Фиолетовый туман

      — Ох, Дазай, — Фёдор положил цветы на могилу с «Дазай Осаму». — Ты ведь живучая тварь, как так вышло-то…       Подул слабый ветер и над ухом Достоевского прозвучало:       — Хочешь, расскажу?

* * *

      — Вы меня предали.       Мори даже сначала удивился. Во-первых, каким образом он предал? А во-вторых, подчинённый не имеет право говорить такое боссу.       — За Морока не переживайте, — продолжил Дазай. — Он уже в будущем. В ближайшем будущем.       — Рад, — Огай кивнул.       — Я понимаю, что у вас нет такого чувства как совесть и сострадание, ведь это не нужно мафиози. Однако что мешает сделать хотя бы вид, что вам не всё равно?       Мори понимал, что его протеже сейчас очень обидчивый — Осаму просто ранить, даже если он не покажет свою боль. Каким бы бессердечным Дазай не казался, он чувствует. Он чувствует злость, обиду, ненависть, презрение… Он чувствует, но не всегда понимает.       И Огай это видел. Видел за кучей масок, видел за кучей пыток и других преступлений. Он видел, но поддержать было ох как неохота. Осаму стойкий и терпеливый, и это одни из лучших качеств человека. Дазай жестокий и верный, и это то, что делает его одним из лучших мафиози, помимо интеллекта.       — Дазай, — Мори поднял взгляд на шатена, который выглядел гораздо лучше после последней их встречи, — я понимаю, что…       — Нет, вы не понимаете, — перебил Дазай. Теперь-то Огай понял, что он ошибался по поводу уровня обиды и гнева ученика. — Вы не понимаете, потому что вам плевать. Ведь было бы вам не всё равно, то я бы тут не распинался перед вами. Или что, у босса Портовой Мафии так мало свободного времени чтобы отдать приказ? Раньше такого не замечал.       — Прошу, соблюдай субординацию, — раздражённо сказал Мори, стараясь усмирить гнев Дазая. — Если бы мне было это выгодно, то я бы, конечно, отправил людей за тобой. Хоть того же Накахару, — услышав имя напарника, Осаму фыркнул. — Но, как видишь, ты выбрался сам, я это знал. Поэтому я не видел смысла отправлять кого-то за тобой.       — Интересно, на что же я тогда надеялся? Может, на человеческую помощь? А, ну, конечно, от вас её не дождешься.       — За такими словами может последовать наказание, Дазай, — напомнил Мори. Он видел этот гнев, плескавшийся в глазах Осаму.       — Да хоть убейте, мне похуй, — грубо ответил Дазай.       — Я просил не использовать подобные слова в диалоге со мной, — Огай встал со своего места.       — И что вы сделаете?       — Каким бы ты хорошим мафиози ты не был, я выполняю свои обещания. Это дело чести.

* * *

      — Я бы не сказала, что было просто, — подняв бутылку и улыбаясь, воскликнула Йосано, — но мы справились! И за это можно выпить!       — Господи, я так скучал по этой Йокогаме, — заворожено проговорил Ацуши, смотря на здание офиса.       — Ну что, как вам приключеньеце? Признаю, тогда я ещё был в расве-е-е-ете сил, но и сейчас я не плох, не так ли?       И смех.