Headcanons Genshin Boys ♡

Лини — знаменитый фокусник, известный своим магическим шоу, как и его сестра. Он дружелюбный и, кажется, всегда в отличном настроении. Этот позитивный парень даже находит время повеселить детишек своими маленькими трюками. Его популярность в Фонтейне неоспорима. А ты? Ты была всего лишь одним из его сотрудников, которому поручили в этот раз помочь ему подготовиться к шоу, которое должно было состояться через несколько дней. Ничего особенного. За кулисами все шло гладко. Реквизит был почти готов, оставалось только убедиться, что все на своих местах. Резервуар с водой? Есть. Механика внизу готова? Замечательно. Наконец, нужно было проверить внутреннее наполнение каждого магического ящика и убедиться, что декорации в них в порядке, ведь они были подготовлены несколько дней назад. Что-то могло произойти с шариками, например они могли лопнуть и сдуться. Стоит начать с ящика на сцене. Ты направилась в зал суда, где будет проходить представление, и надо же, какое совпадение — на твоем пути единственный и неповторимый Лини, который тоже направлялся к сцене, казалось, не замечая тебя. Ты старалась идти позади него, чтобы не вступать в разговор, поскольку это выходит за рамки того, за что тебе платят. В конце концов ты можешь и вовсе не участвовать в коллективной жизни, а также не общаться с выступающими фокусниками. Иногда болтовня утомляет, особенно когда ты пытаешься сосредоточиться на списке дел который имеется только в твоей голове. Все должно пойти хорошо, нельзя упустить ни одной детали, иначе шоу пойдет не очень хорошо. Лини замечает звуки вялых шагов за собой и оборачивается, чтобы посмотреть, на вторую личность в зале. Он быстро понимает кто ты и с легкой непринужденной улыбкой приветствует тебя и вдруг останавливается, чтобы поравняться с тобой. — Хей, привет! Я думал, сегодня никто не работает, так неожиданно увидеть кого-то здесь, особенно тебя. Проверка реквизита? Ты утвердительно киваешь головой, пытаясь намекнуть, что не очень настроена на разговор, но, Лини, пожалуй, слишком позитивен и социален, чтобы понять твои слабые намеки, поэтому он продолжает говорить… Это может затянуться надолго. Возможно он хочет поговорить с кем-то. — Ох, так я попал в яблочко! Дай угадаю, ты та, кому поручили сегодня проверить магические ящики? Да, я забыл, что сегодня здесь кто-то будет, иначе я бы остался дома и не стал бы беспокоить, мои извинения. Ну, я уже здесь и могу составить компанию. Он все говорил и говорил, но в конце концов вы оба дошли до слабо освещённой сцены, украшенной единственным резным ящиком, достаточно большим, чтобы в нем мог поместиться один человек. В зале все еще приятно пахнет какими-то духами, видимо смесью дорогих парфюмов жителей земель Гидро Архонта, пахнет чем-то похожим на бенгальские огни, свежим кофе и театральной пылью, стиральным порошком от костюмов, которые только пришли из прачечной, даже воском от свечей и кучей других запахов, которые уже невозможно различить. Ты открываешь ящик, как большой рождественский подарок, и обнаруживаешь несколько воздушных шаров, которые прикреплены к верхней стенке, так сказать «потолку», а также несколько атласных лент, свисающих вниз. Визуально это выглядит хорошо, но есть некоторые «неровности». Осталась последняя часть сегодняшней работы, нужно сосредоточиться. Ты заходишь внутрь, совершенно забыв о том, что Лини следует за тобой хвостиком, и начинаешь перебирать шарики, проверяя, не лопнули ли они в том небольшом пространстве, в котором находились. Вдруг Лини заходит к тебе, немного тесня тебя к задней стенке вместе с вами, и поднимает руку, пытаясь что-то поправить. Это отвлекает, даже немного раздражает, почти также как резкое вторжение в твое личное пространство. — Эм… Лини, ты что? Ты меня раздавишь, просто