Дно, полное любви

Очередной пир по случаю вознесения какого-то бога. Хэ Сюань уже даже не интересовалась кого именно. Всё равно они все на одно лицо. Счастливые, но нервные. Это потом может хоть чем-то выделятся, хотя. Вряд-ли. Нелепые в своём сиянии, они лишь досаждали взгляду. — Мин-цзе! Глубокий вдох-выдох. Ши Цинсюань подскочила и со смехом завалилась рядом. Веер в её руках то раскрывался, то закрывался, словно жил отдельной жизнью. — Мин-цзе. Ты опять ешь! Мы же сюда пришли поздравить Его Высочество Хи с вознесением. — И? — Ну, надо поздравить принца ведь. Хэ Сюань вздохнула и продолжила трапезу. Что ещё хотела Повелительница Ветров она так и не поняла. Как только они вошли под свод нового дворца, то сразу же высказали уважение и пожелали всего, что было возможно. Точнее, пожелала Цинсюань. Повелительница Земли спокойно стояла рядом и даже пару раз кивнула. Это было уже в принципе более чем достаточно, по её мнению. — Так, а где ещё вино? Надо ещё дагэ найти. Сюань скрипнула зубами. Конечно, Ши Уду не стоит упускать из виду. Водный Тиран наверняка снова в компании Совершенного Владыки Линвэнь и Генерала Пэя обсуждает всё это пиршество. Три опухоли. Цинсюань умчалась снова куда-то. Видимо на поиски алкоголя или брата. И то, и то впрочем для неё губительно в равной степени. Яства на столе не заканчивались, как и аппетит демона в облике богини. С другой стороны, удалось узнать пару слухов о Его Высочестве принце Сяньлэ. Как раз вести для Собирателя цветов под кровавым дождём. Когда все начали расходиться, то взгляд сам нашёл Цинсюань, которая что-то доказывала старшему брату. Видно, она была очень пьяной, раз начала спорить со своим дагэ. — Цинсюань, это неприлично! — А мне плевать. Буду делать то, что я хочу. Я такой же небожитель, что и ты! — Тогда веди себя соответственно, а не напивайся как последняя крестьянка. Ши Уду говорил напористо, но старался не повышать голос. Его же сестра не разменивалась на то, что другие боги начали уже посматривать в их сторону и явно копить материал для сплетен. Повелительница Земли смаковала момент. Отношения брата и сестры были в постоянном разладе в последнее время, а это значило немалое. Как минимум то, что Повелитель Воды явно был не в равновесии, а уж это подпортит его прохождение второй Небесной кары. Даже не приходилось особо напрягаться. Цинсюань сама бунтовала. Достаточно было просто слушать и иногда поддакивать. — Катись в Призрачный город, дагэ! Мин-цзе, мы уходим. Как так быстро только оказалась рядом и утянула? Иной раз Хэ Сюань думала, что та переняла свойства у самого ветра. И вот они уже бредут по одной из улиц небесного града. Цинсюань вся покраснела и была взвинчена до предела, крепко сжимая запястье подруги и ведя куда-то. В таком состоянии её можно было подбить на что угодно. И признаться, это всегда будоражило саму Хэ Сюань. Каждый раз. — Я тут услышала интересную легенду. — Какую? — О том как в одном крае гадают. — О. И как же? Наживку она заглотила уже глубоко. Все диковинные традиции и обычаи интересовали младшую Ши. Она была очень любопытна. Правда, не там где стоило бы. — Они собираются в особую ночь и плетут венки, приговаривая свои чаяния. Например, если гадают на любовь, то проговаривают «Милый суженный приди, да в косы ленты заплети, да будет вечностью нам счастье». Это то, что я слышала. Затем они пускают эти венки по реке. И если тот спокойно плывёт, то всё сбудется. А если нет. — Хэ Сюань замолчала, как бы внимательно рассматривая небо. — Ну, Мин-цзе! Что если нет? — Если нет, то девушка должна поплыть за венком и достать его со дна. Чтобы спасти свою судьбу. У Повелительницы Ветров заблестели глаза. Она уже хотела испытать этот метод. Такая наивная временами. Сюань хмыкнула, прикрыв глаза. — А давай сейчас погадаем? Можно же? Я очень хочу, Мин-цзе! — Хм. Насколько я поняла, сегодняшняя ночь как раз и подходит. — Тогда, давай переместимся на какую-то реку! Как всегда, изображение «Путешествия на тысячи ли» было на Хэ Сюань. Уверенно выводя заклинание