Пески надежды

❄️❄️❄️

День рождения Дилюка прошёл куда лучше, чем предпологалось. Вернее сказать, так прошёл только вечер, который он провёл вместе с Кэйей, но ведь никто не мог помешать друзьям устроить ещё один праздничный день в честь Рагнвиндра, чтобы отметить его ещё раз, но на этот раз всем вместе. Именинник смог выделить целый день свободного времени, и поэтому с самого утра он решил не медлить и отправиться в гости к Кэйе и остальным. Альберих, как всегда бывает по выходным, до сих пор дрыхнул в кровати, а с ним и Венти, последовавший примеру друга. Зато Розалия давно уже была на ногах, поэтому, открыв дверь прибывшему вчерашнему имениннику, она по пути разбудила спящего барда. Теперь же им оставалось разбудить вторую спящую принцессу. Венти тогда лишь неловко посмеялся и с опаской отошёл подальше, ведь он уже имел горький опыт, поэтому предпочитал не будить Кэйу рано утром самостоятельно. Но Розалия вместе с Дилюком стойко выдержали сонное наступление Альбериха и летящие в них подушки. Вскоре весь растрёпанный и вовсю зевающий Кэйа также стоял на ногах. Пока друзья весело смеялись от его заспанного вида, он уже успел привести себя в порядок. Праздновать было решено в недорогом заведении, в котором Венти с Кэйей любили чаще всего выступать. Так что друзьям не приходилось волноваться о том, что прошлая ситуация может повториться. Их празднование прошло в веселье и дружеских попытках споить именинника. Их трио давно уже заказало себе крепкие напитки, пока Дилюк лишь потягивал виноградный сок, объяснив это тем, что он быстро пьянеет. Но это только сильнее раззадорило друзей. И к вечеру им всё же удалось уломать сдержанного Рагвиндра выпить бокальчик игристого вина. От чего тот смог наконец-то расслабиться, чему Кэйа и другие были несказанно рады. Но потом что-то резко пошло не по плану, а закончилось это тем, что быстро опьяневшего мужчину пришлось на себе вытаскивать из заведения. Поздним вечером, когда Дилюк протрезвел, друзья ещё долгое время болтали, поздравляли именинника и ели тортик собственного производства. А после Рагвиндру пришлось попрощаться с со всеми и отправиться обратно в семейный особняк, перед этим поблагодарив за столь чудесный приём и за лучший праздник из всех... — О чём задумался? Кэйа вздрогнул от звонкого мальчишеского голоса, что раздался почти возле уха. — Да так, вспоминал последнюю встречу с Дилюком на его дне рождения, как было очень весело. — Хе-хе, и правда! Но ведь и твой праздник уже скоро, всего-то неделька осталась. — И правда, — улыбнувшись сказал Кэйа, но про себя подумал, что не хотел бы, чтобы этот день наступал. Ведь для него тоже этот день не был весёлым и беззаботным. Когда он раньше жил вместе со всеми под толщей песков, отец и другие слуги ещё пуще злились на него, и даже Хоффман не всегда мог уберечь Альбериха от издевательств. Но сейчас он не там, он выбрался из той грязи и тьмы, хоть и ценой дорогого ему человека… Но именно в этот день — в его день рождения люди из его клана выходили на поверхность, так что им ничего не могло помешать узнать, где теперь скрывается Кэйа. Хоть это всё же будет непросто сделать. Он ведь старался сильно не светиться и не привлекать внимания. Но он просто не мог перестать волноваться и не думать о том, что ему могут отомстить, узнав, что он единственный из той группы, кто остался жив… Эта неделя прошла для него в метаниях, он пытался решить, поделиться ли о его опасениях с друзьями или не стоит нагружать их ещё и его проблемами. В итоге всё же промолчал, надеясь, что одноклановцы о нём позабыли и наконец оставили в покое. Правда про себя понимал, насколько это абсурдно. Так и наступил конец осени. Судьба как будто издевалась над ним. У Рагвиндра было много работы и освободиться он должен был лишь поздно вечером. Из-за усилившейся охраны этим днём пострадавших путников было больше. При виде любой странной личности они не пренебрегали применять грубую силу, от чего прибавляли работы монахиням и Розарии в том числе. Пэтому Кэйа решил остаться дома и не идти на выступления, сославшись на плохое самочувствие. И это даже не было ложью, ведь ещё со вчерашнего дня он не смог нормально выспаться, от чего голова гудела весь день. И Венти пришлось идти одному. Все его знакомые были заняты, и Кэйя совершенно не знал, чем себя занять. Прослонявшись по дому какое-то время, от нечего делать он всё же решил хотя бы нормально выспаться...

