Всё началось именно тогда

— Извините! А можно еще фасолевой каши? — громко сказал Рампо, чтобы персонал в кафе его заметил. Само место было таким же традиционно-японским, как и одежда мужчины, который привел их туда. Аккуратные шторки в дверных проемах, а также окна, обклеенные рисовой бумагой, добавляли соответствующее настроение дома и уюта. Рампо и Мико, к большому несчастью, не ели вот уже пару дней. Поэтому неравнодушный к голодным подросткам мужчина отвел их поесть. — Почему оставляешь моти? — спросил мужчина у Рампо, пока тот с явной тенденцией доедал неизвестно какую тарелку, оставляя их без внимания. — Ну, потому что они не сладкие, — ответил Рампо. Мико, хоть и тоже очень любила приторную бобовую кашу, пыталась подъесть ту, которую не смог собрать ложкой мальчишка, и доедала не такие сладкие моти. До этого момента мужчина в шарфе наблюдал за данным перфомансом молча. — Когда ты понял, что убийца секретарь? — сразу перешел к делу мужчина. — Сразу как вошел, — снисходительно ответил мальчик. Того же мнения была и девочка, но так как спрашивали не ее, она так и не решилась сказать это в слух. Глаза мужчины расширились от удивления. — Он ведь сидел одетый в пальто, — все же тихо высказалась Мико. — Никто ведь не станет работать с бумагами в пальто — рукава будут мешать, — закончил мысль Рампо. — В пальто он прятал инструменты для подделки отпечатков. — Слушайте, молодые люди… — но мужчина не успел закончить то, что хотел сказать. — Мое имя Рампо Эдогава, а ее, — он кивнул в сторону девочки, — Мико Минато. Запомни это! — и Рампо немного некультурно покачал ложкой перед носом мужчины, как бы наказывая. — В школу не ходите? — задал следующий вопрос он. Мико немного смутилась и покраснела, а потому не стала отвечать. — Полгода назад жил в общежитии при полицейский академии, — начал Рампо, — Но поругался с комендантом: разоблачил его шуры-муры, и меня исключили, — он допил через край миски кашу, и с небольшим стуком поставил ее на стол. — С тех пор куда нас только не заносило… — они с Мико переглянулись, как бы давая разрешение на рассказ. — Нашли работу в военном лагере, но нас выперли за то, что раскрыл коррупционные схемы шефа. — Где ваши родители? — у мужчины, видимо, совсем не было такта. — Они погибли, — вслух сказали подростки, — в аварии. Поэтому мы и приехали в Йокогаму. — закончил Рампо. — И мы не родственники, просто так сложились обстоятельства. — Наелись? — немного осадив голос проговорил мужчина. Ему явно стало стыдно за неудобный вопрос. — Да, спасибо вам большое, господин, — едва слышно сказала Мико, слегка склонив голову в знак уважения. — Вот и славно. Спасибо за помощь. — пробубнил мужчина, будто с облегчением. — И это все?! — слегка удивленно спросил Рампо, взяв мужчину за руку. — Перед вами четырнадцатилетний юнец и явно не самая взрослая девочка, которые потеряли семью, работу и будущее! — возмутился он, — И это все?! Все же, вырвав руку из цепких ладошек мальчишки, и спрятав ее в широкий рукав юкаты, мужчина прямо как фокусник достал оттуда бумажку размером с карточку, демонстративно показав детям. — Что это? — похлопал глазами мальчик. — Моя визитка. — невозмутимо сказал он. — Служба охраны. Проще говоря — я телохранитель. Будут проблемы — звони. На первый раз, так и быть, помогу бесплатно. — с этими словами он протянул визитку Рампо. Внимательно на нее посмотрев, мальчик взял за руку Мико, и встав с довольно удобного стул, повел их в сторону выхода. — Юноша!.. — хотел окликнуть их мужчина, но тут на его телефон поступил звонок. — Слушаю. — сказал он в трубку, после того как принял вызов. — Помогите нам, дядя телохранитель, — послышался детский голос из телефона. От такой непосредственности и наглости мужчина выпал в осадок. Оказалось, дети даже не вышли из кафе: они просто позвонили с телефона, оставленного без присмотра на входе в заведение. — У нас нет работы, нам негде жить, мы так точно умрем, — стал давить на жалость Рампо. Понимая, что ему фактически не оставляют выхода, телохранитель тяжело вздохнул, и встав со своего места, направился в сторону телефона. — Я иду работать, — сказал мужчина, уже подойдя непосредственно к детям, — Идите со мной. Заказчик вроде как набирает людей. Я вас познакомлю. — снисходительно предложил он. — Такой вариант устроит? — Не шутите? — с улыбкой Рампо вскочил с пола, на котором он и Мико сидели, пока совершали звонок, и тем самым дернул наверх и девочку. — Театр? Серьезно? — прочитав вывеску на здании, к которому их привел мужчина, спросил мальчишка. Здание хоть и выглядело неплохо снаружи, доверия о месте хорошего заработка не внушало. Мико аккуратно потянула его за рукав, за который постоянно любила держаться, пока они были вместе, тем самым