Бесы

Ее работа всегда приносила удовольствие, так она частенько говорила в пабах. Но когда люди узнавали какой именно деятельностью она занимается, все морщились. Никто не понимает, как убийства могут быть приятны. Но она убивает не людей, а бесов. Охотница помогает детям не стать сиротами, она помогает женщинам не потерять своего мужа, она помогает людям - и это главное. Если для этого ей придется выполнять неприятные действия, она готова. Убийство бесов стало привычкой еще во времена детского дома. Спустя пару каких-то лет Виктория превратилась из милой девочки, в того, кого бояться монстры, того, кого опасаются люди. Возможно ее никогда не примут, но она поможет миллионам жизням! Поэтому сейчас она двигается интуитивно. Ее мысли далеки от зомби перед ней. Руки сжимающие серебряный кинжал двигаются сами в нужном направление. Шаг, вдох, выдох, шаг поворот и замах. Бес умирает быстро, а охотница даже не запыхалась.Кинжал вошел в плоть по самую рукоять. Девушка откидывает тело на землю. И любуется картиной. Это не приносит удовольствия, а чаще появляется отвращению к этому, но то чувство, как по ее телу растекается гордость за себя и годы тренировок, приносит ей эйфорию. Идеальный удар убивший жертву быстро и безболезненно. Чувствуют ли бесы боль? Этого она не знала, но надеялась что ее действия приносят им облегчение. Желтое, смешное и немного по-детски нелепое платье, окрасилось в красный. Из уст трупа послышался смех. Сосредоточившись на лице существа, Виктория испугалась – это была Диана! Белки ее глаз почернели и стали по цвету, как зрачок, а радужка глаз из теплого карего цвета, стала кроваво-красной. Девочка поднялась с земли и тяжело перебирая ногами пошла в сторону охотницы. С каждым движение ее шаги становились увереннее и быстрей. А девушка вновь пошла назад и, споткнувшись о камень, упала на землю. Отползая назад, она начала оглядываться по сторонам в поисках помощи, но все вокруг заполнила чернота, и единственное, что она видела, это смуглую девочку, которая с мерзким булькающим звуком вынула серебряный кинжал. Множество моментов пронеслось в голове: как Виктория убивала этим самым кинжалом бесов, угрожала людям и как она в узком переулке убила маленькую девочку. – Ты думаешь, что этой спичкой сможешь убить меня? – насмехалась Диана или это была уже не она. – Предо мной склоняют свои головы бесы! Я могу любого из них подчинить своей воле. Даже короля бесов! Я само могущество! – девушка кричала и одновременно смеялась. Мурашки пробежали по всему телу от действий этого существа. Это больше не была та смуглая девочка с непослушными кудрявыми волосами. Ее конечности удлинились, подбородок заострился, будто нож, вместо ногтей на руках появились длинные когти, как у оборотня только острее. Ее рот изогнулся в зловещей ухмылке, и стало видно клыки. Чудище, о котором охотница читала в библиотеке, оказалось перед нею. Платье стало полностью красным и облегало ее костлявое тело. Отползать было некуда, над охотницей нависло чудовище. Сердце стало биться с неимоверной скоростью, а Викторию будто парализовало, она не могла отвести взгляд с ее ужасающего лица. – Ч.ч. чудовище! – еле смогла прошептать она, но ее рот закрылся не в силах больше чего-либо сказать. – Именно, – длинный змеиный язык облизал губы чудовища, отчего охотнице стало не по себе. – Твой век кончился, охотница! Благодаря тебе я смогла обрести свою силу вновь. Но более от тебя нет пользы! Когда она замахнулась оружием девушки, та захотела закричать, но не успела - кинжал вошел глубоко в ее горло. Тело ослабело. А по шее потекло что-то холодное и склизкое. Виктория еще видела, как, оставив кинжал, она поднялась и, не смотря на ее тело, развернулась и ушла в даль. Веки стали тяжелыми и девушка смогла их прикрыть. Наконец - то она обрела…

