Method acting

— Значит, ты больше не вернешься в школу? — спрашивает Чимин, когда Тэхён звонит ему на выходных. Омега на другом конце на секунду замолкает. — Да, — вздыхает он. — Прости, Чимин-а. — Ну ты чего. Ты так ждал начала съемок, я же видел. Наоборот, даже к лучшему, что так получилось. Я очень рад за тебя, правда. Это же твоя мечта. Это по большей части правда, но маленький закуток внутри наполняет обида, которую Чимин быстро давит. То, что он опять останется в школе один, только его проблема и Тэхёна она не должна волновать. Чимин знал, что рано или поздно омеге придется уйти, так что он даже не особо удивился. — Я не оставлю тебя, Чимин-а. Можешь приходить ко мне в любое время, и я буду ждать тебя на ужин хотя бы раз в неделю, не смей отказываться! — Хорошо, — Чимин улыбается и устраивается на узкой кровати поудобнее, чтобы старые пружины не давили в спину. — Как все прошло с другом Юнги-хёна? Сокджин, кажется? — Ага. Ты знал, что он омега? — Да, Юнги рассказывал. — Я и не знал, что омеги работают в полиции. Так удивился. — Ты поговорил с ним? — Ну да. Но знаешь, я ничего не жду. Что может один омега против целой системы? Меня выставят на посмешище, еще и вывернут все так, что я сам окажусь виноват. Я не хочу ничего этого. — Чимин, их нужно поставить на место, чтобы десять раз подумали в следующий раз нападать. Обещай мне, что попробуешь. — Хорошо, Тэхён-а, — Чимин произносит тихо и скрещивает пальцы. Он почти не выходит из комнаты все выходные, чтобы не сталкиваться с отцом. Тот вышел из запоя и передвигается по квартире как зомби, но Чимин знает, что в такие дни любая мелочь может вывести альфу из себя. В понедельник он выходит пораньше, чтобы успеть, ведь слишком быстро отвык ходить пешком. Чимин останавливается и чувствует трепет внутри, когда видит машину Мин Юнги у подъезда. Он не понимает, что альфа тут делает. Ведь Тэхёну больше не нужно притворяться и альфа может вернуться к своей работе менеджера. Чимин пытается пройти мимо, но Мин замечает его и выходит из машины. — Чимин! — окликает он. — Менеджер-ним, — вежливо кланяется омега. — Зови меня Юнги, прошу, — альфа подходит ближе. Его запах сразу же мягко окутывает Чимина, будто согревая изнутри, очищая и тонизируя. Чимин хмурится, ему хочется заткнуть нос, чтобы не вдыхать свежий лемонграсс, так хорошо разбавляющий его собственный приторный мед. — Что-то с Тэхёном? — спрашивает Чимин. — Почему вы здесь? — Чтобы отвезти тебя в школу. — Но зачем? Я не понимаю… — растерянно произносит омега. — Ты теперь часть моего расписания, — улыбается альфа. — Кроме того, кто еще составит мне компанию за утренним кофе? — Но все же… я не хочу напрягать и… — бормочет Чимин. — Чимин, уступи мне в этом. Мне так будет спокойнее. Утром я буду ждать тебя, а вечером отвозить домой. Договорились? Чимин колеблется, но в итоге кивает. Что-то внутри него вопит отказаться, оттолкнуть альфу и гордо развернуться, но он не может — тело не подчиняется. — Отлично. Тогда поехали? Чимин впервые садится в машину на переднее сидение. Он принимает из рук альфы кофе и бумажный пакет с еще теплым круассаном. Их пальцы соприкасаются и Чимин быстро отводит руку. — Спасибо, — тихо говорит он и откусывает от круассана. Все выходные он практически ничего не ел — только немного рамена — и сейчас очень голоден. Начинка оказывается клубничным джемом и Чимин облизывает губы, смакуя вкус на языке. Альфа мягко улыбается, и омега немного смущается, чувствует, как горят и краснеют уши. Мин заводит двигатель и направляет машину в сторону школы. — Вечером я заберу тебя, — говорит он на прощание. Чимин внутренне собирается перед тем, как зайти в школу. Он так привык за месяц к присутствию Тэхёна, что теперь одному идти по коридору невыносимо. С опущенной головой он заходит в класс со звонком и быстро занимает свое место — второе в правом ряду, самое ближнее к двери. Чимин