One evening...

— Так ты не можешь покинуть пределы Илина? — безэмоциональным голосом спросил Лань Ванцзи. Вэй Усянь лишь покачал головой, не то подтверждая догадку Лань Чжаня, не то опровергая и сыграл: —Я не могу выйти за пределы горы. Как только оказываюсь у подножия, дальше меня будто бы что-то не пускает. —Ты...не знаешь, что это может значить? — осторожно спросил Ханьгуан-цзюнь. —Нет, — через некоторое время, потраченное на размышления, ответил Вэй Усянь. — Что-то плохое, да? Лань Чжань тяжело вздохнул. Всё-таки как ни крути, но душа остаётся душой. А душа зачастую не помнит своей прошлой жизни. То, что Вэй Ин вспомнил его – настоящее чудо. —Не совсем. — мягко начал Лань Ванцзи. — Если ты не можешь покинуть это место, значит тебя что-то здесь держит. Что-то, что не даёт тебе упокоится и войти в цикл перерождений. —Цикл перерождений? — заинтересованно спросил Вэй Усянь. — Что это? Лань Ванцзи в очередной раз легонько вздохнул. Вэй Ин такой Вэй Ин... —Когда человек умирает, его душа отправляется в загробный мир и встаёт в очередь на перерождение. Только вот ты так и не смог покинуть этот мир. Такое бывает. —И как от этого избавиться? — продолжал настойчиво играть Вэй Ин. — Что мне нужно сделать? —А ты сам не знаешь? — Лань Чжань взаправду удивился. Обычно души остаются в мире из-за неоконченных дел или невыполненных предсмертных желаний. Насчёт последнего Лань Ванцзи сомневался, и сам не знал почему, по решил доверится этому чувству. —...нет? — немного неуверенно ответил Вэй Усянь. — Или да...не представляю, что мне здесь нужно. Голая гора без единого признака жизни. Разве можно здесь что-нибудь сделать? Лань Ванцзи одновременно обрадовался, что Вэй Ин может побыть с ним чуть подольше, чем он думал, но и занервничал. Если душа долгое время будет болтаться по миру без дела, высока вероятность её превращения в демона или обыкновенное озлобление, в результате чего она станет повсюду буянить и учинять беспорядки. И тогда придётся её укрощать...а в противном случае уничтожить. Лань Ванцзи же такая перспектива вовсе не привлекала. Он просто постарается помочь Вэй Усяню пройти тот путь, который ему уготован, не смотря на собственные чувства. Тут Лань Ванцзи вспомнил кое о чём. —О чём думаешь? — внезапно спросил Вэй Усянь, заметив его задумчивый взгляд. —Время...сколько прошло времени с твоей смерти? — озвучил Лань Ванцзи свои мысли вслух. —Время? Хм...я не знаю. Я не помнил даже своё имя, так откуда я могу знать, сколько прошло времени с моей смерти? Ты такой забавный, Лань Чжань! — под конец реплики Вэй Ин немного повеселел, наконец то поняв, что ему ничего плохого не сделают. —Прошло целых 3 года, а ты всё ещё здесь и даже...в довольно нормальном состоянии. — задумчиво протянул вслух Лань Ванцзи. — В моей практике вероятность подобных случаев минимальна. —Это плохо? — снова насторожился Вэй Усянь. —Не знаю точно, но здесь явно что-то не так. — ответил Лань Чжань и снова отдал свой разум размышлениям. И тут в его голове появилась одна навязчивая мысль. — Почему ты не отвечал на призыв, когда я был здесь в прошлый раз? —Смотря, когда ты был и где. — Вэй Ин тут же оживился, когда Лань Чжань наконец-то обратил на него внимание. — Иногда я могу выпадать из реальности и просто бесцельно бродить по местности, не видя и не слыша ничего вокруг. Мерзкое ощущение. — Вэй Усянь даже поморщился, хотя не мог чувствовать ничего физического или материального. Но Лань Чжань тактично промолчал. — Возможно, звучание гуциня просто не достигло меня или же я не помню этого. —Давай кое-что попробуем. — Лань Ванцзи сел рядом с инструментом, на камень, прямо напротив Вэй Ина и занёс пальцы над струнами. —Что ты хочешь сделать? — поинтересовался Вэй Усянь, глядя прямо в лицо Лань Ванцзи. От этого наивного взгляда старейшины Лань Чжань на секунду потерял контроль, дал слабину и унëсся в свободные воды воспоминаний. Но понимая, что должен помочь, одëрнул себя и снова сосредоточился на струнах. Вскоре в пустынном месте, на котором уже много лет не было слышно ни музыки, ни людских голосов (до поры до времени) послышалась тихая мелодия гуциня, неся в себе лишь покой и умиротворение. Вэй Усянь потерялся в её звучании. Его будто бы затянуло в водоворот прекрасных воспоминаний, коих было немного в его прошлой жизни. Он чувствовал, как что-то тёплое заполняет его с головой. Это ощущение было похоже на первый луч утреннего солнца после холодной ночи. И он тянулся к этому свету всем своим нутром. Свет проходил через него, а Вэй Ин позволял ему это, он пропускал его через себя, позволяя себе прочувствовать это тепло как следует. Это было настолько хорошо, что он забыл для чего и где находится. До времени, пока всё это не прекратилось. Пока перед его затуманившимся взором снова не появилась эта унылая гора с её проклятыми скалами. И тогда он снова увидал его. Он всё вспомнил. На этот раз окончательно.