Не играй с огнём

Шагая по каменистой дороге, фиалковые глаза оглядывали всю ближайшую округу, уподобляясь хищнику в засаде. Девочка крепко сжимала рукоять длинной, изящной, но мощной косы, её лезвие сверкало ярко, будучи готовым разрубать всё на своём пути. Зеле регулярно патрулировала округу за пределами безопасных зон, всё по поручению Олега, ведь он видел в ней способного и сильного бойца, способного постоять за себя как нельзя лучше. Будучи уже такой юной, она легко справлялась с монстрами фрагментума, хладнокровно оценивая поле боя. Лучше соваться туда, где ты можешь дать отпор. Сегодняшний патруль не выделялся ничем особенным для неё. Привыкшая терпеть холод, за сегодня ей удалось прогнать несколько мелких бандитов, шныряющих тут и там, а также устранить пару мелких монстров. Дело плёвое, «бабочке» становилось даже скучно. Она жаждала найти что-то сложное, что помогло бы размять мышцы, привести тело в тонус. Наконец, слухом она зацепила бессвязные звуки чудовищ. Сразу стало понятно – за поворотом, где-то вдалеке, собралась группа этих кристаллизованных существ. Если их там много, то необходимо тут же расчистить то место, пока они не разбрелись по округе. Тёмный, тонкий силуэт сорвался с места, быстро, будто молния. Приближаясь всё ближе, в толпе существ она заметила девочку, маленькую и беспомощную, та будто бы выбилась из сил, скованная в страхе перед теми, кто напал на неё. Не вглядываясь в её лицо, в приоритете для брюнетки – это драка. В целом, даже неудивительно. Коса словно нож по маслу, разрезала врагов в одно мгновение, когда они даже ещё не успели осознать, что охотница совсем рядом. Только лишь показались идеально ровные надрезы их частей тела, как прозвучал треск, за ним тела лопались, как бокал от невидимых волн, когда певец подбирался к высокой ноте. Закрывшись рукой, незнакомка успела отреагировать на атаку. Она прижалась к заледенелым скалам, лишь наблюдая за беспомощными чудищами, которых она никогда не видела раньше в своей жизни. Её взгляд зацепился за молниеносную девушку, за скоростью которой она едва поспевала наблюдать, замечая лишь остаточные изображения. Та была мрачной и холодной, очень сильной, оставляя за собой след из полупрозрачных бабочек. Когда её ноги наконец коснулись земли, а монстры пали, рука в тёмной перчатке была протянута в сторону девочки. С улыбкой, она спросила: — Ты как, в порядке? Тебя не ранили? Беловолосая помотала головой, с бездумным доверием хватаясь за неё и поднимаясь на обмякшие ноги, что ослабли после продолжительного бега. — Что ты здесь делаешь? Ты потерялась? Вдруг, та задумалась. И правда, как она сюда попала? Это напрочь выпало из головы. В попытке вернуть воспоминания о произошедшем, в голове всплывали лишь моменты того, как она пыталась убежать, как можно дальше и скорее, преодолевая большое расстояние. — А где я?... — растерянно спросила девочка, это вызвало недоумение у Зеле. — В смысле где? — Ну… где? — не зная, как объяснить свою мысль, повторила она. — В последний раз я помню… Я была в поле. — Взгляд переметнулся к потолку. — После этого я не помню, как сюда попала. В мышцах почувствовалась резкая усталость, ноги едва держали и без того небольшое тело, от чего та едва не упала на землю, вовремя подстрахованная своей спасительницей. Всё потому, что мысли стали медленно наполняться воспоминаниями, а накопленный стресс вынудил наконец сдаться и отдохнуть. — Ты чего? Фуф… Ладно, давай я отведу тебя к Наташе, она скажет, что делать. Слова пролетали мимо ушей, отталкиваемые сознанием, пока в нём вновь и вновь в подробностях проигрывалась одна и та же сцена. «Мои родители… Они мертвы…» — Что же делать… что же делать… — задумчиво бубнила себе под нос седовласая, потирая