Он

Звон стаканов. Множество голосов, которые сливаются в одно единое целое. Один белый шум. Четвертый опустевший стакан с громким стуком приземлился на барную стойку. Толпа гудит, требуя продолжения смертельной схватки. Запахи дешевого алкоголя, пота и сушеной рыбы после очередного бокала уже чувствуются не так сильно. В крови только адреналин и желание победить. Пятый опустевший стакан. Толпа взрывается. Полуобнаженные девушки визжат. Деньги передаются из руки в руки. Начинается драка. Кто-то сейчас потерял последние деньги, сделав ставку не на того. Самая большая пачка купюр приземляется перед носом молодого парня, который только что побил рекорд по скорости употребления алкоголя, победив многолетнего чемпиона. Ехидно улыбнувшись и подмигнув проигравшему, парень засунул деньги за пазуху, закинул сумку на плечо и смёл со стола полицейский жетон и удостоверение личности, на которой сияло ярким пламенем его имя: Ким Сынмин. В последнее время, только выпивка и спасала Кима, который, несмотря на свой молодой возраст, уже успел стать одним из лучших следователей в своем городе. После столькой дряни, что он уже успел пережить, тяжело не спиться. Осталось только закурить. Но вот только табачный дым Сынмин не переносил, а электронные сигареты не воспринимал всерьёз. В кармане что-то завибрировало, и через пару таких глухих сигналов прозвенел телефон. Пробираясь через кучу мусора в карманах, следователь поднял трубку. – Слушаю. – Монотонно и безэмоционально спросил парень, стараясь скрыть от звонящего факт того, что он находится в нетрезвом состоянии. – Понял. Скоро буду, босс. Прозвучал гудок, оповещающий о том, что собеседник сбросил трубку, и Сынмин, небрежно кинув свою сумку на пассажирское сиденье, сел за руль. Возможно это была плохая и опасная затея, которая к тому же еще и противозаконна, но когда Сынмина вообще что-то останавливало? Сейчас важнее было доехать до места происшествия. Очередного. Ким конечно любил свою работу, но когда дело касается смертей молодых парней, его мысли начинают заполняться совершенно ненужными мыслями, ведь все они почти такого же возраста, как его брат. Юноша не мог оставаться спокойным, когда каждый день может стать последним и для его милого, маленького братишки. В этих раздумьях следователь прибыл на место. Опять парк. Опять куча сотрудников правоохранительных органов. Опять Сынмин. – Докладывай, брат. – Подойдя к курящему неподалеку мужчине средних лет спросил Сынмин, одновременно забирая сигарету из рук второго и выбрасывая ее в урну неподалеку. – А ты догадайся. – Прозвучал грубый голос от мужчины, явно недовольного потерей драгоценного никотина. – Опять парниша? – Осматриваясь, вздохнул Ким. – Да. Пак Минги. Семнадцать лет. Родственники отказались идти на сотрудничество. Что делать с осмотром тела хуй знает. – доставая из пачки очередную сигарету, заявил мужчина. – Думаешь, эти смерти как-то связаны? По результатам экспертизы они все умерли естественной смертью. От остановки сердца. – Бросай курить. – С этими словами Сынмин направился к телу, оставив своего коллегу без ответа на его вопрос и наедине с мерзким запахом дыма, попутно надевая защитную одежду, которую ему еще на подходе вручил помощник. Толпа кружилась вокруг накрытого полиэтиленовой пленкой трупа. Натянув вверх ограждающую от места происшествия ленту, парень пошел прямиком к телу, попутно рассматривая, отмеченные карточками с цифрами, улики. Тело спокойно лежало прямо за лавочкой, где уже утром будут гулять бабушки с дедушками, собачники будут выгуливать своих питомцев, молодые мамы будут сидеть на этой лавочке, покачивая коляску и болтая с подружками по телефону. Завтра жизнь продолжиться. Но не для этого парня, тело которого бездыханно лежит на траве. Обычный труп. Никаких следов насилия. Во всяком случае видимых. В прошлые разы тоже не было никаких доказательств присутствия насилия, так почему же Сынмин так сильно чувствует, что все они умерли не своей смертью? Взгляд следователя, как обычно, начал медленно