Текстура неба

Антон ездил на машине рано утром, напевая под нос одну весёлую мелодую, которую слушал утром за чашкой кофе. Что-то радостное зародилось в сердце, он обычно с утра не такое хорошее настроение, словно всё сегодня на своих местах. Давно он не слушал музыку по утрам, обычно включает когда мучает тоска и скука в одинокой квартире. Даже факт того что сейчас застрял в пробке, и не выбиретется из неё минут десять, не смог заставить нахмуриться, закатить глаза и сказать пару ласковых слов о нынешней экономике. Нет, он ведь понимает почему, всё этот новенький в кружке, с которым вчера ушёл чуть ли не последним из кабинета, когда вечеринка давно закончилась. У Антона, конечно, превосходная память на лица, даже если он не вспомнит откуда, точно сможет сказать что видел какого-то человека. Но даже он не ожидал так отчётливо запомнить того парня. Парня с непослушными кудрями, большими глазами, хорошей растяжкой и несуразным именем. Стоило Душнову заявиться, как с высокого балкона Антон заприметил его. Выглядел он, стоит сказать, как кролик среди львов, незаметный, смущённый, но с ярким огнём внутри. Как жаль что такого рода огни часто потухают под влиянием окружения, даже не успев разгореться и раскрыться. А когда новенький достал блокнотик и стал что-то там записывать, Антон и вовсе широко улыбнулся и хихикнул. Звёздочкин почти заскучал на том вечере, пребывая в сложное эмоциональное состояние, когда не хотел оставаться один, но среди весёлой толпы чувствовал себя чужим. Такое уже не раз происходило, но как-то получалось это скрыть и насильно смеяться. Настолько хорошо, что сам почти верил что ему весело. Ещё после объяснений Олегсея почему тот решил пойти на актёрское мастерство, сразу появилось желание увидеть его в пьеса. Какие эмоции смог бы показать этот парниша на сцене? Насколько сильно сможет разгореться этот незаметный, но тихий факел? Будет жаль, если и этот потухнет, как и все предыдущие, которых Антон знал и которыми восхищался. Люди мечтают, желают, стремятся, но они до тошноты хрупкие. Эта мысль возникает у Антона почти каждый раз, когда он смотрит вокруг. И даже когда смотрит в зеркало. Кто сказал что он сам является исключением? Первая пара по Художественной истории. Нужный реферат Антон давно сдал, так что войдя в аудиторию, занял место подальше ото всех, у окна. Звёздочкин вежливо поприветствовал группу, и несколько коллег стали соревноваться в "кто лучше и громче ответит Антону?". Сразу к его месту пририсовались несколько одногруппников с их обычными расспросами: - Антоон, как вчера провёл вечер? Звёздочкин достал блокнот с ручкой из внутреннего кармана пальто, хотел уже открыть и сесть рисовать каракули, но всё же отложил любимое дело, натянул привычную для себя улыбку и ответил: - Как всегда, прекрасно. - Мы видели фотки с Кружка искусства, и я видела как могут буянить придурки с других потоков! - Да, особенно эти, с музыкального. - Я слышала что ректор лично поймал двух студентов оттуда с веществами, и их недавно выперли! Антон поднял одну бровь, хитро ухмыльнувшись, и уточнил: - Что, хотите узнать все сплетни от первого лица? - Нет, ну что ты, просто беспокоимся за себя. "Да, я почти поверил, как мило". - Нет, просто обычная посиделка, очень тихо и скромно, никаких веществ. Окрашивающие студенты переглянулись, обменявшись немыми комментариями, и снова спросили у Антона: - Вечеринка была тихая, или ты устронился подальше от веселья? - Можно и так сказать, - увельнул от ответа брюнет. - Да и если так интересует Кружок искусства, почему бы самим не вступить туда? Одногруппники хором вздохнули, решив что Антон подходящий человек для принимания жалоб: - Да мы уже раз пять подавали заявку на вступление, один отказ! Вот и интересно чем там промышляете. Антон в ответ лишь невинно пожал плечами, поставив точку в этом дурацком разговоре: - Ну, вам лучше это обсудить