пропускает мимо ушей объяснения учителей, дремлет на истории и литературе. Когда заканчивается утренний блок, он первый выходит и устраивается во дворе. В мае уже совсем тепло, даже жарко, и он ослабляет галстук. Там его находит Чон. Альфа один, без своей свиты, но Чимин все равно мгновенно напрягается. Чонгук все такой же крупный, его аура давящая и агрессивная. Форменная рубашка натянута на груди, пиджак идеально выглажен, шорты обтягивают накачанные бедра. Чимин рядом с ним чувствует себя совсем мелким и жалким. — Где Тэхи? — сразу же спрашивает Чонгук. — Не знаю, — Чимин пожимает плечами, а внутри удивляется. Зачем Тэхён вдруг понадобился альфе? От волны интенсивного сандала Чимина мутит, запах альфы слишком агрессивный и насыщенный. Чон нависает над ним и хрустит костяшками. — Не ври мне, Пак, — низко произносит он. — Говори, иначе хуже будет. — Я не боюсь тебя. — А зря, — злобно усмехается Чон и хватает Чимина за горло. — Где Хан Тэхи? Он выделяет каждое слово и сжимает горло Чимина сильней, сдавливая пальцами. — Он больше тут не учится, — хрипит Чимин и Чонгук ослабляет хватку. Вид у него становится настолько растерянный, что Чимину даже смешно. Однако он знает, что альфу нельзя провоцировать, поэтому только потирает шею. — Что это значит? — Чонгук сверлит его взглядом. — Он уехал. Обратно в Австралию, — придумывает Чимин на ходу. Лицо Чонгука резко меняется. Чимин бы решил, что тот расстроился от новости, но такого просто не может быть. Альфа, который перетрахал половину школы, включая нескольких учителей, не может расстраиваться из-за омеги. Каким бы красивым Тэхён ни был, даже он не может изменить такого, как Чон. Чонгук громко выругивается, кривит губы и уходит. Чимин удивлен его реакцией. Альфа злится и психует, и все только из-за того, что Тэхён исчез. Этих двоих явно влечет друг к другу, и Чимин рад, что теперь омега далеко от Чона. Он не хочет, чтобы Тэхёну было больно, а от альфы он непременно пострадал бы, это только вопрос времени. С такими лучше не связываться. Чон повернут на сексе и ни во что не ставит других. Он расчетливый и равнодушный, разбивает омежьи сердца одно за другим, давит на других альф своим авторитетом. С ним не связываются учителя, а простые ученики обходят стороной, чтобы не привлекать внимание. Чимину достается всегда и еще нескольким омегам приходится нелегко, если Чон на них фокусируется. Альфы выслуживаются перед ним, а кто не хочет подчиняться, на собственной шкуре испытывает гнев сына мэра. Чон занимается боксом с профессиональным тренером и удар у него хорошо поставлен. Чимин видит все это последние несколько лет. Он не хочет для Тэхёна такой участи, омега достоин большего — он должен блистать на экране. Именно поэтому Чимин решает не рассказывать Тэхёну о том, что Чонгук о нем спрашивал. Это ни к чему. Вечером, когда Мин забирает его после школы, Чимин ловит пристальный холодный взгляд Чона. На следующий день альфа снова находит его. — Почему альфа Хана приезжает за тобой? — он не оставляет попыток и зажимает Чимина в коридоре, толкая к стене. Хватка на плече железная и Чимин морщится. — Это не его альфа, это мой альфа, — нагло врет он Чонгуку в лицо. — Тэхи нас познакомил перед отъездом. — Что, тебе мало членов? — скалится Чонгук. — Забыл с кем разговариваешь? Я тебе устрою веселый вечер, Пак. — Ты сам подошел, — Чимин внутренне содрогается, но старается не показывать страх. Он устал бояться. — Я тебе еще раз говорю, Тэхи уехал. — Дай мне его номер. — У меня только старый, Сеульский, он недоступен. Ты забываешь, Чон, что у меня нет возможности звонить в Австралию! — Черт! — Чонгук рычит. — Пусть тогда твой альфа узнает номер. — Зачем он тебе? Что ты так к нему привязался? — Не твое дело. Я тебя предупреждаю, Пак. Давно не стоял на коленях? — Тэхи не понравилось бы, если ты натравишь на меня своих дружков. Думаешь, это добавит очков в твою