Бесы

На шатающихся ногах девушка вышла на крыльцо. Оперевшись спиной об стену, она тяжело дышала. Взгляд остановился на медленно опускающимся солнцем. По спине бежали мурашки, а руки впервые стали настолько сильно трястись, что пришлось сжать их в кулаки. Мысли отказывались подчиняться. Как? Как это все могло произойти, это же просто девочка! Убить сотни бесов, это одно, но пятнадцатилетнюю девочку… Она желала помочь людям сильнее охотницы, и как сказать, что проблема в ней! – Деточка, с тобой все в порядке? – спросила бабушка Дианы. – В первый раз встретила сафилию? – Н-н-нет. – заикаясь, ответила Виктория и отвела взгляд в землю. Ей было стыдно. – А что же тогда? – спросила старушка, переживая за охотницу, от чего та чуть не засмеялась, лучше бы она переживала за внучку. –Да так… устала просто. – старушка продолжала пристально смотреть на девушку, но та игнорировала взгляд. Когда старушка скрылась из виду, девушка тяжело осела на крыльцо. Она почувствовала, как ее стала бить мелкая дрожь. Закрыв лицо руками, девушка глубоко вздохнула. Ей не хватало воздуха. Ей не хватало помощи. Чтобы кто-то подошел, погладил по голове и сказал, что все хорошо. Или накричал, что неправильно все поняла. Но она была одна, и ей пришлось собрать все свои силы, чтобы восстановить дыхание и привести мысли в порядок. Виктория никогда не думала, что это так тяжело. Диана, судя по пророчеству, то чудовище. Возможно она сама до сих пор не понимает свою силу из-за возраста. Зомби, не понимают, почему они привязаны и общаются с ней. Возможно, они думают, что просто полюбили ее, а на деле девочка ими манипулирует. От ее силы страдают не только люди, но и бесы. А если она переедет в другой город, и все эта армия бесов пойдет за ней. Когда она подрастет и поймет, какая сила в ней живет, это может убить все человечество. Получается цель оправдывает средства? Но у нее же есть бабушка и родители. Выберут они человечество или свое чадо? Ответ ясен. – Виктория? Это работа охотницы. Она должна ее выполнить. Отбросив эмоции и чувства. Должен же быть другой выход! Экзорцист? Нет, это глупо! Ведь это не приобретенное, а с рождения. Маг? Но он не сможет сделать больше нее. Выход только один! – Виктория. Девушка бежит по черной комнате своего сознания, зная, что единственный выход за ее спиной. Единственная дверь в черном пространстве. Ей всегда говорили, что у человека есть выбор, но не у нее. Она останавливается и тяжело дышит, ее трясет. В ушах голос шепчет ее имя или это из-за двери. С самого начала своего бега, она знала, что придется отворить эту дверь и войти в нее. Нехотя, девушка поворачивается. Белая, словно облако, дверь с золотой ручкой. Расстояние оказалось куда меньше, чем она думала. Вытянув руку, медленно стала поворачивать ручку. На ладонь упала капля красной жидкости. Подняв взгляд вверх, невиданный ужас зародился в груди - из щелей двери капала кровь. И вот белоснежная поверхность окрасилась в кровавый цвет и пошла трещинами. Быстро открыв дверь, девушка шагнула в светлое пространство. Открыв глаза, она не поняла, кто перед ней стоит и трясет ее. Солнце почти скрылось за горизонт, а на коленях перед ней сидела смуглая девочка с испуганными глазами. – Диана? – голос охотницы звучал хрипло, как после сна. – Виктория! С вами все в порядке? – затараторила девочка, та, видимо, долго ей не отвечала. – Все в порядке, просто отдыхала. – девушка попыталась придать своему голосу как можно больше невозмутимости. – Хорошо, – с сомнением ответила Диана. – Вы что-то нашли? – Да, пошли за мной! Нужно действовать, времени осталось мало. Солнце уже не было видно, ночь медленно вступала в свои