Спички

Супруги перестали хихикать и с полминуты смотрели друг на друга молча. Щеки у обоих слегка покрылись румянцем смущения. Наконец Уиззи бережно отвел от губ незажженную сигару и вдохновенно произнес: — Да-а-а… я помню, как Чипс впервые меня поцеловал, но что там говорить, вроде все как у всех. Тогда мы были просто влюбленными дураками, которые никак не… Он остановился от звука очередного сдавленного смешка и лихорадочных похлопываний по собственным плечам. Беттиган все также сидел рядом, на мягком широком подлокотнике кресла, вроде пытаясь успокоиться, но продолжая тормошить супруга. — Да ладно, ладно, че ты! Трави уже с самого начала, — сказал ковбой, расплываясь в широкой, довольной улыбке. — О, то есть с самого начала, — протянул Уиззи, заглядывая прямо в его блестящие серые глаза. — Это там, где ты впервые подошел ко мне, наговорил каких-то гадостей, потом зачем-то ляпнул, что твой любимый цвет желтый и сбежал? Чипс засмеялся пронзительным смехом, откидываясь назад и вплотную прижимаясь к нему, воскликнул: — Ну! Так ты запомнил! Уиззи покачал головой и добродушно проворчал: — Тебя забудешь. Хитро прищурившись Беттиган отвел взгляд сторону и собравшись с мыслями торопливо сказал: — Иногда приятно вообразить, что предметы вокруг могут хранить в себе жизнь более загадочную, чем другие подумают. Черное перо, заткнутое за ленту его ковбойской шляпы, слегка качнулось в воздухе. — Ах, вот в чем дело! — осенило Уиззи. — Например, спички? — Например, — ответил он посмеиваясь. — И все эти розовые сопли и дураки к ним прилагаются! — Особенно сопли и дурак. Чипс пихнул его локтем и досадливо шмыгнул носом, однако ничего не сказал. Он уже приготовился слушать известную ему историю.