пользу? Да он разговаривать с тобой не станет. Чимин сам поражается собственной смелости. Он никогда не осмеливался отвечать и открыто противостоять обидчикам. Лицо Чона перекашивает, он больно стискивает плечо омеги, замахивается на него, но останавливает удар в миллиметре от скулы. — Подумай хорошенько, — Чон говорит сквозь зубы, разворачивается и уходит, а Чимин обессиленно опускается на пол, скользя спиной по стене. Когда вечером Мин предлагает ему поужинать, Чимин отказывается и с подозрением косится на него. Ему с головой хватило альфьего внимания на сегодня, хочется уже оказаться в комнате, забиться в угол и не вылезать ближайшие полгода, а еще лучше до декабря и окончания школы. Он терпит подзатыльник от отца, варит ему рамен с сосисками и наконец-то остается один. Чимин кидает сумку на кровать и вдруг замечает, что она приоткрыта. Он боязливо тянет за молнию и замирает. Сверху на мятых тетрадках лежат три шоколадки, все его любимые. Чимин прикусывает губу. От оберток пахнет лемонграссом и он глубоко вдыхает. Мин таким поведением нервирует его еще больше, но отказываться от сладкого Чимин не собирается. * Съемки начинаются в середине мая и продлятся до начала августа, поэтому у Тэхёна совершенно не остается времени думать. Он встает с рассветом и едет на съемочную площадку на машине компании. Об этом договорился Юнги, так как сам все еще отвозит с утра Чимина и не может забирать Тэхёна лично. Тэхён не возражает, он беспокоится за омегу и очень рад, что альфа продолжает заботиться о нем. Локация для съемок это очередная школа и поначалу Тэхёна кроет воспоминаниями. Коридоры, кабинеты и даже спортзал сильно напоминают ему о случившемся за прошедший месяц, и он почти ожидает встретить Чонгука за углом. Однако Тэхён быстро осознает, что здесь все по-другому, другая атмосфера, актеры поддержки, с которыми он быстро знакомится и находит общий язык, съемочная группа и постоянное оживление. В школе все еще проходят занятия, но для съемок выделены свободные классы, а настоящих учеников снимают как массовку, и школьники даже специально пытаются попасть в кадр. Утром Тэхён берет в мобильном буфете чай и пьет его, пока идет подготовка к очередной сцене — расстановка и чтение сценария. Его собственный экземпляр весь исписан пометками и вклеенными дополнениями и режиссер довольно хмыкает, когда замечает сценарий у омеги в руках. Потом Тэхён идет на макияж и переодевается. Первый раз увидев собственное отражение на примерке в образе, Тэхён сам себя не узнал. Нанесенные гримерами синяки на лице и теле так похожи на настоящие, что Тэхёну страшно прикасаться к ним. Он сейчас чем-то похож на Чимина, выглядит младше и совсем хрупким и несчастным. Форма, подготовленная костюмерами, на нем сидит свободно, и на этот раз она состоит из пиджака и брюк, больше никаких коротких шорт. Тэхён сильно похудел за месяц, проведенный в школе, но продюсеры только удовлетворенно кивают. Начинается съемка. После утренней подготовки все обычно идет гладко, так сниматься даже легче, он знает, чего от него ждет режиссер, и неплохо справляется. Он выкладывается дубль за дублем, не чувствуя усталости. Операторы снимают все ракурсы, ближний и дальний план. Потом обед, на котором Тэхён обычно дремлет, восстанавливая силы, и продолжение съемок или переход к новой сцене до вечера. Бывают дни, когда они задерживаются допоздна и Тэхён приезжает домой после полуночи, но в остальное время в десять он уже дома. Быстро ужинает, повторяет диалог для утренней сцены и мгновенно засыпает. Так проходят дни, сливаясь в один. Тэхён не жалуется. Его наполняет жажда — преуспеть, показать себя, сделать как можно лучше. Доказать, что не зря среди стольких претендентов на роль выбрали именно его. Он не расслабляется, вежливо отказывается от предложений посидеть в баре и выпить. До сих пор помнит первую школьную неделю и как сильно тогда напился. Алкоголь