Проблемы с доверием

♪ↄ♫

      Сириус проснулся неделю спустя более взволнованным, чем ребенок на Рождество. Это было первое полнолуние после розыгрыша, и Сириус был полон решимости сделать его хорошим, чтобы загладить вину за то, что все испортил в прошлый раз. Он также надеялся, что это вернет все в нормальное русло. Между ним и Ремусом все еще было напряжение. Сириус заметил это по напряжённым плечям Ремуса, когда тот подошел к нему, и хотя оборотень разговаривал с ним так же часто, как и раньше, разговор казался немного натянутым. Еще больше Сириуса расстроил тот факт, что Ремус отказывался оставаться с ним наедине. Каждый раз, когда они оказывались вдвоем без Джеймса, Питера или других студентов Гриффиндора, Ремус оправдывался тем, что им нужно в библиотеку. Сириус был полон решимости все это исправить, и сделать это полнолуние хорошим, по его мнению, было способом сделать это.       Вскочив с кровати, Сириус подбежал и запрыгнул на Ремуса, оседлав его. — Просыпайся! — Убеждал он, мягко тряся Ремуса за плечи. Глаза цвета виски медленно просмотрели на него.       — Бродяга? — Сонно пробормотал Ремус. — Что ты делаешь?       — Быть мерзавцем, — рявкнул Джеймс из-за пологов своей кровати. — Помолчи, Сириус. Некоторым из нас нужен еще час, прежде чем вставать на занятия.       — Да! — Питер заскулил в знак согласия со своей кровати.       — Хорошо, — ответил Сириус. — У нас с Ремусом будет хорошее утро без вас.       Ремус застонал. — Почему я должен вставать только потому, что ты встал? — Он спросил.       — Думаю, просто повезло, — ответил Сириус, отодвигаясь от Ремуса, чтобы тот мог сесть.       — Сириус, перестань быть таким занудой, — сказал Джеймс. — Сегодня день полнолуния. Ты знаешь, что он плохо себя чувствует.       — Вот почему он должен встать, — ответил Сириус.       — Бродяга, — предупредил Джеймс.       — Все в порядке, Пронгс, — сказал Ремус, медленно свешивая негнущиеся ноги с кровати. — Возвращайся ко сну. — Они оба услышали, как Джеймс что-то проворчал, прежде чем наступила тишина, а затем Сириус помог Ремусу подняться на ноги и повел его в ванную. Он был отчасти удивлен, что Ремус не заявил, что ему нужно что-нибудь из библиотеки. Не то чтобы библиотека была вариантом в данный момент. Она не открывалась еще в течение часа. Сириус соответственно спланировал утро.       — Мы что, теперь девочки-подростки? — Проворчал Ремус. — Ты не можешь самостоятельно сходить в туалет?       — Хар. Хар, — ответил Сириус. — Ты сварливый.       — Все болит, — пожаловался Ремус, сильнее опираясь на Сириуса.       — Ты почувствуешь себя лучше, отмокнув в ванне, — заверил его Сириус.       — Ванна? — Спросил Ремус.       — Ты прав, — сказал ему Сириус. — Я создал ее прошлой ночью и наложил на нее нагревающее заклинание, чтобы она оставалось теплым.       — Вау, — сказал Ремус. — Спасибо, Сириус.       — Думаешь, ты сможешь входить и выходить самостоятельно? — Спросил Сириус.       — Я справлюсь, — ответил Ремус. — Иди прими душ, Бродяга. — Эти двое занимались своими утренними делами и только закончили, когда Джеймс и Питер начали шевелиться.       — Вы двое спускаетесь на завтрак? — Спросил Питер, зевая.       — Да, но не ищите нас, — быстро ответил Сириус, вытаскивая Ремуса из комнаты. — Мы закончим до того, как вы двое спуститесь.       — Да, но...       — Увидимся у Макгонагалл, Пит, — крикнул Сириус, таща Ремуса вниз по лестнице, а затем через портрет.       — Сириус, пожалуйста, притормози, — взмолился Ремус. — Я не могу сейчас двигаться так быстро.       — Прости, — извинился Сириус и переключил их на более медленный темп. Он держался поближе к Ремусу, чтобы при необходимости опереться на него.       — Почему мы не ждем Джеймса и Пита на завтрак? — Спросил Ремус. — Я могу не отставать от вас, ребята, чтобы попасть к Макгонагалл вовремя.       — Я знаю, что ты можешь, — ответил ему Сириус. — Но мы с тобой завтракаем не в Большом зале. Вчера я спросил домашних эльфов, могут ли они приготовить для нас французские тосты и можем ли мы с тобой поесть на кухне.       — На кухне? — Повторил Ремус. — Почему?       — Ну, я знаю, что весь шум и суета в Большом зале чрезмерно раздрожают тебя в дни Полнолуния, поэтому я подумал, что на кухне тебе будет удобнее, — объяснил Сириус. — Домашние эльфы тоже обещали вести себя тихо. — Затем они дошли до входа на кухню, и Сириус пощекотал грушу, чтобы она впустила их.       — Доброе утро, мастер Блэк и мастер Люпин, — шепотом приветствовал их домашний эльф Баттонс.       Ремус улыбнулся. — Доброе утро, Баттонс, — сказал он. — Я ценю, что ты молчишь, но тебе не обязательно говорить шепотом. — Произнося это, он оглядел других домовых эльфов, давая им понять, что можно поговорить. Тем не менее, они хранили молчание, занимаясь своей работой.       — Хорошо, — ответил Баттонс, улыбаясь, прежде чем схватить Ремуса за руку и потащить его к накрытому столу, на котором стояла полная тарелка. — Баттонс приготовил французские тосты, сэр. Баттонс посыпал их корицей. Мастер Блэк сказал, что так вам нравится больше всего.       — Спасибо, Баттонс, — сказал Ремус, улыбаясь эльфу и медленно опускаясь на свое место. — Спасибо, Сириус.       — Без проблем, приятель, — ответил Сириус, сидя рядом со своим другом и наблюдая, как тот ест.       Ремус посмотрел на него через некоторое время. — Ты не собираешься есть? — Спросил он. Сириус пожал плечами. — Я могу подождать до обеда, — сказал он ему.       — Ты тоже должен поесть, — настаивал Ремус, пододвигая к нему тарелку. — Возьми половину, если не хочешь того, что подают домашние эльфы.       — Сириус покачал головой. — Это твое, — настаивал он.       — Да, но...       — Я съем кусочек тоста, если тебе от этого станет лучше, — уступил Сириус. — Эй, Баттонс!       — Да, мастер Блэк? — Ответил Баттонс.       — Не мог бы ты принести мне кусочек тоста? — Спросил Сириус.       — Сию минуту, сэр! — Сказал Баттонс.       — Спасибо, — поблагодарил ее Сириус. Когда эльф протянул ей свой тост, он откусил кусочек и повернулся к Ремусу. — Доволен?       Ремус улыбнулся. — Да, — сказал он. Они тихо поели, и Сириус убедился, что Ремус съел хотя бы половину своего завтрака, прежде чем они направились в класс Макгонагалл. Даже с учетом дополнительного времени Джеймс и Питер обыграли их.       — Где вы были вдвоем? — Спросил Джеймс, когда они сели.       — Да. Мы думали, вы двое пошли завтракать, — добавил Питер.       — Мы ели на кухне, — сказал им Ремус.       — Почему? — Спросил Питер.       — Потому что в Большом зале слишком шумно для Ремуса в дни полнолуния, — ответил Сириус.       — Почему нас не пригласили? — Спросил Джеймс.       — Потому что вы двое слишком громкие, — ответил Сириус.       — Ты мерзавец! Ты самый громкий в компании! — Джеймс плакал, ударяя Сириуса по плечам.       — Ведите себя прилично, — предупредил их Ремус, вытаскивая свой блокнот.       