на двери дворца Цинсюань, она думала о том какая река будет лучше всего, чтобы Водный Тиран (мало ли) не мог найти свою сестру. Конечно, граница с водами самой Черноводной — идеальное место. — Ой, Мин-цзе, тут так красиво. Ты выбрала хорошую реку. — Оказавшись на берегу воскликнула богиня ветров. Здесь действительно было живописно. Вода играла в свете луны черно-синим цветом, а обе части суши, разделённые ею, спокойные и зелёные. Где-то вглубь земель демона мелькали маленькие огоньки светлячков. Мало кто знал о существовании этого места. Места, которое Хэ Сюань любила и которое посвятила своей погибшей семье. Довольно символично. — А ты сомневалась? — Ха-ха, моя дорогая цзе, в тебе я никогда не сомневаюсь. Богиня Ши подошла к воде и зачарованно взглянула в воды. Они притягивали её, словно звали. — Тогда, думаю стоит собрать венок. Цинсюань обернулась, улыбаясь. Сейчас она думала только о том, что Мин-цзе такая заботливая, такая милая. Отвлекла её от мыслей о ссоре с братом, привела к воде, что позволило вспомнить заново о Ши Уду и всей той заботе, которой он окружал свою младшую. Да, дагэ мог быть тем ещё самодуром, и многие видели только эту часть. Но она знала, что он всегда будет защищать её. Просто иногда эта его забота и приверженность правильности так надоедает. Зачем так держаться за то, что подумают другие? У них достаточно влияния, чтобы не думать об этом! А уж после того как дагэ пройдёт вторую Небесную кару — всё станет ещё лучше. И Мин-цзе будет рядом. Хмурая, но чуткая. Немногословная, но попадающая в цель. Она невероятное сочетание. Таким вышел и венок Цинсюань. Горечавка смешалась с азалией и какими-то ещё тёмными цветами. Их названия небожительница не знала. Вообще повезло, что цветы росли совсем рядом и так много. Венок Хэ Сюань был из стеблей разных растений. Она не захотела вставлять туда никакой из цветков и отмахивалась от помощи подруги. Повелительница Ветров немного обиделась, но ничего сделать не могла. — Так значит, надо просто пустить их по реке? — Цинсюань любовалась своей работой. — Перед этим надо задать вопрос. — М, вслух? — Думаю, можно и про себя. Ши Цинсюань вдруг прищурилась хитро и пока её цзе приглаживала последние стебли, подошла и нацепила венок на чужую голову. Хотела посмеяться, но в итоге застыла. Как же гармонично цветы дополняли Повелительницу Земли. Они придавали ей какого-то таинства, создавая нежный ореол в её волосах. — Мин-цзе. Ты такая красивая. Они смотрели друг другу в глаза и не могли отвести взгляд. В этот момент, кажется, само время застыло. Даже ветер, который до этого легонько качал ветви деревьев и маленькие волны на реке, и тот замолк. Хэ Сюань не понимала что происходит. Почему сбивается дыхание, почему глаза, казалось бы жертвы, так завораживают и притягивают. Улыбка же на этих тонких губах искушала подойти и забрать её. Чтобы больше Цинсюань никому не улыбалась. Чтобы это осталось только между ними двумя. «Надо взять себя в руки», — пронеслась мысль в голове лже-богини. «Ну или взять руки Цинсюань, или саму Цинсюань…», — ехидно прошептало что-то на подкорке сознания, почему-то голосом генерала Пэя. Резко замотав головой, Повелительница Земли сбросила венок на землю. Эти мысли неправильные. Столько лет она готовилась отомстить и тут вдруг такое. Но она сильнее. Да, может что-то и есть к малышке Ши, но это лишь средство. Только средство. — Пошли уже запускать. — Сюань резко поднялась и пихнув застывшей небожительнице её творение, пошла к реке. Цинсюань же посмотрела на цветы в своих руках и кивнула. Она знала какой вопрос задать. На реке было по прежнему тихо и спокойно. Венки спокойно опустились на водную гладь, отплывая дальше и дальше. Демон ждала. И вот, венок Цинсюань начал тонуть. Она даже перестала дышать. Хэ Сюань усмехнулась и прибавила сил воде, чтобы этот цветочный круг исчез быстрее. — Ну? Если не спасешь его, то судьба твоя будет незавидна. — Демон наклонилась к Ши ближе. Та посмотрела на неё каким-то странным взглядом и бросилась в воду, словно была