ему сейчас ни к чему, чтобы не туманить голову, да и опухшее лицо вызовет вопросы и недовольство гримеров. Сейчас у Тэхёна впалые щеки, тонкое лицо, на котором выделяются глаза, и именно такой образ идеально вписывается в видение режиссера. Когда Тэхён видит себя на экране плейбека, не узнает. После каждой сцены режиссер с оператором просматривают на мониторе отснятый материал, и Тэхён тоже присоединяется к ним, чтобы понять, как улучшить исполнение. Он выглядит как совершенно другой омега — его персонаж. Тэхён поначалу подсознательно боится, что его сочтут посредственным. Даже сам начинает сомневаться в своих способностях, но медленно отбрасывает сомнения день за днем, погружаясь в роль и съемочный процесс. После того, как Тэхён справляется с по-настоящему сложной сценой, Юнги показывает большой палец вверх, а съемочная группа даже аплодирует, и Тэхён смущенно кланяется, вытирая слезы. Играть жертву буллинга непросто, внутренне тяжело проживать этот опыт, пропускать через себя, но Тэхён знает теперь, ради чего это делает. Чтобы привлечь внимание к проблеме, чтобы помочь таким омегам, как Чимин. Дать им надежду, протянуть руку помощи. Тэхён чувствует на себе огромную ответственность. Когда фильм выйдет на экраны, он привлечет внимание общественности и осветит насущные проблемы жертв школьных издевательств. Тэхён буквально живет ролью, отдает всего себя в процесс. Режиссер хвалит его, как и Юнги, и стафф. Омегу наполняет гордость, но он не концентрируется на этом ощущении, гораздо важнее достойно показывать себя каждый день. Он созванивается с родителями после долгого перерыва и чуть не плачет, слыша голоса родных. Поддержка отца для Тэхёна много значит и теперь он ценит ее еще больше. Отец — первый, кто поверил в него, кто подтолкнул к будущей профессии, и Тэхён безумно благодарен ему. Тэхён общается и с Чимином, когда выдается возможность. Звонит, пишет и поддерживает. Увидеться получается редко, но от Юнги он знает, что омега в порядке. Когда Юнги отвозит его домой после напряженного дня, Тэхён чувствует себя вымотанным. Машину пропитывает медовый запах Чимина, и Тэхён решает спросить. — Он нравится тебе? Он наблюдает за реакцией альфы. Юнги сразу же понимает, о ком Тэхён спрашивает, он сжимает пальцы на руле и тяжело вздыхает. — Да, Тэхён-а, но это не имеет значения. — Почему? Мне кажется, вы подходите друг другу. Тэхёну было бы спокойнее знать, что у Чимина такой альфа, как его менеджер, но Юнги качает головой. — Я боюсь даже прикоснуться к нему, он такой хрупкий. Да и последнее, что ему сейчас нужно, это отношения с альфой на двенадцать лет старше. — Ты не можешь знать, что ему нужно. Чимин подсознательно боится всех альф, мне так кажется, и это неудивительно, после всего, что ему пришлось пережить, но я все равно думаю, что ему нужен альфа. Тот, кто покажет, что может быть по-другому. — Мне хочется защитить его от мира. Прибить всех тех альф, что посмели тронуть его. — Вот видишь. Ты же ни с кем не встречаешься сейчас? — Нет, — фыркает Юнги, — последний омега меня бросил еще полгода назад. — Бросил? — Ну да. Назвал меня скучным и сбежал к брутальному фитнес тренеру. — Вау. — Я уже привык. Омегам нравится моя внешность, моя работа и статус, но они быстро разочаровываются. Я не вожу их в дорогие рестораны или на премьеры фильмов, мне гораздо больше нравится проводить время дома. Стоит каждому новому парню узнать меня поближе, он быстро бросает меня. Тэхён удивленно приподнимает бровь. Он и не думал, что у Мина так не складывается личная жизнь. Юнги его самого изначально привлек своей внешностью, как, видимо, привлекал и других омег. То, что его партнеры отдают предпочтение альфам побрутальнее, даже печально. — Я не думаю, что Чимин назовет тебя скучным. Ему не нужна страсть и дорогие рестораны, только твоя забота. — Возможно, ты и прав, но я не хочу торопиться. — Я в любом