права, но у горизонта виднелась полоска красного заката. Меньше часа на все. Медлить нельзя. Она не знает, как поведут себя бесы, когда убьют их госпожу. Госпожа бесов. Неплохой титул для Дианы, но охотница не даст его занять! Быстро поднявшись с крыльца, в глазах потемнело, но девушка не подала вида. Она шла, как и раньше уверенной и быстрой походкой. Но внутри все сжималось. Был ли это страх или отвращение к самой себе, она не знала. То, что Виктория собиралась совершить, выходило за границу кодекса охотника, да и моральных устоев человека. Но она до этого убивала оборотней в человеческом обличии и не чувствовала ничего такого. Возможно, это из-за того, что Виктория считала девочку невинной. Между библиотекой и домом Дианы находился переулок. Там их никто не увидит. Хотя сейчас на улице нет людей, все прячутся по домам по ее указке. “Умно с моей стороны убрать свидетелей” - думает охотница. Потом можно будет инсценировать смерть от какого-то беса. Неужели она обдумывает убийство? Как ее привела к этому жизнь. Хотя с ее опытом она бы стала идеальным наемником. Прийти в город под маской охотника на бесов и вместе с бесами сжечь труп. Никто не будет искать улики в пепле монстров. – Виктория, что с вашим плащом? – спросила девочка, но в ответ услышала только молчание. Если бы ты, моя девочка, знала, что будет дальше, ты бы не стала интересоваться моим плащом. Переулок оказался темнее, чем казалось издалека, но это только на руку. Остановившись подальше от девочки, она не смела к ней поворачиваться, также как и Диана подходить ближе. Возможно, девочка чувствовала исходящую от охотницы опасность. Нужно было надеть знакомую маску холода и сыграть последний акт. Вытащив из кармана серебряный кинжал, Виктория стала крутить его в руках. Удивительно, что в той панике, когда девушка выбегала из библиотеки, она подняла кинжал, или это старушка незаметно для нее вложила его? Его тяжесть приятно успокаивала. Она частенько, сидя в пабах и слушая сплетни, вертела его в руках, чтобы всякие идиоты не приближались, но впервые охотница применит этот кинжал против человека. К сожалению, это единственное оружие при ней сейчас. Это оружие перестанет так блестеть, как сейчас, оно испачкается кровью невинного, которую никогда не отмыть. Тяжело вздохнув, девушка начала говорить: – Записи в библиотеке, подтвердили мою теорию о том, что дело в человеке, живущем в этом городе. Претендентов слишком много, поэтому я начала сужать круг. Из рассказов местных жителей и твоих, я выяснила, что это началось, шестнадцать лет назад. Что здесь никогда не бывает засухи, и то, что спустя девять месяцев, после первого происшествия бесы впервые пришли днем. Будто хотели встретить своего короля. Я не знала, шестнадцать лет назад родился ребенок с могущественной силой или что-то спровоцировало появления сил. В библиотеке я нашла пророчество. И благодаря нему пришла к выводу, что шестнадцать лет назад родилось чудовище. Подростков не так много, но надо было сузить круг до одного единственного. И в этом мне помог мой поход в лес. Зомби, не понимающие, что держит их в этом городе и маленькая девочка, дружащая с ними, – горло пересохло и Виктория замолчала, надо было поставить точку, она обернулась и взглянула прямо в глаза девочки. Та не знала и не понимала, но картинка началась у нее складываться. – То чудовище, из-за которого монстры сюда стремятся - это ты, Диана! – Что… Не дав ей договорить, охотница приблизилась и, обнимая, воткнула кинжал ей в сердце. Хрип раздался в ее горле, и она схватилась за рукоять. Виктория отошла от нее на шаг. Девочка стояла, держа руки на кинжале, и ошарашенно смотрела на