высказывая свое недовольство по поводу поведения Рампо. — Управляющая жалуется на то, что не хватает людей, — не замечая колкости юноши, сообщил мужчина, — Если исполню ее заказ, возможно она пойдет навстречу, и наймет вас. Подойдя к дверям, рядом с ними, как можно было заметить, стояли афиши с сегодняшним спектаклем, у которого, к слову, оказалось совсем несуразное название: «День — это сон, ночь — это явь». — Что за заказ? — спросил Рампо, когда они втроем прошли внутрь здания. Там, как и полагалось, все было отделано так, как подобает «Мировому театру». Много старинных завитушек, расстеленные на полу красные ковры, темное лакированное дерево, из которого была сделана практически вся мебель — все это создавало обманчиво-дорогой вид театра. — Время до спектакля еще есть, проверьте пожалуйста сцену, — сказала встретившая их женщина, оставив Рампо без ответа. — Есть подозрения, кто угрожает? — казалось, что мужчина тоже не заметил его вопроса. Тем временем Рампо уже вовсю рассматривал вычурный холл, кружась, пока взрослые люди уже поднялись на первый пролет центральной лестницы. Рядом с мальчиком спокойно шла Мико, тоже понемногу крутя темной головой. — Полиция проводит расследование, — сделала веское замечание женщина в очках и строго вида рабочей форме, — А ваша задача — повязать того, кто пытается напасть. — Можете хотя бы рассказать: что за угроза? — почти отчаявшись выведать у несговорчивой женщины хоть крупицу информации, спросил телохранитель. В ответ женщина-фиолетовые-очки показала бумажку, на которой из иероглифов, явно вырезанных из газет и журналов, были составлены слова: «Ангел явит лицедею, что есть смерть на самом деле. V.». Женщина указала, что записку они получили еще пару дней назад. — Лицедею, значит… — задумчиво спросила в пустоту Мико, уже сидя рядом с Рампо на лестнице. Взрослые тут же обратили на них внимание. — Это получается, кого то из актеров убьют? — закончил мысль Рампо. Потянув девочку за собой, они встали лицом взрослым. — Скорее бы увидеть, что случиться. — оживленно сказал подросток. — Что это за дети? — немного недоверчиво спросила женщина. — Они ищут работу, — сказал телохранитель. — А я слушал, что вам как раз не хватает людей. Может проведете с ними собеседование, когда все устаканиться? Женщина испытывающим взглядом сквозь очки посмотрела на подростков, а после обратилась к мужчине: — Пусть присылают резюме. Сравню с другими кандидатами. На лицах Рампо и Мико появилось недоуменно-расстроенное выражение. — А что, есть и другие кандидаты? — разочарованно спросил Рампо. — Не, ну тогда у меня точно нет ни единого шанса. — Говорю же, что сравню с другими кандидатами. — настояла женщина в очках. — Нее, — протянул Рампо, — Ты, бабуля, уже решила, что мы никуда не годимся… Мико снова пришлось дернуть мальчишку за рукав. — Бабуля?! — с пышущей яростью и недовольством спросила женщина. — Простите его, госпо… — но Мико не успела как Рампо вскочил, и немного отодвинул ее загородил ее собой, показывая, что извиняться перед этой женщиной не стоит. — Могли бы сразу честно сказать! — повысил в ответ голос, — Почему все взрослые вечно все не договаривают? И телохранителю не все сказали! Вы что, специально не знакомите его с полицейскими? Хотите, чтобы он следил еще и за ними? — продолжал засыпать претензиями Рампо, — А полиция должна следить за ним… Короче, бабуля никому не доверяет… — Довольно. — строго осадил наглого мальчугана мужчина в шарфе, — Ваши намеренья меня не волнуют. Моя задача — любой ценой предотвратить убийство. Позволите мне поговорить с труппой? — спросил мужчина уже у женщины. — Говорите на здоровье. — махнула женщина, после чего удалилась дальше по лестнице. — Взрослые моментально выходят из себя! — заметил Рампо, за что его снова дернули за рукав. На эти слова мужчина тяжело вздохнул, и с пониманием заметил: — Теперь я понимаю, почему вы нигде не задерживаетесь надолго. После разговора с некоторыми участниками труппы, судя по словам и всеобщему предположению что убьют актера играющего главную роль в спектакле — Токио Мураками, троица направилась в главный холл, чтобы там дождаться спектакля. — Вау, тут и чипсы есть! — воскликнул Рампо, смотря на витрину буфета, расположенного в холле. — Да еще и конфеты, которые я упустил. Рядом с мальчиком все также стояла Мико, и ее взгляд, как и взгляд мужчины был направлен на газеты, расположенные на стойке, на которых угадывались портреты людей, и заголовки о серийных убийствах людей — сторонников войны. — Дядь, я проголодался, — сообщил Рампо, — Хэй, дядя! Ты меня слушаешь? Мужчина же просто пошел дальше, постепенно привыкая к капризам взрослого, но только на вид, мальчика. Поднявшись на второй этаж, телохранитель стал осматривать холл