***

Рабочий день в «Дьявольском казино» ещё не закончился, однако же наступили его лучшие минуты. Последние. Те самые, когда и посетители разошлись, и столы опустели и смена потихоньку закрывалась сама собой. Большинству служителей этой игорной преисподней посчастливилось отхватить в залах по собственному островку для безделия, чтобы не толпиться у стола для ежедневных собраний раньше времени. Все ждали прихода менеджера. Трудились с необыкновенным усердием только четверо. «Подвыпивший отряд», не вылезая из-за барной стойки, протирал стаканы так яростно, словно от этого зависело спасение их душ. Помощник менеджера снова перепроверял и до заполнял бумаги, которые с того должны были потребовать вот уже совсем скоро. Уиззи был бы и рад отвлечься от всех этих бюрократических проволочек, которые выпали на его долю явно не от большой любви управляющего заниматься всем этим. Однако отвлекающий фактор уже был тут как тут. Чипс развалился рядом с ним на диване и издавал какие-то странные звуки, играя на губной гармошке. Что-то ритмичное и монотонное, похожее на жужжание мухи. Уиззи пришлось несколько раз настойчиво попросить приятеля о завершении сего концерта. Беттиган не расстроился. Ведь в казино было ещё полно других замечательных сотрудников, а главное, что все они его друзья. У него не было никаких важных и неотложных дел, чем тот был очень благодарен своей невысокой должности. С того момента, как ковбой стал здесь работать, он так и задержался в роли чипера. Естественно, о том сперва множество раз каламбурил, но быстро приелось. Игорные фишки могли находиться в казино только в двух местах — там, где играют в покер или же на рулетке. Чипс был склонен исключительно ко второму варианту. Но почему именно рулетка? В картах царствовали тактика и стратегия, здесь надо было уметь думать головой, сохранять хладнокровие и неколебимый взгляд. Чтобы стоять на покере Беттигану не доставало умения следить за психологией противника. Рулетка же напротив — самая нерациональная азартная игра, где всё теряло контроль, а знания всякую свою цену. Именно она всегда была лишь насмешкой случая и вызовом для судьбы в самом глупом и чистом её виде. — Анекдот. Встречаются как-то кукурузник с кукурузой на кукурузном поле… — бодро заявил Чипс, возвращаясь в соседний зал к своему рабочему месту. Друзей долго искать не пришлось. Мангостин составлял компанию Пирулетте за одним из столов, на котором они разложили какие-то необычные карты рубашками вверх. Оба незамедлительно подняли на пришедшего томимые заинтересованным ожиданием взгляды. Беттиган имел совершенно удивительную манеру рассказывать смешные истории. Начинал обыкновенно весело и сопровождал каждую произнесенную фразу активной жестикуляцией. — Так вот, кукурузник, — пробормотал он и залился счастливым смехом. Чипс попытался продолжить, но снова сбился на смех. — Что же дальше было, дорогой мой? — вопросил заждавшийся Мангостин. Ковбой свистнул, махнул рукой в воздухе и шлёпнул себя по колену. Затем он попробовал объяснить в чём дело, но судорожно захохотал себе под нос. Так повторилось ещё несколько раз. — Не томите же, любезный, — взволнованно прокрутился вокруг своей оси бильярдный шарик. — Вы так и не ушли с кукурузного поля! — Да так, галиматья какая-то, — хмуро буркнул Чипс, садясь возле Пирулетты. — Даже рассказывать не стоит. Друзья обречённо вздохнули и все втроём уставились на зелёное сукно с лежащими на нём картами. Белый ромбовидный узор их фиолетовых рубашек, отразил собой приглушенный свет электрических лампочек. Пирулетта выпустила из пальцев длинный мундштук и положила его рядом поперек пепельницы. — Пора начинать, — спокойно сказала она, прикрывая глаза. — Мы и так отвлеклись. Используя телекинез Мангостин заставил колоду подняться в воздух и спешно перемешав её, опустил обратно в виде аккуратного полукруга. — Дорогая моя, во время гадания будьте предельно внимательны к собственным мыслям и ощущениям, — произнес он таким голосом, каким заговорило бы, ожившее свечное пламя. — И не отчаивайтесь если результат не окажется благоприятным. Чипс ощутил, как мягкий тон Мангостина будто начал убаюкивать его сознание. Однако это не помешало ему вбросить: — Обязательно ляпни «чур меня», а то не сбудется. Пирулетта подняла на ковбоя уставший взгляд и сухо сказала: — Мангостин не считает, что это обязательно. Чип, любовный расклад требует тишины и сосредоточенности. Не у всех же всё так хорошо, как у тебя. Беттиган недоуменно хлопнул светлыми ресницами указав на себя пальцем. Впрочем, остальные оставили этот жест без внимания. — У меня? — Да, Чип. Лучше иди расскажи свой анекдот мистеру Уиззи, — усмехнулась Пирулетта. — Ему такое нравится. — Пфф, не-е-е, — махнул рукой Беттиган, качнувшись на стуле. — Изя его уже сто-тыщ раз слышал! — Кто такой… — начала она, как тут же тихонько хихикнула, прикрывая ладонью рот. — Ты его так называешь? Ох-хо, боюсь представить, насколько он не в восторге. Хотя звучит мило! — Ничегошеньки не мило, — фыркнул Чипс, скрещивая на груди руки. — Попридержи с выражениями! — Кошмар, а вы же мне оба когда-то нравились, — грустно улыбнулась Пирулетта. Беттиган стиснул зубы и спрятал сжатые в кулаках ладони под стол. Сейчас явно не хотелось вспоминать о том, кто такие эти «вы оба» и как они ей нравились. Ковбой шумно втянул носом воздух и внимательно посмотрел на Мангостина. Тот тихо произнёс: — Нужно выбрать три карты. Чипс резво приподнялся и дернул их из полукруга. Пирулетта возмущенно ахнула и попыталась отпихнуть его в сторону. Ковбой настойчиво упирался. — Э-э-э, нет дамочка, кто первый выхватил кольт, того и тапки, — весело выпалил он. — Хочу знать, че завтра будет. Ну! Жадина! — А сам то! — рассмеялась она. — Все равно карты для меня предназначены. — Нетушки, — настоял Чипс. — Готов ставить на красное, что они мои! — Зря, на чёрное больше везёт. Ставлю на чёрное, что мои. Мангостин покачал зрачками из стороны в сторону и заставил центральную из трех карт перевернуться. Перед всеми предстала старинная картинка с колесом фортуны. — Всё ещё уверен, что твои? — скептично бросила Пирулетта. — Кто если не я представляет собой… Беттиган не дал ей закончить, настойчиво склоняясь над столом. — Манго, гони другие! Колесо фортуны моментально обрамили карты «дурак» и «смерть». Чипс одернулся назад, едва не роняя стул. Пирулетта заливисто расхохоталась, прикрывая глаза ладонью. — Дорогой мой, некоторые ошибочно предполагают, что гадание является предсказанием, — торопливо сказал Мангостин пристально смотря на ковбоя. — Толкования не так однозначны. — Ага щас! Нашёл дурака! — обиженно выпалил Беттиган сердито топнув сапогом об пол. — Это сильнейшая карта! — протестовал Мангостин. — Вы стоите на пути чего-то нового и великого. Она как глоток свежего воздуха! Бескрайний потенциал! Ваше спонтанное поведение дар, а не проклятье. Только не бросайтесь в полымя без раздумий и тогда… Чипс уже не слушал его. Гордо шествуя в соседний зал, он размахивал руками во все стороны в приступе негодования, заставляя оставшихся за столом друзей безмолвно провожать ковбоя взглядом. Как только он скрылся из виду, всё пространство казино разрезал громкий звенящий звук бьющейся посуды. — Ты это специально! — донесся крик Джиннет. — Ничегошеньки не специально! Пирулетта и Мангостин сжавшись переглянулись. — А может всё-таки проклятье? — неловко спросила она, пытаясь поймать опустившийся взгляд бильярдного шарика. — Естественно, — строго ответил ей из-за спины насмешливый голос. — Вас всех прокляли заниматься какой-то ерундой всякий раз, пока не пинает начальство. Не так ли? Они обернулись, завидев подле себя Дайса, что стоял, заложив руки за спину, расплываясь в блистательной довольной улыбке. Менеджер посмеялся себе под нос и приложив ладонь ко рту, громко крикнул: «Беттиган!» Можно было услышать, как в соседний зал сразу же захлестнула лютая волна паники. В конце любой смены происходила одна и та же стандартная процедура: каждый из сотрудников получал от менеджера личный расчетный лист о доходе за день. К последнему числу месяца их складывали и отправляли полученную сумму в адскую бухгалтерию для проверки. Ну, а вслед за этим, все терпеливо дожидались своего заветного белого конверта с деньгами. Пирулетта и Мангостин вздрогнули, спешно проследовав к столу общего собрания за менеджером. Чипс продолжал прятаться за барной стойкой. Он осторожно приподнялся и по-партизански выглянув из-под неё, принялся изучать окружающую обстановку с прицельным вниманием. Дайс, не смотря в его сторону спокойно подходил к толпе сотрудников, пока Уиззи в этот момент торопливо подавал ему сигару, поджигал её, приставлял поближе пепельницу и передавал заветные бумаги. Все коллеги уже успели расположиться за столом, в нетерпении наблюдая за тем, как менеджер, выводит на разлинованных листках заветные цифры, передав несколько готовых первым счастливчикам. По сложившейся традиции это всегда был «подвыпивший отряд». Старина Этан, Ромул и Джиннет чинно поблагодарили Кинга и коротко попрощавшись со всеми, проследовали к выходу. — Беттиган, ты, конечно, можешь там и оставаться, — медленно начал говорить Дайс не отрываясь от письма. После чего он повернулся и отложив ручку в сторону, продолжил. — Но я все же хотел бы тебя видеть. «Давай, твой звёздный час», — усмехнулся Уиззи. Он был спокоен. Обстоятельства изо дня в день складывались одинаковым образом. Чипс безукоризненно справлялся со своими обязанностями, да ещё так, что помимо этого придумывал и реализовывал какой-нибудь розыгрыш. Бывало и не один за день. Обсуждение очередной выброшенной шутки всегда занимало определённое время от этих собраний. Поначалу Уиззи казалось, что Беттиган будто специально портит себе карму в глазах начальства. Периодически задавал ему вопрос, пытаясь выяснить для чего тот это делает. Чипс отшучивался, восклицая: «Да если ж эта баланда станет моей карьерой, я тогда брошусь под поезд!» Уиззи считал подобное заявление полнейшей глупостью, однако долю правды в нём находил. Хоть его собственная должность стала вполне приличной, уважения к нему ни на грамм не прибавилось. Лишь деньги сглаживали положение вещей. — Может ты тоже что-нибудь эдакое выкинешь? — обратился к нему Дайс с неудовольствием, попутно вглядываясь в расчетный лист Беттигана. — Скучный ты Уиззи, скучный! И ругаться на тебя нет никакой радости. Вот я что просил с поставками сделать? — Ты ничего не говорил по этому поводу, — ответил ему он сердито нахмурившись. — А надо было догадаться! — Кинг вспыльчиво сверкнул зелёными глазами. — Каждый же раз одно и то же объяснять тебе, сил не хватит. Чипс подошел к столу и становясь между ними предупредительно кашлянул в кулак. Менеджер привычно натянул лучезарную улыбку, окинув сотрудника оценивающим взглядом сверху вниз. — О, Беттиган, Беттиган, — протянул Дайс и насмешливо покачав головой, затянулся сигарой. — Мой отличный работник, но почему с дисциплиной, как всегда, проблемы? Под конец дня учинил такое, какой кошмар! Придется задержаться, сочувствую. Уиззи устало завел глаза. Этот похвальный возглас в начале был крайне едким и саркастичным. Лицемерие Дайса его всегда раздражало. Чипс относился ко всему проще. — Ну! Рад хотя бы что я отличный работник! — громко воскликнул он, обращаясь ко всем собравшимся. — Он не об этом! — выкрикнул с места Хопус, после чего неловко отвел взгляд, чувствуя, что зря встал в разъяснительную беседу. Беттиган счел разговор законченным и, обойдя менеджера, попытался сесть рядом с Уиззи. — Так, я не вижу в твоих руках тряпки и щетки. И пока они там не окажутся, — Кинг тряхнул в воздухе расчетной выпиской. — Она будет у меня. Милости прошу, уборка ждет тебя вот уже целых пять минут! После этих слов Чипс стыдливо уставился в пол и спешно скрылся из виду. Упрямиться смысла не было, да он не был настолько глуп, чтобы не замечать, как имущество неожиданным образом портится. Причем даже не целенаправленно. И с этим, к его огромному разочарованию, всегда приходится что-то делать. — Да сделайте ему уже выговор, сколько можно! — обратился к Дайсу Фар Лэп принимая от того свой лист. Кинг удивленно приподнял брови, словно эта просьба показалась ему странной. «О, так вот кто сегодня попал под раздачу», — догадался Уиззи. Фар Лэп вернулся на место, после чего с шумом поставил на стол бутылку из-под какого-то алкоголя, которого там уже давно не водилось. Вроде совсем обычная, темная и пузатая. Вот правда внутри, сквозь мутное стекло, можно было отлично разглядеть плотно прижатый к стенкам портсигар. — Ха-ха! Да ладно! Это моя нелюбимая! — смеялся раскатистым смехом Уиззи. — Но теперь, да, чёрт возьми, беру слова назад! Они весело переглянулись с Чипсом. Тот, опираясь на древко щетки победно поднял большой палец вверх. Все остальные собравшиеся, в том числе и Дайс, тут же прыснули со смеха. Беттиган, наблюдавший за ними со стороны, был несказанно доволен собой. — Нет, вы что серьёзно! — Фар Лэп негодующе всплеснул костлявыми руками. — Как я его, по-вашему, достану? Ладно, когда он мундштук Пирулетты и волшебную палочку Хопуса менял местами! — И вам всем было так же очень весело, в отличие нас, — перебила его коллега. — Фар, расслабься, — сказал Хопус откидываясь на спинку стула. — Это уже дело житейское. Даже Мангостин пережил тот фокус с армией Мангостинов! Ну это когда Чип расклеил глазки по всем бильярдным шарикам. Все сразу перевели взгляд на предыдущую жертву розыгрышей Беттигана. Мангостин долгое время смотрел в одну точку сузившимися зрачками, после чего тихо промолвил: — Вам не понять какого это. Коллеги ещё раз посмеялись, в этот раз несколько тише и быстро успокоились по указанию Дайса. Вскоре их лица приняли совсем скучающий вид. Пип и Дот что-то шепнули на ухо Хопусу и все втроём осторожно разложили подле себя доску с шашками. Фар Лэп нервно вздыхая смотрел как вьются вокруг бутылки с портсигаром Мангостин и Чаймз. Подобное виделось им столь удивительной загадкой, что они просто не могли оторваться от её изучения. Из вежливости, оба не произносили ни слова, хотя в случае Чаймза вернее будет сказать ни звука. Пирулетта продолжительно наблюдала за тем, как менеджер сосредоточенно пишет, отрывает листки и кладет готовые рядом с собой. Должно быть он решил отделаться от остальных одним разом. Всё происходящее какое-то время сопровождалось монотонными скребками щетки, но, когда они прекратились, девушка тут же настороженно подняла голову. Пирулетта пересеклась взглядом с Уиззи, которого также смутило подобное. Ни Чипса, ни бардака как не бывало. Когда Беттиган снова зашёл в зал держа в руках щётку он, сохраняя до подозрительности спокойное выражение лица, поклонился. Значит заметил, что у него есть как минимум два зрителя. Хитро ухмыльнувшись и подбросив в воздухе предмет утвари как трость, он принялся танцевать. Выходило это до смешного нелепо и глупо, но Чипс был готов давить именно на эти качества. Уиззи сконфуженно взмахнул руками у лица, пытаясь сообщить, что сейчас вообще не время для подобного. Это лишь больше раззадорило ковбоя и поэтому он начал натянуто улыбаться во весь рот, пародируя Дайса, но на его лице такая улыбка смотрелась просто жуткой. Уиззи всё продолжал пытаться достучаться до приятеля шикая на того время от времени, однако это было бесполезно. Всё что ему оставалось — тревожно впадать в краску, периодически оборачиваясь на Пирулетту. В какой-то момент он понял, что и она, и половина из присутствующих сидят с такими же разгоревшимися лицами. Все поочередно закрывают рты руками то и дело надувая за ними щеки, чтобы сдержать подступающие смешки. Первым сдался Хопус. Он вмиг перешел на безумный хохот, упал со стула и продолжая шмыгать от проступающих слез, барабанил лапкой по полу. Тут уже не выдержали остальные. Шквал безудержного смеха и прерывистых всхлипываний вмиг заполнили все окружающее пространство. Фар Лэп сразу изъявил желание уйти, посылая проклятия в адрес этого, как он выразился «клоуна», но Пип и Дот тотчас вернули его на место. Уиззи тоже не смеялся, было как-то неловко рядом с Дайсом. Он судорожно подхватил лежащую на пепельнице сигару, чтобы хоть чем-то занять свой рот. Тем не менее, совсем красное лицо и не сползающая улыбка выдавали, что он находит эту ситуацию невероятно уморительной. Менеджер сперва растерялся, замельтешив на месте, однако вскоре все понял. Не теряя лица, он выпрямился и обернулся. — Что же ты сразу не сказал, как закончил, — чуть более тихо чем обычно промолвил Дайс, обращаясь к Беттигану. — Иди, забирай. Наступила абсолютная тишина. Чипс застыл позе чем-то похожей на третью балетную, от неожиданности выпустив щетку из рук. Та, довольно неприятно и глухо стукнулась об пол. Уиззи пуская дым, пристально посмотрел на Кинга. Тот был спокоен, однако было ясно, что он притворяется. Менеджер раздраженно поджал губы, прикрывая глаза. Рукой попытался нащупать оставленную ранее сигару в итоге наткнувшись лишь на пустую пепельницу. Уиззи неловко отметил это и хотел было протянуть сигару обратно, но Дайс так брезгливо посмотрел на него, что тот сразу же отбросил эту затею. — Может быть ещё одну? — спросил помощник у менеджера. Кинг отказался, покачав головой. — У Босса возьму, — ответил он с каким-то нескрываемым наслаждением в голосе. В этот момент Уиззи услышал позади себя звонкий ребяческий смех и заметил отсутствие сигары в ладони. — Ха-ха! Глянь, я украл твой нос! — выпалил Чипс, перегнувшись через спинку пустующего стула. Уиззи тут же свел глаза, уставившись прямо на опаленный кончик своего длинного носа. Затем одернулся и возмутился с наигранной строгостью: — Вообще ничего общего! Дай сюда! — он выхватил сигару из рук Беттигана. Тот лишь довольно хмыкнул в ответ и шумно плюхнулся рядом с ним. — Ладно, пены не гони, — сказал Чипс хлопнув соседа по плечу. — Не две большие разницы! И потом, у нас тут наконец-то зеленые письма нарисовались. — Написались, конечно, что с вами еще делать, — вздохнул Дайс раздавая собравшимся оставшиеся счета. — Сегодня некоторые были просто особенно раздражительны. И этим некоторым следует учесть, что мое терпение ресурс не бесконечный. Итак, к делу… Менеджер стал спешно подводить итоги и выстраивать план на завтрашний день. Что-то упомянул про свое выступление. Беттиган и Уиззи начали пинать друг друга под столом, еле сдерживаясь, чтобы не смеяться. Ожесточенная борьба кончилась сдавленным болевым стоном. Ковбой ткнул себя своей же шпорой. Дайс пригрозился рассадить их двоих. Пришлось смириться и дослушать речь до конца спокойно. — Мы не закончили, пока Чип не скажет, как достать мой чертов портсигар обратно, — процедил Фар Лэп показательно стукнув бутылкой. — Как хорошо, что это уже не моё дело, — с облегчением сказал Дайс, выходя из-за стола не прощаясь. — Да разбей, че ты паришься, — ухмыльнулся Беттиган. — Знаешь, я разобью. Вот только убирать опять тебе же. Так, что лучше скажи как ты его туда засунул, так и вытащи обратно. — Секрет фирмы! — звонко смеясь ответил он. — Знаю я наши: «ловкость рук и никакого мошенничества»! Прекрасно знаю! Как он там оказался?! — гневно протянул Фар Лэп. — Я спрашиваю, как?! — Как два пальца обсморкать! — Чип! Клянусь, я разобью ее о твою голову, если не закончишь придуриваться! Тоже мне умник нашелся! Тебя по-хорошему просят, а сидишь и делаешь вид, что своих мозгов не можешь сыскать как спичек в ночи. — Пфф, это еще че вообще значит?! Зачем искать спички ночью, вон елекстричество тебе горит кругом! — Это значит, что ты не можешь найти нужную вещь в необходимый момент, — сдержанно пояснил ему Уиззи. — Дык и не нужны они мне, — негодующе махнул руками Чипс. — И потом, встал, пошел, нашел, не морочишь голову и дело в шляпе! — О, надеюсь ты имеешь в виду мозги, но даже если нет, то я бы все равно поспорил, — сказал Фар Лэп скептически скрещивая руки у ребер. — Ха! Щас, любитель чувствовать себя коцаным лохом, я соглашусь на это, — отрезал Беттиган сразу отворачиваясь и вздергивая нос. — Пять баксов, что ты их не найдешь. Слова подействовали на Чипса обыкновенным образом — он озлился и полез задираться. Вмиг вскочил со своего места и схватив бутылку занес ту над головой Фар Лэпа, крича: — У-у-у, ща кому-то нарежут по костлявой морде! Фар Лэп сразу осознал, что ответные оскорбления сейчас будут не к месту, пока надо только бежать. Половины минуты не прошло с ухода менеджера из зала, как всё превратилось в жуткий балаган: оба сотрудника гонялись друг за другом вокруг общего стола, то и дело перебрасываясь бранью. Оставшиеся, в немом отчаянии наблюдали за перепалкой Фар Лэпа и Чипса, чувствуя, как начинает кружится голова от происходящей вокруг беготни. — Господа, заявление любопытное, но давайте обсудим условия, — Дайс не успел далеко отойти, поэтому тотчас вернулся на позицию. Не у одного Чипса споры на хоть какие-то маломальские, но все же деньги, задевали определенный триггер. В это мгновение все, кроме застывших на месте спорщиков, глядели на менеджера с верой в чудесное разрешение конфликта. — Если ваш временной срок — оставшаяся ночь, — непоколебимо продолжил он, — то есть четыре часа до восхода солнца. Это значит, что встретитесь вы снова к началу рабочего дня. В таком случае, лично я, просто бы купил их утром и упростил себе задачу. Поэтому Мангостина с его способностью точно определять чужую ложь, назначаю нейтральной стороной. Что считаете? Беттиган с недоумением посмотрел на Фар Лэпа, подумав о том, а соглашался ли он спорить вообще? Нет, но и прямого отказа тоже не озвучил. И если попытаться слиться сейчас, то это выставит его самого как нелепого капитулянта и только. — Делов то раз плюнуть, что нет, когда да! — тотчас выпалил ковбой с убежденной горячностью. — Так-то деньгами не мне фицкать! Фар лишь кивнул, ехидно ухмыльнувшись. — Остальные, есть кто против? — спросил менеджер, медленно оглядывая сидящих за столом сотрудников таким взглядом, который явно не стерпит никаких возражений. Слова — лишь небольшая формальность. — Я, — поднял руку Уиззи. — Единогласно! Отлично, специально для Беттигана мое условие, — продолжил Дайс. — Никакого криминала: ограблений, взломов, проникновений в том числе и в рамках нашего казино. А то, честное слово, я выкину твой расчетный лист за завтрашний день и даже вспоминать про него не буду. — В таком случае, лично я, — перебил его Чипс, хитро улыбаясь. — Я просто попрошу всех вывернуть свои карманы! Да! Сию же секунду! Кинг повел бровью в ответ и с его губ слетел смешок, сопровождающий коротким: «Хм, а ведь умно». Уиззи тотчас застыл в оцеплении, сразу для порядка запустив руки в карманы кожаной куртки. Спички у него были. «Чёрт возьми, вот окажись Чипс на моем месте, признался бы он в этом? Ни в коем случае. Даже не столько из-за вредности, сколько от желания выжать из этого спора максимальный интерес. И потом, не обязательно же из-за этого я играю против него. Но если достать их сейчас, Фар Лэп будет потом злиться на меня и ситуацию как минимум день. Нет, мне и Дайса с его манерой вести себя как сволочь хватает. Я, наверное, как-нибудь скажу Чипсу о том, что они у меня. Нет, нет, зачем говорить. А пусть ищет. И что же? Так, вот Мангостин сейчас ужасно отвлекает! Мог бы не смотреть так подозрительно»: думал Уиззи теперь не отрывая своего пристального взгляда от бильярдного шарика. Мангостин вопросительно глянул на него в ответ и тут же заулыбался. Конечно, он всё понял и сомнение, возникшее у Уиззи, никак не могло обойти его внимание стороной. В итоге бильярдный шарик как бы невзначай отвел глаза к потолку, давая коллеге своё разрешение на затеянную игру. Покрепче затянувшись сигарой и стараясь принять расслабленную позу, Уиззи достал из кармана зажигалку и выложил её на стол. То же самое за ним повторили Дайс, Пирулетта и даже Фар Лэп: словом все те, кого можно было причислить к курильщикам. — Что ж, Беттиган, попытка была неплохая, жаль не удачная, — сказал Кинг улыбнувшись и как бы сочувственно пожав плечами. — Ну, жмите руки, а я разобью. На том и разойдемся. Когда эти незамысловатые манипуляции были завершены, коллеги дружно поднялись из-за стола. Менеджер первым скрылся из виду в коридорах казино. Большинство же проследовали к выходу болтая о чем-то по пути; Хопус нёс бутылку с портсигаром в своем цилиндре, рассказывая Фар Лэпу о идее магического разделения этих двух предметов. Мангостин плавно плыл по воздуху позади всех. Напоследок он обернулся, убеждаясь в том, что те, кому положено остаются на своих местах. «О, я не верю, что мистер Уиззи наконец решился его разыграть!» — подумал Мангостин с улыбкой сощурив глаза.