нее. В ее глазах охотница видела горечь предательства. Темное пятно крови появилось вокруг рукояти. Ее ноги подкосились, и она упала. Силы ее почти оставили, но взглядом она пыталась найти девушку убившую ее, пока охотница стояла в оцепенении. Из ее уст вышел хрип, Виктория не сразу поняла, что это были за слова. – За…что… Веки перестали двигаться, глаза стеклянные, без прежнего живого блеска, уткнулись в чернеющие небо. Рот остался приоткрыт. А грудь перестала двигаться. Вглядываясь в ее лицо, она видела обиду на себя, за предательство, за то, что не дала сказать и слово, за убийство. Она лежала в луже крови, и маленькая струйка подкатилась к ногам охотницы, словно показывая, кто убийца. Виктория неосознанно начала отступать от бездыханного тела. Шаг. Один. Глаза застелила пелена слез, осталось очертание тела, но ком встал в груди. Ее тошнило. Второй. Она оступилась впервые в жизни. Об камень. И упала. В самую пропасть. Весь мир исчез кроме нее и трупа. Она продолжала ползти назад, в руки вбивались мелкие камни. Пока ее рот беззвучно шептал только одно: –Нет, нет, нет…нет… Ладони покрылись чем-то скользким и холодным - кровью. Все было черное, и не было света, но тело Дианы она видела очень хорошо, оно будто подсвечивалось изнутри. Внутри все холодело. И вот она падает вниз, а тело Дианы остается где-то выше. Она кричит, но не слышит голоса. Страх и пустота - все, что ее наполняет. Виктория перешла грань и этого не изменить. Она не сможет воскресить Диану, даже если приложит все свои силы. Охотница приняла это. Раскинув руки, она дала черной тьме забрать ее. Она больше не она, а значит нечем больше дорожить. Предав свои предубеждения, девушка предала себя. Кто-то схватил ее за плечо и вытащил из тьмы. Викторию трясло, слезы продолжали идти, из-за чего она не смогла увидеть, кто ее держит. Зачем ее спасли? Она этого не заслуживает! Девушке хотелось кричать, но она не смогла издать и слова. Тихий и знакомый голос долетел до ее ушей. Он был добр к ней. – Тише, деточка, все закончилось! Виктория смогла наконец-то увидеть светлое морщинистое лицо, седые волосы, и теплую улыбку. Она быстро перевела взгляд со старушки, на ее внучку. Старушка не могла не заметить труп, так почему она так добра к ней? Женщина кивнула на вопросительный взгляд девушки и посмотрела на бездыханное тело своей внучки. Скорбь и жалость отобразилось в ее глазах, но так же было решимость и облегчение. Она помогла подняться охотнице и повела ее к себе в избу, но в обход. Быстрый способ было пройти мимо Дианы, но они обе не могли бы это сделать. Уже в доме она усадила девушку за стол, налила чай и начала отмывать руки от крови. Виктория продолжала молча сверлить стенку. Трясти ее стало значительно меньше, но не руки. Они тряслись настолько сильно, что старушке надо было сжимать до боли ее руки. Отпустив охотницу, старушка стала собирать кровавые тряпки и выкидывать их в печь. Она не трогала девушку, понимая в каком подвешенном состоянии находилась та. Если Виктория посмотрит себе под ноги, то снова увидит пропасть, но она держит ее тут. Возможно поэтому, когда старушка снова села рядом, девушка смогла перевести на нее взгляд. Дряхлое лицо женщины казалось невероятным уставшим, но при этом оно оставалось спокойно. Что же она пережила в своей жизни, что могла в такой ситуации держать лицо? Охотница внимательно вглядывалась в ее темные глаза. В них плескалась скорбь и печаль. Но этой скорби было мало, будто умер только что незнакомый человек, а не ее внучка. – Вы… – голос стал сухим, точно таким же, как когда охотница говорит с клиентами. Но в этот раз это была не маска безразличия, а опустошение. – Злюсь