Договор расторжению не подлежит

Солнце светило в окно необычайно ярко. Соседка сверху, вероятно, решила, что такое прекрасное утро — идеальное время, чтобы смачно заняться сексом. Алекс лежал на кровати, закрывая голову подушкой, и молился, чтоб эти истерические крики поскорее закончились. Ему было тошно. Но пара только ускоряла темп и становилась громче. Через несколько минут партнёр соседки тоже начал издавать звуки, и не только голосом. Влажными шлепками он втрахивался в девушку и рычал. Кажется, девушка сверху уже надорвала связки в кровь, а половой акт всё длился и длился.   Алекс постепенно впитался в кровать и всплывал на заднем сидении машины. Удары сердца пульсируют в ушах. В желудке жгучее чувство пустоты. Воздух будто давит на рёбра, мешая вдохнуть.   Коленки уже щипят от долгого нахождения на них, руки выворачиваются, и предательски ноет талия, ведь в неё со всей силы вцепился один урод, и двигает обессиленное тело взад-вперёд. Нежные белые ягодицы бьются об пах и тазобедренные кости сначала одного, потом второго и третьего мужчины, потные яйца шлёпают о промежность. Сперма чавкает в прямой кишке. Шлепки, размеренные пошлые шлепки просто сводили парня с ума. Если ад существует, то Алекса будут мучить именно этими звуками.   Вынырни, пожалуйста. Скорее... Не могу больше это терпеть...   Соседи давно закончили. Алекс уже минут 15 пытался прийти в себя, это выходило с трудом. Ледяные и потные ноги не получалось согнуть и поставить на пол, они просто не слушались. Всё тело ниже пояса принадлежало кому-то другому.   Забыть, забыть, забыть, забыть! Забыть стоны, забыть домогательства, забыть машину, насилие и всё, что с этим связано. И Лео. Лео тоже забыть. Он мужчина. Он хочет, однозначно хочет сделать то же самое, хочет чтоб Алекс истошно кричал у него на постели, пока он впихивает в него свой член.   Обняв подушку и не без усилия притянув к груди коленки, Алекс лежал на постели совершенно опустошённый и уставший, будто участвовал в процессе совокупления. Вырываясь из воспоминаний, звуки всё ещё ездили по перепонкам.   Как это прекратить?   Нужно встать и выполоскать уши. Срочно. Идея показалась рабочей, и вместе с ней появилась мотивация, ноги, кажется, снова слушались.   Намыливши руки, Алекс положил голову в раковину одним ухом вверх и полез пальцами в ушной канал. Запихать средство особо глубоко не получилось, поэтому Ал включил воду и направил струю прямо в ухо. Сначала вода била очень громко и даже больно, было горячо, но, постепенно затекая всё глубже и глубже, мягко оглушала и дарила ощущение вакуума. Тёплая жидкость уже давила на перепонку, и возникало ощущение, что протекла в мозг, вымывая из него все склизкие воспоминания. Но вторая половинка мозга всё ещё оставалась грязной. Алекс повернул голову и проделал со вторым ухом то же самое. Теплота и гудение, как и рассчитывал Ал, перебили дурные мысли. Только после процедуры обнаружилась проблема — вода не вытекает. Начиная паниковать и почти не слыша ничего, Алекс пробовал все известные ему способы: попрыгать на одной ноге, подёргать мочку уха, сушить ухо феном — ничего не выливалось, а обжечься старым почти сгоревшим феном парень успел.   И что делать? А если до завтра не вытечет? Завтра ведь на работу.   Последний вариант — ватная палочка. Придётся пропихнуть её до перепонки. Инструмент лежал на полке в ванной. Алекс взял прозрачную коробочку, открыл крышку и достал одну палочку, и стал аккуратно вставлять её в ухо. Первый сантиметр вошёл легко, но на этом этапе воды почти не уменьшилось. Глубже было больно. Крутя и выворачивая палочку, Алекс умудрился засунуть её на глубину примерно трёх сантиметров, дальше она во что-то упёрлась, но, к счастью, этого хватило, чтоб впитать воду. Вынимать было не так проблематично, но всё же по нежной повреждённый коже проводить размокшей ватой не особо приятно.   Чисто.   Но мысли постепенно возвращались, хотя уже не вызывали такого отвращения.   Почему это было так ужасно? Алекс вроде и сам раньше занимался сексом, и вроде тоже стонал, и вроде ему даже нравилось. А сейчас? Он больше никогда не сможет этого делать? Это какое-то расстройство полового влечения? А что делать с Лео? Он же хочет. А с Алексом у него ничего не получится. Взрослый человек не станет таскаться с парнем, который даже ласки полноценно дать не может.   Нет, нет, нет, нет... Неужели всё так легко рушится? Терять то единственное, что даёт надежду и напоминает о нормальной жизни — зачатки отношений с Лео — из-за сволочей, которым некуда было присунуть хуй? Нет, не получится, Алекса так легко не переломишь.   Парень открыл ноутбук, поставил его на низенький столик и уселся на пол рядом. Нисколько не обидевшись, что его бросили на несколько месяцев, рыже-чёрный сайт приветливо встретил множеством категорий и противной рекламой с огромным трясущимся членом, от которого сразу захотелось захлопнуть крышку ноутбука, чего старичок бы точно не пережил. Но у Алекса была цель, и отступаться от неё так быстро он не собирался. Открыв раздел "Гей" и настроив фильтр "Исключить грубый секс", парень принялся искать привлекательную картинку.   