сканировать тело с головы до ног. Внезапно его взор остановился на руке погибшего. А точнее на вене, в которую обычно колют лекарства с капельниц. И не только лекарства. Она так же как и у остальных ребят была полна следов от игл. Но версия с наркотиками тоже отпадала, так как ни одна экспертиза не выявила никаких следов известных миру наркотиков. Но может это что-то, что появилось только недавно и поэтому никто не может это найти? Бред. Люди не способны придумать то, чего нет, а тем более создать это. Да даже если это новый наркотик, откуда у молодых парней такие деньги? Если это и вправду новомодное вещество, то оно должно стоить как минимум три зарплаты Сынмина за грамм. Ким начал перебирать в голове все, что можно сейчас узнать. Труп он осмотрел и потрогал, а все, что ему рассказали коллеги, услышал и записал. Осталось только попробовать труп на вкус. Конечно, это была просто глупая шутка в его голове и он не стал бы это делать, даже под дулом пистолета. Юноше казалось, что он упускает что-то очень важное, но что именно, он понять не мог. Единственным верным решением сейчас - было договориться с родителями и отправить ребенка на вскрытие. С этими мыслями Сынмин покинул место происшествия. Парень уже собрался уезжать, как вдруг его что-то привлекло в разговоре двух молодых полицейских, которые так же, как и старый товарищ следователя, курили неподалеку, обсуждая насущные вопросы. – Если честно, это реально больше смахивает на серийника. – Да брось, просто кучка школьников нашла себе развлечение по душе и сдохла от передоза. – Не говори так о них. Ты же помнишь, что говорили семьи прошлых ребят. Они были приличными и ни за что бы не… – Они все так говорят. Думаешь, школьникам выгодно рассказывать своим родакам, что они употребляют? – Доказательств этому нет. Ты не можешь их обвинять. – А ты не можешь говорить, что это дело рук серийного убийцы. Доказательств этому тоже нет. – Ты прав. Но все же странно, что они все семнадцатилетние парни, которых находят в парках. Так еще они все и не воняют. – Ну кстати, вот это уже реально странно. Обычно я стараюсь не появляться возле трупов из-за вони. Но эти вообще не воняют. Только отдаленно чем-то сладким. Трупы так не пахнут. – Да, горячим шоколадом. Я очень хорошо знаю это запах. Моя сестренка его обожает. Точно. Сынмин совершенно не придал значения обонянию. Парень тут же рванулся обратно к телу и начал принюхиваться. Действительно, горячий шоколад. Неужели это и вправду убийство? Следователь знал, что некоторые яды обладают привлекательным запахом. Например цианиды, они пахнут горьким миндалем. Хотя он и не был уверен в достоверности своих воспоминаний, так как не очень усердно учился на первых курсах, когда об этом рассказывали. Осталось найти этому подтверждение и, если домыслы Сынмина окажутся правдой, поймать того урода, который забирает жизни у молодых парней. Но сейчас не время об этом думать. Ким нетрезв и сейчас ему пора ехать домой и отоспаться, хоть это и практически невозможно, если ты работаешь в полиции. Улица. Фонарь. Аптека. Дом. Квартира. И наконец-то диван. Уставший, пьяный и провонявший от дыма сигарет своих коллег Сынмин, прямо в куртке плюхнулся на диван. Уже сквозь сон, Ким наконец-то услышал еле слышную вибрацию телефона. Слипающимися сонными глазами он посмотрел на телефон. Блять. 15 сообщений от брата. – Ты где? Ау, Минни, подъем. Приезжай скорее, я по тебе соскучился. Ким блять Сынмин. Только не говори, что ты и в этот раз между выпивкой и мной выбрал первое. Я волнуюсь… Почему ты не отвечаешь на сообщения? Жопу ставлю, что ты бухой в канаве валяешься. Уже три ночи… Ты обещал приехать… Надеюсь, ты просто уснул после трудного рабочего дня. Я тебя ждал. Мы же договаривались сегодня посидеть у меня. Ладно, спокойной ночи. Люблю тебя, Минни. В груди Кима что-то сжалось. Как он мог забыть об обещании, которое он дал своему братишке? Но уже слишком поздно, чтобы куда-то ехать. Или слишком рано? Парень посмотрел на часы. 6:44. Через час