на тебя? Нет. – старушка поняла вопрос, когда девушка не смогла договорить. – Ты верно не понимаешь почему? Виктория по прежнему не могла говорить, поэтому кивнула и стала ждать объяснение. Старушка тяжело вздохнула и села поудобнее, пододвинув чай, с молчаливым приказом пить, и только после этого начала свой рассказ: – Видишь ли деточка, раньше я была охотницей на бесов. Прямо как ты. Видела смерть и рождение жизни. Я верно служила людям, исполняя свой долг. Но случилось чудо, охотница на бесов забеременела, от своего оруженосца. Такое случается редко. Ведь в нашей профессии девушки это редкость. Поэтому я пошла на свое последние задание. Я взяла его до того как узнала, что ношу дитя под сердцем, поэтому не смела отказаться. Но четко решила, что дело станет последнем и я уйду на заслуженный отдых. Дело было простое и довольно не редкое - убийство ведьмы. Это была моя специальность. Я не сказала об этом своему будущему мужу, о моем положение, поэтому он шел ничего не зная. Ведьма оказалась сильной. Она хотела воскресить своих детей, но мы помешали процессу. Пока мой муж сражался с прихвостнями ведьмы, я боролась с ней. Ведьма почувствовала, что я беременна, поэтому, когда умирала, прокляла моего ребенка. Я ничего не сказала своему мужу, и мы счастливые вышли в отпуск. Но в тайне я страшилась рождения ребенка из-за слов ведьмы. К сожалению, на седьмом месяце беременности моего мужа укусил вампир и мне пришлось его убить. Так что, я понимаю твою боль, после убийства невинного. Я переехала сюда, в маленький городок, где меня никто не знает. Когда родилась моя дочь, я долго к ней присматривалась, но ничего не заметила. Я радовалась, что проклятие не сработало. Но спустя тридцать два года, ко мне приходит моя дочь с радостной новостью о том, что беременна. Она была как Диана. Мы пошли на исповедь, когда после начался хаос. Я сражалась скрытно от всех, когда увидела, как моя дочь упала и к ней подошел оборотень. Она была слишком далеко, чтобы я смогла помочь. Но оборотень обнюхал ее и,преклонив голову, убежал. Тогда всем было не до этого и никто не заметил, дочь же не обратила внимание. Ты уже знаешь, что произошло в день ее рожденья. После она была как обычный ребенок, но я видела, чего не видят зять и дочь. В ребенке было что-то от бесов. По ночам она могла проснуться с красными глазами и что-то жутко шептать. Поэтому я взяла на себя обязанность по ночам вставать к дитю. Еле уговорила родителей девочки уехать в город без нее и жить там. Я знала, что она чудовище, но ничего не могла сделать. Она оставалось моей внучкой, какая бы ужасная сила в ней не жила. Я знаю, что тебя гложет твой выбор, но ты сделала всë правильно. – Почему, когда пришли бесы, вы не встали на охрану жителей? – история должна была шокировать охотницу, но сегодня слишком многое произошло, чтобы чувствовать шок. – Я помогала, но незаметно. Кто станет слушать старуху? Вы, молодые, не видите дальше своего носа, когда вас учат старшие. Деточка моя, пойми, это неблагодарная работа. Лучше заживи своей жизнью, а не спасай всех. Люди неблагодарны, сегодня ты их спасла и они ноги твои целуют, а завтра выкидывают из города, как какую-то шваль.Ты не можешь всех спасти, пока не убьешь, того кто стоит у истоков бесов. А это нереально. Их куда больше, чем нам кажется. И они живут своей жизнью, некоторые даже среди людей… – Ложись-ка ты спать, слишком многое ты сегодня пережила! Сил перечить не было, поэтому Виктория повиновались и легла на предложенное место. Мыслей в голове не было. Опустошение - вот что в ней осталось. И видимо оно станет подругой ее жизни после этого случая. Сон быстро забрал ее.