помни, что в этой «коробке» помещается только один человек, и кроме того это даже не твоя работа — проверять подготовленность к выступлению. Лини немного растеряно кивает и отстраняется, держа в руках лопнувший воздушный шарик. — Ах, прости, я заметил шарик, который выглядел так, как будто у него был печальный день, я сейчас выйду. Внезапно стало темно. Вместо того, чтобы почувствовать больше свободного пространства, ты почувствовала не просто легкий толчок к стене ящика, а что-то стесняющее тебя, не давающее полноценно двигаться. Ничего не видно, даже парня, который находился за твоей спиной. Ты кое как повернулась, вытягивая руку вперед и натыкаясь на пуговицы рубашки Лини. Твоя рука сразу вернулась назад. Все, что ты чувствовала, — это холодные деревянные стенки ящика, к которым теперь прижималась твоя спина и ноги, и, конечно же теплое тело иллюзиониста, прижавшегося к тебе в этот самый момент. Первым заговорил он. — Ха-ха… ну… похоже, я запер здесь нас двоих. Как неловко получилось… Он пытался найти что-нибудь, чтобы открыть дверь изнутри, но так как это был односторонний замок, это было бесполезно. Дверь от нижнего хода тоже была закрыта, так как обычно, пока Театр Эпиклез не выполняет свою развлекающую цель, каждая дверка закрывается, чтобы, в случае чего не мешать внезапным судебным заседаниям. Лини продолжал возиться и копошиться, что провоцировало создание действительно неловкой ситуации. Из-за его лишних небрежных движений он случайно касался тебя тут и там, а то и вообще случайно терся. Он был полон решимости найти выход из той передряги, в которую завлек вас обоих. — Лини, прекрати… Ты создаешь здесь еще больший дискомфорт, чем тот, который уже есть. Лини сразу резко замирает в самой неловкой позе — он практически обнимает тебя, прижимая к стене ящика. Прямо как в этом романе с глупым названием. Прошло несколько минут абсолютной тишины. С каждой минутой в маленьком тесном пространстве становилось все жарче и душнее, и все, что ты могла слышать — это тяжелое дыхание Лини над тобой. И снова прошло несколько минут, а казалось, что несколько часов, пока вы оба стояли, почти прижавшись друг к другу в маленькой «коробке», и вдруг ты почувствовала теплое ощущение прикосновения на своем бедре, двигающееся вверх и вниз в медленном, но постоянном темпе. Он устал стоять в этой позе? — Лини? Это ты? Если да, то прекрати, пожалуйста. Было темно, но ты могла четко определить по тихому смешку, что этот человек ухмыляется прямо сейчас. — Я понятия не имею, о чем ты говоришь. Я просто наслаждаюсь поэтичной тишиной и приятной компанией, так как сомневаюсь, что мы сможем выбраться, пока нас кто-нибудь не найдет. Но я рад что застрял здесь не один. Теплое касание не прерывалось, только на этот раз оно как будто слегка активнее ощупывало твое бедро, и, если честно, это не было неприятным. Ты ничего не говорила, постепенно отвлекаясь из-за тепла чужих рук и давящего в прямом смысле присутствия. Так это продолжалось, поскольку ты стояла спокойно и молчала. Его ласки немного усиливались, и твое бездействие стало его разрешением к тому чтобы полноценно обхватить твои бедра и провести руками вверх, прямо к твоей талии. — Ты знаешь, здесь становится довольно душно, если не сказать больше… — его голос казался более глубоким чем раньше. Он явно пытается на что-то намекнуть, но единственное, на чем ты могла сосредоточиться в этот момент — это попытка сохранить самообладание, поскольку все твои мысли наводнены различными странными фантазиями и предположениями. А если бы тут был свет… Или еще меньше места, чтобы прижиматься к… Ты так вглядывалась в темноту, что почти могла рассмотреть несколько лент разных цветов, а также блондинистую макушку Лини. Ты чувствуешь слабый запах пота, цитруса и театра, слышишь