***

С криком она подскочила с кровати. По щекам вновь потекли слезы, лишая ее зрения.В крови до сих пор бурлил страх. Она обхватила свои колени и протяжно заревела, как плачут младенцы. В голове без остановки продолжали всплывать последние слова Дианы и ее поведение во сне. Ужас охватил голову охотницы. Она не хотела больше спасать людей, сражаться со злом, она лишь хотела, чтобы все закончилось, или же все это место оказалось сном. Чтобы сейчас они с Михаилом оказались в дешевом мотеле, а на утро направились в столицу за снаряжением. Чья-то теплая ладонь опустилась на ее голову и слегка потрепала по волосам. Она до сих пор не могла различать предметы вокруг себя, так что только увидела силуэт этого человека. Ей понадобилось много времени, чтобы понять кто это. Но это ей не помогло, и она зарыдала еще громче. Стыд вновь вернулся. Сейчас старушка, чью внучку она убила, утешала ее после первого убийства. – Тише, тише, деточка, это всего-то кошмар. – тихий старческий голос успокаивал девушку внутри, но слезы она уже не могла остановить. –Вы… – Виктории так хотелось ей сказать, что она не должна ее успокаивать, а должна кричать и проклинать. – Тише, деточка. Это я баба Зина. Охотница не знала как, но это старушка своей простотой смогла вызвать у нее резкий приступ спокойствия. Прежняя седовласая старушка с теплыми карими глазами и доброй улыбкой смотрела на нее. Как она могла дарить ей столько добра и тепла после непростительного поступка? Разве она не должна была защищать свое чадо до самой смерти? Разве это не долг родителя? Родители Виктории защищали ее до самого конца и пожертвовали собой, чтобы спасти свою дочь, которая вскоре стала убийцей. Готова ли ты, мамочка, снова отдать жить за нее если бы знала, чем это окончится? Ей кажется, что нет. Хотя, что она помнит о ней кроме теплых рук и любящих слов. Интересно, баба Зина будет вспоминать свою внучку так же, как девушка вспоминает свою семью. Или с горечью будет помнить, что ее дочь породила чудовище, и в этом есть ее вина. Ее ли это вина? Охотница не могла больше смотреть на старушку и начала осматривать комнату. Оказывается, вчера она толком и не рассмотрела убранство дома. Вспоминая слова своего наставника, она начала считать предметы. Это был лучший способ, чтобы сконцентрироваться и успокоиться. В избе была одна печь. Две скамейки по бокам от стола. На одной кровати она спала этой ночью, а другая, скорее всего, располагалось на печи - в углу, в котором находилась девушка, этого не было видно. Четыре разных ковра лежало на полу закрывая его почти полностью. В углу у двери располагалась полка с шестью иконами разных размеров. Ниже стояло тринадцать банок закруток, пять из которых были с вареньем, а остальные с огурцами и помидорами. Дом был похож на избу зомби, но тут чувствовались жизнь и уют. Это все было в таких мелочах, что охотница удивилась, когда это поняла. Кружевная скатерть на столе; закрутки; ковры, чтобы было тепло ногам; горшки с цветами на окнах. Это был дом, в который хотелось возвращаться и жить. Тот дом, который охотнице мог только сниться. Поднявшись, она умылась холодной водой, хотя старушка и предлагала ей теплую, но это был лучший способ прийти в себя. Пока девушка спала ее шляпа упала на пол, и, получается, старушка видела ее волосы. Виктория с ужасом взглянула на бабу Зину, но та лишь с прежней улыбкой заваривала чай. Ей хотелось верить, что из-за сумерек, стоящих тогда в комнате, бабушка ничего не видела. Натянув шляпу, охотница успокоилась. Вряд ли она могла подумать о ней еще хуже, после того, когда Виктория убила ее внучку. Девушка взяла чай и, сидя на скамейке с чашкой чая, любовалась восходом. На душе стало вновь спокойно. Никого не существовало кроме нее, просыпающегося солнца и ароматного чая в ее руках. Идиллия. Она давно ее не чувствовала. Вечный страх и волнение сковали ее душу и будут продолжать. Интересно, сможет она избавиться, когда-нибудь от этих оков?