***

В том, что именно эти двое останутся в казино — мог не сомневаться ни один из сотрудников. Казалось, что они оба дружат между собой всю жизнь, а времена их раздоров вспоминаются с трудом. Хотя когда-то никто кроме Мангостина не верил в то, что Уиззи и Чипс поладят. Однако у бильярдного шарика была отличная интуиция. Уиззи было сложно назвать душой общества, хоть в компаниях тот всегда был обаятелен и смешлив. Выглядел всегда важно и немного загадочно. С возрастом слегка прибавил в весе, но это лишь добавляло ему солидности. Носил дорогие серые костюмы-тройки без пиджака, обязательно с чёрным галстуком. Надевал он их под низ коричневой кожаной куртки с воротником пепельного цвета. Для полноты картины можно добавить, что весь этот серо-коричневый образ ещё всегда расплывался в пелене сизого дыма, оставляя после себя шлейф из терпкого табачного перегара. К Чипсу можно было относиться по-разному, но одно было точно: любое его появление всегда настойчиво въедалось в сознание окружающих. Ковбойская шляпа и сапоги со шпорами были его неизменными атрибутами, хотя экспериментировать со стилем приходилось. От бесчисленных курьезов часто что-то приходило в негодность. В последнее время носил желтую рубашку, усыпанную клеткой, красную бандану и охристые чапы с бахромой, под которыми прятались истрепанные синие джинсы. Самые первые впечатления о Беттигане довольно сильно отложились в памяти у Уиззи. Каждая попытка отделаться от Чипса парой бессмысленных фраз была тщетной. Он подходил к нему при первой возможности. Протягивал всего себя целиком как на распростертой ладони, не ища ни повода, ни смысла. Такая открытость пугала Уиззи. В привычной обстановке, где работники «Дьявольского казино» хранили свои секреты до первого глотка алкоголя, тот дорожил свой скрытностью. А таких как Чипс он ещё не встречал. И в том, казалось, раздражало всё: от вечно пестрящего перед глазами внешнего вида до непонятного южного говора. Бесчисленную жгучую ругань от него в свой адрес Беттиган воспринимал насмешливо. Упирая в бока руки, покачивал головой и бормотал себе под нос: «Недостаточно подружились». Однако его довольно быстро посетили приступы отчаяния, и он стал отвечать уже враждебно. Хотя всё ещё никак не мог выбросить из головы этот строгий взгляд желто-оранжевых глаз, правый из которых постоянно щурился от дыма не выпускаемой изо рта сигары. В какой-то момент Уиззи не выдержал и в повседневном разговоре бросил Мангостину короткую жалобу на то, что ему надоели эти постоянные пожелания смерти от Беттигана. Бильярдный шарик долгое время изумленно глядел на того в ответ, после чего быстро заморгав, сказал: «Вы что?! Действительно считаете, что ковбои кричат: «Чтоб ты сдох!», желая, простите, сдохнуть? Нет! Он вас любит! Прошу заметить, один вы удостоились этой чести». Мангостин звучал слишком убедительно и Уиззи тут же стало не по себе. Была в этом какая-то логика, позволяющая несколько иначе взглянуть на действия Чипса. Он не отпускал прежнего запала любой ценой добиться внимания Уиззи, сосредоточив на том все свои розыгрыши. Случилось им как-то раз сойтись за одним бильярдным столом. Инициатива их общего приятеля возражений уже не терпела. Прекрасный глазомер не подвел Чипса, позволив ему выиграть первую партию. Однако во второй он начал уж слишком откровенно поддаваться. Уиззи решительно сказал, что поблажек терпеть не станет. Посмотрев Беттигану прямо в глаза, он увидел, как они совершенно по-доброму хитро сощурились. И ковбой молча улыбнулся ему такой улыбкой, что Уиззи сразу показалось — её во век не забудет. Всё же существовала у Чипса некая притягательная сила. Таинственная и до сих пор неисследованная. После честного поражения в трёх партиях Уиззи притянул победителя к себе, обняв, похлопав по спине и ласково назвав его «безобразником». Так уж устроены кубинцы, у них горячее сердце и во вражде, и в дружбе. Чипс долго расплывался в улыбке. Затем решительно плюнул на свою перчатку и с настойчивой крепостью пожал Уиззи руку. Того это несколько смутило, но убедительный взгляд Мангостина будто объявил им обоим: «Достаточно подружились».