пальцем подбородок и смотря израсходованные лекарства в хранилище. Наташа всегда старалась равномерно рассчитать ресурсы, получаемые из верхнего мира, чтобы их хватило на наиболее долгий промежуток. Придумывала альтернативы лекарствам из подручных средств или старалась вспомнить «домашние» методы лечения, стараясь оставить побольше на крайний случай. Но что бы она не делала, сколько бы ночей не трудилась над пациентами, всё равно сталкивалась с нехваткой медикаментов. Отсутствие связи с людьми наверху убивала в прямом и переносном смысле. Замечая всё это, Фу перенимала тревогу женщины, которую ей всегда было невыносимо жаль. Она брала на себя столько ответственности, каждый раз изводя себя до изнеможения – должен быть способ помочь ей. По счастливой случайности именно в этот момент Зеле была рядом, чтобы передать какие-то новости от бригадира. Аристократка стала одной из немногих, кто знала о причастности Наташи к дикому огню, поэтому спокойно слушала разговор между теми двумя, пока помогала отыскать как можно больше оставшихся лекарств. — Он дал добро и сказал, что можно выделить несколько людей для зачистки Заклёпкограда и поиска ресурсов. Возможно, мы сможем найти там что-то полезное. — Поняла. Это хорошая новость. Когда вы планируете туда отправляться? — Завтра. Олег уже собрал людей, он хотел узнать, что тебе сейчас больше всего нужно. — Самое необходимое. Любое обезболивающее, повязки, медицинский спирт, антибиотики. Всё, что найдёте, приносите, даже если срок годности уже закончился. К сожалению, у нас нет другого выбора… — Можно я тоже пойду? — встряла в разговор беловолосая, отвлекаясь от коробок. — Я могу помочь, я ведь знаю, какие лекарства нужны. Так они не будут терять время. — Фу, ты уверена? Там много монстров, это может быть опасно… — обеспокоенно недоговорила врачиня, как её оборвали. — Нет, она права. Нам не помешает её помощь. Я пойду вместе с ней, чтобы её защищать. — переглянувшись со своей подругой, обе девочки улыбнулись друг другу, понимая, что если они настоят вместе, то смогут таким образом провести время вдвоём. Кроме того, для Зеле это была возможность показать Фу место, где она родилась и провела детство. — Зеле, ты уверена? Дай слово, что приведешь её в целости и сохранности. — По-моему, если туда идёт Зеле, то это стоит беспокоиться за сохранность других. — скрестила руки юная медсестра, чем заставила женщину облегченно улыбнуться и потрепать её беспорядочные волосы. — Ладно, судя по всему у меня не выйдет вас отговорить, даже если я попытаюсь. Тогда, Фу, уходи сегодня пораньше и выспись как следует. Будьте обе осторожны, я вверяю вас в руки Олега. Фу и Зеле. Два этих имени всплывали в самых страшных кошмарах любого непослушного ребенка или подростка, которые вообще осмеливались перейти им дорогу. Близкие подруги, способные всегда поддержать друг друга, между собой у них не было никаких секретов. Когда они были вместе, их не пугало ничего. Зеле не помнит, чтобы в её жизни встречались настолько же интересные и искренние люди, если, конечно, говорить о детях, с которыми приходилось иметь дело в приюте. Мирясь с её негативными чертами, брюнетка всегда говорила себе, что если они обе могут ужиться со своими сложными и буйными характерами, то ничто на свете не может их рассорить или же свести отношения на нет. Сейчас и не скажешь, что когда-то она могла относиться к беловолосой с недоверием или осторожностью. Встретившись с аристократкой на месте сбора, они крепко обнялись, обсуждая сегодняшний день. — А Лука знает, куда мы идём? Наверняка обзавидуется нам — рассмеялась девочка. — Лука то, Лука сё, неужели он тебе так сильно нравится. — усмехнулась «бабочка» и обняла ту за плечи. — Он тебя ни разу не стоит, Фу, если