случае поддержу вас. Тэхён думает после окончания съемок позвать Чимина к себе с ночевкой. Сейчас у него совершенно нет времени и сил, но к августу, когда как раз начнутся каникулы, он сможет увидеться с омегой и провести с ним больше времени, чем пару часов, как изредка удается сейчас. Ему хочется спросить у него о Чонгуке, но Тэхён каждый раз прикусывает язык и останавливает себя. Он и так слишком часто думает об альфе. Чонгук снится ему. Тэхён вспоминает их секс каждый раз, когда снимает напряжение в душе и кончает рекордно быстро, стоит только представить альфу рядом и его руки на теле. Каждый раз ругает себя потом и каждый раз все повторяется. Но Чон в прошлом — он повторяет раз за разом. Тэхён больше не увидит его. У него не может быть ничего общего с этим альфой, их ничего не связывает кроме взаимного влечения. Он немного страшится прихода течки, как она пройдет и повлияет ли на съемки, но она и все последующие проходят абсолютно спокойно. Таблетки работают без нареканий и Тэхён ни разу даже не возбуждается. Что за сбой в его организме вызвал тогда Чон, он не понимает. Он думает, что альфа наверняка уже забыл о нем и переключился на других, и это к лучшему. Тэхён забудет тоже, просто ему нужно немного больше времени, вот и все. * Чимин привыкает к ежедневному присутствию Мина в своей жизни. Он до сих пор не знает, как к нему относиться, до сих пор ведет себя с альфой настороженно, все еще обращается к нему на вы. Однако Чимин привык к его запаху, его улыбкам, спокойному тону низкого голоса, который Мин никогда не повышает, к ощущению его пальцев на своих, когда они случайно соприкасаются. Чимину непривычны осторожные — почти нежные — касания, они обжигают кожу, и он весь день потом подносит пальцы к носу, ловя на них слабый еле осязаемый лемонграсс. Чимин почти ждет новых нападок от альф и Чона, но этого не происходит. Шоком для него оказывается громкая статья в интернете, разоблачающая буллинг в школах. Его имя не указывается, да и ситуации описываются разные. Чимин с болью в груди читает про случаи суицида, вызванные издевательствами школьников. Это мог быть он. Если бы Тэхён не появился в классе в начале апреля, если бы не спас его тогда на парковке и не показал, какой может быть жизнь и отношение, Чимин думает, что уже наложил бы на себя руки. Он как никогда был близок к этому этой весной. С началом лета все изменилось. И он сам в том числе. В школах по стране массово начинаются проверки. Полицейские и социальные работники присутствуют на уроках, а потом расспрашивают учеников. Чимин знает, что благодарить нужно Сокджина и его мужа, ведь автор статьи не кто иной, как Ким Намджун. Главное, теперь альфы обходят его стороной. Чимин замечает их злобные взгляды, но подходить они не решаются. Даже Чон прекращает свои расспросы о Тэхёне. Когда полиция появляется впервые, он тащит Чимина в кладовку уборщика. — Твоих рук дело? — альфа шипит. — Смеешься, что ли? — Только попробуй открыть рот! — Отвали, Чон. — Повторять не буду, Пак. — Иди к черту. Теперь Чон ведет себя примерно, поддерживает свой образ отличника и образцового альфы. Не может же сын мэра Сеула показывать себя с плохой стороны. Чимин поражается циничности альфы и его двуличию. Статья всколыхнула мнение общественности. Родители учеников Сеульских школ массово протестуют и требуют разбирательств, учителей увольняют, учеников исключают. Правда, в школе Чимина пока не происходит никаких серьезных перестановок. Ему теперь гораздо спокойнее. Можно не ожидать нападения из-за угла, школа под пристальным наблюдением. Альфы перестают приносить таблетки и пиво и вечером пятницы вместо привычных развлечений сразу же отправляются домой. Чимин немного восхищен талантом мужа Сокджина, пусть никогда его даже не встречал. У Ким Намджуна получилось сдвинуть то, что годами замалчивалось и заминалось. Расковырять тяжелый пласт, содрать корку