сверху, а дети сели на диван позади. Наверху все было почти также, как и на первом этаже, за исключение рассаженных тут и там для антуража растений, и вполне удобных диванов и кресел. — Эх, умираю с голода! — снова заявил мальчишка, — А работой так даже и не пахнет! Ну и ладно, скоро кто-то склеит ласты, и театр прикроют… Мико хотела снова одернуть мальчишку, но мужчина, который уже длительное время молчал, вдруг сказал: — Я не дам этому случиться. — Что? — вырвалось у девочки от неожиданности. — Для этого меня и наняли. — продолжил мужчина, — Ни театр, ни полиция не воспринимают дело всерьез. Не знаю, что за цели у того, кто прислал письмо с угрозой… — Но ведь это не угроза, — все также скромно, как и всегда возразила Мико. Мужчина, на это заявление, от удивления даже поднял свои светлые, в тон волосам, брови. — Это предупреждение, — продолжил Рампо, — а не угроза. Ну, угроза подразумевает что есть выбор: Сделай то-то, иначе я сделаю то-то. Вот, что значит угроза. А тут нас просто поставили перед фактом, что кого-то из артистов убьют. — объяснил мальчик, — Так что это не угроза, а скорее просто заявление. Злоумышленник не предъявлял театру никаких требований. — Когда ты это понял? — серьезно спросил телохранитель. — Сразу как увидел содержание записки, — просто ответил юноша. Глаза мужчины в желтом шарфе в очередной раз за расширились от удивления. Этот юноша с каждым его невероятным заявлением становиться все интереснее, и интереснее. У мужчины даже появились догадки, что дети, а в особенности мальчишка, видят истину. — А почему сразу об этом не сказал? — задал вопрос телохранитель. — Да я как-то даже не думал, что вы посчитаете это не предупреждением, а угрозой. — недоуменно ответил Рампо. — Ах, вот оно что… — задумчиво проговорил мужчина, — То есть по-твоему все люди видят ту же самую картину мира что и ты? Так, юноша? Телохранитель задумался. Получается, ребенок не осознает, что остальные люди видят гораздо меньше, чем он сам. Видимо, ему кажется, что остальные тоже все обо всех знают, но по какой-то причине пытаются это скрывать. — Расскажите, что вы узнали обо мне, — обратился он к обоим детям. — Говорите, вам негде жить? — он обернулся, и теперь поддерживал зрительный контакт. — Так и есть, — сказала Мико. — Тогда я разрешу переночевать у меня. — У вас?! — одновременно удивились такой щедрости незнакомца подростки. — Да, — подтвердил он, — так что говорите. Расскажите мне все, что успели понять. — Любите же вы, взрослые, — начал Рампо, соскальзывая с дивана и утягивая за собой Мико, — навязывать всякие сделки! Мы едва знакомы, так что я понял немного. — дети подошли к перилам, перегнувшись через которые, можно было заметить ждущих, и пребывающих в холл людей. Мужчина же остался стоять к перила спиной. — Вам чуть больше тридцати, Вы телохранитель, и мастер боевых искусств, — говорила девочка. — Вы холосты, — продолжил Рампо, — работаете один, правша. В ресторане сидели так, чтобы стена была справа, так что думаю, вы мечник. Только вот почему то, меч вы больше не используете. Возможно, стыдитесь прошлой работы. Дети не видели лица телохранителя, но оно уже успело исказиться в несвойственной такому серьезному человеку, как он, гримасе ужаса и растерянности. — Но какой работы может стыдиться мечник? — задала риторический вопрос Мико. — Кстати, помню несколько лет назад поднялась шумиха, а когда шли переговоры о мире про военные политики и члены западной хунты, не с того, не с сего начали умирать один за другим… На этом, стоило бы остановиться, но мальчик продолжил рассуждать, несмотря на Мико, которая предупредила его, пихнув в бок, чтобы он закончил явно накалившее обстановку, рассуждение. — Замолчи! Лишь одно слово мужчины, произнесенное в ярости и отчаянии возымело небывалый эффект. Детей, не успевших ничего понять, звуковой волной опрокинуло на пол. Шляпа Рампо отлетела чуть дальше, и отскочив пару раз остановилась, упала на пол позади подростков. Опомнившись, телохранитель подбежал к детям. — Простите, — испугавшись произнес он, и по очереди поднял сначала Мико, потом Рампо, — не ушиблись? — … — Рампо широко открытыми глазами посмотрел в лицо мужчины, руки которого лежали у него на плечах. Мальчик, протянув руку, пододвинул Мико за себя. — Нет, все хорошо. — все еще немного испуганным голосом произнес он. Обойдя и подобрав шляпу мальчика, с небольшим козырьком спереди, мужчина сказал детям в спину: — Окажите услугу — помогите мне с этим делом. Если сейчас справимся, подкину вам еще работы, что скажите? — спросил он, протягивая головной убор уже обернувшемуся мальчику. — Ну хорошо, — согласился Рампо, — мы поможем. Прозвучал первый звонок, разрешающий зрителям пройти в зал, для просмотра представления.