Все, что тебе скажут звезды

Янь Фей абсолютно ничего не понимала каждый раз, когда смотрела на хитрые глаза Яэ Мико, что своей усмешкой способна сразить всех наповал. В огнях этого лисьего сглаза было сложно стоять на ногах, особенно когда прекрасные руки не сдерживали себя и позволяли всякие вольности. Именно руки, а не здравый смысл, ведь понять голову этой лисицы не было возможным. И как ужасен был этот гнев, сокрытый за сладостной улыбкой — настоящий парад тревоги и слез, до которых Яэ доводила своих студентов, параллельно нашептывая им всякие странные слова на ухо, что назывались «обязательными для экзамена определениями». Раскаты молнии при ясном небе метались в глазах преподавателя, пока она видела, что студенты не хотят рыпаться против такой тирании. Прекрасные ощущения собственной власти были подобны ярким цветам сокрытой тайны. Это сладкое чувство сдавливалось петлей на шее. Этим фантомным ошейником. Янь Фей знает, что все это законно, поэтому остается только терпеть нахальные выходки этой лисицы. Янь Фей приехала в Инадзуму по обмену, чтобы дальше изучать юриспруденцию именно в Инадзуме, которая совсем недавно начала приглашать людей в свой прошлый закрытый мир. Да, студентка хотела бы учиться в Фонтейне, но звезды не сошлись, поэтому приходится сидеть здесь и выслушивать эту обворожительную Яэ, что по иронии судьбы преподаёт именно философию. Вот так и живем. Не сказать бы, что Янь очень сильно расстроена, ведь знакомится с новыми людьми — это всегда хорошо! Тем более, что из Инадзумы можно подчерпнуть много чего нового, чтобы и дальше делать Ли Юэ лучше. Возможно, эту программу без вмешательства бабушки Янь Фей бы проигнорировала. Но теперь, именно сейчас и в это время, Янь Фей сидит на против этой наглой преподавательницы, читая очередную книгу о праве. Кабинет, залитый светом закатного солнца из-за больших окон, добавляет этой ситуации большую романтичность. Наверное. В окна бьется сакура, но Янь Фей ее игнорирует. — Ты такая собранная и деловая, когда читаешь эту книгу, — таким же сладостным тоном говорила Яэ Мико, не отводя свой пристальный взгляд от сидящей напротив студентки. Янь Фей честно не знает, зачем ее сюда послали. — Эм? Спасибо? — неуверенно шептала Янь Фей, ненадолго отрываясь от книги. Сейчас, в рабочем режиме, студентка не могла себе позволить вести себя распущено. — Я ожидала более бурную реакцию, — буркнула Яэ, продолжая сверлить взглядом смущенную девушку, что места себе не находила из-за такого давления, — и как мне теперь комплименты людям делать, если они будут реагировать вот так? Стыд и позор. Янь Фей хотела только уйти отсюда, не желая оставаться в таком неприятном обществе. Сердце билось в бешеном темпе, пока мозг робко придумывал варианты ответа. Получалось это плохо, поэтому Янь Фей только мямлила себе что-то под нос. Атмосфера была максимально неприятной. Хотелось просто бежать без оглядки — раньше спасала сосредоточенность на книге, но теперь и этот метод был непростительно сожжен. Приходилось поднимать свои глаза, чтобы встретиться с хищным взором. — Ты же из Ли Юэ, да? — Да, а что вам нужно? — тихонько мямлила Янь Фей. — Мне от тебя нужно только желание учится, — начала грубо поправлять Яэ Мико, — остальным же я просто интересуюсь. Никто не понимал логику Яэ. Абсолютно никто. — Чем вы… интересуетесь? — поправляет себя Янь Фей. — Ой, да мне просто интересно, как там Чжун Ли поживает? А Гань Юй, старушка, еще в гроб не свалилась? — Чжун Ли умер уже давно, — Для всего Ли Юэ это было огромным потрясением, но полное главенство взяли на себя Цисин, поэтому жизнь и экономическая деятельность продолжается. Регион скорбит по своему ушедшему президенту, но слезами мертвых не вернешь, — Гань Юй тоже погибла, совсем недавно, при неизвестных обстоятельствах, — Янь Фей не совсем понимает, почему Яэ зовет секретаря «старушкой», ведь девушка умерла совсем молодой. Или может Янь Фей ничего не знает об этом мире? — Жаль, — равнодушным тоном проговорила Яэ Мико, — я всегда считала Гань Юй очень надежным человеком. А у тебя эти рога твои откуда? — Не знаю, — честно признавалась Янь Фей, точно зная, что эту тайну ее семья скрывает за стальной печатью. — Понятно. И Янь Фей даже понять ничего не успела, когда почувствовала, как что-то щекочет ее чувствительную точку сквозь ткань штанов. Чувство это рассыпается внутри живота сладкими ощущениями, которые быстро перестают в самый ужасный стыд. Ленивые движения дают целый фонтан эмоций, кой Янь Фей раньше не испытывала. Внизу живота закручивается узел возбуждения. Это точно неприятно, но есть какая-то доля животного удовольствия против воли, что дает желанное расслабление. Становится очень жарко. Непонимание всей этой ситуации душит, заставляя сердце студентки биться в бешеном ритме. Яэ Мико сильнее надавливает большим пальцем ступни на клитор, и Янь Фей безвольно кладет голову на стол. Слишком приятно, чтобы не расслабиться и позволить своим чувствам вырваться на свет. — Тебе нравится? Я же знаю, что ты давно об этом мечтала, — издевательским тоном говорит Яэ Мико, смотря на беспомощную Янь Фей. — От…куда? — пытается сказать Янь Фей. — Ты же знаешь, что я не прочь и привести свои особые методы, — Яэ Мико убирает свою ногу, заставляя Янь Фей опомниться и разочарованно вздохнуть. — Очень люблю смотреть за беспокойством людей, особенно таких невинных, как ты. — Все это… реально? — в туманном рассудке спросила Янь Фей, когда мир перед ней начал плясать под причудливую мелодию. — Конечно, нет. — Почему? — Рыться в голове таких людей мне очень нравится. Тем более, что мне экстренно были нужны некоторые данные из Ли Юэ, которые я сегодня заполучила без проблем. Все-таки смерть Гань Юй очень сильно скрывается, а знаешь почему? Ладно, ты все равно сейчас не в состоянии что-то говорить, — разочарованно и наиграно обиженно говорила Яэ. — В общем, дело в том, что Гань Юй умерла десять лет, но из-за шаткого положения Ли Юэ эту смерть тоже никто не узнал. Понимаешь про что я? Все, что сейчас происходит у вас — сплошной парадокс ошибок, которые внезапно выбрались на свет. Они ненавидят ошибок. Янь Фей абсолютно ничего не понимала, лишь смотря уставшими глазами на подлую улыбку Яэ. Сейчас студенткой просто — Не бойся, ведь я не из их, — подмигивала Яэ Мико, — Мое дело в том, чтобы люди не достигли «Бога», поэтому мне придется еще избавится и от тебя. Могу исполнить любое твое желание. И Янь Фей задыхается в немом крике, вскоре просыпаясь в своей кровати. Та же самая комната. Те же самые трофеи из родины Ли Юэ, что несут за собой лишь тоску. Тот же самый календарик с днем отправления домой. Все то же самое, правда вот Янь Фей слишком сильно изменилась.