Договор расторжению не подлежит

Алекс проснулся с заходом солнца от неприятного сна, который забылся в ту же секунду, что и оборвался. Какой сегодня день и сколько сейчас времени парень думал долго, но как только понял, захотел забыть. Завтра рабочий день...   Алекс встал, попил, немного покушал, приготовил одежду на завтра, почистил зубы и снова лёг. Начал вспоминаться сон.   Какая-то площадь, на ней много людей и ещё больше рук. Невозможно протиснуться сквозь толпу, чтоб наглая ладонь не ухватилась за тело, и чем медленнее идёшь, тем больше рук на себе собираешь. Вот кто-то один ухватил и держит, и от этого снова двигаться в том же темпе невозможно. Даже если пытаться бежать, ноги передвигаются всё медленнее и медленнее, рук всё больше и больше, а одежды на теле остаётся всё меньше и меньше.   Алекс начал потеть, особенно в ладонях. Ужасный сон, лучше бы оставался забытым. Нужно подумать о другом. Например вспомнить порно, отличная идея, Алекс! Неужели нечего больше вспомнить? Как исключили из университета или как бросил знакомый? Тоже можно. А там у истории со знакомым такое продолжение красочное!.. ХВАТИТ! Пожалуйста, что-нибудь спокойное! Марта? Точно, Марта!   В воспоминаниях Алекса Марта уселась на высокий табурет в кухне и заклеивала старые меню скотчем вместе с официантами в час-пик. Тогда впервые за долгое время была полная посадка и меню не хватало. Девушка смазала помаду и испачкала в ней пальцы, потому что ножниц на всех не хватило и она откусывала скотч зубами. Администратесса тихо бормотала ругательства себе под нос, но продолжала клеить меню. Марта явно была самым ответственным сотрудником заведения, оно буквально держалось на ней. Да, если б не Марта, оно давно бы превратилось с затхлый бар для последних пьяниц, началась бы текучка из-за драк и приставаний гостей к сотрудникам.   Приставания.   Алекса утащили бы вчера, если б не Марта.   Натянутая, заломленная в складу кожа не шее и скрип ладони на ней... Коленка упёрлась прямо в пружину дешевого матраца, и та лопнула, оцарапав. Кровать, стоя на криво уложенном паркете, качается, то проваливаясь, то снова выскакивая ножкой из трещины, и кто-то стонет... Но, кажется, уже не соседка, а Алекс, и кажется, вовсе не стонет.   СТОП! Да почему снова утягивает!? Куда ни направь мысли, они стекают в это омерзительное русло.   Закурить нечего. Последнюю сигарету Алекс отдал какому-то прохожему. Можно было поспорить, что у Лео сигареты не заканчиваются никогда. У него, верно, где-нибудь в шкафу целый склад нераспечатанных пачек и чёткий тайминг, на сколько их хватит. Нераспечатанных пачек приторных сигарет... Курить захотелось еще сильнее, и заболела голова, но это сыграло на руку, ведь теперь не получалось думать.   Сон. Не особенно он и спасал в действительности. Если тебя преследует тревога, она найдёт тебя и во сне, куда бы ты ни бежал.   Алекс лежал на спине и почему-то не был укрыт одеялом. В комнате постепенно становилось очень душно, и стены вот-вот упадут. Кто-то на подобии очень толстой шершавой кошки ложился Алексу на живот и область паха. Но у него нет кошки. Страх хлынул раньше осознания. Он молча сдавил виски и ледяной водой потёк от затылка к плечам. Глаза открывались невероятно медленно, будто слиплись. Кошки не было. Но тело не двигалось. Алекс мог пошевелить руками, но тело было буквально придавлено к кровати. Что-то странное большими шагами очень медленно шло из кухни, словно проскальзывая на месте. Оно село. Прямо на живот.   Кричать! Не получается. Кричать! Не вырывается ни звука. Пожалуйста...   У фигуры была рука. Она отлепила её от себя и засунула в Алекса. Пах и живот желеобразно расплылись. Фигура перебирала что-то внутри, перемешивала.   Оставь! Ты же всё испортишь! Как всё вернуть?!   Оно вынуло руку и отлепило от себя ещё что-то. Это было мокрое и мягкое, со складками. Жидкость с комочками стекала на кровать. Фигура нагнулась ближе, и орган стал капать на живот Алексу.   ЭТО ЧЛЕН?!  