тебе интересно моё мнение. — Да ладно, не такой уж он и плохой! И ничего он мне не нравится! Просто он вечно надоедает тем, что мы его никуда не берем, а потом обижается. — немного смущенно отвернулась беловолосая, в попытке вспомнить миллион других причин напомнить об этом парне. Но как бы она не припиралась, охотница и правда была права, её голова вечно заполнена этим юным бойцом. — В любом случае, неважно. Пошли скорее в Заклёпкоград, у нас куча дел. А то копошимся медленнее, чем черепахи. — Ты же говорила, что они быстрые? — Под водой, а вот на суше ты с ними сейчас на одно лицо. Спорим, даже обогнать меня не сможешь? — Не пожалеешь, если я вырвусь вперед, а ты начнёшь пыль за мной глотать? — хлопнув ту в плечо, ответила Зеле и крепче сжала косу перед тем, как сорваться с места. — Сначала проверим, какая из тебя бабочка на острие. Даже не отсчитывая, они одновременно понеслись вдоль дороги, невольно хихикая и резвясь как самые настоящие дети, осознавая глупость этого спора. Но это было неважно, пока им обеим весело. Добравшись до незаселенных районов, их темп немного поубавился. — Ну что, веди. — На выдохе произнесла Фукоши. — Давно же я тут не была. — с долей ностальгии и восторга подметила Зеле. — Здесь будто бы… застыло время. Мы пойдём в сторону детского приюта. Олег предложил каждому взять по своему району и как следует обыскать всё. — Тогда чего мы ждём? Обходя монстров и автоматонов с должной осторожностью, брюнетка вела подругу по небольшим, тёмным закоулкам, где не осталось ничего, кроме мусора, бесполезных ящиков или поломанных роботов. Разглядывая пыльные, грязные улочки, её внимание порой привлекала девушка с косой, указывавшая на те или иные места. — Вон там, помню, я подралась с кучей детей, которые выпендривались передо мной и пытались задирать. Один из них меня так раздражал, что я победила его в армрестлинге три раза подряд. Это так задело его эго, что он пришел со своими подпёрдышами ябедничать на меня Наташе, но в итоге их наказали и заставили отрабатывать на кухне. — Как мило, он стал хранительницей вашего очага. — комментировала услышанное Фу, чем вызвала у них обеих тихий смех. — О, а там был дом семьи одного старика. Я его не очень хорошо знала, но он часто попадал к Наташе из-за плохого здоровья. В то время я приходила пить из ведра с водой в колодце и в какой-то момент кто-то стал выпивать всю воду там. Это меня разозлило, но после я узнала, что это был тот старик… — Вдруг, она выдержала паузу, словно она снова та маленькая девочка, держащая пустое ведро с водой. — Он едва не умирал... С того момента я всегда оставляла для него немного воды. Вдруг атмосфера между ними стала напряжённой, будто бы траурной, как на похоронах. Аристократка почувствовала тяжесть в груди, задумываясь о том, что она никогда в жизни не видела такого большого скопления тоски и безысходности в одном месте. Внезапно запустевшие дома казались такими одинокими, холодными, безжизненными как снежные поля, словно доказательство того, что человечество проигрывало это битву. Люди боролись, не теряли надежду, но стоит обратить внимание на такие медленные и внушительные изменения, становилось страшно. — Помню… однажды Олег провёл меня наверх в своей сумке, когда ещё был среброгривым стражем. — Оборвала холодящую тишину Зеле. — Пробыв там неделю, мне до сих пор… не даёт покоя это чувство несправедливости. Почему людям наверху так плевать на нас? Почему мы должны выживать, как канализационные крысы, а они пировать под небом. — Наташа! Ты здесь? — Да? Что случилось, Зеле? — Сняв медицинскую маску, женщина сразу вышла из-за ширмы лишь по одному зову. Ей на глаза попалась обессиленная девочка в руках юной охотницы. — Я нашла её, когда