вставать. Классно. Следователь уже собрался строчить сообщение с извинениями и объяснениями своему брату, но со сном совладать не смог, и телефон просто выпал из рук под ноги уже спящего парня. Через час прозвенел будильник, оповещающий о том, что Сынмина снова ждет тяжелый день. Нехотя встав с дивана и наконец-то сняв куртку, парень стянул с себя остальную одежду и принялся принимать душ. В голове все еще крутились вчерашние мысли. О новом трупе. О, возможно, подтвердившейся теории про серийного убийцу. О своем братишке. Выйдя на кухню, парень стал заваривать кофе. Обычно парень любил начать утро с чашечки чая с чем-нибудь сладким, но после всей этой истории про горячий шоколад, у Мина отпало желание есть хоть что-то, даже отдаленно напоминающее сладкое. В раздумьях парень открыл холодильник, и, ничего там не найдя, закрыл его обратно. Спустя время, дверь холодильника снова открылась, но еды по волшебству там, к сожалению, не появилось. Чайник начал свистеть, и от столь неприятного звука Ким зажмурился. Сняв старый чугунный чайник с плиты, парень стал заваривать кофе. Приятный аромат наполнил комнату и его маленькая однушка сразу стала чуть уютнее, чем обычно. Смотря в окно и размышляя о своей жизни, Сынмин допил свой недо-американо и принялся собираться на работу. Может ну нахуй эту работу? Пошел бы работать на завод. Там хотя бы график постоянный и время для сна есть. А еще время для семьи. Ким не помнит когда он вообще в последний раз виделся с кем-то помимо трупов, преступников и людей в форме. Наверное, тогда его братишке было пятнадцать? Или семнадцать? Сынмин винил себя за то, что уже несколько лет не появляется на семейных праздниках из-за работы. За то, что звонит раз в год, если повезет. За то, что даже практически ничего не пишет. Ему было стыдно, но как все это поменять, он не знал. Уже проведя какое-то время в участке, разбирая кучу документов о вчерашнем деле и сравнивая их с ранее произошедшими делами, Сынмин почуял запах сигарет. – Пришел наконец-то. Выспался хоть? – Даже не взглянув на вошедшего, вымямлил парень. – А что такое, Ким, завидуешь? – Прокашлявшись, ответил наполовину поседевший мужчина – Мог бы тоже работать поменьше или отгул взять на денёк. – С этими словами прокуренное тело рухнуло на кресло за рабочим столом напротив следователя. – И кто будет заниматься расследованием? Ты что-ли? – Даже не подняв глаз, усмехнулся парень. – Ну а почему нет? – Послышался стук пальцев по клавиатуре. – Я, между прочим, не самый последний человек в полиции. Конечно, с тобой мне не сравниться, но опыта у меня побольше, чем у тебя, раз в пять. – А теперь задай себе вопрос, почему ты больше не следователь, и ответ на твой вопрос придет моментально. – Наконец-то, мимолетно взглянув на бывшего следователя этого отдела, произнёс Мин. – Понял я, к чему ты клонишь. Мы договорились не обсуждать тот случай. – Уже более тихим голосом ответил полицейский. – Да, я со многими договариваюсь о разных вещах, но уж такой я человек, что обещания держать не умею. Это прозвучало настолько осуждающе по отношению к самому Сынмину, что морщинистое лицо по ту сторону стола поднялось над компьютером и стопкой книг с документами. – Что случилось? – Спросил обеспокоенный голос. – Все нормально, я просто прикалываюсь. – Поднимая глаза с документов на компьютер, ответил Ким. – Я спросил "что случилось?", а не "что-то случилось?". – Говорю же, все в порядке. – Все так же холодно произнес Сынмин. – Не пытайся меня обмануть, ты же знаешь, что я чую врунишек за километр. В ответ последовало лишь молчание. – Понял. Спрашивать не нужно. В любом случае, может возьмешь отгул на денек? Хоть развеешься. Только давай не в бар, как обычно. Сходи в кино, на выставку, ну или в парк. Хотя, учитывая наше дело, в парки уж точно ходить не стоит. Не услышав ответа, коллега Мина лишь вздохнул и снова принялся за работу. Внезапно, Сынмин встал со своего рабочего места и куда-то пошел. В свою очередь, бывший следователь лишь улыбнулся и сказал себе под нос что-то