Оно подалось вперёд и запихнуло член в мальчишку, не понятно через какое отверстие, или вообще не через него. Тело Алекса хлюпало как слайм, когда всовываешь в него пальцы, а внутри разливалась жидкость, вытекающая из органа фигуры. Алекс чувствовал комочки внутри себя, их было слишком много, они смешивались с внутренними органами. Фигура качалась взад-вперёд, накачивая Алекса неоднородной жидкостью.   Невозможно двигаться, невозможно смотреть, невозможно дышать...   Что-то лопнуло. Из фигуры в Алекса вытек особенно большой комок и медленно размазывался по внутренностям.   Во рту стало кисло и горло защипало... Вырвался тихий пищащий стон, затем он стал сильнее, сильнее и превратился в крик.   Проснулся. Алекс рывком вскочил с кровати и побежал в ванную. Онемевшие пальцы со второго раза откинули крышку унитаза, Алекс упал на колени. Вот на что была похожа сперма той хрени — на блевоту. Кислая, горькая недопереваренная пища текла изо рта и носа, забивая последний кусочками.   Отвратительно.   Как только рвотный позыв стих, Алекс стянул с себя ночную одежду и бросился трогать и разглядывать себя перед зеркалом.   Целый, не жидкий, не хлюпает.   Хлюпает только нос, и глаза слезятся. Было очень страшно, кроме того, что мерзко. Как снова лечь на эту кровать? Как выключить свет?   Алекс выбежал из ванной, схватил телефон и забежал обратно, избегая смотреть на угол по пути в кухню, откуда выходила фигура. Ванная была маленькая, без перегородок и хорошо освещена, но даже там было страшно. Вот из-за зеркала выплывет тень, достанет член и начнёт внедряться.   Даже сознание Алекса решило его насиловать.   Помоги...   Парень сидел на краю ванны, опершись локтями о колени и слушал длинные гудки. Стопы замёрзли.   Лео взял трубку примерно через минуту.   — Алекс? – он не уточнял, кто звонит, он скорее был очень встревожен и не знал как задать вопрос.   — Прости, – как обычно, голос сорвался, как только Алекс начал говорить. — Прости, что звоню так поздно, – уже шёпотом. — Можешь приехать? Мне плохо.  — Алекс, не пугай! Ты где?   — Дома.   — Хорошо, я еду. Скорую, полицию вызвать?   — Не...     Брюки и свитер на голое тело, туфли без носков и Лео уже в пути.   Долбаный лифт спускается так долго по ночам!   Шины шумят, но недостаточно звонко. Можно ехать быстрее.   Стараясь не нервничать на дороге, Лео считал про себя, но нижняя челюсть иногда потрясывалась.   Пришло сообщение: "28b" — видимо про номер квартиры.     Алекс сидел на полу рядом с ванной и полоскал рот от рвоты холодной водой и немного слезами, чтоб от него не пахло так противно, когда придёт Лео. Почему-то Алекс думал об этом сейчас. Думал и дрожал от страха.   Это была не "фигура", это был мужчина, однозначно и точно. Этот мужчина всегда находился в квартире? Или он находится в самом Алексе? Может это страх? Страх?.. Перед кем? Перед мужчинами. Но сейчас сюда едет мужчина, чтоб помочь избавиться от этого страха. Но он ведь не поможет, потому что он тоже мужчина. Ночью мужчины становятся мерзкими, когда ты ложишься с ними в кровать, они распускают руки и лезут и давят, не позволяя даже кричать.   Кричать...   Алекс заткнул пробкой слив и набрал немного воды в ванну. Он согнулся пополам через бортик ванны, стоя на коленях, и практически положил лицо в воду на железное дно.   Кричать в воду — практично. То же удушье что и во сне, похожий страх, тоже холодно. Воздух закончился, Алекс вынырнул и пошёл одеваться, потому что замёрз. Алекс натягивал штаны, не спуская глаз со злосчастного угла. Но мужчина появился не там. Он стучится в дверь. Лео это или тёмная фигура, или любой другой парень — не важно, потому что это мужчина. Это был вещий сон, и Алекс сам привёл его в исполнение. Лео постучался уже настойчивее.   Нет, уходи, уходи, уходи!  Алекс замер, будто притвориться, что его нет дома — это то, что может спасти.   — Алекс открывай!   Серия мощных ударов пришлась на дверь.   — Алекс! Что случилось? Открой!   Парень присел, съёжившись и собирая плечи, и продолжил молчать. Сквозь тишину по ушам резанул сигнал вызова — Лео решил звонить, но трубку Алекс тоже не взял.   — Алекс! Я начинаю злиться. Открывай пожалуйста, – но в голосе больше слышалась тревога, чем злость. — Зачем ты звонил? Что у тебя случилось?   Но Алекс напуганный стоял у двери, не отвечал и молился, чтоб не скрипнул пол.   — Алекс!! – удар. — Алекс открой мне! – удар. — Открой сейчас же!! – удар.   Лео беспощадно добился в старую дверь так, что с наличников посыпалась краска, а железная ручка зазвенела. Кажется, он был в ярости, и готов кого-нибудь убить.   Зачем было ему звонить?   — АЛЕКС!!!   Ал вскрикнул и тут же закрыл рот ладонями.   — Алекс, Господи, ты тут, – Лео, бывший уже на пределе, выдохнул и перестал кричать. — Это хорошо, что мне не придётся выносить дверь. Она у тебя хлипкая на самом деле, надо бы поменять...   — Лео, уходи, пожалуйста... – голосом, намного выше обычного и более скрипящим от напряжения.   Мужчина подошёл к двери, закрыл глаза и упёрся в неё лбом. Теперь слышно, как он дышит. Сейчас он соберётся с силами и выбьет дверь, как и собирался. Потом накричит, ударит, разденет, придавит к кровати и трахнет.  Но вместо этого Лео заговорил нежно и тихо, почти шёпотом, так что пришлось тоже подойти к двери и едва ли не прислониться к ней ухом.   — Мальчик мой, тебе страшно. Ты боишься меня, верно? – Лео спустился на шёпот, и Алексу пришлось прильнуть к двери полностью. — Мне тоже страшно. Я совсем не злюсь, если ты так думаешь. Открой, – он ждал ответа, которого не последовало. Лео зажмурился, проглотил слюну и продолжил. — Я не буду входить, если ты не позволишь... Мне бы только видеть, что с тобой всё в порядке. Я обещаю не касаться тебя, если ты не дотронешься первым, – в ответ тишина. — Хорошо, если нет, хотя бы обещай мне, что ты не напился таблеток и не изуродовал себя, – снова тишина. — Ну почему ты молчишь?.. – Лео выдохнул через зубы, — У тебя нет возможности мне открыть? – молчание. — Я должен уехать?..   Лео замолчал. Несколько минут ничего не происходило, и только его напряжённое дыхание слышалось сквозь дверь. Внезапно зашуршала брючная ткань. Алексу сначала показалось, что Лео сделал то, о чём спрашивал, но тут же по звуку стало ясно, что ткань легла на пол. Лео сел на грязную коридорную плитку, Алекс тоже сполз на колени у двери.   — Мне... Мне очень страшно, что я разговариваю с тобой эти минут десять, а ты без сознания и весь в крови или... Я знаю какого это, и не могу позволить, чтоб это повторилось с тобой. Только не с тобой, Алекс.   Замок повернулся один, потом второй раз, но дверь не открылась. На самом деле этого было уже достаточно, но вопрос всё же прозвучал:  — Я могу войти?   Ручка опустилась и щёлкнула, в коридор пролилась узкая полоска света из квартиры. Видимо, это означало "Да".   Лео медленно открывал дверь.   — Можно?   Алекс кивнул, но отошёл на середину комнаты. Ничего не говоря, он просто стоял слегка присев, будто готовясь бежать, и ждал, что же произойдёт. Нужно было дать ему время собраться с мыслями.   — Я вымою руки?   Алекс снова просто кивнул.   Ванная показалась Лео жуткой, так как оформлена была в оливково-зеленых и белых тонах, будто больница в фильме ужасов. Лео вымыл руки и уже собрался выходить, но краем глаза заметил что-то на кольце унитаза и, заподозрив, что это кровь, подошёл ближе. Это была не кровь, это была рвота.   Алекс точно звонил не просто так.   Лео насухо вытер запачканный участок туалетной бумагой, смыл и хотел выходить, не собираясь ничего говорить или спрашивать у Алекса, но тот зашёл сам.   — Покажи руки, – наконец заговорил Ал. Лео приподнял кисти ладонями вверх, ожидая, что Алекс станет проверять, насколько хорошо они вымыты.   Руки... Тёплые, мягкие, чистые и совсем не похожие на склизкие лапищи того чудовища.   