***

Баба Зина повела охотницу на улицу. Они шли молча. Скоро восход, и надо было убрать тело. Предавать его земле было опасно, поэтому старушка шла с канистрой керосина, а в кармане девушки всегда были спички. Тело выглядело точно так же, как и вчера. Не было никаких следов разложения, что смущало. Будто ты собираешься сжечь спящего человека. Кровь хлюпнула под ногами Виктории, когда она решила проверить пульс. Это было смешно. Она проверяет пульс у человека, которого сама и убила. Кожа была ледяная. Глаза оказались закрытыми, хотя ей казалось, что вчера когда она уходила, они были открыты и смотрели в небо. Но картина вчерашнего дня была смазана в памяти охотницы. Старушка не теряла времени, и, как только девушка отошла от тела, чтобы почистить ботинки, та облила его керосином. Впервые в жизни спичка не зажглась с первого раза и даже со второго. Сквозь огонек Виктория смотрела на тело, ее эмоции были спутаны, а разум был в истеричном состоянии. За последние пару часов она убила человека, а теперь прячет улики. В столице такое нельзя было бы провернуть - на каждом углу полицейские и люди. Кинув спичку, Виктория ничего не почувствовала. Не было ни чувства вины, ни глупого чувства неправильности. Ей было все равно, все эмоции уносил огонь. Она сняла свой плащ, вынув все из карманов и кинула в огонь.”Пусть эта вещь останется с твоим прахом навек.” Девушка не стала дожидаться пока все догорит и, развернувшись, пошла к усадьбе. Не было тех мыслей, как накануне, было только опустошение. Слезы тоже не шли. Дом оказался пуст, Алексей, наверное, был с остальными в церкви. Нагрев воду, она приняла ванну. На руках и шее оказалась кровь, которая расползалась по прозрачной глади воды. Виктория проводила рукам по этим разводам, тревожа их. Интересно, чья это была кровь. Выйдя из ванны, она надела халат и сожгла в раковине свои вещи. Охотница хотела смыть с себя все, но ванна не помогла. Смотря в зеркало, она до сих пор видела брызги крови на лице, руках, шее, но как бы сильно ни терла, они не смывалось. Смешно. Всю жизнь в детском доме ее дразнили, из-за рыжих волос и зеленых глаз. Ведьма! Скандировали дети и некоторые взрослые. Даже когда, она спасла всех, ей говорили, что ведьма не сможет стать охотницей. Получается, они были правы? Она как была ведьмой, так ей и осталась. Все что может это гробить жизни людей. В своей комнате она нашла чистую одежду и новый плащ. Надев вещи, девушка вновь почувствовала себя под броней, но на этот раз она взяла с собой не только кинжал, а весь арсенал ножей и прикрепила топорик к петельке плаща . На улице уже рассвело, и Виктория пошла к церкви. Сейчас ей нужно было сказать, что все закончилось и никаких жертв не было. На пороге церкви несмело стояло двое крепких мужчин, которые все время крутили головой. Увидев охотницу, они спокойно выдохнули. Впервые за много лет она зашла в церковь, перекрестившись. – Прости, Отче, мою душу грешную. – прошептала Виктория и посмотрела на людей. Все с благоговением глядели на девушку, словна она божий дар. Они были достаточно слепы, чтобы видеть, что у их спасения руки по локти в крови. Матери замерли на руках с детьми. Мужчины сняли свои шапки при виде охотницы. Даже поп выглядел так, будто за ее спиной выросли крылья. Она тихо прокашляла и произнесла: – Ваша проблема устранена… Теперь бесы будут беспокоить вас не больше других. Большинство женщин зарыдало, мужчины захлопали - все были рады. Их черная полоса жизни была окончена, и они могут жить как и все. Что же такое жить как все? Дойдет ли когда-нибудь она - охотница, до этой жизни? Или она умрет, как все ее коллеги от бесов, защищая тех, кто потом не вспомнит о них. Девушка быстро вышла из церкви из-за неспособности вынести чужую радость, когда на душе у нее была скорбь. За ней последовал топот ног, он казался до боли знакомый, но стоило только услышать голос, как из горла выбился огорченный стон. Опять не он… – Виктория! – прокричал