его дыхание и не можешь абстрагироваться от его нежных, чувственных прикосновений. Ноги сводит судорогой из-за неудобной позиции, и ты решаешь слегка пошевелиться, чтобы избавиться от ноющей боли, но тут же слышишь шорох чужой одежды и тихий напряженный вздох, который заставляет тебя немедленно остановиться. Почти над твоим ухом… Щеки предательски горят от осознания того, что это был за звук, и ты отводишь взгляд от смущения, стараясь не обращать внимания на Лини. — Лини, можно мне немного размяться? Ноги ужасно сводит. — ты спрашиваешь его, надеясь, что он согласится, не обращая внимания на то, что произошло буквально пару секунд назад. — Нет проблем, ты могла бы сразу спросить. Лини слегка отодвигается, давая тебе больше места, но не отстраняясь, если не сказать больше: он становится ближе, настолько, что твои губы оказываются в дюйме от его рта, ты чувствуешь его горячее дыхание на своей щеке. Ты снова опускаешь глаза в пол, чтобы заговорить с ним еще раз, чтобы немного подвинуть его, но прежде чем ты успеваешь что-то сказать, ты замолкаешь, почувствовав знакомое мягкое и теплое ощущение на своих губах. Обычно, если бы это был кто-то другой или при другом раскладе, ты бы, не задумываясь, отвернулась, но… но сейчас все по-другому, ведь все чувства предают тебя, заставляя сердце колотиться в груди, а тот стон, который ты издала, заставил парня еще больше разгорячиться. Ты целуешь его в ответ, чуть менее страстно, пробуя на вкус его губы, но вскоре после этого поцелуй прерывается. — Что ж, мне очень понравилось, если честно, mon amour. Как бы я хотел увидеть твое прекрасное личико прямо сейчас… Вот он, его фирменный, почти наглый и флиртующий голос, который ты так часто слышала в перерывах между его выступлениями и после рабочего дня. Но раньше это воспринималось с более невинным и шутливым контекстом, чем сейчас, когда вы оба в такой интимной близости. Он был очень хорош в поцелуях, хотя он даже не использовал свой язык. Хочется повторить. — Жаль, что здесь темно. Ты дала ему пустой ответ, просто «угу» из-за внутреннего напряжения, жара, растущего в груди, и медленно растекающегося по венам. Так горячо, что тяжело думать о чем-то. Но не успела ты опомниться, как он уже снова оказался в тесной близости с тобой, поднимая твой подбородок двумя пальцами, чтобы ты не отвернулась. Его большой палец надавил на твою нижнюю губу в негласной команде, заставив приоткрыть рот, чтобы придать моменту еще больше пикантности. Через секунды его длинные пальцы уже скользило по твоему языку. Звуки чмоканья и стоны наполнили маленькое пространство, когда вы оба снова заставили свои языки танцевать вместе, сливаясь в еще одном поцелуе, как будто вы были любовниками. Лини просунул колено между твоих ног, приятно надавливая на внутреннюю сторону бедра, позволяя тебе немного пошло тереться о него. Его руки прижимали тебя к его груди, обнимая за талию. Только ты подумала, что худшей ситуации для акта любви не может и быть, как нижняя дверь, ведущая к ходу под сценой с треском сломалась, и вы оба с грохотом упали под сцену. Лини лежал на тебе, все еще в тесной близости с тобой. И вдруг Лини разразился смехом, приятным, как мелодия флейты. — Ха-ха, ох, я не ожидал, что так получится…хах, магическое исчезновение. Он вытер единственную слезинку с глаза, а ты просто лежала под ним, все еще пребывая в легком шоке. — Ну… теперь у нас гораздо больше места, чтобы продолжить то, что мы делали, да? Он не ждал твоей реакции, резко лизнув тебя в мочку уха и начав дорожку мокрых поцелуев по твоей шее. Еще через минуту ты почувствовала, как руки Лини проникают под твою рубашку, быстро справляясь с пуговицами, задирая ткань вверх и, скользнув по лифчику, нежно сжимают твою грудь, оставляя пару поцелуев на мягких полушариях, заставляя