Это вроде ничего... Нет, он держит его за волосы, это выглядит доминантно.   Хм, может?.. Нет, слишком большая разница в возрасте.   Попробуем это... Нет, стоны похожи на плач. Ему будто больно.   Несколько страниц спустя Алекс вроде и нашёл что-то подходящее: оба парня сначала почти одеты, оба схожего возраста, и всё вроде нежно. Сначала они долго целовались, но потом начали раздеваться. Алекс умолял их этого не делать. Странно было ожидать, что актёры в порно не разденутся, но Ал всё же надеялся. Короткостриженый парень снял со своего более смуглого партнёра штаны, затем трусы, оставив того только в носках, и принялся ему мастурбировать. Происходящее на экране ассоциировалось со свиньями и ещё чем-то животным. Будто на себе ощущалась эта склизкость и вязкость.   Через время Алекс поймал себя на том, что смотрит не на передний план видео, а на легко колышущийся от сквозняка листок фикуса, но переводить взгляд на людей не хотелось.   Соберись, тряпка! Это не Гентские флоралии, чтоб любоваться цветами, это порно, и его задача сейчас — вернуть половое влечение и доказать, что ты можешь заниматься сексом, или, по крайней мере, смотреть на него, для начала. Однако со своей задачей оно пока не справлялось.   Собрав остатки воли, Алекс снова сфокусировался на постели. К ужасу, уже оба актёра оказались раздеты. Половые органы вызывали отторжение, и где-то в горле зудяще притаилась тошнота. Алекс натянул рукава до конца пальцев и полностью спрятал руки в них. Это помогало чувствовать себя более одетым и меньше ассоциировать себя с происходящим на экране.   Актёр пафосно облизал три пальца, затем плюнул на них и смочил слюной свой член и сфинктер партнёра, готовясь к проникновению. Алекс придушенно засмеялся, не поднимая бровей. Без особых раздумий и предварительных действий короткостриженный начал вставлять. Входило туго, совсем без скольжения.   Стоп! Хватит...   Алекс остановил видео лихорадочным щелчком мыши.   Это не то чтобы не возбуждает, это невыносимо смотреть. Это больно, это грязно, это грубо, это патриархально и в целом отвратительно.   Если даже смотреть не получается, то тогда о каком реальном сексе может быть речь? В реальной жизни к отвращению, которое и без того перебороть не выходит, добавляется ещё и страх, душащий парализующий страх. Но сдаваться не хотелось.   Алекс вернулся на главную страницу, где рекомендовали, в основном, гетеро-видео. Может если роль "принимающего" будет играть девушка, Алекс не станет ассоциироваться себя с ней?   Нежная молодая девушка медленно раздевалась в кадре, параллельно трогая себя и поправляя волосы. Изящное бельё цвета тёмной хвои подчёркивало фигуру актрисы. Видео было наполнено эстетизмом и спокойствием, пока в студию не зашёл мужчина. Ситуация повторилась почти в точности. Стоило актёру снять бельё, кадр окрашивался в грязные цвета и тонул в липкой пошлости. Мужчина трахал девушку криво и неаккуратно, казалось, она не получала совсем никакого удовольствия. А он просто пользовался её влагалищем, чтоб удовлетворить свой пульсирующий член.   Алекс не досмотрел. И так было понятно: секс с мужчинами ужасен, а без них не возбуждает.   Алекс никогда не сможет дать Лео то, чего он хочет.   "Лео лев, а я его антилопа... Херовая антилопа получается. Мясо, к которому даже нельзя притронуться..."   Дальше думать не хотелось. Обычно подобные цепочки рассуждений не приводили ни к чему хорошему, да и сил совсем не осталось.   Скрипя и щёлкая коленями, парень встал с пола, и только сейчас ощутил, как замёрзла задняя поверхность ягодиц, по-видимому отдавшая всё тепло полу.   Холодно, в теле усталость и дрожь, будто только-только начиналась простуда. Что-то тяжёлое в груди тянуло вниз.   Не в силах бороться с этим "что-то", Алек лёг на кровать и укрылся одеялом с головой. Физически стало легче, однако стало сенсорно совсем пусто, и вместо внешних факторов начали раздражать внутренние. Алекс ещё не совсем понимал, о чём думает, но тревога уже подступала. Мысли долго и неохотно формировались в слова: "...снимать трусы перед другим человеком... то есть и к врачам я не могу ходить теперь... почему всем так интересно, что у меня в трусах... а если Лео туда полезет... в любом случае, ничего не получится... ничего... ему ведь это нужно, однозначно нужно ... и он уйдёт".   А на что можно было надеяться? И Лео тут ни в чём не виноват. В самую первую встречу он обозначил свои цель и надежду, которые он возложил на Алекса, и слова вроде "люблю" — только способ достижения. Непонятно только то, почему до сих пор он не отступился и не нашёл другого.   Парень подогнул колени настолько сильно, что коснулся их лбом.   По сути, Лео обычный мужчина, а все те идеальные качества, которые присущи ему, Алекс придумал от незнания. Он такой же как все, его ничего не отличает, он тоже мужчина. Наверное, не стоит расстраиваться из-за того, что не получится ему дать.   Всё-таки легче быть одному...     То ли от сильной эмоциональной усталости, то ли от переизбытка углекислого газа под одеялом Алекс быстро и незаметно уснул.