поп, останавливаясь в паре шагов от охотницы. – Что вам еще? – грубо ответила она. – Я хотел бы позвать вас позавтракать! – Я занята! – Но… Не дослушав его, торопливыми шагами девушка направилась к выходу из города. Ей требовалось рассказать правду, еще нескольким существам. Тем, которым было не наплевать на проблему этого хаоса. На этот раз путь по темному лесу показался охотнице не страшным, а наоборот успокаивающем. Черная мгла леса теперь не скрывала ужасных монстров, она скрывала одну убийцу, которая отчаянно не хотела, чтобы ее кто-то видел. Холод теперь бодрил. Благодаря ему она, наверное, до сих пор идет, а не опустилась у ближайшего дерева и не заплакала, свернувшись клубочком. Это бы выглядело жалко. Виктория хмыкнула, она вся стала жалкой. Жалким монстром, который должен был бороться за людей, а не убивать их. Эта работа больше не радовала, в чем смысл теперь ей оставаться охотницей? Чтобы сказал ее наставник за такие мысли? Наверное, треснул хорошо. Павел никогда не отличался нежностью, даже к шестилетней девочке. Он говорил, что все испытания, которые ей выпали, должны ее закалить, что очень хорошо подходит для борьбы с бесами. Это же всего лишь очередное испытание, да? И она просто должна его пережить… Но сможет ли Виктория простить себя за это деяние? Сможет она выйти из этой мглы так же легко, как зашла? Наставник, часто говорил, что за черным следует белое, поэтому не стоит сдаваться. Девушка так глубоко ушла в свои мысли, что осознание того, что она подошла к избе зомби, пришло только когда ее ослепил свет. Здесь дышалось легче. Среди леса и двух ее вечных врагов. Солнце светило не так, как в городе. Или ей это кажется? Колосья пшеницы приятно щекотали руки, пока она шла рядом. Виктория почувствовала на себе взгляд, и увидела как зомби стоят на крыльце и озадаченно всматриваются. Ее приход не был приятной встречей, а был предзнаменованием дурных вестей. На плечи девушки опять упал груз ее решений и их исход. Но она обязана нести ответственность за свои поступки, как бы тяжела ноша не была! Встав напротив зомби, охотница приготовилась сказать им все. Она нервничала не сильнее, чем когда убивала. Смешно однако. В целом, девушка про себя отметила, если они ее убьют, то та не будет против. Хриплым голосом она произнесла: – Кое-что произошло… – Мы почувствовали. – хмуро заявил Илья. – Давайте пройдем в дом! Нечего дела вести на пороге. – сказала Агата и провела девушку внутрь. Убранство никак не изменилось, разве что на столе появился пергамент и чернильница. Викторию посадили на тоже самое место, где она сидела вчера, и налили какого-то травяного чая. Она же без единой мысли его выпила. Приятное тепло напитка растеклось по венам охотницы, и незаметно для себя она расслабилась. Теперь она была более готовой к разговору, чем когда стояла на улице. Агата присела на стул, напротив девушки, Илья же встал за ее спиной. Он возвышался так, будто Агата была королевой, а тот был ее верный рыцарь, который в любой момент готов был прыгнуть на опасную охотницу. Это сравнение развеселило Викторию, но она чувствовала, что не так далеко ушла от реальности. Нервно покручивая чашку с остатками напитка, девушка медленно произнесла: – Вы теперь свободны! И можете уйти отсюда. – Мы почувствовали это еще ночью. И хотели бы знать, что ты натворила! – тон Ильи был строг, будто отец отчитывает непослушную дочь. – Думаю вам известно, по какой причине я явилась в город. Мне дали работу устранить бесов этого города, – слова легко лились из горла охотницы, и если ей что-то подмешали в чай, то она явно была им благодарна. – К сожалению мне не сразу рассказали о ситуации в этом месте. Поэтому только спустя две ночи я приступила к расследованию. Главной моей задачей было найти источник всех проблем, из-за кого или чего сюда манит бесов… – Кто был проблемой? – Илья едва не прокричал это. По его лицу было понятно, что он наверняка знает и даже уверен, кто