Часть 6. Экстра
7 сентября 2023 г., 21:31
Несколько месяцев спустя.
Их общий маленький дворец на тихом боковом канале в Венеции.
— Чжань-гэ, я не верю своим ушам. Ты прожил столько лет и ни разу не собирал лего?
— Как-то мимо меня прошло.
— А кроссворды в «Таймс» почему мимо не прошли?
— А… Там раньше исправно платили по пятьдесят фунтов первым трем читателям, приславшим верные ответы. Я и пристрастился.
— Ты что, был такой бедный?
— Иногда.
— А эти твои хранители?
— Наблюдатели.
— Какая разница! Они тебя не могли поддержать материально?
— Иногда поддерживали, когда уж совсем голодно-холодно было.
— Насколько голодно? Чтобы прямо мышей ловить и есть?
— Ван Ибо! Я тебе что, кот?
— Ты лучше кота… Не сердись, лучше погладь меня.
— Ты сам и есть большой наглый кошак.
— Ах… ведь совсем недавно ты называл меня маленьким.
— Это было до того, как ты вконец распоясался. Стой, что ты делаешь?
— Уж лучше грешным быть, чем грешным слыть… Снимаю ремень и все остальное тоже.
— У нас же самолет через четыре часа.
— Я тоже умею считать. Полтора часа в аэропорту, полчаса на дорогу, у нас еще куча времени.
— Это твоих деталек куча… ай, в спину впились. Я же просил не тащить их в постель.
— Сейчас, сейчас, все уберу.
— О, ты скинул всё на пол, даже то, что успел собрать…
— А ты думал, игрушка мне дороже тебя?
— Ничего я не думал… Целуй уже.
Париж.
— Чжань-гэ! Я ревную. Мы уже полдня ходим по Лувру, а ты ни разу на меня не взглянул.
— Мы пришли сюда смотреть на картины.
— Но ты их уже видел несметное число раз. Тебе не надоело?
— Нет.
— Что ты так упорно высматриваешь? Тебя наняли выявить подделки? Или знакомых ищешь? О, вот этот вот… как его, Аполлон, подозрительно похож на тебя.
— Что ты выдумываешь! Он же грек… то есть итальянец.
— Ага, подозреваемый путается в показаниях. А ну признавайся, где ты был в семнадцатом веке?
— Где я был… не помню, но точно не в таком виде.
— Ваша честь, подозреваемый уклоняется от ответа.
— В Англии я был. Играл в театре.
— Я так и знал! Этих самых Аполлонов и играл. И позировал невесть кому.
— Вообще-то, я девушек играл. Тогда женщинам было запрещено играть на сцене.
— Ну все, Чжань-гэ, ты сам напросился. Теперь я знаю, чем мы займемся вечером. Где тут самый дорогой магазин женского белья?
— Цыц, извращенец. Какого еще белья? Я порядочной девушкой был. Дездемону играл, Офелию.
— Понял. Тебе что больше по вкусу — слегка придушить или притопить?
— Эх, зря я давал тебе читать Шекспира…
— Зато теперь я очень образованный.