с раны и вычистить скопившийся гной. Чимин был так уверен, что ничего не получится, и теперь рад, что ошибался. Он чувствует себя намного лучше, окрепнувшим и более энергичным. Благодаря альфе он лучше питается. Мин не останавливается на шоколадках и приносит Чимину сэндвичи — явно домашние и безумно вкусные. Правда, у него теперь постоянно ноет живот — и когда голодный, и после еды, так как пищеварение откровенно нарушено из-за нерегулярного скудного питания. Чимин привык к боли и почти не замечает дискомфорт. Он с нетерпением ждет начала летних каникул — к тому времени у Тэхёна закончатся съемки. Чимин очень скучает, ведь омега стал для него первым близким другом. Тэхён ему часто пишет и звонит, и пару раз Чимин приезжает к нему на ужин, но омега явно уставший, постоянно зевает и трет глаза, и Чимин не хочет напрягать его своим присутствием. Он благодарен, что Тэхён не бросил его, как и обещал, но прекрасно понимает, что для омеги сейчас главное сосредоточиться на работе. В телефоне Чимина теперь есть и номер альфы. Мин сам однажды позвонил, когда немного задерживался и просил подождать его. Чимин сохранил номер и зачем-то даже выучил наизусть — так часто смотрел на него на экране. Так проходит почти два месяца и Чимин уже привычно прощается с Мином вечером. — Я пойду? — он улыбается и тянет на себя ручку двери. — До завтра, Чимин-а. Чимин заходит в подъезд и поднимается на свой этаж с улыбкой. Внутри его наполняет что-то теплое, мягко и нежно ощущаясь в груди, обволакивая изнутри. Для него такое мироощущение в новинку, даже не верится, что прошлое закончилось. Что омега Пак Чимин перевернул, наконец, эту страницу в своей жизни, оставил насилие и унижение позади. На примере Мина Чимин теперь видит, что альфы могут быть другими, вести себя совсем не так, как он привык. И если поначалу это казалось обманом, то сейчас он знает, что альфа такой и есть. Рядом с ним не нужно напрягаться и ждать в любой момент вспышки гнева или того, что он полезет Чимину в штаны. В его взгляде отсутствует похоть. Чимину хочется верить — так сильно хочется — что альфа действительно помогает только потому, что просто хочет помочь. Чимин настолько устал, что готов принять эту помощь, ухватиться за нее, как за последний шанс, ведь последний год он был так близок к отчаянию. Чимин долгое время балансировал на краю пропасти — бездонной зияющей пустоты — и только появление Тэхёна и Юнги в его жизни не дало ему сорваться и упасть. Чимин осторожно заходит домой и натыкается на отца прямо в прихожей. Улыбка сползает с губ, стоит ему увидеть перекошенное лицо альфы. — Явился! — пьяно гундосит тот и складывает руки на груди. От альфы разит алкоголем, Чимин уже и не помнит природный запах отца, только вечный спирт и перегар. — Прости, я задержался в школе… — начинает он и наклоняется, чтобы разуться, но альфа хватает его за шиворот и волочет в гостиную. Чимин перебирает ногами и судорожно думает, что он такого сделал, чтобы так разозлить отца. Альфа с силой швыряет его на пол и Чимин больно ударяется плечом об угол низкого стола. Он сжимает зубы, чтобы не издать ни звука. Колени болят от резкого приземления и Чимин потирает их ладонями. — И как долго думал от меня скрывать? Думал, я не узнаю? — альфа злобно щурится и пьяно глотает слова, и Чимин совершенно не понимает, о чем он говорит. — Отец? Про что ты?.. — недоуменно спрашивает он. — Не строй из себя невинного омежку, поздно уже. Альфа сдергивает с него сумку и лямка с треском рвется, потом он резко расстегивает молнию и вытряхивает содержимое на пол — тетради, таблетки и несколько шоколадок. — Где? — альфа роется в маленьких внутренних карманах. — Где деньги? — Какие деньги? Откуда? — Чимин думает, что отец окончательно свихнулся, допился до галлюцинаций. Лицо альфы искажается, он гневно ревет, замахивается и бьет сына по лицу открытой ладонью. Щека горит от удара, сердце