именно был этой проблемой, но отчаянно надеется, что это не так. – Проблемой… – пару минут назад Виктория свободно говорила и ей было легко, но сейчас ее тело вновь сковал ужас и стыд, как маленький ребенок, склонив голову, она прошептала. – Диана. Мужчина сжал руки в кулаки и громко чертыхнулся. Его плечи и голова опустились, будто от груза боли. Он тяжело осел на скамейку рядом с окошком, поставив локти на колени, закрыл лицо руками. Девушке стало жутко от чувства вины. Она подозревала, что они близки, но эта связь была чарами маленькой девочки. Мужчина горевал даже больше, чем бабушка Дианы. Он отнял руки от лица и посмотрел ей в глаза. Тогда охотница поняла, что ошиблась. Это была не скорбь, а страх. Такой же страх окутывал маленькую Викторию и Михаила, когда их ловили воспитатели после отбоя. Страх, когда ты знаешь какое ужасное будет будущее… – Что же ты натворила, маленькая охотница… – тихо прошептал он. Агата же реагировала на слова совершенно по-другому. Она ахнула и схватилась за платок. Девушка подумала, чтобы утереть слезы, но они так и не пошли. Она продолжала смотреть на нее с ужасом и жалостью. Виктория подумала, что та жалеет покойницу, но она подбежала к девушке и притянула в объятия: – Ох, маленькая охотница, что же ты пережила! От нее не пахло гнилью и разложением, как могло изначально показаться. От нее шел приятный запах ели и свежескошенной травы. Она нежно гладила охотницу по спине. Ее объятия были теплые и мягкие, такие же были у мамы, перед тем как засунуть ее в погреб и закрыть своим телом. Виктория громко всхлипнула и разрыдалась вновь. Она сама не заметила, как шепотом начала молить о прощении. Говорила, как не хотела этого делать, говорила много, что вскоре речь девушки превратилась в бессвязный монолог. Она просила прощение у Дианы, у Агаты, у своих родителей. А оба зомби молча слушали, пока она плакала. Когда ей стало легче, Агата отодвинула ее от себя, налила еще чаю и заставила выпить. Девушка не знала виноват чай, или сама зомби ей помогла, но стало легче. Охотница неловко посмотрела на Илью, ей было стыдно перед ним за истерику и за ее поступок. Но он лишь тихо рассмеялся, видя реакцию девушки. Смех был добрым и искренним, словно смотришь, как ребенок пытается украсть со стола конфетку. – Я не сержусь на тебя, маленькая охотница. Девочка не была нам особо близка. Мы с ней общались из-за ее магии. Это нам стало понятно давно, просто мы не могли этого рассказать. – Но ты… – Разозлился? Да, ты права. Но я по другой причине разозлился. Ты совершила поступок и обязана принять за него всю ответственность! И я прекрасно понимаю, что ты это тоже осознаешь, но твой поступок отличается от других похожих. Я боюсь, что тебя это не только сломит, но и убьет! – Я справлюсь! – неожиданно Виктория почувствовала в себе непомерную уверенность в своих действиях. – Даже если уничтожат твои идеалы? – Мои идеалы уже мертвы и закопаны в трех метрах под землей. – от истерики пропали все следы, она говорила серьезно и уверенно. – Хорошо. – Мне пора! – сказала девушка, вставая. Солнце начало уже опускаться, а ей еще нужно было найти одного наглого оруженосца и собрать вещи. – Мы останемся тут еще на какое-то время, так что можешь приходить в любой момент! – сказал Илья и положил ей руку на плечо, этот его жест отдавал добротой и уверенностью, что передалось и охотнице. Вышла она из хижины совершенно в других чувствах, нежели когда только пришла. Ее страхи, горечь и боль остались на дне чашки с чаем. Впервые за эти сутки она чувствовала, что может со всем справиться. На душе было спокойно, а по венам текла уверенность. Мысль о том, что есть те, кто ее поддерживает, грела сердце. Пусть они не люди, но они помогли, и это было важнее. Возможно не все бесы ужасны, как твердили с детства. Сейчас это не главное. Осталось найти одного человека, который верит в нее. Чтобы до конца встать на ноги. Только тогда она сможет все пережить!