простой девушкой, а не могущественной богиней. Хотя, наверное, она думала, что стихия брата, его сила никогда не навредит ей и страшиться нечего. — Зря. Потоки воды стали стремительнее и начали бить Цинсюань по рукам, по коленям, по корпусу. Будучи холодными и острыми, они оставляли красные полосы после себя, но Повелительница Ветров лишь гребла дальше. Водоросли потянули к ней свои стебли, стараясь задержать, оставить тут. И теперь небожительница дала слабину. Опутанная со всех сторон, она рвалась наверх, к воздуху. По духовной связи она взывала к оставшейся на берегу цзе, собираясь уже преступить через гордость и попробовать достучаться до дагэ. Любая сила, заклинания, которые она пыталась применить терпели крах. В нескольких метрах от неё на дно опускался так медленно и словно дразнил венок. Впрочем, в глазах уже стремительно темнело, силы источались. «Мин…дагэ». Последняя мысль и ум накрывает пустота, а глаза познают вечный покой. Именно в этот момент Хэ Сюань дотрагивается до кромки воды и тело богини ветров поднялось наверх с помощью призванных демоном внутренних волн. Как только тело оказывается на траве, Сюань опускается рядом и вытягивает всю постороннюю воду из тела Ши, беря её за руку. Постепенно из мертвенно-синего лицо становится бледным. Дыхание возобновляется, а кровь приливает к щекам. «Как было бы легко сейчас. Тиран и сделать ничего не сможет. Какая боль его настигнет», — это тешит что-то в глубине, заставляет задуматься, прежде чем привести Цинсюань до конца в чувство. «Да. Но это принесёт боль и тебе», — и почему это тон Собирателя? Это он одержим своим Наследным Принцем и любовью. Внутри демона Чёрных вод ничего такого нет. Да, она одержима братом и сестрой Ши, но лишь потому что они — причина её страданий. Причина, по которой её семья погибла. Те, кто отнял её судьбу. «Повелительница Земли, Ши Цинсюань с тобой?». Линвэнь старается достучаться по духовной сети. Хах, знали бы они. «Да, Совершенный Владыка. Она со мной». «Повелитель Вод ищет её. Попроси, чтобы она связалась с ним как можно скорее». «Конечно. Благодарю». Хэ Сюань смеётся. Тихо, надрывисто. Утопить бы. Всех утопить. А Цинсюань лежит тут и ничего по-прежнему не знает. Не интересуется, не понимает. Какой же толк от этого всего, если та, из-за которой Ши Уду пошёл на самое страшное — не осознает сколько жертв было принесено? Луна мягко обводит черты её лица. Сюань дотрагивается ладонью до щеки. Холодная, как и всё тело. Тогда демон передает немного тепла, согревая силой мышцы небожительницы. Ласково вплетая теплоту, она перемещает руку на шею, затем плечи, руки, грудь, живот, ноги… Одежда под касаниями лже-богини становится сухой. Красные метки течений отступают перед той же, что их направляла. Сюань хмыкает и вдыхает побольше воздуха. Склонившись над Ши она касается своими губами её, передавая ещё больше силы. Напитывая от головы до мягких пят духовной энергией. Она задерживается в этом подобии поцелуя лишь на пару мгновений дольше необходимого. Просто чтобы удостовериться. Просто чтобы быть уверенной. Вот и всё. Затем садится дальше от Цинсюань, ожидая пробуждения. — Мин…цзе? — тут же богиня хрипло шепчет, открывая глаза и выискивая подругу. — Приходи в себя и свяжись со своим дагэ. Он ищет тебя. Затем вернёмся в Небесную столицу. — Спас-сибо. — В следующий раз думай, прежде чем прыгать в воду. Я же шутила. А ты, идиотка, прыгнула. Уголки губ Ши чуть дрожат. Её цзе такая заботливая. В голосе был слышен испуг, переживание. Она наверняка переволновалась. — Прости, цзе. Я-я так больше н-не буд-ду. Постепенно Цинсюань становится легче и она садится аккуратно, стараясь глубоко дышать. В голове немного туман, но пальцы сами кладутся на висок и ум обращается к старшему брату. Сюань отходит и, рисуя «Путешествие», смотрит на звёзды. Жалко, что так и не решилась. Но почему-то и радостно. Ничего, придёт ещё день. Повелительница Ветров же наблюдает за подругой и думает, что не сегодня, но позже они поговорят о том, что их связывает. Глупый венок не прав.