Бессмертное сердце

С теплым восточным ветром в город у побережья Илакийского моря пришли трое в красных капюшонах. Долгая дорога на юг привела их в рыбацкий Ирген в разгар подготовки к фестивалю даров моря. Весьма удачное время, чтобы поселиться незаметно для местных и разузнать о них побольше. Марек вступила в брачный возраст в пути, как и все кочевницы до нее. Ей на роду было написано не иметь дома, скитаясь от одной деревни к другой, перебирать города, как сента кружева. Она благодарила судьбу за то, что мама успела родить Дэриша перед тем, как ведьмино проклятье забрало ее жизнь. Отец, оставшись навечно одиноким, стремился избавить Марек от горькой участи, но ведьм, практикующих магию проклятий, словно след простыл. Вечерело. Лавочники активно сворачивали торговлю, продавая товары со скидкой последнему запоздавшему покупателю. Уличные фонари зажглись золотом, отразившись драгоценными слитками на еще влажных от дневного дождя булыжниках. Марек поморщилась и задержала дыхание, пробегая мимо торговых палаток — в Иргене куда ни пойди, казалось, всюду пахло рыбой. Еще бы, город знаменит морским рыболовным промыслом, добычей жемчуга и кораблестроением. По слухам весь флот Ивварской Империи был построен на Иргенских верфях. Вот только ни жемчуг, ни плотники семью Марек не интересовали. — Пс-с! — кто-то прошипел из тени между кирпичными домами, но из-за снующего туда-сюда народа было не разобрать, кто. Наверное, принял ее за мужчину, раз она короткострижена и в штанах. Марек пожала плечами, перехватив мешок с мукой покрепче, и хотела было двинуться дальше, как тень снова зашипела: — Эй! Хочешь бесплатного помощника? В каждом городе были они — торговцы из-под полы, поддерживающие кипящую жизнь черного рынка. Словно невидимая паутина, они окутывали городские улицы, подкупали бездомных и попрошаек, превращая их в свои глаза и уши. Паренек, прячущийся в тени домов, к примеру, только что предложил купить раба. Марек, выросшая свободной от рамок кочевницей, на дух не переваривала работорговцев. Однако у нее был свой интерес. Она подошла к стене и облокотилась на нее, разминая руку, словно мешок муки был непомерно тяжелым. — Информация про ведьм, — произнесла она куда-то в небо. — А раба не хочешь? — не унимался худосочный нелегал. — Ведьму, — настойчивый, но противно ломающийся голос парня раздражал. — Триста. Без торга. — Сколько?! — поперхнулась Марек и хотела было с разворота врезать наглецу кулаком, но передумала привлекать к себе внимание и фыркнув, утопала домой. Арендованная комната встретила тьмой — отец и Дэриш задерживались на работе. По приезду они устроились плотниками в порту — мужчины-кочевники считались мастерами на все руки и ценились на вес золота, как, в общем-то и женщины. В порту подавляющее большинство мужчин треплются и распускают слухи не хуже базарных баб —то, что нужно для тех, кто ищет практикующих ведьм. Марек не поскупилась бы на информатора, хотя не грех было бы поторговаться, но за три недели отец с братом еще не заработали ни одного ивварского тара. Марек с неприятным предчувствием ждала возвращения отца, который утром говорил о замужестве с неким капитаном, к которому он проникся уважением. Она с остервенением месила тесто, вспоминая слова отца: «Мар, мы пересекли Иввар с севера на юг. Ты знаешь, искали в каждой захудалой деревеньке. Но…» — Дурацкое «но»… — проворчала она, пихнув тесто правым кулаком. «Ты выросла, доченька, и с каждым днем находиться рядом с мужчинами тебе все опаснее. Мы не знаем, когда проклятье проявит себя, но уж лучше ты выберешь мужчину сама, чем ляжешь под первого встречного.» — Нашел мне мужика, да? И на мнение мое плевать! А вот фигушки! — она громко шлепнула тестом об стол, представляя лицо выдуманного супруга. «Я не хочу рисковать, милая, и потерять тебя, как Маришу. Господин Марко приличный сентар, воспитанный и умный. К тому же капитан корабля! Только представь, какие возможности откроются для тебя!» Марек зло вдавила кулаки в затвердевшее тесто, потом вытянула в колбасу и, представляя ведьму, разрезала на куски и запихнула в пышущую жаром печь. К черту возможности! Нужно что-то делать, пока не захомутали. До тридцати лет еще целых две дюжины, все успеется. Когда булки допеклись, на улице совсем стемнело, а Марек была морально готова встречать отца неприступной стеной отказа на все предложения, но домой вернулся только Дэриш. *** Спустя пятнадцать минут уговоров Дэриш вел Марек по темным улицам. По шее пробежали мурашки — ей казалось, что в каждом мрачном уголке кто-то затаился и наблюдает. А редкие прохожие и вовсе не имеют лиц. Сейчас проклятье ивварской ведьмы ощущалось всей кожей. Марек поняла, куда направился отец и зачем, когда Дэриш ляпнул имя капитана, которое она уже успела забыть. Вот упертый старик! Хотелось надеяться, что капитан не воспылает к ней теплыми чувствами после эффектного появления в мужской одежде. В пабе было многолюдно и душно, но отца не видно. Моряки курили трубки, от столов пахло кислятиной, а от посетителей — потом. Перебравшие матросы, едва ворочающие языком, устроили на пустом месте разборки, после чего их выставили вон, освободив столик. Марек юркнула туда под скрип зубов Дэриша. —Видела? Отца здесь нет, ушел, наверное. Идем домой. — Шипел на нее Дэриш. Он говорил что-то еще, но для Марек его слова ушли на второй план, ведь старикан с палкой вместо ноги рассказывал о черепе, который дает бессмертие, и о корабле, который набирает команду на поиски артефакта. Никто ему не верил, каждый хлопал седого усача по спине или плечу, снисходительно покачивая головой. Но Марек слышала в его словах правду… В тот момент в ее груди обжигающим огнем зародилась надежда избавиться от проклятья. Не нужно искать ведьму — есть другая дорога. И она пролегает в море…