тебя тихонько простонать. Конечно, он воспринял это как хороший знак Он еще немного подразнил твою кожу, прежде чем встать на колени. Почувствовав внезапную дистанцию, ты растерялась. — Лини? — Mon amour, ты хорошо целуешься. Я могу ненадолго занять твой ротик? Ты поняла сразу, что он имел в виду, и твое тело напряглось, поскольку вы никогда не делали ничего подобного раньше. Лини подарил тебе теплую и нежную улыбку, которая, наверное, успокоит любого, в том числе тебя. Итак, ты встаешь на колени, под его чутким руководством. Он позволяет тебе задать темп, чтобы устранить неловкость. С помощью твоих рук одежда покидает его тело. Шляпа? Давно снята. Его задний бант? На полу рядом с вашей головой. А кусок ткани, который драпируется через плечо? Прямо рядом с вашими ногами. Теперь оставалось снять последний слой, кожаный, украшенный оборками, и он снял его одним махом, помогая тебе, так что остались только рукава, носки и рубашка. Если раньше тебе было жарко, то теперь, когда ты столкнулся лицом к лицу с твердым членом Лини, ты почти плавился. Он был не очень большим, но точно не маленьким. Ты не знала, что делать: просто потрогать его или… — Моя леди, я не расстроюсь, если это будет плохо. И мы всегда можем поменяться местами. Он пытается говорить с тобой, чтобы убедиться, что ты все еще чувствуешь себя комфортно. Но ты просто кивнула в ответ на его вопрос, приподнимаясь, чтобы иметь лучший доступ. Твоя ладонь начинает поглаживать нижнюю часть его члена, от основания и до самого кончика, ты поднимаешь голову, чтобы увидеть его реакцию, и она, несомненно, была хорошей. Он был просто на месте, и его лицо было очень красивым, приятного красного оттенка. Ты продолжаешь нежные ласки, но уже всей рукой, приближая свой рот к его кончику. Вроде все просто… приоткрыть рот и высунуть язык, позволяя его длине медленно проникнуть в твой рот. — Мм… ах… да… да… еще… — только и слышится сверху, и это, конечно, заводит, так как, почти с полным ртом, ты чувствуешь, как на твоем языке начинает образовываться влага. Используя свой язык и губы, ты начала двигать головой вверх и вниз, слизывая предэякулят и проглатывая его. Своеобразный вкус. Слегка солоноватый, но не слишком неприятный. Нежные руки Лини держали твои волосы, также направляя. Ты попыталась протолкнуть член еще глубже, и отчетливо почувствовала, как головка задела твое горло. Блондин, однозначно, это почувствовал, учитывая стон, который вырвался у него изо рта. Теперь вы чувствовали только, как его половой дергается у тебя во рту, подавая сигнал к разрядке. — Эй, полегче… Глубокий минет может вызвать рвотный рефлекс по началу. Сейчас просто сосредоточься на технике, то что ты делала было приятно… Ты слишком упорствовала, поэтому его бедра начали двигаться вместе с твоим ртом, что означало, что ему было хорошо, не так ли? После того, как ты некоторое время продолжала, рвотный рефлекс начал угасать, и вместо этого ты сосредоточилась только на том, чтобы доставлять удовольствие. Лини, казалось, острее стал реагировать. При каждом движении, когда головка касалась гортани, или всякий раз, когда он чувствовал дразнящую стимуляцию — громко стонал, его голос уже стал хриплым, без возможности произнести хоть слово. Он просто принимал, был погружен в удовольствие. Чем дольше продолжались ласки, тем труднее было сдерживаться. Вскоре после этого ты почувствовала густую, липкую жидкость на задней стенке рта, а также внезапную пустоту. Перед тобой на полу сидел Лини, красный, запыхавшийся, но улыбающийся, как чеширский кот. — Лини? Это было достаточно хорошо? Он кивает, после чего его пальцы обхватывают вашу лодыжку, и он тянет тебя под себя. — Устраивайтесь поудобнее, миледи, ты же не думаешь, что мы остановимся на этом? Моя очередь показать на что способен мой рот.