***

— Чёрт бы побрал эти поджигалки! — ругнулся Беттиган, раздосадовано топнув сапогом об пол и сразу помчался копошиться под барную стойку. — Вот и что это сейчас такое было? — вздохнул Уиззи подходя к нему. Чипс всполошено доставал и ставил на место различные предметы, мельтеша по всему периметру бара, пока наконец не остановился, замерев на месте. — Не тормози! Зи-зи, мы забьем баки Фару на раз два! — Мда, — усмехнулся Уиззи, как сразу скривившись добавил. — Зи-зи, серьёзно? Просто ужас, Чипс! Ещё лучше предыдущего. — Сам посуди, — отвечал он, смахивая пальцами пепел с воротника друга, — со мной все варианты исчерпаны. Многие зовут меня Чип, что довольно простецки. Беттиган? Бр-р. Важнюще! Чи — только для сестёр, а для матери я Чич. Так, что Чипс остается для малого количества. Хотя мне больше всего нравится! Вот ты мой чистый лист! Никто ничегошеньки не придумывает! — Все это для детей и дамочек! — хлопнул его по плечу Уиззи. — Кстати, чистый лист. Мне там Манго что-то про дураков и чистые листы все пытался сказать. — Ну! Как говорится: «Ум — хорошо, а два сапога пара»! Или дурака? Не помню. Всё! Давай подсуетись уже! Уиззи молча развернулся и сделал несколько шагов по направлению к столу, за которым все сидели ранее. Спустя пару секунд Беттиган догнал его, резко обняв со спины. — Да не ухожу я никуда, — усмехнулся он, указывая рукой на пепельницу с недокуренной сигарой. — Просто не могу же я её вот так оставить. Чипс радостно улыбнулся и обойдя друга, одобрительно потряс его за руку. — Единственное, что мне не нравится, так это то, что ты воспримешь это уж слишком дельно, — сказал Уиззи, затягиваясь и слегка щуря от дыма правый глаз. — Ведь никакая игра не станет серьёзнее, если к ней добавить правила и деньги. — Пфф! — многозначительно изрёк Беттиган широко раскинув руки в стороны, словно говоря: «Посмотри вокруг, здесь буквально всё именно на этом и завязано». — Я понимаю, — протянул Уиззи, нахмурившись. — Ой, только не надо вот это вот «не две большие разницы»! Ты ужасно любишь играть честно. — Не-е, может где-то была мысля грабануть банк, но Дайс очень убедил меня, что красть грешно, — ответил Чипс, набожно складывая перед собой ладони. Повисла немая пауза. Посмотрев друг на друга, приятели тут же гомерически расхохотались. — Чёрт возьми! Я почти поверил! — всхлипнул Уиззи, потрепав ковбоя по шляпе. После чего, слегка кашлянув добавил: — Может дело в том, что банк каждый идиот ограбить способен, а карманников все недооценивают. Ведь подумай, какая требуется точность, ловкость рук и нервная выдержка. Выработанные годами, не меньше. Чипс недоуменно склонил голову на бок и быстро выпрямившись, хлопнул себя по бедрам: — Эй! Где гармоника?! Уиззи тут же растянулся в довольной ухмылке и протянул губную гармошку обратно другу. Беттиган, недовольно насупившись выхватил её из чужих рук и резко дернул приятеля за нос. — Ай! Совсем дурной что ли? — возмутился он, скидывая сигару в пепельницу. — Ты дурной! — хихикнул Чипс, отбегая в сторону. — Всё давай, айда по каптеркам смотреть! Следующие полчаса были проведены в безуспешном поиске спичек по всем доступным помещениям. В поставленной задаче сразу четко распределились обязанности: один из них перерывал всё до чего мог дотянуться, второй терпеливо возвращал вещи на их места. Они успели обойти на данный момент все, кроме одной кладовой. Для порядка даже заглянули в уборную. А вот в кабинет к Дайсу не попали. Тот был заперт. И все попытки проверить его были бы, увы — против правил. В этом открывшимся им маленьком помещении кругом стояли различные комоды, коробки и сундуки с реквизитом Хопуса, Чаймза и Пипа с Дот. Уиззи с слегка скучающим видом стоял у входа, слушая как один за другим хлопают исследуемые приятелем ящички. — Боюсь, что и здесь тоже ничего не найдется, — сказал он, разведя руками. Чипс обернулся, нахмурив брови, и пробормотал с набитым ртом что-то невнятное. Сидя на полу перед раскрытым сундуком, он держал в руках круглую коробку из красного металла. В ней лежало какое-то давнишнее рождественское печенье, которое уже успело стать каменным, а розово-белая глазурь потерять свой прежний веселый вид. — Ты что опять голодный? — Фыфти-фыфти, — ответил ковбой, покачав для убедительности ладонью в воздухе. Наконец дожевав распиханное по щекам печенье, продолжил. — Кстати, будешь? — Не… хотя, ладно, давай. Мне интересно как ты грызешь эту дрянь. Ей, наверное, уже гвозди забивать можно, — сказал Уиззи подходя к нему и протягивая руку. Чипс тут же замотал головой и отползая в сторону прижал к себе коробку с печеньем так сильно, словно ее собирались вот-вот отобрать. — Вот и зачем ты тогда его мне предложил? — Так из вежливости! — воскликнул Беттиган. — С твоей то композицией ещё и на ночь жрать! — Знаешь, вежливость — вообще твоё, — фыркнул Уиззи заведя глаза. Пока Чипс с напыщенной обидой продолжал расправляться с остатками печенья, Уиззи вновь обошел кладовую. Действительно тщательно ещё раз посмотрел по коробкам и ящикам — ничего. Только нашел кучу каких-то лампочек, но это было вовсе не то, что нужно. — Не, Уиз, тут по всему казино просто по нулям. Не вариант, что мы где-то забыли глянуть, — не теряя бодрого настроя сказал Чипс, поднимаясь с пола. — И что ты, то есть мы, собираемся делать дальше? — спросил его он. Чипс на время проигнорировал вопрос, от чего Уиззи стало несколько не по себе. — Мы сыграем! — наконец ответил он, достав из сундука пару шариков для настольного тенниса. Уиззи шумно вздохнул, в очередной раз пытаясь свыкнуться с тем, что друг часто отвлекается или забывается. — Нет, без ракеток всё равно не получится, — спокойно ответил он. — Тогда будем играть в вопросы! — не унимался ковбой. — Это как? — Ну че ты тупишь! Это ж, когда говорить надо, используя только их! — Утверждение! Один ноль в мою пользу, — с улыбкой выпалил Уиззи, сразу же рассмеявшись. — Шульё! Так нечестно! — подскочил на месте Чипс, с негодованием размахивая руками прямо у лица своего приятеля. — Два ноль. Беттиган шумно захлопнул сундук и слегка взвыл от досады, хватаясь за поля шляпы: — Где ты взял манеру меня обыгрывать?! — Где ты взял манеру ввязываться в сомнительные споры? — Ха! Повтор. Два один! — крикнул Чипс, с таким восторгом словно он уже вышел из игры абсолютным победителем. Конечно, они оба прекрасно знали правила этого вопросительного состязания, за которым периодически убивали время. Всё довольно просто: нельзя использовать утверждения, нельзя повторять структуру вопроса оппонента и наконец, нельзя употреблять риторические вопросы. Продолжив перебрасываться друг с другом короткими фразами, они покинули здание казино через чёрный ход и успели спуститься со скал к ночному городу, продлевая начатое шествие. В развернувшемся диалоге Уиззи успел узнать, куда задумал отправиться Чипс, а вот вопрос: «За что торгаши не держат лавки отрытыми от заката до рассвета?» всё же сочли риторическим. Да, круглосуточные магазины уж точно не помешали бы тем, кто проводит на работе время до поздней ночи. «Дьявольское казино» закрывалось в два часа после полуночи, до краев обеспечивая многочисленных гостей всякого рода губительными развлечениями, а сотрудников — сбитым режимом дня. Ведь и открывалось оно не рано. — Не думаешь ли ты, что потратишь время ища не в том месте? — С каких пор три часа времени до рассвета — малый срок? — в очередной раз парировал Чипс, не теряя довольной ухмылки на своем лице. — Откуда такая уверенность в том, что они будут у кого-то из «подвала»? «Подвалом» они называли реально существующее заведение, которое работало исключительно по ночам. В Инквелл-Сити, островном городе, собралось различное множество рас и культур, практически со всех уголков планеты. Но особо выделялась одна категория граждан. Тех, кто в виду особенностей своего организма вёл активную жизнь только с наступлением темноты. Это были различные совы, сколопендры, летучие мыши и прочие. Ночные жители проводили своё незавидное существование в обществе, где практически всё функционировало в угоду бодрствующих днём. Рабочие места выбивали в ночные смены различного рода охранниками, полицейскими, пожарными, однако везло не всем. Кто-то предпочел зарабатывать себе на жизнь захаживая в «Дьявольское казино», как только с неба пропадут последние лучи солнца, кто-то решил вертеться в сложившихся обстоятельствах по-своему, как например владелец этого самого «подвала». Хосе Мурселаго — обыкновенный рукокрылый вампир и почётный член «ассоциации ночных существ Инквелл-Сити» в некотором роде поставлял своим сородичам одну из тех категорий досуга, которая только могла быть им доступна в часы, когда казино закрыто — распитие алкоголя. Ну или свежей крови, в зависимости от того, кто что предпочитает. Как только высокие небоскребы сменились мрачными кварталами со зданиями из красного кирпича, друзья поняли, что они приближаются к назначенному месту. Темное синее небо, усыпанное редким светом пепельных песчинок звезд, уже не задыхалось в неоновых огнях мегаполиса. Впервые открывшись здесь, среди хаотичных лиан проводов, разбросанных по покосившимся электрическим столбам, грязного асфальта с горами пустых бутылок и кочующего по ветру бумажного мусора. Оно создавало разительный контраст красоты с городским отчаянием. Игра в вопросы оборвалась со счетом 5:3 в пользу Беттигана. Уиззи то и дело не выдерживал как Чипс периодически спихивал его с тротуара, прося приятеля идти ровно. Еще один раз он сделал ему замечание за то, что тот идет слишком быстро. В ответ на это Чипс молча схватил его за руку, начав откровенно бежать и Уиззи стал жаловаться, что такими темпами он скоро будет кашлять и мол, вообще, подобные физические нагрузки его просто убивают! В любом случае, на том он потерял целых четыре очка. Беттиган остановился лишь тогда, когда заметил припаркованную желтую машину. Теперь предложив приятелю пробивать друг другу в плечо всякий раз как они заметят подобные. Эту затею Уиззи уже не поддержал. Названное заведение было довольно трудно найти даже частому посетителю, поскольку вывески у того не было никакой. Прямо с тротуара среди многочисленных темных узких дверей приходилось искать верную: между двух решетчатых полуподвальных окошек, в которых горел теплый, но тусклый свет. От двери вела вниз такая же узкая деревянная лестница в десять избитых подошвами ступеней. «Подвал» состоял из одного зала, с низким сводчатым потолком и каменными стенами, испещренными дорожками струек сочащейся подземной влаги. В сравнении с «Дьявольским казино» роскошью тут явно не пахло. Пахло скорее сыростью, спиртом, и еще немного теплой кровью. — Только пожалуйста, в этот раз не надо отрывать дверь с ноги, — начал говорить Уиззи, когда они наконец отыскали порог «подвала». Но это было напрасно, Беттиган оказывался изменять сложившейся привычке. — Эй, вы там! Не ждали сегодня?! — крикнул Чипс, едва ли на ходу не врезаясь в группу поднимающихся по лестнице девушек. — Полтора десятка — час. Ночь — полтинник. И меньше ни с кого не брать! — строго наказывала одна из них своим двум спутницам. Это была тройка ночных бабочек, которые по обыкновению залетели в «подвал» за дежурной рюмочкой в перерыв. Работа у них такая, что увы, трезвыми вывозить её было практически невозможно. — Надо же! Сам Чипс Беттиган, вот уж не ожидали, здрасте! — воскликнула с сарказмом одна из девушек, становясь впереди остальных. Именно её разговор с соратницами до этого прервал ковбой. — Забор покрасьте! — задорно проголосил Чипс, тут же плюя на собственную перчатку и протягивая даме ладонь для рукопожатия. С отвращением глядя на дружелюбную улыбку собеседника ночная бабочка возмущенно нахмурилась и её тяжёлые крылья гневно зарокотали за спиной. — Всё хамите, парниша! — на выдохе выпалила девушка, моментально отталкивая Беттигана с прохода. Она гордо вздернула хоботок и тряхнув головой чинно вышагнула за порог цокая каблучками туфелек. — Ага, щас! Хамить такой шикарной чмаре было бы бессердечно! — обиженно завопил Чипс. Две оставшиеся девушки сразу же захихикали, прикрывая рты узкими темными ладошками. «С этими нужно действовать иначе, — решил ковбой. — Давай Зи-Зи, посмотришь на сколько вежливость это не моё» Чипс вытер ладонь о рубашку и тут же оказался стоящим между двух ночных бабочек, придерживая каждую из них за остренькие плечи. — Дамы! Ну че, как ваше ничего? — бойко затараторил он, поглядывая то на одну из девушек, то на другую. — Жуть, а какие марафеты навели, просто прелесть! Цветы асфальта вы мои, а у меня к вам деликатное дельце! Давайте, угостите старину Чипса парочкой спичек! Можно и коробком, даю всю волю возможностей! — А ты нам сигарет взамен не подбросишь? — хитро ухмыльнувшись ответила одна из них. — Мы дамы такие — предпочитаем честный бартер. — Никак нет, я посеял их ну не очень давно из-за дырявого кармана! «Интересно, я тут для мебели стою что ли? — подумал Уиззи, — Ладно, пока не спрашивают, меня это не касается». — Так вот и всё! — ответила она же и ловко выскользнув из объятий ковбоя, потянула подругу вслед за собой. — Девчонки пождите! — крикнул им Чипс, но девушки снова захихикали и махнув ему на прощание ручками скрылись вслед за своей лидершей во тьме. — Ик, ребята, а вы что это здесь? — не давая пришедшим опомниться от случившегося разговора, Джиннет сразу шагнула на ступень становясь между коллегами. Её слегка мутило от заполнившего голову алкоголя, и она то и дело покачивалась из стороны в сторону, стараясь ровно держаться на ногах. Уиззи чуть дернуло назад от резкого запаха спирта, но он сразу вернулся в прежнюю позу поскольку ему как никому другому приходилось быть солидарным к «подвыпившему отряду» в этом плане. — Джи, как удачно ты тут! — радостно воскликнул Чипс, но больше не успел промолвить ни слова. Джиннет стало совсем неудобно стоять и она подхватила ковбоя под руку, расплываясь в пьяной улыбке. Тот в тревожном оцепенении продолжал молчать, заглядывая в ее мутные полуприкрытые глаза. Распрямившись и наклонившись к лицу Чипса девушка будто несколько озлобленно чмокнула того в щеку. Беттиган резко подскочил на месте, извиваясь воздухе как песчаная змейка и нервно завопил: — Кыш! Все хорош! Отлепись ты! Фу, нельзя! Да че с тобой не так! Женщина! Джиннет залилась пьяным смехом опершись на перила, не замечая нависшего над собой пристального взгляда Уиззи. Он отчетливо прочитал на ее лице настроение коварства от совершения этой непонятной женской мести.

