Географ без глобуса

— В смысле в шестьдесят девятую?! — возмущается Антон, глядя в глаза завучу по учебной работе и распределению. — Марина Анатольевна, у меня были договоренности с другой организацией. — Шастун, я ничего не знаю, университет заключил договор только с определенными школами, — пожимает плечами женщина, устало потирая переносицу. — Не развози истерику, нормальная это школа. Парень только ошарашенно хлопает глазами, разглядывая свой договор с совершенно не тем учебным заведением, о котором он мечтал. Там не хватает только его подписи, и Антон совершенно не понимает, что делать в сложившейся ситуации. — Антон, не начинай заново, пожалуйста, — просит Марина Анатольевна. — У меня еще от первого курса голова не прошла, как вы пришли жаловаться. Женщина и правда выглядит потрепанной, и Шастун решает, что не надо ее мучить, что он не отработает положенные пять лет в этой школе, если все равно не собирается там задерживаться после ни на минуту. — Хорошо, — соглашается парень и ставит подпись внизу страницы, думая, что он еще пожалеет о своем решении.

***

В свой первый рабочий день Антон просыпается дико рано, и самое странное спать не хочется совсем. Парень собирается быстро, цепляет пару излюбленных цепочек на джинсы и надевает кольца на тонкие пальцы, усмехаясь своему отражению. Вот разве он выглядит как учитель географии, кажется он просто перепутал и вместо рокерской тусовки залетел на огонек в школу. На каникулах школа будто спит, на входе его встречает хмурый охранник, прося предъявить документы, а пробежав глазами по паспорту и записав его данные в большой журнал, пропускает через турникет, уплывая обратно в свои мысли. Юноша поднимается по большой лестнице, сворачивает в один коридор и утыкается глазами в кабинет директора, дверь в который приоткрыта. Оттуда слышатся негромкие голоса, но Антон не совсем воспитанный и стучит, прерывая чью-то оживленную беседу. — Извините, можно? — Шастун заглядывает в кабинет, напарываясь на две пары внимательных глаз. — Набор в одиннадцатый класс окончен, юноша, — резко отвечает ему мужчина с нереально голубыми глазами, уже собираясь вернуться к беседе, но Антон тихонько усмехается и продолжает: — А вы не успели документы подать, поэтому и ругаетесь? — отбивает шпильку он, заходя в кабинет, переводя взгляд на директора. — Вы — Павел Алексеевич? — Да, — твердо отвечает второй мужчина. — А Ваше имя? — Я — Шастун Антон Андреевич, направлен к Вам по распределению на должность учителя географии. Павел Алексеевич сразу же оживляется, предлагая юноше присесть и начиная рыться в какой-то стопке бумаг. — Вы очень вовремя подошли, Антон Андреевич, как раз познакомитесь с нашим завучем по учебной работе, — вытаскивая видимо договор на трудоустройство, улыбается директор, а потом кивает на голубоглазого мужчину, что цепко разглядывает самого Антона. — Познакомьтесь, это Арсений Сергеевич Попов, и никак иначе, иначе он Вас съест, — смеется глава заведения. Шастун только усмехается на грани наглости, а потом слегка приподнимается, пожимая руку Арсению Сергеевичу, как бы невзначай добавляя: — Тут все сильно поменялось, интерьер новый и люди интересные, — на последней фразе он, не сдержавшись, хмыкает, присаживаясь обратно на стул. — Вы здесь уже бывали? — удивленно спрашивает Павел, открыто улыбаясь. — Я здесь учился, — со смешком отзывается Антон. — Лет так восемь назад. — О, так это прекрасно, — отзывается директор. — Замена кадров на более молодые. Арсений Сергеевич, только саркастически хмыкает на эти слова и небрежно поправляет упавшую на глаза челку, а потом и вовсе поднимается со стула. — Павел Алексеевич, я, пожалуй, пойду, надо еще с документацией посидеть. — Арсений Сергеевич, стой, проводи коллегу до его кабинета и расскажи о школе, будь другом, — директор улыбается, принимая подписанный Антоном договор о трудоустройстве и все остальные документы. Попов на такое только недовольно фырчит и небрежно кивает юноше, безмолвно прося двигаться следом и не отставать. До кабинета они доходят в абсолютном молчании. Антон рассматривает свое изменившееся учебное заведение, а завуч видимо размышляет о чем-то своем. Класс географии оказывается довольно скудным на наполнение, что совершенно не удивляет Шастуна, но саркастичный вопрос все-таки срывается с его губ. — А что, глобуса мне не достанется? — парень поворачивается к Арсению Сергеевичу и дерзко заглядывает в глаза. — А что, ты уже решил, как его пропить? — вопросом на вопрос отзывается завуч, облокачиваясь бедрами на не очень высокий учительский стол. Шастун только хмыкает, подходя ближе, нависая над Поповым. Беззастенчиво ставит руки по обоим сторонам от чужой задницы и выдыхает почти в самые губы. — А Вы совсем не изменились, Арсень Сергееич. Завуч замирает, глядя в яркие, зеленые глаза, а потом неосознанно даже для самого себя переводит взгляд на чужие, пухлые и манящие губы, пока воспоминания восьмилетней давности проносятся перед мысленным взором. Тогда это было неправильно, тогда он был малолетним засранцем, отчего-то решившим влюбиться в своего молодого преподавателя, и именно тогда Арсений оттолкнул, сильно пожалев в последствии. — А вот ты, Антон, сильно, — голос безбожно хрипит, выдавая смешанные чувства мужчины, а потом тот чувствует карамельное дыхание на своих губах, смешанное с едва уловимым запахом табака. Поцелуй выходит долгим. Антон будто мстит за все года томительного ожидания, за все попытки забыться, сминает мягкие губы в попытках сохранить их вкус, насытиться, а еще радуется, что ему наконец-то отвечают, робко и даже трепетно, несмотря на всю сучность характера. Шастун несдержанно кусается и слышит в ответ очень тихий стон, едва различимый, а потом аккуратные пальцы на своем затылке, сильно сжимающие короткие кудряшки. — Да, а целоваться с тобой стало еще круче, — выдыхает Антон, отстраняясь и слизывая выступившую капельку крови. Арсений Сергеевич молчит, что-то для себя обдумывая, а потом явно придя к какому-то выводу, жалобно произносит, потирая глаза: — Ты же теперь точно не отвяжешься? — А ты так этого хочешь? — насмешливо спрашивает парень. — Никогда не хотел, — также тихо отзывается Попов, опять утягивая Антона в более нежный поцелуй.