с президентом клуба. Я не при чём! И посмеялся в конце. После ещё несколько обменов вторичными фразами, его оставили одного. Профессор опаздывал, как впрочем и всегда, и никого это не расстроило, свободная и необременённая переживаниями пора, потому что "до экзаменов вагон времени"; поэтому половина группы рассеялась по углам здания с вейпами, вторая половина терпеливо ждали прихода учителя. С телефонами в руках, и с едой на партах. В аудитории холодно, кого бы тут удивили проблемы с отоплением, так что Звёздочкин так и не снял пальто, хотя бордовый свитер под ним согревал достаточно сильно. Махнув ручкой, в несколько штрихов нарисовал что-то в своём блокноте. То, что было на уме со вчерашнего вечера и до самого утра - прекрасную балерину. Только у этой балерины волосы короткие, и кудрявые, ноги сильные, но тощие, и все равно скорее походят на мужские. И лицо отсутствует. Стоит ли добавлять лицо? Немного посчитав в голове, всё же одарил нарисованную балерину улыбкой. А глаза.. нужны ли ей глаза? Нужны ли глаза тем, кто не видит? Нахмурив густые брови, Антон нарисовал повязку вместо глаз, пусть она будет слепой. Слепая балерина, неспособная даже увидеть собственное отражение, всё равно прекрасно танцует, неплохой концепт. "Жестоко", с ухмылкой подумал мужчина. Но было бы ещё более жестоко будь балерина инвалидом. Уже второй рисунок о балерине, теперь она наоборот, с крыльями, ясно парит над облаками, в высоком пируэте. Вокруг облака, и звёзды, но рук нету. Руки оторваны. Довольно иронично, Антон не вырвет эту страницу, потому что заслуживает остаться тут, среди других рисунков. Каждый рисунок - мысль, или воспоминание переобращённое в штрихи на бумаге. Ещё никому он не показывал этот блокнот, слишком сокровенно. И оставив рисование, потянуло посмотреть в окно, на маленьких людей в самом низу, поймав себя на мысли что любит смотреть на этих существ свысока. Проходя мимо актового зала, где обычно юные актёры репетируют, или даже выступают, Антон нередко поглядывает на них. И даже сейчас решил остановиться, сидеть и наблюдать за ними не было запрещено, просто не все так заинтересованы как он. И помимо его обычных наблюдений, остаться и войти в зал сподвигло что-то ещё. Среди лиц репетирующих сцену нашлось и знакомое, Звёздочкин сразу заприметил среди остальных, подошёл очень близко к сцене. Задумчивый и обеспокоенный Олежа, в спортивном костюме и со смешной короной на голове, отложил, наконец, листы свои и заметил Антона. Сразу поспешил помахать ему, да ещё и с улыбкой на лице. Антон улыбнулся ему в ответ, кивнул в знак приветствия и занял себе место в первом ряду. Звёздочкин просто беспощаден в своём остром и точном взгляде, ведь прекрасно видит нарастающее волнение на лице Олегсея, да и ещё и ответственность - ведь у репетиции нашёлся зритель! Сложив ногу на ногу и подперев подбородок кулаком, Звёздочкин внимательно наблюдал за происходящем на сцене, пытаясь понять что за произведение. Главный среди них отчитывал Душнова и критиковал даже неправильно повышенную интонацию, затем добирался до следующего и озвучивал уже их минусы. Олегсей же внимательно смотрел на свои строки, двигая бровями вверх и вниз, нашёптывая себе под нос реплики. Роль у него одна из главных, хоть и слов не так много, и это блестящий шанс начало проложения успеха. Конечно, он ведь первый курс, отучился тут от силы неделю, да и спектакль не очень серьёзный, но чтобы получить доступ к другим возможностям и свершениям, нужно покорять с малого. Душнов всё думает что не так отыгрывает, словно не ловит связь со своим персонажем, и всё карается изнутри "ну давай же, ты можешь лучше, можешь ведь!" и всё смотрит на наблюдающего Антона. Тот, пытаясь хоть немного подбодрить, подмигнул. Вот так неожиданность.. но нет времени удивляться, началась игра. Звёздочкин внимал в мечтательного Олежи, с каким тоном пытался пропеть слова, как