***

Рядом с девушками Чипсу лучше было бы вовсе не открывать рта. Особенно потому, что тот на дух не переносил, когда начинал нравится кому-то из представительниц женского пола. В казино часто кто-то из мужчин просто ржал с того, как Беттиган шугается очередной красотки, что задумала с ним флиртовать. И Джиннет прекрасно знала, как отреагирует на ее выходку Чипс. Знала, что ему станет противно. Девичьи шутки так бы оставались этими самыми шутками, если бы в один момент это не коснулось кого-то серьезнее. Стоя рука об руку с Беттиганом дни на пролет, Пирулетта сама не заметила того, как этот несносный баламут начал ей действительно нравится. Однако в тоже самое время ее давно привлекало общество мистера Уиззи. И потом, тот был хотя бы не так инфантилен, как его друг. Однажды Пирулетте все же случилось на радостях чмокнуть Чипса в щеку, на что тот отреагировал соответствующим образом. Своими воплями опять поднял на смех весь рабочий состав, чем страшно оскорбил подругу. И месть Пирулетты оказалась молниеносна и неожиданна. Она, задыхаясь отшатнулась от ковбоя, и сама не зная зачем поцеловала сидящего рядом Уиззи прямо в губы. Может, тут уже алкоголь сделал свое дело. Уиззи, в свою очередь уже давно был обделен женским вниманием, что, не помыслив лишнего увлеченно ответил, попутно прихватывая немного красной помады с ее рта. Показалось, что они целовались друг с другом до неправильного продолжительно. Чипс сидел рядом с ними, видел окружающее словно через туман. Он неожиданно ощутил, как всего его будто обожгло от вспышки ревности. Это было странное чувство. Беттиган уже даже забыл свои первые романтические симпатии к Уиззи, поскольку один только путь к дружбе с ним казался чем-то действительно сложным и важным. Но в тот момент он остро понял: так больше продолжаться не может. Когда Пирулетта обернулась на Чипса, она заметила, как его растерянный взгляд был устремлен прямо через её плечо. Он даже не повел на неё глазом. Девушка тотчас осознала, только на каких друзей можно смотреть с таким выражением. Тех, в которых ты тайно и сильно влюблен. Это повергло её в ужас. — Вот же дрянь, — всхлипнула Пирулетта и спешно ушла прочь, закрывая лицо ладонями. Беттиган так же более не задержался на месте, догнав подругу, они вдвоём покинули казино. Последующая встреча Чипса с Уиззи началась с вполне логичного вопроса о том, испытывает ли он какие-то чувства к Пирулетте. Тот ответил отрицательно. Беттиган возмутился, отчитав его и сказав, что он поступил невероятно подло. Уиззи подобные заявления крайне не устраивали, и тот сразу же стал нелестно отзываться об их общей подруге. За что тотчас схватил крепкий удар по лицу от ковбоя. Красные сопли в миг потекли по усам. Серые льдинки блеснули на светлых ресницах. Шёл последний теплый снег. Он превращался в мокрую липкую грязь под телами друзей, что кубарем катались по земле и просто мутузили друг друга. Зёрнами граната по белым островкам были разбросаны кровавые капли с разбитых носов. Это был первый и последний на их памяти раз, когда они подрались из-за девушки. После, оба долго не могли понять ради чего, собственно, это всё учинилось. Никто из коллег об этом так и не узнал. Оно и к лучшему, а то слухи распускать уж очень любят.