подпрыгивает в груди. Чимин понимает, что разозлил отца, а этого ни в коем случае делать нельзя. Он съеживается и старается не двигаться. — За идиота меня держать вздумал? — альфа наклоняется и брызжет слюной, обдавая Чимина алкогольными парами, из-за чего к горлу подступает тошнота. Желтые гнилые зубы, опухшее лицо, красные стеклянные глаза — этот альфа не может быть его родным отцом, это кто-то чужой и ненавистный, по какой-то жестокой случайности доставшийся Чимину в родственники. — Да, Чимин-и, не ожидал от тебя, не ожидал, — альфа пьяно тычет в сторону сына пальцем. — Хорошо устроился, а родному отцу ни слова. — Про что ты говоришь? — он осмеливается поднять глаза. — Ты еще спрашиваешь? Я все видел! — Что именно? — Альфу твоего! Что, думаешь, нашел себе богатого ебаря и можешь скрывать от меня? Чимин втягивает ртом воздух и замирает. Он и не думал, что отец может увидеть его с Мином. Его наполняет растерянность и страх. Он не понимает, чего отец от него хочет, и как вообще пришел к таким выводам — согласно какой извращенной логике решил, что Чимин использует альфу ради денег. — Ты все неправильно понял, — лепечет он. — Это просто знакомый, у нас с ним ничего нет. — Не ври! — альфа бьет снова, на этот раз кулаком. Чимину становится сложно дышать, он осторожно трогает нос и видит на пальцах кровь. — Мне нужны деньги, Чимин! Спутался с альфой, а отцу ни воны! Я тебя столько лет растил и обеспечивал, чтобы ты так мне отплатил! — Отец, пожалуйста… Этот альфа мне никто, у меня правда ничего нет, никаких денег… — запинаясь, произносит он. — Сученыш! — рычит альфа и бьет его снова. — Все омеги одинаковые! Хватит сидеть на моей шее, делай, что хочешь, раз раздвинул ноги перед альфой, требуй оплату! — Нет! — слезы подступают и Чимин слабо мотает головой. — Я не буду! Это хороший альфа, он не станет… — Ах, хороший? Я тебе покажу хорошего альфу… Отец хватает его за волосы и со всей силы прикладывает головой об пол. Перед глазами все взрывается и плывет, как в тумане, резкая боль пронзает и пульсирует, в ушах звенит, воздуха не хватает. Альфа бьет его сначала кулаками по лицу, задевая ухо, отчего оно начинает гореть огнем и дергаться. Потом поднимается и продолжает избивать уже ногами, извергая ругательства. — Давно пора было найти тебе применение, должна же твоя задница хоть на что-то сгодиться. Ничего, не хочешь по-хорошему, я найду тебе другого альфу, готового заплатить. Мир Чимина концентрируется на боли — он не может сдержать слез, отец никогда еще так сильно не избивал его. Альфа не сдерживает силу удара, бьет не глядя, и Чимин думает, что не переживет этот вечер. Рот наполняет кровь, глаза не видят — все в слезах и белой пелене, ребра горят огнем, ноги немеют. Он даже не сразу понимает, что все закончилось. Чимин судорожно хватает ртом воздух, промаргивается и смотрит, как отец роется в бутылках на полу и столе. Трясет каждую, поднимает на свет и подносит ко рту, но видимо весь алкоголь у него закончился. Он с ревом бросает пустую бутылку в стену, та разбивается, и Чимин закрывает глаза, чтобы альфа снова не переключился на него в приступе гнева. Он слышит, как альфа рычит и ругается, а потом с оглушительным грохотом хлопает входная дверь. Чимина трясет, ему кажется, что он умирает. Сознание плывет — то четко фокусируется, то теряется в небытии. Так и закончится его жалкая жизнь, толком не успев начаться. Чимин глотает кровь и слезы и не может даже двинуться с места. Его взгляд цепляется за вывернутую сумку и Чимин тянется рукой вперед — миллиметр за миллиметром. Суставы вопят от ослепляющей боли, слезы текут сами, но Чимин стискивает зубы и все-таки достает пальцами до цели. Он с трудом притягивает к себе телефон и набирает нужный номер. Ему отвечают после первого же гудка. — Чимин-а? — такой мягкий голос. — Юнги… альфа… помоги… — Чимин обессиленно выдыхает и все накрывает темнота.