патрулировала за городом. На неё напали монстры, но, кажется, они ей не навредили. Только вот она ведет себя немного странно. Сразу свалилась без сил и утверждает, что она не знает, где она. — передавая врачине незнакомку, пересказывала в спешке «бабочка». — Вероятно, это последствия пережитого шока и стресса. Ей нужно дать прийти в себя. Сейчас, я уложу её в постель… Голоса и слова присутствующих пролетали мимо ушей малышки. Она не понимала, что с ней. Словно это не реальность, а лишь сон. Коснувшись головой подушки, этот день наконец кончился. Открыв глаза, маленькая девочка надеялась, что проснётся у себя дома, в тёплой постели, в окружении своей семьи, которые вернулись из экспедиции домой. Но вместо этого, зрение ослепляет холодный свет ламп, а в горле немного пересохло из-за холодного воздуха вперемешку ярким запахом фенола. Возникшее чувство беспокойства мешало собрать все мысли в голове. Она попыталась понять, что ей делать и всё-таки – куда она попала? «Няня, наверное, до смерти волнуется за меня…» первое, о чем подумала аристократка. «Она ведь не знает, что я ушла искать маму с папой…» Развивая эту мысль всё дальше и дальше, перед глазами вновь всплыли те события. Трупы. Окоченевшие тела под снегом. Гримасы ужаса. Крики её родителей. Девочку охватывает тремор, сердце колотится от того, как всё больше она погружается в это воспоминание, будто сейчас она вновь там. Вновь в этом проклятом снежном поле, где ей безбожно не хватает воздуха, несмотря на открытое пространство. Кажется, будто сердце сейчас вылетит из груди, и она умрёт. Хватаясь за горло, её охватывает паника с ног до головы. От этих звуков к кровати подбегает врачиня в медицинской маске, тут же осматривая свою пациентку. Признаки панической атаки на лицо. Чётко и уверенно остановилась на этой мысли она, принявшись успокаивать беловолосую. — Тихо, всё хорошо, посмотри на меня. — ласково, но с небольшим требованием произнесла Наташа, крепко сжав её маленькие ручки. — Тебе ничего не угрожает. Ты в безопасности. Поглаживая другой рукой её по голове, женщина продолжала повторять успокаивающие слова, ни отходя и не отвлекаясь от неё ни на секунду, пока дыхание девочки не восстановилось, как и сердцебиение. Беспомощно вжавшись в грудь незнакомки, аристократка ощущала себя как одинокий, брошенный котёнок, от чего глаза непроизвольно стали заливаться слезами. Все её эмоции вышли из-под контроля, и легкая тревога всё ещё не отпускала. — Где я… скажите мне, пожалуйста… где… — прошептала она. — Ты в Камнеграде, в моей больнице. — спокойно проговорила врачиня. — В Камнеграде?... — повторяя за ней, это немного отвлекло на размышления. — Я в Подземье?... — Всё в порядке? Ты знаешь где твои родители? Есть кто-то, кто может забрать тебя? — Мои… родители… — сжато, с комом в горле выдавила из себя та. Она не хотела вновь плакать, поэтому держалась что есть сил, чувствуя опустошение. — Моих… родителей… н-нет… И всё же, она не сдержалась. Стоило этим словам оказаться на языке, девочка никак не могла вновь прийти в себя. Она не понимает, что ей делать. Она не понимает, как сюда попала. Ей холодно. Страшно. В её жизни никого не осталось… — Мисс Наташа… — спустя долгое время, когда получилось немного успокоиться и вновь собрать мысли воедино, подала голос беловолосая. — А вы не знаете никого… с именем Ши? Это было единственное имя, которое знала Фу. Единственный человек, который мог бы ей помочь в этом месте. Она не знала её настолько хорошо, чтобы надеяться на что-то с её стороны, словно у той было полное право даже не приходить на её зов, но другого выбора просто не было. В надежде ожидая увидеть её знакомый силуэт, Фукоши не сводила взгляд с входной двери. — Наташа? — вдруг, послышался