***

— Припозднились вы сегодня. Уиззи, снова привет что ли, — обратился подошедший к ним Ромул. — Не стой в дверях, тебя там Хосе весь заждался. — Да, привет. Знаешь, мы если честно и не планировали здесь появляться. По крайней мере до начала месяца. Хосе же сам возмущается всякий раз, как нас становится пятеро, — отвечал ему он. — Эх-хе, ну тогда у нас получается пересменка! — хрипло произнес подоспевший к остальным Старина Этан. — Мы то тут каждый день как на работу. — Хватит валандаться вокруг да около! Вы, трое! — каким-то наэлектризованным голосом вскрикнул Чипс, обращаясь ко всему «подвыпившему отряду». — Не говорите, что мне у вас нечего ловить и дайте спичек! — Парнишка, ты какой-то совсем заведенный, — обеспокоенно ответил ему Ромул. — О чем ты говоришь? — Нет-нет, Чип, у нас ничего такого быть не может! — всплеснула руками Джиннет, — Ик, это крайне огнеопасно! — Вот именно, неужели ты забыл, что мы совершенно не можем курить! — поддержал разговор Старина Этан. — Почему ты до сих пор не попросил у Уиззи зажигалку? Успокойся, зачем они тебе нужны? — Не дождётесь! — бросил Чипс взмахивая руками и сразу же развернувшись побежал докапываться до других посетителей. — Долго объяснять, днём всё узнаете, — вздохнул Уиззи. Мужская сторона «подвыпившего отряда» пожала ему руку и все они попрощались, разойдясь в разные стороны. Беттиган уже сидел за одним из небольших круглых деревянных столиков, болтая с какой-то парой сколопендр. Те недоуменно разводили всем своим множеством рук, указывая ему куда-то в сторону. Уиззи решил оставить приятеля наедине с этой затеей, убеждая себя в том, что подобный подход ни к чему Чипса не приведет. Скрипучий дощатый пол «подвала» хоть и был изрядно усыпан окурками, однако же среди них не валялось ни одной прогоревшей спички. Большинство прикуривали от горящих по периметру помещения газовых рожков, и он это хорошо помнил. Подле буфетной стойки, с потолка вниз головой свисал темный силуэт владельца, бдительно не смыкающий своих зелёных, словно два крыжовника, круглых глаз. Как одинокий смотритель маяка, Хосе Мурселаго пристально наблюдал за скромными волнами проплывающих туда-сюда посетителей, уже от времени став знаком с каждой до едина. — Buenas noches, compadre, — поприветствовал он Уиззи, мягким и беглым голосом, в моменте, когда они поравнялись друг с другом. Тот ответил ему тем же, готовясь по сложившейся традиции продолжать разговор на испанском. — Выпить пришли? — проворчал Хосе, кутаясь в перепончатые крылья. — Чёрти что! Ходят всякие, то тут, то сям от выпивки до выпивки, то те, то другие. Чего в своем казино не сидится? — Вот что ты опять возмущаешься? — спросил Уиззи, присаживаясь рядом и доставая из куртки портсигар. — Это я ещё не возмущаюсь, — улыбнулся Хосе, обнажая острые клыки. — А захочу и буду! Что ваш друг опять воду мутит? — Да спички ищет. — Спички? Вот чудак! — Мурселаго спорхнул с потолка, размещаясь рядом со своим знакомым. — Это ладно, сам пусть расскажет. Может хоть с историями у него получше, а то анекдотов своих он мне уже штук десять должен. Уиззи издал едва слышный смешок, покачав головой. Затем он принялся медленно раскуривать сигару, пуская перед собой сизый дым. — Э-эх, вы! А я тут, сам понимаешь, кручусь верчусь, света чёрного не вижу, да и видеть не желаю! — воскликнул Хосе подавая собеседнику пепельницу. — Сути то никакой. Без выходящего за рамки веселья не удаётся никакое дело, как завещал господин Ницше. Где его возьмёшь то теперь, это самое веселье. Совсем старый стал. Всегда же говорил, помнишь, живи так, чтобы в душе твоей не угасли последние искры света! Хотя, что это я. Ты, должно быть, никогда и не понимал. — Знаешь, ты всё перевернул с ног на голову, — с раздражением ответил Уиззи, покусывая кончик сигары. — Это к тебе должны приходить жаловаться на жизнь. Хосе почесал когтистой лапкой за длинным ухом и перемещаясь за буфетную стойку, дал собеседнику разрешение на эти самые жалобы. Однако время от времени не упускал возможности расспросить Уиззи об историях, которые приносил из казино «подвыпивший отряд», чтобы хоть как-то разрядить обстановку. Тот с радостью поддерживал складывающийся диалог. Под конец описания одного из подобных событий, к ним подсел Чипс. Он шумно плюхнулся на стул продолжая дуться на то, что его попытки найти спички в этом заведении терпят фиаско. Однако настроение Беттигана вмиг переменилось, когда он прислушался к происходящему разговору. Он ни слова не знал по-испански и в целом этот неизвестный язык вообще не то, чтобы впечатлял Чипса в те времена, когда он слышал его лишь от заезжих в город мексиканцев. Но то, как говорил на нем Уиззи — это вызывало в груди какое-то трепещущее теплое чувство, заставляющее внимательно вслушиваться в каждое произнесённое тем слово. Беттиган давно заметил, что друг говорит как-то совершенно иначе, не так, как это делает Хосе. Дело было в кубинском диалекте. Благодаря нему речь Уиззи с бархатной хрипотцой становилась какой-то совершенно горячей и плавкой, как длинные берега этого таинственного острова. Беттиган был готов слушать его часы напролет с упоением и безмолвием, лишь бы не спугнуть ни одной слетающей с губ фразы. Но, к сожалению, уговорить друга сказать что-то на испанском вне бесед с Мурселаго ковбою никогда не удавалось. — И всё же мне начинает нравится, как Чипс внимательно нас слушает. Вот ничего не понимает, но сразу таким спокойным становится. Хоть не носится везде сломя голову, — улыбнулся Уиззи, окидывая приятеля долгим безмятежным взглядом. — Ха! Я понял! Вы говорите обо мне! — радостно воскликнул ковбой, отзываясь на собственное имя. — Конечно, мой хороший, — ответил ему он, уже на привычном языке. — Вижу дела твои как-то не очень близки к успеху. Беттиган сердито насупился и отмахнулся от друга, который сразу же радушно потрепал его по плечу, чтобы тот не начал снова беспокоиться. — А теперь, я жду историю, — сказал Хосе ставя на стойку высокий бокал. Спустя мгновение он осознал, что произнес фразу на испанском, но Уиззи, наклонившись к Чипсу доходчиво перевел тому сказанные слова. Мурселаго благодарно кивнул в ответ и достав из буфета мёртвую тушку курицы, зубами продырявил ей горло и начал выкручивать ту над стаканом как мокрую тряпку. — Тьфу ты, Хосе! Хоть бы предупреждал, — обронил Уиззи поежившись и отодвигаясь подальше от происходящей экзекуции. — Кстати, о птичках и спичках! — заявил Чипс, — Те, кого дохлые курочки не удивляют, могут остаться! Уиззи раздраженно фыркнул, но в прежнее положение все же вернулся, готовясь слушать пересказ событий сегодняшнего спора. Беттиган начал бодро, описывая каждое событие в красках и жестах, время от времени смеясь и толкая приятеля в бок локтем, ожидая от него подобной яркой реакции. Но тот сохранял неколебимое выражение лица, иногда поворачиваясь к Чипсу и выдыхая на него вязкие клубы дыма. Ковбой лишь весело размахивал их рукой, смотря как Хосе внимает каждую его фразу, кивая и потягивая кровь из стакана. Мурселаго отнесся к этой истории с нескрываемой серьёзностью, увлекшись ей настолько, что под конец бессознательно присосался к самой курице, старательно выжимая из неё все оставшиеся соки. Закончив, он отбросил пернатую тушку в урну, ничего не говоря в ответ. Чипс взволнованно ждал, слегка подпрыгивая от нетерпения на месте. Каждая секунда этого молчания его изматывала. — Ты глупый? Уиззи, не ожидавший, что Хосе начнет так прямо, прыснул со смеху закрывая глаза рукой. — Да-а-а, Зи-зи, — протянул Беттиган, — сто лет живешь, ума не нажил! — Ты считаешь это не к тебе относится? — всхлипнул он в ответ. — Ага щас! Может те в глаз плюнуть? — усмехнулся Чипс. — Говорят, успокаивает болезни! — Может тебе? Говорят, удачу приносит. Приятели тут же стали пихаться словно в каком-то переизбытке эмоций, перестав обращать на Хосе малейшего внимания. — Так, тихо-тихо. Зачем ругаться будете? — сказал Мурселаго с сильным акцентом. Дождавшись, когда оба вернутся в прежнее положение, Хосе одернул свои темные крылья и продолжил: — Я не то иметь в виду. Por favor, disculpe. Просто ты, Чип, почти с такой же успех мог бы спорить и искать свои спички «днём с огнём». Так говорить? Sí, не удивляться. Вот у тебя дома почему их не быть? — Ещё зачем? Мне с газовой горелкой и тридцаткой центов за галлон очень даже ничего! — ответил Беттинан, и сразу повернувшись вопросительно окинул взглядом приятеля. — А у тебя? — Нет, а то зачем бы я за тобой все это время ходил, — неожиданно для себя солгал Уиззи. «Вот же ж проклятье, ну почему сейчас то надо было врать? — негодовал он. — Причем, черт возьми, филигранно даже не поведя бровью, что и на работе так не всегда получается! Я же мог закончить весь этот спектакль уже сейчас. Просто потрясающе, Уиззи. Просто потрясающе!» — Bien pensado! — продолжал говорить Хосе. — Товар быть импортный, на островах не производится. А газ и бензин всегда есть дешёвыми. Чип, ты импульсивен и не смотреть всей картины вещей. Вот и ввязаться легко. Ты думать всех перехитрить? Sí, так плохо думать! Тебя с самого начала подставить, ты понимать? Все это быть задумано лишь с целью тебя отвлечь от очередного погрома. И если бы ты действительно думать, то сейчас бы здесь не сидеть! — Да?! Ну и плевать! А то сразу все шибко грамотные пошли, — задорно проголосил Беттиган, словно озаренный этой внезапно объявившейся трудностью. — Там нескладушки, тут неладушки! Ну! Хоть с чёрного базара хоть как достану, но вокруг пальца меня не обвести! — Джентльмены, прошу прощения, что подслушал ваш разговор. У меня есть то, что вам нужно, — скрипучий как прогнившие половицы голос послышался из-за спин приятелей. От неожиданности они завертелись на месте в поисках его источника. Странно, никого кто мог бы говорить по близости оказалось, хотя ощущалось, что существо только что шептало прямо им затылки. — Фу ты, ну ты, срань какая! Зачем так пугать то?! — выдохнул Чипс, смахивая со лба проступившие капли пота. — Вы тоже слышали? Я же не сошел с ума? — пробормотал Уиззи нервно глядя на своих собеседников. — Хосе, ты видел? — Sí, лишь чёрный тень, — спокойно ответил тот. Друзья озадаченно посмотрели на него, в непонимании захлопав глазами. — О, думал вы понять, что это быть Джерри! Хосе любезно улыбнулся им и попросив нагнуться поближе, в полголоса стал описывать обладателя загадочной тени. Джерри был тем, кто часто покупал товары с чёрного рынка, однако параллельно сам занимался их продажами. Его длинная худощавая фигура, облаченная в зеленый плащ и высокую широкополую шляпу, сейчас терпеливо дожидалась своих клиентов сидя в самом темном углу «подвала», спиной ко всем посетителям. В любом положении Джерри скрывал свое лицо в свисающем к полу шарфе. Он скрывался всегда и везде, прокрадываясь в помещения бесшумно и крайне настороженно относясь к каждому из окружающих. Именно поэтому договориться о чем-то с ним было практически невозможно. — Так вот кто Джерри! — воскликнул Чипс — Видал его как-то в лавке Поркринда, смылся оттуда с быстротой молнии, я моргнуть не успел! — Мне не кажется, что нам надо к нему идти, — сказал Уиззи, одергивая приятеля за рукав. Тем не менее, вместе они уже направлялись в сторону того самого загадочного посетителя. — Ты опять лезешь в какие-то глупости! — Ум — хорошо, а два сапога всё-таки пара! — подмигнул ему ковбой. Джерри сидел ровно там, где сказал Хосе. Угол, в котором заканчивалась тянущаяся по стене «подвала» длинная лавка, был освещен слабее остальных. Это заставляло воображение рисовать образ торговца каким-то до жути опасным и коварным. Словно сейчас они оба вновь идут на сделку с самим Дьяволом, уже по собственной воле. Пожалуй, именно эти ассоциации заставили друзей в гробовой тишине, но всё же решительно обойти силуэт в высокой шляпе со спины и быстро сесть прямо перед ним. «Хоть глаза белые, а то страшно похож на него», — подумал Уиззи. Стараясь совладать с собой, он понял, что Чипсу тоже стало не по себе, поскольку сейчас дрожащая рука цепко обхватила его ладонь под столом. Джерри внимательно осмотрел их обоих и переплетая пальцы у лица гаденько захихикал. — Джентльмены, я знаю, что вас интересует, — прошептал он. — У меня будет всё. Крысиные, змеиные яды, резеда, аконит, белладонна, белена и дурман. — Мне так-то, — перебил его Чипс. — Т-сс! Тише! Ни слова больше! — воскликнул Джерри, снова посмеиваясь сквозь плотный шарф. — Понял, понял. Могильные иглы, есть пара кинжалов из обсидиана, есть остатки раскопанных сокровищ Валгаллы, краденые бриллианты! Кхе-хе, серебряные распятья, вампирам только не говорите! — Мне так-то, — сказал Чипс. — Тиш-ше, тише! Гексокен, оксоген, — всё не унимаясь продолжал Джерри, — гранаты и порох, динамиты, бризантные взрывчатые вещества… В этот момент Уиззи понял, что этот странный тип поймал внимание друга. Чипс выпустил его руку и теперь переплел пальцы у лица на манер собеседника. Его серые глаза восторженно заблестели. Он снова сидел, слегка подпрыгивая на месте, болтая ногами в воздухе. Все слушая, и слушая весь этот список покупок террориста-любителя. Уиззи пихнул его локтем в бок. — Да, кстати, — Чипс мгновенно вспомнил зачем он здесь находится, — мне так-то… — Всё! Ни слова больше! — грозным шепотом остановил его Джерри. — Мы встретимся на кладбище, там, где заброшенный костёл. Я не продаю открыто! Кхе-хе, но я вас понял, жду. Сказав это, он резко подорвался с места и исчез из «подвала» с такой скоростью, словно прошел дверь насквозь. Беттиган сердито хлопнул кулаком по столу: — Только сидит кашу размазывает и только, слова не вставишь! Ну и мутный же тип! — Как хорошо, что ты это понял и нам не придется идти на кладбище ночью, да Чипс? — Уиззи удовлетворенно посмотрел на него, но тот лишь коварно улыбнулся в ответ. — Чипс, нет! — Почему нет? Уиззи не успел ничего ответить. В этот момент на стол, за которым они сидели вспорхнул чёрный петух, начав важно расхаживать из стороны в сторону. Птица нервно дергала головой, словно она замешкалась и случайно очутилась совершенно не в том месте. Однако гордость, заложенная в петухе, не позволяла ему того признать. Выпятив грудь и распушив хвост, он явно не думал о том, куда идти теперь. Но идти было надо, поэтому он расхаживал по столу. — Ну и птичка! Иди сюда! — воскликнул Чипс загребая петуха себе в руки. Петух начал упираться, противясь незнакомца и пронзительно вскрикнув вмиг успокоился, пригреваясь в желтой фланели рубашки. — Пфф, и че возмущался, важный такой! Изя, его надо оставить! С него кровь пустят, а он хороший! Смотри, ему нравится у меня! Уиззи вздохнул, вспоминая как пару секунд назад эта гордая птица бесцельно шаталась по их столу. Смешная птица с пушистыми пернатыми штанами и коричневыми лапками со шпорами. — Увы, я второго в своей жизни не выдержу, — сказав это он рассмеялся, потому что уже не мог спокойно воспринимать сидящих рядом в отрыве друг от друга. — Ну хорошо! Где ты там пошутил, что сейчас сидишь гасишься?! — Чипс принял позу, но сразу же одернулся. — Ничегошеньки мы не похожи! Смотри, он такой мрачный весь! — сказал он, поднимая петуха перед лицом друга. В попытке успокоиться, Уиззи что-то всхлипнул в ответ и приоткрыв взгляд посмотрел на птичью мордочку. У черного петуха были какие-то грустные оранжевые глаза. Этой птице так страшно не хватало просто посидеть в чужих объятиях, а теперь ее оторвали от приятной желтой рубашки. Петух сердито распушился, спрыгнул на стол и вернулся к Чипсу на колени. Тот осторожно погладил его по спине. — Буду звать его Граф. — Просто граф? Они просто не бывают. Вот скажем, был в Испании один граф де Торо-Гарсиа-Мариано, еще с ‘Хосе’ в начале, — Уиззи решил поддержать эту идею с придумыванием клички. — Хех, а что? Он просто курятник тут какой-то развел. — Это не имя нихрена, а тупой набор букв! — возразил Чипс. — У тебя тоже! — весело ответил ему Уиззи. — Нет, у тебя! — проголосил Беттиган, как сразу же закрыл рот руками, поддавшись редкому ощущению, что сболтнул лишнего. — Прости, прости! Я забыл, что у тебя там сложная с этим всем история! Уиззи молча опустил глаза: «Да-а… дружище, нашел, что вспомнить». Конечно, у него было имя, и да, оно было довольно труднопроизносимое, но самое главное, что абсолютно дурацкое. Именно поэтому Уиззи никому его не называл, и старательно ото всех скрывал, чтобы никто не надумал к нему так обращаться. Но Чипс всё же узнал однажды. Пусть и не сразу поверил в его реальность, подумав, что с такими именами ходят только короли. Или герои сказок! Нет, ну или точно кто-то из важнющих господ Гаваны, откуда Уиззи был родом. Однако, всё мимо. И вообще, с чего он так решил? Тем не менее, сейчас было довольно мило наблюдать, что Чипс все-таки бережно относится к вещам, которые действительно могут задеть друга. — Ладно, мой хороший, — ласково успокоил он, — ушла история. Пусть будет просто Граф. Чипс с облегчением вздохнул и виновато приткнулся носом к рукаву кожаной куртки.

