Справедливость одна для всех

      Данаэль очнулся от болезненного шума в ушах. Что-то будто ножом резало его слух и заставляло сердце биться в пять раз быстрее. Он с трудом встал, опёрся на одну руку и приложил вторую к больной голове. Ощущение было, будто два человека с помощью бит бросали друг другу мяч — его белобрысую голову.       Рыцарь ковылял по коридору из хранилища к полю боя. Он страшно шатался, с трудом дышал, но услышанное заставило стиснуть зубы и идти. — Как обстановка, командир? Где Сарин? — спросил Данаэль у побитого мужчины с лёгкой щетиной и перевязанной головой. — Где эти подлецы? — Я очнулся: ни их, ни кареты, ни денег. Какой следует вывод? — ответил командир с кислотным тоном. Он толкнул рядового, который осматривал его и тыкал пальцем в яркий сини-чёрный фингал, — Капитану Икаэлю придётся говорить правду. Не вздумайте никто сказать, что их было сорок или пятьдесят!       Коллеги и друзья Данаэля вместе с ним печально закивали и виновато опустили головы. Сам блондин заметил свою напарницу: Сарин сидела в большом банковском аквариуме в углу. Наружу лишь голова и ноги. Тёмно-рыжие волосы обгорели и стали чёрными в локонах, а от самой девушки исходил дым. — Сарин, ты как! Я слышал твой крик! — Данаэль добрался до неё, осмотрел через стекло аквариума её тело и ужаснулся — в груди торчит длинный арбалетный болт без оперения. — Тебе срочно нужна помощь врача! Командир… — Даже не смей доставать меня отсюда! Ещё пару пять-шесть минут, — Сарин все ещё было дико жарко, даже голова кружилась. — Меня чуть не зажарили мои же доспехи, так что дай отдохнуть… Это они сделали?!       Сарин теперь сама осматривала напарника, как настоящий врач; кровь в волосах и на виске Данаэля заставили её не на шутку забеспокоиться. Будто его ударили чем-то тяжёлым и металлическим. — Командир, нам нужно срочно устроить план-перехват! Загнать их в угол и обезоружить, — Данаэль обратился к побитому рыцарю. Парень всем своим видом показывал, что готов к любым боевым действиям, что на нем ни единой раны, способной помешать махать мечом, а кровь на виске — не его. — Мы не будем их преследовать. Вернёмся в штаб и доложим капитану, — от такого ответа у Данаэля чуть челюсть не упала в аквариум. — Эти пятеро — необычные люди. Я лично три раза ударил одного из них мечом. И ничего… он как ни в чем не бывало продолжил драться. — У меня было тоже самое, — сказал Нолан. Капрал стоял с перевязанной рукой и дрожащими глазами смотрел на сослуживцев. — Их не берут мечи, как будто тело не из плоти, а из камня… Они дерутся жестоко, дико и беспощадно… Это не люди… — Командир, их нельзя отпускать, — упёрся Данаэль. — Они знают о репутации серебряных соколов, и кем бы они ни были — они боятся нас и не захотят вступать в схватку лишний раз. Эти гады залягут на дно, поджав хвост, и у нас больше не будет возможности их поймать! — Банки перестанут грабить. Это плохо, рядовой Данаэль? Ты что-то имеешь против накоплений честного населения? — Нет, но тогда эти пятеро не получат заслуженного наказания. Двадцать девять ограблений, пятьсот тысяч кешу и ни единой зацепки об их настоящих личностях. Они совершили кучу серьёзных преступлений против невинных людей и спокойно исчезнут? Народ Ларбоссы заслуживает правосудия и справедливости. Поэтому мы должны оправдать страх этих клоунов перед нашей формой и поймать их! — Прекрати оспаривать приказ! Мой отряд разбит, подкрепление по неизвестным причинам не пришло, злоумышленники оказались не теми, за кого мы их принимали. Мы уходим обратно в штаб. — Извините, но я не могу оставить все так… — Ты нарушишь прямые указания командира? Дезертируешь и ускачешь прочь? Тогда мы не вернёмся в штаб с пустыми руками: с нами будет закованный в наручники арестант… — тут Данаэль достаёт подзорную трубу, вставляет командиру в здоровый глаз и направляет на дыру в стене. — Вот там, видите? Нам с Сарин кажется, что это ястреб-стрелок. А вы что думаете? — Они в город не залетают. Это определённо кто-то другой! — Командир, иногда такое бывает. Можно мне посмотреть? — спросил Ротшер.       