжёлый вздох: — О чёрт, пути отступления перекрыты. Драко скосил глаза в сторону и увидел Тома Нотта. — Не на первом ряду сегодня? — шёпотом поинтересовался Драко. — Лезть в вендету Джонс я не собираюсь, — огрызнулся Том. Драко перевел взгляд на передние ряды. Эмма Джонс сидела на своем привычном месте, но в отличие от предыдущих встреч, казалось, совсем не обращала внимания на гостя. Мисс Джонс не особенно интересовалась спортом, но даже Оливера Вуда она пыталась слушать (пока не уснула). На этот раз девочка что-то рисовала пером в блокноте, не обращая никакого внимания на министра. Если Драко что-то и знал о гриффиндорских заучках, так это то, что если они не обращают внимание в классе, пора готовится к войне. Судя по всему друзья мисс Джонс сделали те же выводы. Рядом с ней сидела только мисс Медоуз. Но даже она дергалась от каждого неровного движения со стороны мисс Джонс. Что здесь происходит? Министр закончил свою невразумительную речь спустя три мучительных минуты. Драко даже удивился, что министр смог так долго извергать из себя связные предложения. Ученики однако впечатлены не были. Пару ребят с хаффлпафа поддерживали министра своими внимательными взглядами и теплыми улыбками, но большая часть аудитории откровенно скучала. Один из студентов Рейвенкло уснул на третьем слове, слетевшем с губ министра и с тех пор не открывал глаз. Драко, честно говоря, ему завидовал. — Большое спасибо за увлекательный рассказ, господин министр, — годы работы на посту прессекретаря не прошли для Грейнджер даром. Драко почти поверил, что она искренне рада присутствию Орсона. — Уважаемые студенты, мы переходим к части ответов на вопросы. По поднятой руке, пожалуйста. Мистер Эссьеду, пожалуйста, ваш вопрос. — Ну вы получается прям министр? — спросил парень в красно-желтом галстуке, не поднимаясь с места. — Да, — коротко кивнул министр. — Ништяк, — парнишка показал Орсону большой палец, — а вы знаете какие-то прикольные сплетни про предыдущих министров? Орсон отрицательно покачал головой. Мистер Эссьеду разочарованно цокнул языком и заявил, что вопросов у него больше нет. Зато руку поднял слизеринец, который сидел рядом с ним. — Мистер О’Коннор, — дала ему слово Гермиона. В отличие от предыдущего оратора мистер О’Коннор встал со своего места. — А где учат на министра Магии? И как там с трудоустройством после обучения? Ты сам выбираешь страну или там как-то распределяют по среднему баллу? Министр Орсон на секунду застыл на месте, мыслями потерявшись в вариантах ответа на вопрос. Благо профессор Грейнджер стояла всего в трёх шагах от него. — Мистер О’Коннор, если мне не изменяет память, ваш отец возглавляет фракцию в Визенгамоте. Мне казалось, вы лучше других студентов должны знать о нюансах избирательной системы в Магической Британии. — А при чем здесь выборы в Визенгамот? — недоуменно похлопал глазами О’Коннор. — Министр Магии — это выборная должность, — тяжело вздохнула Гермиона, — раньше на должность министра назначался лидер фракции парламентского большинства в Визенгамоте. У магглов в Англии, кстати, такая же система. Но мы решили отойти от канонов. Во время своего первого срока на посту министра Магии Кингсли Бруствер провел изменение в избирательном процессе на должность министра. Теперь министра избирают всеобщим голосованием. — Да, мисс Грейнджер, всё верно сказала, — оправившись от своего ступора затараторил Орсон. — Это большая честь быть вторым избранным на должность министром Магии. То, что наше многоликое магическое комьюнити избрало меня на пост является моим… Но министр не успел закончить. Его перебил тонкий девчачий голос. — … величайшим достижением в жизни. Пожалуй, величина его сопоставима только с шагом, которое общество магической Британии сделало в тот момент, когда повторила выборную процедуру. После тёмных лет войны мы, наконец, движемся к светлому будущему, — продекламировала с первого ряда мисс Джонс, — как интересно, что вы решили процитировать нам свою инаугурационную речь. И странно, что за столько лет вы не придумали ещё один ответ на этот вопрос. Хотя бы для разнообразия. — Мисс Джонс, — сухим учительским голосом окликнула девочку Грейнджер, — мы говорим только по поднятой руке и не перебиваем гостя. — Простите, профессор. Эмма Джонс не подняла глаз от своего блокнота ни разу за разговор. Драко был несколько удивлен поведением девочки, которая всегда относилась к старшим с уважением. Чего явно не доставало тому же Тому Нотту. Но сегодня парень решил пересесть на зрительские места, уступив сцену своей закадычной подруге. — Пс, господин дядин собутыльник, — Том дернул Драко за мантию, чтобы тот подошел поближе, — видели? Я клянусь, Джонс так не злилась с тех пор, как на первом курсе я ей перо поджёг. Драко показательно закатил глаза, намеренно проигнорировав пренебрежительное обращение от Нотта. — Это так странно, — восхищенно продолжал шептать мальчишка, — я будто смотрю как дерутся два пьяных тролля. И смешно, и опасно, и взгляда оторвать не могу. Это лучшая встреча, которую вы нам организовывали! Драко был бы рад, если бы этой встречи никогда не было. Но будь он на месте Тома, тоже радостно потирал ручки, наблюдая за разыгравшейся комедией. Пока Драко и Том обменивались