невнятное. Может это стоило сделать еще давным-давно, но Сынмину действительно нужно было, чтобы кто-то это посоветовал. Парень стоял возле дома родителей с подписанным заявлением об отгуле. Наверное, мама с папой уже дома. Да и брат скорее всего тоже. В пятницу он всегда приезжает к родителям. Сделав глубокий вдох, Парень постучал в дверь. Но даже спустя 15 минут ему никто не открыл. Испытав свою судьбу и дернув за ручку входной двери, парень удивился тому, что та была открыта. Наверное, они ждали брата, раз оставили дверь открытой. По телу пробежала приятная дрожь. То ли от радости, то ли от предвкушения. Вот сейчас он пройдет в гостиную, а там мама смотрит сериалы или болтает по телефону с подружкой. А потом поднимется на второй этаж и увидит отца, ремонтирующего в очередной раз полку в спальне. – Мам, Пап, привет. – Набравшись смелости, дрожащим голосом прокричал Сынмин. – Ой солнце, ты уже приехал? – Послышался женский голос со второго этажа – А вы меня ждали? – Ну конечно ждали, сынок. – Посмеялась в ответ мама. – Но разве твои пары не должны были закончиться позже? – «Они ждали не меня.» – пронеслось в голове Кима. Оно и понятно. Ждать человека, который возможно вообще никогда не придет - глупо. Но перепутать голоса своих сыновей казалось Мину чем-то невозможным. На лестнице послышались шаги, и парень невольно начал улыбаться, уже представляя как увидит удивленное и радостное лицо мамы. Наконец-то он его увидел. Лицо и вправду было удивленным. Но радостью оно не блистало. – А. Это ты. – С ноткой раздражения произнесла женщина. – И в честь какого праздника ты пришёл? Хотя ты даже на них не приходишь. – Не дожидаясь ответа, мама начала подниматься обратно. – Ну, проходи. Скоро брат твой придет. Может, хоть он будет тебе рад. Эти слова, словно лезвие ножа, пронзили сердце Сынмина. Он, конечно, понимал, что не самый хороший сын, но что бы родная мама была так сильно не рада его приезду, он не ожидал. Мин разулся, снял куртку и отправился в гостиную, ожидая приезда брата. Он старался не думать о том, где сейчас отец, потому что если даже мама не была рада его присутствию, то отец точно его по головке не погладит. Сев на диван, парень начал рассматривать интерьер. Тут практически ничего не поменялось. Только фотографии на тумбочке сменились с общих семейных фото на фотографии со свадьбы родителей и с поступления его брата. Его фотографий там не было. От этой картины Киму хотелось плакать, но как только его глаза стали наполняться слезами, послышался звук открывания входной двери. – Мам, Пап, привет! Я приехал! – О сынок, наконец-то! Мы с отцом так соскучились по тебе. – Сынмин увидел через полуоткрытую дверь, как мама радостно обнимает брата. – Отец сейчас спит, ты уж извини. Но он обязательно спуститься чуть попозже, чтобы поприветствовать тебя. Ты пока отдыхай, а потом за семейным ужином обсудим все, что произошло за неделю! – Хорошо, мамуль! Я пойду в гостиную. – Может лучше в свою комнату? Там хоть кровать есть. Отдохнёшь. – Ох, у меня ноги болят что-то. Пока не готов подниматься по лестнице. – парень засмеялся. – Я все таки пойду в гостиную. Диван там тоже мягкий. – Хорошо, солнышко. – Мамина улыбка чуть дрогнула. Блин, а что говорить то? Привет, братишка? Как дела? Что нового? Давно не виделись? У Сынмина вспотели ладошки пока он перебирал все возможные варианты развития диалога в своей голове. Дверь открылась. – Минни!? – Прозвучал ошеломленный голос Сынмин поднял глаза, в ожидании увидеть разочарованное лицо брата, но увидел на лице своего младшего только радость. Настолько чистую и искреннюю, что парень чуть не разревелся. – Привет, Ликси. … Времени почти нет. Мне срочно нужно что-то делать, но я боюсь, что один я не справлюсь. Но я не хочу ввязывать кого-то в это дело, да и к тому же, мне даже помощи попросить не у кого. Я никого тут не знаю. Да даже если бы знал, кто бы согласился мне помочь? Видимо, пришло время переступить через моральные принципы и решиться использовать то, что так долго было заперто.