***

Зомби вышли на крыльцо проводить девушку. Они видели, какой разбитой она пришла к ним. Такое не лечится быстро, но то, какой спокойной она ушла от них, грело их сердца. Они смогли помочь этой маленькой охотнице. Это меньшее что они могли ей предложить. Она еще не осознает, какой тяжкий путь ждет ее впереди. Но чтобы пройти его, Виктория должна быть сильна внутренне так же, как и снаружи. Мужчина закинул свою руку на плечи женщине, притягивая ближе к себе. Она придвинулась к нему и обхватила своими руками его торс. Они оба понимали, что грядет, и от этого было страшно, поэтому они решили наслаждаться последними спокойными денькам. Мысленно молясь кому-то всевышнему, что оба смогли пережить все и выйти из хаоса, держась за руки. Если все пройдет хорошо, они вновь смогут стать свободными, вновь будут рядом… – Как думаешь, это то, о чем он писал? – Да. Грядет нечто ужасное. Чему не сможет противостоять даже он. Маленькой охотнице выпала не та карта в жизни!

***

Алый закат светил в глаза. В деревне вновь было слишком тихо, хотя должны быть празднования. Что-то не так. Ведра валяются на земле. Калитки раскрыты. Первым делом охотница направилась к церкви, главное чтобы все были здоровы. Она не может допустить еще смертей! По спине прошелся табун мурашек, она оглядывается по сторонам, но никого не видит, только чувствует, как чьи-то глаза сканирует каждый ее шаг. Она идет медленно и уверенно. Если это вдруг оборотень, то ни в коем случае нельзя бежать! А то спровоцируешь. У них рефлексы, как у собак, это всегда смешило охотников. Но сейчас было не до смеха. Вампир бы уже почувствовал страх девушки, и если он до сих пор не напал, значит играет с ней. Вампиры вечно строят из себя самых умных, и не важно как давно они обращены. Это часто дает возможность их переиграть. Справа что-то быстро пробежало. Точно вампир! Он резко бросился на охотницу так, что она не выдержала и отлетела на пару метров. Рука вновь отдала болью, от чего пришлось сжать зубы. Быстрый и, видимо голодный. Где же ты, черт возьми, Михаил! “Найду и трусы на голову натяну”- думала девушка. Тряхнув рукой, в ладонь скатилось парочка ножей из потайных карманов. Что ж, поиграем! Виктория бросилась на вампира, но тот увернулся. Шаг, удар, уклон, подсечка. Он уворачивался от всех ударов, а его стиль казался до боли знакомым. Как говорил наставник Павел: "Если не можешь сражаться, беги.". И она побежала в церковь. На удивление, вампир ей не помешал. Наверное, понимал, что девушка все равно выйдет. До церкви остается пару шагов, но под ноги Виктории что-то попадает, и та летит вниз, но, не долетев, останавливается, будто ее кто-то удерживает. Однако сзади никого нет. Поднимая давно улетевшую шляпу, она снова бежит. Неужели показалось… Словно Михаил ее словил, но ведь его не было рядом. Галлюцинации уже начались? На одном вдохе она перепрыгивает ступени и забегает внутрь. Спиной она закрывает дверь, чуть скатываясь по ней. Пытаясь выровнять дыхание, она поднимает глаза вперед. Множество лиц смотрят на нее. – Что, черт возьми, происходит? – прокричала девушка. – Это мы у вас должны узнать, Виктория. – сквозь толпу пробирался поп, и, встав напротив, он продолжил. – Вы сказали, что решено! – Вот именно! – охотница схватила его за грудки и все ахнули. – Я потратила несколько ночей на разбирательство с вашими бесами! За день я нашла источник проблем