***

Уиззи улыбнулся и подумал, что должно быть сейчас самое время просто сообщить другу, что на самом деле ни на какое кладбище им надо, что все решается гораздо проще и Беттиган действительно угадал бы местонахождение спичек. Если бы только он тогда ему не соврал. Что Уиззи решительно не понимает для чего он затеял эту глупость и надеется, что на него просто не будут злиться. Ведь после всего, они просто хорошо провели время, вот жаль, что как обычно. Обычно Чипс заявлялся к другу каждый выходной с каким-нибудь очередным странным предложением. Пойти в лес стрелять по банкам? Сидеть на последнем ряду кинозала смешно озвучивая немые фильмы? Отправиться на рыбалку и в итоге закидывать удочку как лассо на уток? За день разыграть все бильярдные задачки Мангостина? Сварить халву только по одному представлению об этой сладости? Да, и ещё раз да. Уиззи так или иначе соглашался на всё. Зная, что, если Чипс предложит просто пойти в прачечную, это никогда не будет просто поход в прачечную. Парнишка устроит конкурс мыльных пузырей как минимум, а как максимум его придется спасать от идеи фигурного катания в данных обстоятельствах. С ним никогда не скучно, с ним наконец-то можно почувствовать себя живым, и на секундочку забыть о серьезных цифрах своего возраста. Необычно происходило другое. Уиззи давно принял, что Чипс, скажем прямо, странненький. Ходит, смешно выбрасывая ноги в стороны, так словно перемещаться на своих двоих для него непривычно. Немного дёрганный, постоянно о чем-то фантазирует. И вообще весь он такой непредвиденный, даже внешне чёрт знает на что похожий, хотя симпатичный. Но кажется именно такие больше всего и западают в сердце. У них уже давно складывались взаимоотношения, где каждый вроде как друг другу нравится, однако на том всё и заканчивается. Могли подолгу держаться за руки, продолжительно обнимаясь: Уиззи позволял ему многое, что, например, могло выглядеть странно в контексте дружбы. Но вдруг Чипс просто дурачится таким образом? Он же всё время дурачится. Совершенно не поймёшь эту грань.

