О днях беззаботных и не очень

      Сугуру не был рад, когда в школе появилось… Это.       Взбалмошный придурок с электровеником в ротовой полости, который, казалось, никогда не устаёт. Мозгов, очевидно, в этой светлой голове тоже не было, лишь всеобъемлющая пустота, вглядываться в которую означает мгновенного отупеть.       Сугуру вообще думал, что этот придурок заразный.       Казалось, стоит ему открыть рот, как тупость распространялась воздушно-капельным путём, отравляя всё его окружением. Рядом с этим идиотом тупели и одноклассники. Да даже учитель! И всех, видимо, кроме него, это устраивало!       Их первая встреча была вне стен класса.       Этот придурок буквально налетел на него, от чего Сугуру едва не потерял равновесие, выронив школьный портфель из рук. Учитывая, что у старенького портфеля была слабая застёжка, содержимое его могло оказаться на полу.       Обычно в таких ситуациях на парней налетают симпатичные, милые девочки-стесняшки, которые сразу же извиняются за эту случайность перед парнем, смотря таким невинным, виноватым взглядом…       Достаточным для того, чтобы у главного героя ёкнуло сердце.       У Сугуру же только появился приступ раздражения, который вынудил его достаточно грубо отпихнуть незнакомого парня, прошипев:       — Смотри куда идёшь!       — Пошёл нахуй!       Тогда Сугуру почувствовал это непреодолимое желание… Непреодолимое желание кулака встретиться с чужим ебальником.       Сделав дыхательное упражнение, он представил себе ближайший парк, где чирикают птицы, нескольких пингвинят с очаровательным серым пушком и свой первый плейстейшен. Действительно успокаивающие мысли…       Несмотря на то, что этот придурок продолжал крутиться вокруг, неся какую-то херню и корча рожу.       Затем встретились они уже в классе.       Представили его как нового ученика.       — Позаботьтесь обо мне! — он помахал одноклассникам рукой, спуская чёрные, солнцезащитные очки на нос.       Как только ему разрешили носить такие очки в помещении?       Девочки выдохнули.       О да, этот Годжо Сатору казался им красивым.       Сам Сугуру видел в нём скорее озорную мартышку или чёртика их табакерки, пришедшего только для того, чтобы портить ему жизнь. Как личное наказание, не иначе. Только за что ему это, никак в толк не возьмёт.       В этой мысли парень убедился ещё раз, когда этот Годжо занял пустое место рядом с ним. Совсем рядом. Буквально соседний ряд.       Сугуру раздражённо выдохнул, откидывая голову.       — Ками-сама… — пробормотал он.       — Можно просто Сатору-сама! — отреагировал этот придурок, очевидно, услышав его.       — Я с тобой говорил? — чуть громче задал вопрос Сугуру. — Нет. Вот и заткнись.       Годжо злобно запыхтел.       Когда урок закончился и учитель покинул аудиторию, он с противным скрипом ножек о пол придвинул свою парту к парте Сугуру, нарушая личное пространство. И не стесняясь любопытных одноклассников, которые начали отступать их со всех сторон.       Сугуру зло посмотрел на него:       — Ты что творишь?       — Дава дружить! — огорошил его предложением Годжо.       У Сугуру брови поползли вверх:       — С кем? С тобой? Да даже если ты будешь последним человеком на земле, я никогда я тобой дружить не буду, — отрезал. — И вообще не дыши на меня.       Сатору крякнул, кинув на него раздраженный взгляд, после чего приблизил своё лицо к его и начал часто-часто дышать ртом.       Сугуру скривился, борясь с желанием ударить этого придурка.       Нельзя.       Что скажут учителя? Что скажут родители? В конце концов он является лучшим учеником школы, гордостью этой школы и своей семьи. Он не может себе позволить себя разочаровать их, предав доверие.       Сатору показал ему язык.       Нет. Они точно не подружатся.       Жизнь у Гето была тихая, размеренная.       Взамен на хорошую успеваемость и спортивные достижения, родители закрывали глаза на такие вещи как пирсинг. Даже перестали ворчать, смотря на его отрастающие волосы, считая, что рано или поздно этот период в его жизни завершится.       Гето об этом не думал.       Ему нравилось, когда в теле появлялось ещё одно украшение. Или когда отросшие волосы собирались в удобный пучок.       Он любил себя таким.       Одноклассникам, однако, он не очень нравился.       