Прежде чем кто-либо из них смог ответить, вошла профессор Макгонагалл и начала урок. — Сегодня вам понадобятся только ваши тетради и перо, — приказала она классу. Несколько студентов застонали. Обычно Сириусу приходилось это делать, но он был благодарен, что у Макгонагалл всегда были заметки в день полнолуния. Ремусу было легче, если ему не приходилось много колдовать. Как бы то ни было, Сириус знал, что делать заметки было достаточно обременительно для его друга. Ремус не мог сосредоточиться, потому что плохо себя чувствовал, а потом он расстраивался из-за своих плохих заметок и переживал из-за отставания. Сириус внимательно следил за Ремусом, пока продолжался урок, и нахмурился, заметив, насколько тот был бледен. Казалось, что его другу едва хватало сил, чтобы держаться прямо на своем месте. И Сириус был не единственным, кто заметил.       — Мистер Люпин? — Спросила профессор МакГонагалл. — Если вы плохо себя чувствуете, вы можете пойти навестить мадам Помфри или отдохнуть в своей комнате в общежитии.       Ремус поднял на нее глаза. — Я в порядке, — слабо ответил он. — Мне не нужен отдых.       — Ремус, ты выглядишь так, словно у тебя назначена встреча с Мрачным Жнецом, — сказала Лили Эванс, сидя слева от Ремуса. — Просто иди приляг.       — Мисс Эванс права, — заявила профессор Макгонагалл. — Вам нет необходимости страдать.       — Но я пропущу уроки, — запротестовал Ремус.       — Приятель, ты можешь скопировать наши, — вмешался Джеймс.       — Мы сделаем для тебя хорошие заметки по каждому уроку, — пообещал Питер.       Ремус выглядел так, будто все еще хотел поспорить, но строгий взгляд Макгонагалл наконец заставил его сдаться. — Хорошо, — вздохнул он. — Извините.       — Нет необходимости извиняться за то, что ты болен, — сказала ему профессор МакГонагалл. Ремус кивнул и встал, но тут же покачнулся и начал падать на землю. В то время как несколько девочек в классе закричали, Сириус немедленно вскочил и подхватил Ремуса на руки.       — Ремус? — Сириус ахнул, глядя вниз на лицо своего друга.       Глаза Ремуса открылись, и он затуманено посмотрел на него. — Я в порядке, — заверил он его шепотом. — Голова просто закружилась.       Сириус кивнул и поставил Ремуса на ноги, прежде чем взглянуть на МакГонагалл, которая подбежала к ним. — Профессор, ничего, если я отведу его в комнату общежития? — Он спросил.       — Я думаю, может быть, вам стоит отвести его в больничное крыло, — ответила профессор Макгонагалл.       — Нет, я в порядке. Правда, — сказал Ремус. — Мне просто нужно прилечь.       Профессор МакГонагалл кивнула и снова посмотрела на Сириуса. — Вы двое свободны, — сказала она.       Ремус начал собирать свои вещи, но Сириус притянул его обратно к себе. — Джеймс и Пит заберут твои вещи, если я не вернусь вовремя, — сказал ему Сириус. — Правильно, друзья?       — Конечно, — немедленно согласился Питер.       — Да, мы тебя прикроем, — добавил Джеймс. — Чувствуй себя лучше, приятель.       — Спасибо вам, ребята, — прошептал Ремус. Сириус медленно вывел его из класса.       — Я надеялся, что с этим завтраком ты наберёшься сил хотя бы на половину дня, — сказал Сириус, когда они направились по коридору.       — Прости, — пробормотал Ремус, тяжело прислоняясь к Сириусу.       — Прекрати извиняться, — приказал Сириус. Они были на полпути к башне Гриффиндора, когда Ремус, наконец, не смог больше двигаться.       — Сириус, пожалуйста, я собираюсь... — Он не успел продолжить, как его вырвало в коридоре.       — Дерьмо! — Сириус немедленно воскликнул, растирая Ремусу спину, пока его не перестало тошнить.       — Прости. Прости, — пробормотал Ремус, теперь полностью отступая к Сириусу.       — Ш-ш-ш. Все в порядке, — успокаивал Сириус, прижимая Ремуса к стене и помогая ему спуститься на пол. Он повернулся обратно к залитому блевотиной полу и вычистил его, прежде чем снова повернуться к Ремусу, который закрыл лицо руками. Сириус опустился перед ним на колени. — Я думаю, может быть, мне стоит отвести тебя к мадам Помфри. Мы встретимся с тобой в «Шак», когда придет время.       — Ты не встретишься со мной в хижине, — пробормотал Ремус, не поднимая на него глаз.       — Конечно, мы так и сделаем, — ответил Сириус. — Джеймс, Пит и я будем там через пятнадцать минут после того, как ты туда доберешься.       — Джеймс и Питер будут, но ты не будешь, — заявил Ремус.       Сириус нахмурился. — Ремус, я понятия не имею, о чем ты говоришь, — сказал он ему.       Ремус наконец поднял на него глаза. — Тебя не будет сегодня вечером в «Шак», — сказал он.       — Конечно, я там буду, — заверил его Сириус. — Я знаю, что облажался в прошлом месяце, но почему бы мне не быть там? Ты мой...       — Я имею в виду, что… Я не хочу, чтобы ты был сегодня вечером в «Шак», — перебил Ремус.       Сириус потрясенно моргнул и встал. — Что? — Спросил он. — Почему?       — Сириус...       — Нет! Я хочу знать почему! — Сириус заплакал, его знаменитый Черный характер начал давать о себе знать. — Ты простил меня! Ты сказал мне, что простил меня!       — Я сделал…Я делаю... — Ремус взволновался и уставился на него побежденным взглядом. — Это сложно, Сириус.       — Не для меня, — сердито ответил Сириус. — Почему ты не хочешь, чтобы я был там? Я стал анимагом, чтобы не дать тебе навредить себе и облегчить твои превращения.       — Там будут Сохатый и Хвост, — отметил Ремус.       — Но волку больше всего нравится Бродяга, — сказал Сириус.       Ремус вздохнул. — Я знаю, но… Я не знаю, будет ли волк рад тебя видеть, Бродяга ты или нет, — ответил он.       — Но ты сказал, что простил меня, — снова сказал Сириус.       — Это сделал я, — заявил Ремус. — Я прощаю тебя за шутку, Сириус. Но это не значит, что я тебе доверяю. — Сириус кивнул и отошел на несколько шагов по коридору, пытаясь сдержать свой гнев. В конце концов, это была его вина, что Ремус не доверял ему сейчас. Сдерживая остатки своего гнева, он обернулся и увидел, что Ремус пытается подняться на ноги.       — Что ты делаешь? — Спросил Сириус, подбегая и хватая Ремуса за плечи, чтобы поддержать его.       — Отправляюсь в больничное крыло, — ответил Ремус.       — Один? — Переспросил Сириус. — Я так не думаю. — Он встал перед Ремусом и перекинул руку своего друга через плечо. — Держись за меня. Я отнесу тебя туда.       — Я не хочу, чтобы меня вырвало на тебя, если меня снова будет тошнить, — Ремус колебался.       — Я переживу это, — сказал ему Сириус и потянул Ремуса за руку. Ему не нужно было оборачиваться и смотреть, чтобы знать, что Ремус кивнул головой в знак согласия. Когда Ремус поднял левую ногу, чтобы схватить его, Сириус одним движением перевернул его на спину и подождал мгновение, пока он устроится поудобнее. — Ты в порядке?       — Да, ты можешь двигаться, — ответил Ремус. Сириус медленно направился в больничное крыло. Он никогда не возражал против того, чтобы нести вес своего друга.