То, о чем молчат

Они сидели в душном кабинете, оставленном одноклассниками уже давно. Все ушли, в Академии практически никого не было, и в этой аудитории сидели только трое. Им явно не терпелось отсюда выйти. Ну, двоим из них точно, а вот третий, хоть и тоже чувствал напряжение, не показывал виду. Наконец, тот, кто стоял ближе всех к двери, воскликнул: - Он точно опаздывает! - и, словно подкрепляя свои слова, высонул голову в коридор. Там, как и во всем здании, было тихо. - Наруто, успокойся! - крикнула одна из трёх "каторжников". Тряхнув розовыми волосами, она сердито посмотрела на сокомандника. Тот, яростно вздохнув, продолжил: - Ну почему учитель нашей седьмой команды так чертовски опаздывает?! - парню явно не сиделось на месте, поэтому всю свою энергию он обрушил на выяснение пропажи сенсея. - Все остальные давно разошлись с новыми учителями! И Ирука-сенсей тоже ушел... - Я не знаю, - сказала розоволосая, желая своей фразой заткнуть Наруто рот, чтобы он наконец-то сел и подождал спокойно. А то что он, носится по кабинету, как бешенный? Может, правду говорят, что у него внутри - дикий зверь? Это многое объясняет. Ну Саске же как-то сидит, молчит, смотрит куда-то своим черным, отстранённым, оценивающим взглядом... Ах, вот если бы этот взгляд был хоть раз также пристально направлен на нее... - Эй! Что ты делаешь, Наруто? Блондин действительно был занят кое-чем достойным внимания. Взяв с учительского стола губку в деревянной оправе, он закрепил "инструмент" над дверью, так, чтобы при входе человека в комнату, это сооружение непримено бы упало ему на голову. Наруто, кажется, был очень доволен своей работой. Розоволосая подошла к нему, уже прекрасно понимающая, что этот "безбашенный" собрался выкинуть на этот раз. - Это ему наказание за опоздание, - еле сдерживая смех, сказал ей Наруто. - Я в этом участия не принимаю, - заявила девочка, покачав головой и снова тряхнув волосами. Волосы у нее были под стать имени - Сакура. Наруто неоднократно ловил себя на том, что при упоминании одноименного дерева ему в голову всегда лезла его одноклассница. Хотя, ответ на эту странность был прост: Наруто был влюблен в Сакуру, и ничего не мог поделать. Но в комнате оставался ещё один: Саске. Его этакий оценивающий взгляд, который казался для его однокласссниц верхом привлекательности и благородства, для Наруто был просто невыносим. Он ловил на себе кучи разных взглядов, куда более жестоких, чем вот эта отстранённость последнего из Учих. Сейчас он, кстати, подал голос впервые за двадцать минут: - Думаешь, джоунин попадется на такую простую ловушку? - спросил он своим таким же черным и пристальным голосом, если его можно так описать. - Да, да! - тотчас же воскликнула Сакура, услышав, наконец, столь желанный голос Саске, и ухватываячь за него, как за соломинку. - Наруто, вот ты дур... Договорить она не успела. Под дверью послышались шаги, а через секунду она отворилась. И Саске с Сакурой, наверно, оценили бы нового учителя, так как вошёл именно он, по всем заслугам, но сооружение Наруто, состоявшее из дерева, губки, двери и его безбашенности, рухнуло прямо на макушку джоунину, стоило ему просунуть голову. Раздался предательский стук, и все словно замерло. Саске напрягся ещё больше, у Сакуры на лице проявилось беспокойство, а Наруто, постояв в оцепенении пару секунд, громко засмеялся от своей удачной проделки. - Попался, попался! - смеялся он. Сакура запаниковала. - Мне очень жаль, сенсей! Я пробовала его остановить, но Наруто... И Узумаки резко прекратил смеяться. Ведь то, как сенсея невольно передернуло, было заметно даже, казалось бы, наплевавшеу на весь мир Саске. И, что интересно, сам Наруто чуть не вскрикнул, увидев старшего шиноби. Он напомнил ему детство. Вообще, Наруто мало что помнил о ранних годах своей жизни. Помнил только размазанный потолок какой-то комнаты, светильники, кухню, и практически никого из людей. Но Наруто Узумаки был таким человеком, который если не помнил или не видел, то чувствовал. Маленький Наруто чувствал странную любовь и почти отеческую заботу от единственного человека, которого он, в общем то, помнил. Размазанно, конечно. Кажется, этот человек был его ранним опекуном. Иначе кто, если он, Наруто Узумаки, монстр деревни Листа, с такой пугающей нежностью вспоминает о нем. Блондин был уверен, что вот этот человек точно никогда не презирал его, не называл чудовищем, вообще, был единственным, с кем Наруто чувствовал себя в безопасности. Конечно, юному джинчуурики хотелось отыскать своего опекуна, с которым его разлучили, опять же, в очень раннем возрасте. Он много слонялся по Конохе, веря, что загадочный человек - ее житель. Но Узумаки не помнил практически никаких отличительных черт своего давнего опекуна. Только глубокий, тихий голос, черный глаз, в котором вечерами отражались блески звёзд, чёрное лицо, особенно ночью, и странно-странно белые волосы, чью пушистость руки Наруто до сих пор помнили. С такими скудными данными Узумаки не оставлял себе никаких шансов найти этот потерянный лучик света, еле прогоядывающий сквозь пыль и грязь, окружавших Наруто. Он просто знал, что есть такой человек, который точно его поддержит. Наверное потому, что любит. Он просто знал. И сейчас, в душном кабинете, при виде нового учителя Наруто невольно вспомнился его старик, его наставник, его собственный комок счастья под черной маской. Но схожесть была настолько поразительна, что с невольным вздохом Наруто вспомнились и кое-какие подробности о "пропаже", которые доселе были скрыты завесой воспоминаний. - Кажется, старика звали... Кара... Кашар... Какаши... - думал Наруто, пока он, Саске и Сакура шли за сенсеем по крышам. Все ещё сгорая в пучине собственный воспоминаний, Наруто слишком уж ясно услышал, как сенсей представился: - Я ваш новый учитель, Какаши Хатаке. Наруто поднял на него раскрытый от удивления голубой глаз. Его встретил черный, глубокий и такой холодный взгляд, в котором на мгновение, кажется, промелькнула нежность.