знакомый голос за ширмой. — Где она? Кто бы мог представить, что их новая встреча будет в таких обстоятельствах. Словно теперь не Шикафу пришла в поисках девочки, а малышка беспомощно прибрела за её помощью. Посмотрев с надеждой в красные, большие глаза, она ощутила облегчение. Впервые, за всё это время. Блондинка встала перед ней на колени, взяв за плечи и окидывая взглядом. — Фу, как ты здесь оказалась? Что случилось? С тобой всё хорошо? — Ши… — не зная, как вновь объяснить всю ситуацию, беловолосая безмолвно бросилась в её объятия. Почему-то этот мерзкий аромат сигарет, который всегда исходил от неё, показался самым приятным и теплым в мире. — Тихо, тихо, я рядом… — поглаживая её по голове, прошептала девушка. — Что ты делаешь в Подземье, Фу? — Я… плохо помню… Меня спасла какая-то девочка… — У какой-то девочки имя есть. Я Зеле. — подала голос брюнетка, стоя со скрещенными руками позади. — Неудивительно, что ты такая неженка. И как я сразу не поняла, что ты из надмирья. Её лицо передавало безразличие, но в глазах виднелась буря эмоций, подпитываемая подростковым буйством и желанием вершить справедливость. — Зеле… — осудила её своим тоном Наташа, стоящая рядом. — Что случилось, Зеле? Я думала, ты считаешь, что нужно помогать всем нуждающимся… Или если бы ты знала, что она из Белобога, то не помогла бы? — А ну обе перестаньте огрызаться. — строго произнесла женщина, не желая выносить ссору в больнице. — Если продолжите выяснять отношения, то я вышвырну вас на улицу, чтобы охладились немного. — Я ничего такого не сказала, лишь констатирую факт. Или тебя обижает факт того, что все наверху слабаки? — бесстрастно ответила «бабочка». — Подумаешь, помахала пару раз косой, на это ума много не надо. А вот коса поможет тебе в решение логарифмических уравнений? Вдруг появится монстр, помешанный на математике, и спросит тебя, какая функция от игрик представляет график параболы? — Заносчиво подняв голову к верху, гордо выдала аристократка, явно задетая словами про «слабачку». — … Ты только что все эти слова придумала, чудила? — Растерянно попыталась защититься та, на что блондинка рядом рассмеялась. — Мелкая тебя уделала, Зеле, даже не пошевелив мизинцем. — Довольно с победой произнесла она, чем только сильнее бесила и без того недовольную охотницу. — Идите вы… — пробубнела Зеле и отвернулась, как будто бы даже смущенная таким стечением обстоятельств. — Не принимай близко к сердцу её слова. Она пришла проверить, как ты себя чувствуешь, просто не хочет в этом признаваться. — обратилась к пациентке Наташа. — Можно подумать, мне нужно забота какой-то невежды. — Ладно-ладно. В любом случае, стоит поблагодарить её за то, что она спасла тебя. Если ты готова, то мы можем пойти с тобой на поверхность. — поднявшись с колен, преступница решительно положила руки на бёдра и посмотрела на малышку перед ней, которую это предложение поставило в замешательство. На поверхность?... Но что ей там теперь делать?... Её захватил страх. Дома всё будет ей напоминать об увиденном. Напоминать о том, что она стала одинока. Заставлять вспоминать вновь и вновь мучительное зрелище, от чего маленькая рука в тёплой перчатке крепко схватилась за свисающую с плеч куртку воровки. — Н-нет… Я не хочу… — от её тона все резко напряглись. Даже «бабочка» резко обернулась и бросила на неё хмурый, удивлённый взгляд. Чтобы аристократка и не хотела вернуться на поверхность?... — Не хочу туда возвращаться… Смотря в её белые, напуганные глаза, Ши пробирали мурашки, внутри что-то ломалось. Она чувствовала, с ней произошло нечто ужасное. Она понятия не имеет, что именно она видела или что пережила, лишь знает, что это связанно с родителями. Но в тот же момент Шикафу поняла одно — она просто не может