Алекс гладил пальцами по ладоням Лео, будто впервые трогал человеческие руки. Он внимательно рассматривал каждую складу кожи, легко проводил по ней ногтем, отчего Лео было щекотно, но тот не подавал виду. Исследовав обе ладони со всех сторон, Алекс как-то замялся. Было неловко и, может, страшно, но он положил чужую кисть себе на живот, как бы проверяя, провалится ли она. Ладонь жаром обдала тело даже через ткань. Она не была особенно горячей, а скорее ощущалась такой от волнения. Лео, до этого податливо стоявший и будто не участвующий в процессе, чуть подсобрал пальцы, отчего ткань футболки заструилась плавными складками. Между внутренностями Алекса и рукой Лео чувствовалась чёткая граница. Он совсем не похож на чудовище.   Алекс отстранился и поднял край футболки выше пупка, вроде приглашая вернуть ладонь на свой уже оголённый живот, но ничего не говоря. Он просто виновато смотрел в пол, а Лео не мог понять, что ему делать. Поднеся руку ближе к светлой коже в мурашках, он остановился в паре сантиметров и долго решался, прежде чем коснуться её подушечками пальцев. Стоило ему сделать это, Алекс резко выдохнул и отшатнулся, будто было больно, и бросил край футболки.   — Не делай так больше, – зажмурившись.   — Прости, я подумал...  — Ты правильно подумал. Я сам предложил, но не делай так больше никогда.  — Хорошо, я понял, я понял... – Лео очень волновался, что это была проверка, и он её не прошёл, позволив себе дотронуться.   Алекс несколько раз одёрнул край ткани.   — Через футболку можешь... Можешь?..   Парень снова подошёл, но теперь очень близко.   Можешь что? Ошибаться снова было никак нельзя. Поцеловать? Нет, ведь сказано было "через футболку". Трогать? Но для этого Ал слишком близко. Лео развёл руки и на свой страх и риск обнял Алекса. Это был правильный выбор. Парень положил растрёпанную голову Лео на плечо, и его дыхание наконец успокоилось.   — Спасибо, что приехал, – он чуть опустил и наклонил лицо и коснулся губами чужой шеи. Это был не поцелуй, но что-то очень нежное, — Пойдём в зал, я могу рассказать, что случилось.   В зале обстановка была не более комфортная, чем в ванной. Посреди комнаты стояла железная тюремная кровать, рядом с ней низкий столик, сидеть за которым можно было только на полу, а в углу у окна находилось огромное кресло, сидя на котором, приходилось смотреть на кухню, отделённую от зала только барной стойкой.  Алекс разместился у изголовья и жестом пригласил сесть рядом, но Лео отказался, объяснив это тем, что брюки грязные, так как он сидел в них на полу в подъезде.  — Мне нужно, чтобы ты сел рядом.  Лео согласился, предварительно старательно отряхнув штанины.  — Мне снился кошмар, поэтому я звонил. Сейчас уже понимаю, что нельзя было будить тебя посреди ночи по такой дурости, но тогда мне было невыносимо страшно. Снилась тёмная фигура. Оно село на меня, и я не мог двигаться. Оно запустило в меня ручищи, а потом трахало и непрерывно кончало. Меня тошнило, как я проснулся, но ты вроде уже заметил. Прости за это всё, но ты не мог бы остаться на ночь? Я уступлю тебе кровать. Тут два матраца — один я спущу на пол и лягу на нём.  Лео слушал не перебивая и заговорил, только когда Ал закончил.  — Конечно останусь, но спать буду на кресле. Не уговаривай меня на другое, – Лео уже двигал кресло к кровати, — Поэтому ты рассматривал мои руки? Сравнивал меня с чудовищем?  Алекс доставал одеяло для гостя, и старался не смотреть в глаза, когда отвечал.  — Да.  — И как?  — Не думаю, что стал бы просить чудовище остаться на ночь.  — Ну да... Да я и сам думаю, что не сойду за чудовище. Я бы не смог, например, беспрерывно кончать.  — Хм, в таком случае я, наверное, выберу монстра. Он, конечно, тоже не слышит слова "нет", но хотя бы в продолжительности акта с ним я могу быть уверен. А ты можешь ехать домой.  — Да ты язва! – но Лео улыбался, и впервые за день искренне.   — От извращенца слышу.  Алекс насупился и отвернулся, ложась на бок. Лео подошёл и нагнулся, оперевшись обеими руками на кровать и ставя их по обе стороны от Алекса, тем самым как бы запирая его между ними, отчего парень снова напугался, но расслабился, когда ощутил поцелуй в висок.  Позавчера почти переспали, а сегодня целует, и то не в губы.