10 месяцев спустя...

— Смирнов, еще раз ты повернешься к Кате, я сообщу твоему отцу, что он зря потел, — громко отчитывает Антон, привставая со стула и внимательно следя за одним из двоечников. — Это, между прочим, непедагогично, Антон Андреевич, — гулко отзывается тот и добавляет, явно желая напугать молодого учителя. — Я на Вас жалобу напишу и отдам Арсению Сергеевичу, он Вас уволит. Антон только фырчит, а потом поднимается со стула, хватает со стола чистый лист бумаги и легкой походкой идет к последней парте первого ряда. — Пиши, — коротко говорит и задумчиво поправляет манжеты свободной рубашки, наблюдая, как задиристый школьник начинает выводить буквы на бумаге. Когда тот заканчивает, Антон собирает выполненные работы и вместе со Смирновым идет в кабинет к своему парню, даже не забыв вежливо постучать перед тем, как войти. — Антон Андреевич, — поднимает глаза Попов, рассматривая вошедшего следом ученика. — Что-то случилось? — Да вот, принесли жалобу на меня, — хитро улыбается Шастун, протягивая лист завучу. Арсений только задумчиво хмыкает, а потом отправляет Смирнова восвояси, обещая разобраться с этой проблемой. — Опять, ты нарушаешь правила, географ без глобуса, — с напускной строгостью произносит он, чувствуя, как теплые пальцы пробегают по его спине. — Без глобуса, — соглашается Антон, — но зато с охуенным завучем.

THE END