двигал руками, но тонко балансировал на грани перебора и недобора. Причём остальные были не лучше, так что не смотрелся Олегсей так уж ужасно, просто нужно больше практики. Антон же нейтрально на это смотрел, переваривая в голове горячим котёлом кое-какие мысли. Не осуждает и не прибавляет особой надежды, его взгляд просто тихо наблюдает со стороны. Когда всех отпустили с репетиции, Олежа сразу подошёл к Антону, который продолжал сидеть неподвижно в той позе в которой сидел с самого начала, неловко поправил волосы и спросил: - Совсем уж ужасно, да? Лукаво хлопая ресницами, Антон равзёл руки по сторонам и заверил: - Ты слишком строг к себе. Какая это по счёту репетиция? - Первая. Я даже всё нормально не выучил, и не уверен что смогу справиться с этим. Может лучше отдать свою роль Карине, она так её хотела... - Что за несуразица? Хоть последние слова Душнов пробормотал под нос, Антон всё равно искренне удивился услышав это, встал с кресла и подошёл к приятелю чтобы не дать ему наделать глупости с неуверенности, и донести мысль: - Я скажу честно и без пустых преукрашиваний, я видел как ты реагировал на замечания преподавателя, и уже на новых попытках пытался исправиться. И это только первая репетиция. А отдавать что-то потому что они сильно хотят - расточительство. - Да ладно, я же не в самом деле собирался, просто мысли вслух. Антон пожал плечами, направив взор на просторное окно, и обратил внимание: - Собирался, не собирался, это не важно. В тебе были сомнения, а их нужно вырывать с корнями, иначе потом будут мозг проедать при каждой оплошности. И Звёздочкин знает такую проклятую ношу перфекциониста как никто другой. Жаль что он сам не готов услышать свои же советы. Но Олежу это хорошо встряхнуло, он уверенно кивнул, взял Звёздочкина за руку и в благодарности сжал. - Ты прав, Антон, сомнений тут нет место, иначе буду ими слишком занят чтобы расти. Буду тренироваться пока не выйдет идеально! Антон опустил взгляд где их руки соприкасались, но никак не протестовал. Уже поднимая глаза на лицо Олежи спросил: - А что за пьеса у вас? Олегсей молча вручил несколько скреплённых воедино листов, от начала и до конца заполненные четверостишьями, во главе навзание "Лучафэрул", "автор Михай Еминеску". Душнов смотрел на заинтересованного мужчину, спросил: - Знаешь её? - Нет. Какой-то иностранный автор? - Румынский. Это перевёднная, но все учителя во всю кричат что никакой перевод не может передать всю красоту произведения, и ради этого румынский стоит знать. Звёздочкин сдивнулся с места чтобы направиться туда куда шёл изначально - за кофе. Но перед этим повернулся к приятелю и пригласил: - Я иду в кафе через дорогу. Не хочешь со мной? Как раз расскажешь о чём это. Если нет других планов.. Олежа сразу засиял от радости, самому то смелости не хватает куда-то пригласить, из-за страха отказов. Душнов просто рад обзавестись таким умным, интересным, красивым другом. Пообщавшись с Антоном сделал для себя вывод - не такая уж и загадка почему он так популярен. Хотя Олежа уверен что многое не знает. Пока Антон доедал большой круассан с ванилью, Олежа решил подробно рассказать о поэме которую они сыграют. - Ну, поэма большая, но интересная. Хоть и первый раз читаю, но они решили попробовать взять зарубежного автора, для эксперимента. Сама поэма о принцессе которая влюбилась в звезду. Антон и сам прочитал это в первой части, но Олежа всё равно дальше вводил его в курс дела: - Принцесса влюбилась в звезду с неба, что носит имя Лучафэр, и зовёт его к себе. Приобретая форму ангела, он пришёл к ней пока та спала и позвал к себе, в небосвод, пообещав ей небесный трон, но принцесса отказалсь. Пару дней спустя она снова поёт ночной звезде о любви, и зовёт к себе. И он уже приходит под видом демона, тёмного и властного, и снова приманивает к себе. Но она снова отказывается. Тогда Лучафэрул спрашивает её "Чего же