и устранила его! А теперь спустя пару часов моего отсутствия из ниоткуда берется вампир! Объясните поп, что же, мать вашу, происходит? – Извините… что я на вас так напал. Мы все готовились к празднику, но резко появился вампир и убил Алексея. Многих из нас он успел ранить. – только сейчас она посмотрела на людей: многие из них были с кровью на лице, другие же с бинтами на других частях тела. – Он пришел после вашего ухода, вот я и подумал… Виктория куда вы ходили? – Я, – на секунду она замялась, не говорить же им про зомби в лесу. – Потеряла своего оруженосца и ходила искать его в лес. Его здесь нет? – Его? Нету, мы не видели его пару дней. – Как и я… Отойдя от Егора, она оглядела толпу в надежде увидеть его. Но нет, и тут Михаила не было. В голову закрались ужасные мысли, в которые не хотелось верить. Почему он не защитил Алексея? Или он не смог? Виктории дали умыться. Новые ботинки натерли, из-за чего пришлось перевязывать ступни. Поп множество раз предлагал помощь, но девушка отказалась. Ее мозг сейчас пылал от количества мыслей. Как ей одной одолеть вампира? Где Михаил? Она когда-нибудь сможет уехать от этого проклятого городка? Закрепив покрепче шляпу, она покинула храм. Вампир стоял посередине площади напротив церкви. И хоть она и не видела его лица издалека, но почему-то была уверена, что он усмехается. Что ж, пора заканчивать нашу игру. Решив не медлить, Виктория достала топор и побежала на него. Но вампир резко пропал из поля зрения. Не успев посмотреть по сторонам, охотница почувствовала, как сбоку на нее налетел вампир. Видимо, тот не рассчитал силу удара и полетел вместе с девушкой. В полете охотница порезала его руку, из-за чего тот зашипел, словно змея. Звук казался до боли знакомым. Все в нем было знакомо, но он не давал увидеть лицо, из-за чего было сложно понять, кого он напоминает. Бегая друг от друга и вновь сближаясь, они удалялись все дальше от церкви. Это значило, что девушке больше никто не поможет. Они с вампиром продолжили с легкостью уворачиваться от ударов друг друга. Охотница всегда чувствовала, какой удар он должен был нанести, и уворачивалась, будто бой происходил с ним не раз. Это чем-то напоминало танец, они отдалялись друг от друга и вновь сближались. Вампир расцарапал Виктории щеку и исчез из вида. Дрался он точно как девчонка. Бегая друг от друга, охотница и не заметила, как они приблизились к краю скалы. До этого она и не подозревала, что Велинктон расположен на скале. Вампир стоял спиной к Виктории, когда та подошла. Не думая ни секунды, она побежала на него, замахиваясь топором, и только когда его рука схватила ее шею, она поняла - это была ловушка! Топор упал из рук, приземляясь прямо у его ног. Он вытянул девушку над пропастью, ноги Виктории едва касались земли, пока она пыталась разжать его руки. Но осознание того, что она проиграла пришло быстро. Под ней огромная пропасть, она никак не сможет выжить, а отбиться от него тем более. Бой с вампиром никогда не был равным делом, особенно один на один. Только сейчас он дает ей увидеть его лицо. Глаза Виктории впиваються в столь знакомое черты. Довольная ухмылка, ямочки на щеках, чуть темные брови и родные глаза, что когда-то были серые, но сейчас налились кровью. Это кажется сном. А точнее кошмаром. Как такое может быть, что вампир, который убил половину города, который держит ее над пропастью, это он… – М.м.михаил…