Что-то в нём упрямо отталкивало охочих пообщаться, даже если их интересы совпадали.       Лёгкое одиночество, поселившееся где-то между рёбрами, тревожило его только в такие моменты, когда в классе нарастал непрекращающийся шум. Просто потому что новенький собрал всё внимание школьников.       В этой толпе Гето лишь вновь ощутил это отчуждение.       Даже если он, Гето Сугуру, обладал красивым лицом, спортивным телом и незаурядным умом, то этого очевидно не хватало. Девочки кидали на него любопытствующие взгляды, иногда вздыхали, но подходить не смели.       Сам Сугуру тоже не собирался устанавливать контакты с ними.       Они словно и жили в разных мирах.       Свой комфорт он уже обустроил… Поэтому когда в его личное пространство активно начал врываться новенький, Гето ощутил лишь желание выкинуть того из своей жизни. Он был неучтенной, неприятной деталью, рушившей привычный мир.       Ладно бы он был умным…       Но в его голове был самый настоящий вакуум!       Счастливый человек. Думать не о чем и нечем.       Так Сугуру думала до того момента, как повстречал этого новенького в одном из пустующих коридоров; возвращался из очередного кружка домой, иногда кидая взгляд за окно, туда, где почти скрылось солнце.       Он успел испугаться, скидывая рюкзак, потому что посреди коридора замер новенький, перед которым стоял очередной «монстр». Как иначе их назвать, попросту не знал.       Зато тщательное наблюдение за этими странными созданиями чётко дало представление о том, что окружающие люди попросту не замечают их. По этой простой причине сам Сугуру тоже начал делать вид, что ничего не видит.       Хоть раньше он и видел этих созданий иногда, но так прямо никогда не встречался. Особенно с таким большим.       — Эй!       Сугуру успел только окликнуть новенького.       Годжо обернулся, кидая на него удивленный взгляд. Сейчас на нём не было тех самых солнцезащитных очков, поэтому Гето смог заглянуть в самые глубины этих удивительно голубых глаз.       Сердце замерло.       Сделать Гето ничего не успел.       Огромная когтистая лапа замерла в нескольких сантиметрах от новенького, так и не достигая его.       — Ты волнуешься обо мне?! — с удивительной радостью спросил Годжо, а затем кинул быстрый взгляд на монстра.       Это дало понять, что не один Сугуру видит «это».       Всего через несколько секунд монстр разлетелся на множество маленьких кусочков, пачкая всё вокруг своими уродливыми внутренностями… Всё, кроме Годжо, который скривил лицо, отступая от растекающейся лужи крови.       Сугуру же стоял, как в воду опущенный.       — А… Что… — пробормотал он.       — Ты точно за меня волновался! — подскочил к нему Годжо, вновь цепляя очки на лицо.       Слов у Сугуру не нашлось.       — Тебе же интересно, что случилось, правда!? — Годжо пропрыгал вокруг него, хлопая в ладоши. — Я такой молодец, скажи!       Сугуру осторожно потёр глаза, медленно вздыхая. Всё происходящее слабо укладывалось в его голове, и, пожалуй, если бы не кровавая лужица чуть поодаль от них, то он бы убедил себя — это всё просто видение. Видение уставшего мозга.       Просто нужно больше отдыхать.       — Давай, — Сатору замер перед ним. — Попробуй прикоснуться ко мне.       Какое-то время они поддерживали зрительный контакт — пусть голубые глаза были скрыты, Сугуру всё равно чувствовал этот взгляд — в абсолютной тишине. Но через какое-то мгновение брюнет всё же решился, протягивая к Сатору руку…       … которая наткнулась на что-то, не достигнув Сатору.       — Что это? — спросил он.       Сатору улыбнулся, буквально засияв:       — Бесконечность.       И через секунду пальцы Сугуру проваливаются, касаясь тёплой, бледной кожи новенького.       — Романтично, не правда ли? — хихикает Сатору.       Сугуру отдергивает руку, смотря на него, как на идиота.       Сатору, закинув на его шею руку, начал рассказывать о произошедшем, в том числе упоминая про мир шаманов, проклятую энергию и этих самых «монстров». То есть проклятых духов.       И когда новенький показывает, как использовать проклятую энергию, Сугуру значительно смягчается. Размышляет о том, то, возможно, он не так плох, как кажется. Несмотря на все недостатки.       Видимо, он слишком поторопился с выводами.       Ведь через неделю Сугуру уже готов был назвать Сатору своим другом.