ты хочешь? Зачем зовёшь к себе, если отказываешь?", и принцесса сказала что будет с ним если он станет человеком. И когда он пошёл к богу, требовать сделать его смертным, принцесса на земле уже позабыла о любви к звезде и связалась с простым смертным. Увидев это с неба, Лучафэрул с горечью подумал что судьба его - сиять холодным светом на небе, а в его холодном величии нет места любви и счастью. Это кратко. Звёздочкин пролистал до последних строк, спросил: - И кого же ты играешь? Достав смешную корону из кортона ответил, не без улыбки: - Принцессу. - Хм, тебе идёт такое. Олежа закатил глаза, но шутливо, и постучал пальцами по кружке с какао и сказал: - Меня взяли в спектакль потому что им понравилось моё эссе по произведению. Вроде как играет тот кто "лучше всех это понял". И мне тоже нравится поэма, и я хочу стараться играть хорошо, но не знаю если получится. И всё же попытаюсь. - Ты слишком строг к себе. - Лучше так чем лишняя самоуверенность. Антон согласился, ещё раз посмотрел на бумаги с поэмой, затем отбросил ненадолго тему, начал совсем другую: - И как тебе вчерашняя посиделка? Душнов сделал глоток своего напитка, огляделся по сторонам и промолвил: - Было очень здорово. Благодаря тебе. На комплимент в свою сторону Звёздочкин отреагировал спокойно, судя по лицу, а если опустить взгляд на его руку, что уже третью минуту помешивает капуччино, можно сразу всё распознать. - Приятно слышать. Но если хочешь и дальше тут оставаться, лучше избегать... разные разговоры, и не сплетничать о делах клуба. Это просто предупреждение, или лучше сказать - негласное правило от президента. Олежа удивлённо вскинул брови. - О каких ещё делах клуба? - О всех. Первокурсник странно посмотрел на Антон, и тот решил разъяснить: - Всё дело в том что не каждый может сюда попасть. Даже я не понял критерии избирательности. И всех почему-то сильно волнует это. Поверь, пройдёт время и тебе проходу не будут давать, и много донимать расспросами. Когда я говорил о делах, не имел ввиду ничего криминального. Клуб этот своенравный, но свободный, и если бы тут было всё плохо, я бы лично не позволил этому случиться. - Аа.. понятно. Но не очень. - Всё хорошо, со временем поймёшь. На первый взгляд всего лишь кружок, но тут можно заработать неплохие связи и знакомства. Олежа усмехнулся, сразу придрался: - Теперь понятно что вы, уважаемый, тут забыли. Звёздочкин расслабил мышцы лица, даже опустил веки, и ответил серьёзным тоном: - Мне они незачем. Это просто совет от меня. - Мы как будто переговоры ведём. - В каком-то смысле так и есть. Тебя никто не заставляет отбывать срок в клубе, но если хочешь остаться тут надолго и ладить со многими, то.. - Хорошо, я всё понял. Но как ты попал в кружок? Интересно. Звёздочкин поднёс кружку к губам и отпил, но сказал следующее с таким невозмутимым лицом: - Получил приглашение когда поступил. Оно было анонимное. И меня такое заинтересовало. Близких друзей тут так и не завёл, но любопытные для меня зрелища увидел. - Зрелища? - Я просто сильно люблю искусство. Наблюдать за деятелями искусства в неформальной обстановке тоже интересно. Олежа почувствовал как вспотел. Человек перед ним, с манерами иноземного аристократа и орлиными глазами говорил довольно сумбурно. Антон понял что дал волю каким-то мыслям, нуждающимся в долгих разъяснениях, поэтому вовремя оставил вопрос закрытым и снова начал читать поэму. Некий импульс внутри мужчины не позволил и глаз отвезти от страниц, с таким интересом читал, что даже накапал немного кофе на бумагах. Ничего, так даже эстетичнее. В конце концов, взвесив всё в голове, Антон оставил испачканные бумаги на стол и спросил: - У тебя есть сейчас пары? - Нет, я свободен, а что?.. Олежа уже предвкушал что-то приятное, потому что его сердце забилось быстрее. Звёздочкин сверкнул своими красивыми глазами, предложил: - Я могу тебе помочь порепетировать. Если хочешь.