любезностями, Гермиона успела выбрать пару учеников с поднятыми руками. Те задали весьма безобидные вопросы, на которые министр легко ответил. На вопрос Джули Бовен с хаффлпаффа Орсон отвечал с широкой улыбкой на лице: — Я обучался дома, но я приезжал сюда сдавать СОВ и ЖАБа в детстве. После экзаменов нас накормили в общей столовой с остальными студентами. Могу смело заявить, что моим любимым блюдом из местной, назову её школьной, с вашего позволения, кухни с тех самых пор является превосходный тыквенный пирог. Мисс Бовен кивнула, что-то записывая в свой блокнот. Она задавала вопрос про любимое блюдо в Хогвартсе каждому гостю их встреч. Следующей со своего места во втором ряду поднялась судентка рейвенкло. Девочка откинула назад золотистые волосы и представилась: — Алисия Родж. Вы только что сказали, что не учились в Хогвартсе. Подскажите, как вы согласовываете решения, связанные с образовательными инициативами, учитывая то, что вы никогда не находились внутри образовательной системы Магической Британии? Глаза министра налились алым. Отлично, теперь он ещё и злился на четырнадцатилетнюю девочку. Драко тяжело вздохнул, наблюдая как от злости раздуваются ноздри министра. — Хотя я и не заканчивал Хогвартс, — процедил министр, — у меня имеется полное академическое образование британского волшебника, подтвержденное сданными экзаменами. Я имею представление о детском образовании не хуже любого, кто учился здесь. — Простите мне мою наглость, господин министр, но вы никогда не жили в школе-интернате и никогда не работали здесь. Как же вы можете согласовывать программу обучения и бюджет для заведения, где бывали от силы три раза? — Я… — замялся Орсон. — Я просто подписываю то, что мне приносят. Для этого не надо жить в комнате с кучей подростков семь лет, и… — …и министр хотел добавить, что решения обо всех образовательных программах принимаются квалифицированными специалистами в комитете образования, — вклинилась в разговор Грейнджер. — Министр — это выборная должность, и, как мы уже выяснили, на министров нигде не обучают. Один человек физически не способен разбираться во всех общественно-значимых вопросах. Поэтому задачи, требующие профессиональной оценки, делегируются специалистам из соответствующего отдела министерства. Если специалистов с необходимой квалификацией в министерстве нет, то аппарат министра обращается к НКО или нанимает стороннего подрядчика. — Тогда зачем нужен избранный министр, если все решают специалисты? — задал вопрос кто-то из учеников. Грейнджер бросила быстрый взгляд на министра. Тот хлопал глазами и смотрел на своего бывшего пресс-секретаря, будто выжидая её ответ. — Министр Магии определяет общий курс политики страны. Принимает общественно-значимые решения, руководит правительством и представляет нашу страну на международной арене. Министр — это гарант защиты прав и свобод британских волшебников. Гермиона ответила спокойно и даже несколько меланхолично. Это не было похоже на то, как она отвечала на уроках, будучи школьницей. А расслабленный тон не позволял сравнить ее ответы с теми, что она давала будучи пресс-секретарем. Но это был и не голос учителя. Это была Гермиона. Драко на секунду опешил от собственных мыслей. Грейнджер не страдала диссоциативным расстройством личности. Но как и все волшебники, играющие социальные роли, она менялась. На учебе Грейнджер одна, дома другая, на работе третья, а в баре с друзьями четвертая. Это не вранье или лицедейство. Просто каждый человек состоит из тысячи кусочков. Как пазл или мозаика. Драко, его родители, Поттер, каждый член семейства Уизли и даже чертов Льюис Орсон — все были такими. И хоть в корне они не менялись, но в разных ситуациях ярче сияли разные их качества. Драко знал Грейнджер уже много лет. Он знал свою раздражающую однокурсницу и подругу Поттера, знал свою напарницу по старостату, знал уверенного пресс-секретаря. А еще он когда-то знал Гермиону. Девушку, которая любила садиться к нему на колени, зарывалась носом в шею и вечно забывала мыть кружки из-под кофе. Его напарницу по ночным дежурствам и тихим разговорам в Хогвартсе. Девушку, которая со стальным взглядом пообещала превратить его в хорька и продать на маггловском птичьем рынке, если он еще раз попробует проспать экзамен. И это был её голос. Грейнджер никогда не говорила так. Но это было фирменным стилем Гермионы. Недавно Драко в порыве отчаяния позвал Уизли в бар. И после первой же пинты пива начал изливать тому душу. Про дуализм Гермионы Грейнджер Драко тоже обмолвился. Рональд лишь покрутил пальцем у виска. Но Драко знал, что видел и слышал, даже если остальные этого не замечают. И что-то было не так. — Прав и свобод? — тихо спросила мисс Джонс, поднимая взгляд на своего преподавателя. — Да, — Грейнджер отвела взгляд в сторону. — Тогда почему никто не защитил Дженну? — тихо спросила мисс Джонс. По щекам девочки катились слёзы, когда она вскочила с места. Драко едва успел отойти в сторону, прежде чем ураган мисс Джонс снёс его на пути к выходу из кабинета. Том Нотт ни теряя ни секунды, выбежал следом за ней. В кабинете на несколько секунд повисла тишина. Гермиона неловко прокашлялась. — Итак, есть ещё вопросы? Но вопросов к министру ни у кого не осталось.