"Здесь и вместе"

Этот день никогда не кончится. Лучше бы он не начинался. Мейсон сидел на диване, сжав голову руками. Младший брат собирал позвякивающие осколки. Ему приснилась она. Любимая гладила и звала его, а он никак не мог проснуться. Ему наконец удалось разомкнуть веки, приподнять голову. Комната была пуста. И он вспомнил, что Мэри умерла. Осознание непоправимого горя породило жгучую боль в сердце. Он встал и направился к ванной, открывая в дверь в надежде, что именно гибель единственной – нелепый, страшный сон. Потеряв надежду, обессиленно прислонился к дверному косяку. Потом он писал ей письмо. Пришёл Тед и сказал, что прощание перенесли на утро. Марк явился за платьем для похорон. Мерзкая сволочь. Он не задумываясь, без промедления лишил бы этого ублюдка жизни, убил бы своими руками, если бы это помогло вернуть Мэри. Тед закончил уборку и растерянно смотрел на старшего брата. Мейсон неловко поднялся с дивана, пошатываясь и пропуская взъерошенные волосы сквозь пальцы. Он был похож на подбитую птицу. Тед с тревогой наблюдал, как Мейсон протягивает руку к графину. Он предпринял робкую попытку остановить брата: - Мэри бы это не понравилось. Лицо Мейсона исказила болезненная гримаса. - Мэри... больше… нет. - А если её душа здесь? - Какая разница? Я хочу смотреть на Мэри, обнимать, целовать, говорить как я её люблю и слышать её ответы. Глаза Теда стали влажными, он опустил голову. Вливая в себя виски, Мейсон не реагировал на сочувствие младшего Кепвелла. - Я хочу побыть один, - поставив бокал, мужчина развернулся по направлению к другой комнате. - Мейсон, я останусь у тебя? Не услышав возражений, Тед кивнул: - Я останусь. Мейсон смотрел мимо. Погружённый в свои траурные мысли, он побрёл в спальню и закрыл за собой дверь.