Пока весь отряд по очереди смотрел в трубу, Данаэль с мечом и щитом выбежал из банка и оседлал своего кульбутара. — Данаэль, подожди! — Сарин последовала его примеру. К тому же она полностью доверяла своему другу детства и не сомневалась, что в небе летел именно ястреб-стрелок, — Тебе понадобится помощь. Всё таки их больше, они непобедимы, а ты сильно побит… — И как ты мне хочешь помочь тогда? — наигранно спросил Данаэль. Однако он прекрасно знал, что предпочтёт целой армии одну лишь её, и помог вскарабкаться, — Вперёд, Торнадион!       Данаэль и Сарин поскакали по улице. Огромная рептилия несла их в направлении переполоха — карета бизнесменов была громадной, бронированной и громкой, всегда задевала ближайшие транспортные средства. Водитель всегда предпочитал побег со всеми нарушениями правил. Где погром, крики, испуганные или, не дай бог, раздавленные люди — там проехали бандиты.       Два сокола смогли выследить карету, догнать её и сравняться с ней. Огромный ящик на колёсах тащили шесть мохнатых зверей. Компания, как обычно в своём репертуаре, ехала по встречной полосе.       Данаэль услышал знакомый низкий и противный голос, но сильно завышенный и издевательский. — Безбедная старость, домик на холме, фабрика лестниц, ферма! Какая-то чушь и бред наивных деревенщин! Тут только я знаю, на что стоит тратить суммы: куплю дракона, пятьдесят мешков дикого порошка, пролечу над Оробаном и… — стук в дверцу прервал беседу. — Опять патрульные! Сейчас, кину им мешок и продолжу…       Дверца открылась на ходу, и Сарин схватила за рукав и воротник плаща пассажира и вытянула из кареты. Тот с трудом держался за ступеньки носками обуви. — Скажи водителю, чтобы тормозил, а дружкам, чтобы сдавались! Вы арестованы гвардией короля! — заявила Сарин и заглянула бандиту прямо в глаза, полные растерянности. Это был главарь шайки, который вступил в схватку с Данаэлем, и в данный момент он был без шутовского колпака. — Баба-серебряный сокол?! — удивлённо воскликнул мужчина. Он несколько минут назад чуть не оторвал ухо своему товарищу за рассказы о ней. Шеф не одобрял пьянства перед ограблениями. По светло-бурым волосам бороды поползла улыбка, а чёрные брови изменили смысл его взгляда. — Извини, малышка, но латы — точно не твоё. Снимай их и прыгай к нам!       Кулак Данаэля влетел в лицо бизнесмену, прямо в нос. Бандит отлетел в карету и упал между ног своих товарищей замертво. — Эй, этот придурок нас бесил, но он наш друг! — тот самый толстяк в ярости схватил арбалет и выстрелил в рыцарей — болт влетел в щит Данаэля. — Слушай мой план, Сарин: надо заставить их попасть в поле зрения дозорных. Они объявят тревогу и обеспечат нам численное преимущество! — Данаэль выглянул из укрытия и опять прикрылся щитом — второй снаряд. — Куда они едут? — Эта дорога не ведёт ни к одному из банков! — ответила девушка и увернулась от жареного утёнка. — Вы только с ограбления, а уже празднуете?!       