её бросить там. Оставить одну со своими проблемами. — Тогда оставайся. — Выпалила она. — Оставайся со мной. — А мне… можно? — нерешительно спросила та. — А ты хочешь? — Её руку нежно сжал металлический протез. Хоть и холодный, это её не отталкивало. Ещё секунду подумав, беловолосая покивала. — Да. — Не знаю. — С горечью дала наконец своей ответ Фу, после томительного ожидания. Они смотрели на пустой дом не отводя взгляд. — Наверное… они живут в своём пузыре, который не хотят разрушать чужими проблемами и суровой реальностью. Наверное, не хотят признавать, что мир катится в пропасть. А может быть это просто человеческая жадность… — Фу? — М? — Какими были твои родители? Они тоже были такими, как другие аристократы? — Нет… Они были очень амбициозными. Их не интересовало богатство. Они были учеными до мозга костей и всегда оставались добры к людям. Создавая протезы, они старались сделать всё, для чужого комфорта, чтобы те, кто потеряли всё, вновь могли обрести полноценную жизнь. Даже в свой последний день… в последний день… — повторяя вновь и вновь эти слова, она пыталась выдавить из себя продолжение, но ком в горле будто препятствовал этому. Чувствуя это, Зеле крепко сжала руку подруги. Это придало ей сил договорить. — они отдали себя на благо другим. Ладонь брюнетки крепко сжимали ледяные пальцы подруги, принося чувство боли своей твёрдостью, но она не подавала виду. Терпела, желая лишь успокоить Фу, быть рядом. Ей трудно представить, какого это, потерять семью. Ещё труднее – какого иметь её, ведь с самого детства она не видела настоящих родителей. Она предоставлена сама себе, от того с трудом впускает кого-то в свою жизнь. Даже Лука… Он лишь приятный парень, товарищ, но он никогда не поймёт ни её, ни Фу. Он другой, они тоже. Но от этого Зеле лишь сильнее хочется, чтобы беловолосая не чувствовала себя одиноко. — Ладно, пойдём в приют. — шмыгнула вдруг девочка, обрывая тишину. — Точно, идём. — отходя от всепоглощающих мыслей, очнулась охотница и отпустила её. Они продолжили свой путь как ни в чем ни бывало и вскоре добрались до приюта. Входя на его территорию, аристократка украдкой бросила взгляд на место у сетчатого забора, где валялись веревки. Нет, она не хочет об этом думать. Пробираясь внутрь через выбитые окна, подруги начали активно обыскивать некогда бывший лазарет Наташи, в поисках хранилища. Когда они наконец добрались до него, то Фу тут же принялась сгребать в свой рюкзак наиболее свежие и подходящие лекарства, включая бинты, шины и прочее, что могло бы пригодиться Наташе. Зеле же стояла на её охране, следя за обстановкой. Вокруг царила тишина. Пользуясь подсветкой телефона, беловолосая не спеша «прокапывалась» всё дальше и дальше. — Ну как? Есть что-то полезное? — спросила издалека её напарница. — Да. Продержаться ещё какое-то время хватит, думаю. По крайней мере лучше, чем ничего. — Ты, главное, не торопись. У нас пока ещё куча времени. — Вдруг, она напряглась. В глубине приюта послышался подозрительный шум. Девочки посмотрели друг на друга. Охотница показала жестом сидеть тихо. Сжав в ладонях косу, она пригнулась и с осторожностью пошла вперед, прислушиваясь к каждому шороху. Темнота, все притаились, ожидая, откуда произойдёт атака. Это не может быть ни монстр, ни тем более животное, делает вывод девочка. Возможно, какие-то бандиты пробрались сюда раньше, планируя напасть из засады. Оценивая ситуацию, выводы Зеле приходили к тому, что она здесь находится в проигрышной позиции. Размахивать косой в таком тесном пространстве будет трудно, тем более передвигаться быстро и ловко. Нужно придумать иной вариант, пока ей не пришлось защищаться первой. Заработать преимущество. Но что же ей делать?... Жаль, она думала слишком долго.