***

Размышления Уиззи прервало странное ощущение дежавю, вызванное каким-то ритмичным и жужжащим звуком. Чипс продолжал сидеть, прижимаясь головой к его плечу и сосредоточенно дул в свою губную гармошку. Терпеть мелодии этого «выдающегося» гармониста всякий раз было неловко, но и ставить под сомнение его музыкальные способности также не хотелось. Тем более, что инструмент появился у того совсем недавно. Граф же наоборот, пребывал в прекраснейшем расположении своего петушиного духа, изволив пуститься в пляс. Со стороны это выглядело просто как прыжки с одного конца стола до другого. «Ладно, пусть развлекаются, — подумал Уиззи, — Всё равно им это быстро надоест». В этот момент он бросил короткий взгляд вглубь помещения, периферийным зрением отмечая грузную фигуру одного посетителя. По всей видимости, та появилась здесь буквально несколько минут назад. Высокий чернобородый пират, который в это время осушал стакан с терпким ромом, стоял в гордом одиночестве подле небольшого круглого столика на длинной ножке. Уиззи тревожно вздрогнул, моментально хватая Чипса под руку и затыкая ему рот ладонью. — Не знаю, что этот одноглазый чёрт здесь забыл, — быстро прошептал он, — но я тебя умоляю, ни звука, пока он не уйдет отсюда. Беттиган возмущенно начал бурчать в перчатку, ерзая на месте и стараясь вырваться. — Чипс, твою мать, я серьёзно, — раздраженно прошипел Уиззи. — Капитан Брайнибирд три дня назад проиграл за моим столом восемьдесят долларов, едва ли не учинив после этого скандал. Без понятия, сам ли он пытался жульничать, но всё равно твердо пытался доказать, что два одномастных туза пришли ему случайно. Поэтому просто, хоть раз в жизни, сиди тихо. Снова разбираться с ним я не намерен. Уиззи не учел одного. Слова должным образом подействовали на его друга, но Графа такое положение вещей явно не устроило. Сердито нахохлившись, петух окинул гордым взглядом их обоих и шумно захлопав крыльями кукарекнул. — Знать пернатая, замолчи свой рот! — вскочив с места крикнул на него Чипс. — Ты сам орёшь! Заткнулись оба! — злобным шепотом бросил Уиззи, пытаясь усадить приятеля на место. Это тут же сопроводилось пререканиями и возней, оставляя шанс остаться незамеченными полностью упущенным. — Тысяча чертей! Кого я вижу! Мистер Уиззи собственной персоной! Громогласный возглас пирата заставил приятелей вздрогнуть и выпрямившись стрункой синхронно сесть обратно на лавку. — Настроение бодрое — идем ко дну! — усмехнулся Чипс. — О, нет-нет-нет, говорить буду я, — с неподдельной суровостью объявил ему приятель, для уверенности одернув воротник куртки. Твердо шествуя на своих деревянных ногах, капитан Брайнибирд направлялся в их сторону, с четко намеченной целью. Его густая борода сверкала в слабом свете газовых рожков. — Так, стало быть, вы отказываетесь признавать, что подбросили мне ту карту, — решительно заявил он. — Я вашу породу знаю, черви гальюнные, но чтоб так гадко солить самому капитану, имейте совесть! — Нет, действительно, ч-черт знает что такое, — с натянутой живостью сказал Уиззи, учтиво улыбнувшись — Но позвольте, капитан! С моей стороны все выглядит совершенно иначе… — Ну? Что вы смотрите на меня как кальмар на морскую капусту? Вы и теперь отказываетесь платить? — твердо перебил его пират. — Я м-м-м… не снял с текущего счета. Беттиган посмотрел на приятеля, быстро оценив помятость его лица, нервно подрагивающие чёрные усики и ссутулившиеся плечи. — Помощь нужна? — спросил он очень тихо. — Пошёл вон, — ответил тот стиснув зубы. Чипс ехидно хмыкнул и тут же сполз под стол оставляя друга один на один с собеседником. Что сказал дальше капитан Брайнибирд, Уиззи уже не мог услышать, лихорадочно ощутив, как там внизу, цепкие пальцы ловко перевязывают шнурки его туфлей между собой. «Идиот проклятый, ты что творишь?! — он безуспешно попытался пнуть Беттигана. — Еще одна беда на мою голову!» — Вот поэтому врешь, сволочь! — с ненавистью прошептал пират, перегибаясь через стол. — Я по твоим сигарам видел, как ты с расходами не стесняешься! — На минуточку! — заявил Чипс, возникая за спиной капитана. — А как же те восемьдесят зелёных, что я отдал тебе вчера на том берегу моря? — Какого моря? Малец, помолчи прошу тебя, не видишь серьёзные люди разговаривают! — ответил ему пират, обернувшись. Уиззи мучительно и беззвучно простонал. Мало того, что ситуация, итак, вышла из-под его контроля, так еще и Беттигану сказали те слова, которые тот просто на дух не переносит. Ведь он выглядит моложе своих лет. Просто позорно моложе! И если хоть кто-либо обратится к нему подобным образом, то он сразу же будет рубить с горяча. — Того моря, что острова омывает, — отвечал Чипс весь сжимаясь как пружинка. — Острова океан омывает, — сухо пояснил ему капитан. — Так значит того моря, который океан! — Что ты несешь? Какое море? Какой океан? Я просто хочу получить назад свои кровные деньги! — А лебедей в аквариум не хочешь?! Деньги те уже отбашляли, сиди-катайся! — настаивал на своем ковбой. — Какие деньги? Какие лебеди? Какой аквариум?! Что за бред морской каратинцы ты стелешь! — Дык тот аквариум моря, которое океан! Те деньги, которые восемьдесят зелёных. Тех зелёных, которые баксы, — как пулемет тараторил Чипс. — Той каракатицы, что в аквариуме моря, которое океан, который острова омывает, где морская капуста зелёная как восемьдесят баксов. Тех лебедей, которые… Капитан резко схватил ковбоя за грудки, гневно сжимая в кулаке его желтую рубашку: — Шутить вздумал, щенок?! Пружинка разжалась. Глаза Чипса блеснули боевым огнем и он, набрав воздуха в легкие завопил своим ребяческим голосом в полную мощь: — Ещё как! Меня ваще не колебёт, сколько баксов ты провафлил, крыса корабельная! Шульё паршивое! Крейсер те в бухту, седина в бороду, бес в ребро! Сука ты, а не моряк! Да поговори же со мной как мужчина с мужчиной! — Что-о-о?! — взревел капитан, поднимая Беттигана над землёй. — Ты то сопляк, ещё дерзить мне вздумал! Ишь ты, мужчина с мужчиной! Я вызываю тебя на дуэль! — Иди стреляй, а не болтай! И брось меня пока не уронил! Уиззи стукнулся головой об стол. Последнюю минуту он тщетно пытался распутать свои шнурки, потому что спасать положение было просто необходимо. Но крепко связанный узел всё не поддавался. Он просто не мог уйти с места, потому что иначе, ему бы пришлось глупо растянуться на полу: «Гадёныш, если с тобой хоть что-нибудь случится, я тебя прибью!» — Выйти вон, чтоб вас здесь не быть! Los dos! Одна капля крови, и я за себя не отвечать! — яростно вскрикнул Хосе, свесившись с потолка прямо в эпицентр раскалившихся разборок. Капитан Брайнибирд гневно посмотрел в его сторону глазом, заплывшим красной паутинкой надувшихся капилляров, и разжал кулак. Чипс бухнулся на пол. Поправляя покосившуюся на бок шляпу, он спешно и уверенно вскочил на ноги, громко требуя от пирата пройти вместе с ним на выход. — У него нет с собой пистолета! Сделай что-нибудь! — выкрикнул Уиззи высунувшись из-под стола. Сейчас тот очень надеялся, что капитан не поймёт испанского языка. Хосе спорхнул к полу, следуя на голос. Он удивленно склонил голову на бок, смотря прямо в дрожащие от отчаяния желто-оранжевые глаза своего знакомого. — Я ценю друзей своего друга, но вторая положительная — есть вторая положительная, – стыдливо пробормотал он, облизнув острые клыки. — Петуха забери, петуха! — совсем жалким голосом завыл Уиззи таща Графа за хвост из-под лавки. — Э-э, нет. Петухов не потребляю — горчат! — сказал Хосе, за раз распутывая когтем шнурки чужих туфель. — Откуда вы его достали? Не отвечая и не благодаря Мурселаго, Уиззи подскочил с места под железный грохот дверного засова. На вышине первой ступени стояла гордая фигурка Чипса с пиратским мушкетом в руке. Казалось, что в это мгновение взгляд каждого присутствующего был устремлен на него одного. — Ну че, народ! Я тут дверку закрыл, вы не против?! — звонко проголосил он, вмиг залившись заразительным смехом. Эффект был произведен соответствующий. Публика ржала, то и дело выкрикивая: «Нет, ну видели? Ха-ха! Он просто закрыл за ним дверь!», «Ещё и мушкет как выдернул ловко!» В подвальное окно сердито постучали. Беттиган развернулся на каблуках сапог, звякнув шпорами. Он приоткрыл форточку через решетку и выкинул в нее чужое оружие, торжественно отдав честь капитану. — Хех! Ну хитёр твой парнишка, хитёр! Беру слова обратно! — усмехнулся Хосе, расправляя перепончатые крылья. — Может того и гляди свои спички найдёт! «Нет уж! Ничего он не найдёт! — возмущенно хмуря брови думал Уиззи. — Вот за такое из принципа их не получит! Когда уж время поджимать будет и он станет хныкаться, только тогда может ещё подумаю!»