Данаэль пришпорил кульбутара. Тот обогнал карету, а затем рыцарь прыгнул на козлы. Водитель и повернул голову: от его округлившихся глаз даже эмоция на маске изменилась. Сокол ударил шута бронированным локтем и выхватил поводья. Блондин свернул со встречной полосы и повёз бандитов к ближайшему банку. — У этого свиновоза только один водитель! — грабитель поправил красный колпак с трещиной на фарфоровой физиономии и схватил меч Данаэля. — Эй, только я могу им пользоваться! — возмущался Данаэль, пока уклонялся от неумелых рубящих взмахов и пытался отобрать обратно свою собственность. — Вы все едите назад, потому что такие бесчестные и алчные звери должны сидеть в темнице! — Можешь записать: мы ещё и подлые! — водитель приподнял белую маску и плюнул в лицо соколу. Воспользовавшись слепотой противника, бизнесмен окончательно скинул того с козел. Данаэль почувствовал сильный удар в бок, от которого с криком упал под пятипалые ноги, прямо в пыльный хвост. Карета пронеслась над ним и почти проехала, но он вовремя оклемался и зацепился за дно.       Бизнесмен потянул вожжи и развернул карету. Они выехали на другую улицу. Сарин верхом на Торнадионе за ними. Она почти догнала врагов, как вдруг тот самый «Рой» или «Дон» вылез из люка на крыше и выстрелил огненной струёй в неё. Огонь пролился на каменную дорогу прямо перед Торнадионом. Рептилия завыла, перепрыгнула горящую землю и вцепилась когтями в карету. Бронированную коробку сильно тряхануло. Так сильно, что она упала на бок. Внутри произошёл настоящий погром. — Я убью этих элитных гадов и зажарю, как цыплят заживо!!! — кричал шеф из кареты, — Таран, мы что, все ещё едем?! — Спокойно! Всё под контролем! — кричал водитель. Действительно — он как ни в чем не бывало подгонял лошадей. Тарану как обычно, было всё равно на любые дорожные помехи. Будто пешеходный переход, регулировщик или огромное животное в качестве «зайца». — Эй, подайте мне арбалет! Иначе эта зверюга нас… — кричал Ной, но острый клюв кульбутара схватил его за красный колпак и вышвырнул через дверь, а затем отцепился сам. — Ной, ты куда?! — теперь Шейн без колпака вылез из двери и осмотрелся. Тут Данаэль бьёт его щитом по лысой голове. Толстый грабитель теряет сознание и падает вниз. — Мы уже трёх вывели из строя, Сарин! — радостно кричал Данаэль, — Важно качество, а не кол… — кто-то схватил Данаэля за ногу и затащил в карету. Дверь закрылась. — Ты уже двух моих друзей избил, — сказал громила, приближая лицо Данаэля к своему. Это был тот самый гигант, только теперь без маски, — Это значит, что я отомщу тебе вдвое жёстче! Ты перешёл дорогу не тому Уолтеру «Дикому Вепрю»! — Я заметил, что ты та ещё свинья! А я свинью предпочитаю с перцем, — ответил Данаэль и высыпал здоровому грабителю в глаза всю перечницу. Мужчина закричал от боли, отпустил рыцаря и схватился за лицо. — Лучше бы брали соль — было бы не так больно, — иронично ответил Данаэль. Шеф за его спиной сломал мельницу с солью, напал на гвардейца и засыпал целую горсть тому в глаза. Парень завопил от боли точно также, как и бандит.       Сарин набрасывает ведущему животному лассо на шею, пришпоривает Торнадиона и сворачивает налево — звери свернули за ней и потащили туда карету. — Ещё один поворот, и мы у банка, — думает про себя Сарин. Водитель бизнесменов тоже об этом знал. Он решил не заканчивать жизнь в петле и сохранить её: отцепил животных.       Табун во главе с кульбутаром опять свернул, а карета влетела в здание, пробила его насквозь и вылетела с другой стороны. Громадный транспорт грохнулся на тротуар, пробив его, и расплющил нагруженную товаром жираву. Наедзник перед падением отлетел от удара кирпича и едва не разделил участь своего скакуна. Сотни трещин разошлись от места «приземления». Кирпичные обломки долетали до других зданий, летели в людей. Гигантский столб чёрной и серой пыли поднялся в воздух.