***

Резко сев на кровати, Кэйа проснулся в холодном поту. Он ещё отдалённо припоминал тот кошмар, что ему приснился. Посмотрев в окно, он обнаружил, что уже почти стемнело. Устало вздохнув, он решил всё же прогуляться. Свежий, чуть прохладный воздух подействовал успокаивающе и он продолжил бесцельно бродить по тихим улочкам, стараясь не попадать под взор охраны. Через некоторое время, освежившись и вдоволь нагулявшись, Кэйа решил уже разворачиваться обратно домой. Но только повернувшись, он услышал шум за спиной, и в следующее мгновение его руки оказались крепко стянутыми, а плащ резким движением сорван. — Вот ты и попался, крысёныш. Теперь ты от нас больше никуда не убежишь. Мы столько красноречивых историй послушали, что случилось в этот день в прошлом году. У Кэйи в груди всё похолодело от ужаса, когда он узнал голос одного из подчинённых отцу пустынника. Он на ватных ногах попытался сопротивляться и вырваться из крепкой хватки. Но хоть этот воин и был один, он был старше и явно сильнее Альбериха. — Куда это ты собрался? Неужели ты думал, что мы забудем о том, что ты сделал?! Наш клан не забывает предателей. Последние слова он злорадно прошептал возле его уха, от чего парня уже затрясло и, если бы не усилившаяся хватка, он бы точно упал. — Ну что, скажешь что-нибудь напоследок? Или закончим на этом? С этими словами он достал кинжал и прислонил его к горлу. От прикосновения острия к коже Кэйя с ужасом вскрикнул. — О, не переживай, быстрая смерть будет слишком хороша для такого предателя как ты. Так что сейчас я тебя не трону, но когда ты окажешься там, где сейчас все мы, в глубокой яме, смерть настигнет тебя постепенно, после долгих мучений. С каждым словом Кэйа чувствовал, что сдерживать свои эмоции, становилось всё сложнее. Он уже мало что соображал и был близок к настоящей истерике, но из этого транса его вывел знакомый голос, раздавшийся с правой стороны от них. — Отпусти его, иначе живым ты отсюда не уйдёшь! Он старался вспомнить обладателя этого голоса, но мозг от переполняющего ужаса, кажется, совсем перестал работать. Перед его взором всё размывалось, сфокусировать взгляд на чём-то кроме кинжала, приставленного к горлу, не получалось. — О, так тебе дорог этот мальчишка? — Дорог? Я впервые вижу его, — с напускным пренебрежением ответил обладатель того голоса. — Ты, должно быть, знаешь, что с людьми из его клана не церемонятся, и мне ничего не мешает, глядя на твои действия, заподозрить тебя одним из них. Поэтому сдавайся, если не хочешь неприятностей. — Бросайте оружие! Вам не сбежать от нас! — воскликнул другой, мужской, совсем не знакомый Кэйе голос. — Повезло тебе, тварь! Но знай, ты никуда не денешься от нас, — со злобой прошипел выходец из клана Кэйи. Он резко оттолкнул свою жертву вперёд, так что из-за связанных рук не получилось бы смягчить своё падение. Но вместо удара он почувствовал, как его бережно поймали. А в следующее мгновение раздался негромкий хлопок, и повсюду разлетелся какой-то порошок, от которого начали слезиться глаза, а горло разрывало от кашля. — Господин, осторожнее! — последнее, что удалось услышать Альбериху перед тем, как он окончательно упал в бездну своих эмоций. Его ещё пуще залихорадило, а из глаз неконтролируемо полились слёзы. — Всё хорошо! Ловите его, не беспокойтесь за меня, — Кэйа как сквозь толщу воды и нарастающий гул в ушах снова услышал столь знакомый голос совсем рядом. И наконец-то вспомнил его обладателя. — Тише, уже всё хорошо. Сейчас мы уйдём отсюда, — мягко прошептал спаситель, поднимая свою ношу на руки. — Дилюк, — еле как выговорил он. — Т-ш-ш, сейчас будет лучше, потерпи немного, — только и ответил Рагнвиндр, быстро, насколько это возможно с человеком на руках, отдаляясь места происшествия. Мужчина и сам был не в лучшем состоянии, а от одной мысли, что было бы с Кэйей, если бы он не успел позвать подмогу, становилось ещё хуже. Но он стойко держал себя в руках и старался не думать о возможном худшем исходе. Понимая, что сейчас только он может помочь, и поэтому пытался быстро придумать, как успокоить парня, ведь у того уже совсем не получалось сдерживать весь свой накопившейся страх. Рыдания стали лишь сильнее и Кэйя ещё сильнее вцепился в Рагвиндра, как в своё единственное спасение. Хоть время и было уже позднее, но на улочках всё равно были редкие прохожие, что бросали странные взгляды на них, но мужчина совсем не обращал на это внимание, лишь сильнее прижимая к себе Альбериха, закрывая ото всех. Наконец-то добежав до своего личного укрытия, в котором Кэйя уже один раз бывал, он посадил того на стол, посчитав эту поверхность более удобной в их положении. Тяжело переведя дыхание, Дилюк почувствовал, как сильно в его руках потряхивает парня, чьё состояние явно продвигалось не в лучшую сторону. Он осторожными движениями стирал мокрые дорожки от слёз на смуглых щеках, параллельно поглаживая того по спине и всё время шепча утешительные слова. Но он, видно, закрывшись в себе, будто не слышал, пустым взглядом смотря куда-то в сторону. Позже отцепившись от Рагвиндра, он схватился за свою голову и волосы, с силой дёргая их, и прохрипел. У Дилюка в груди всё похолодало. Он застыл на месте, подобно каменной статуе, с отчаянием смотря на чужие мучения, с ещё большей безысходностью понимая, что не знает, как ему помочь. Хотелось хоть как-то успокоить, хоть немного облегчить страдания, чтобы не слышать того хрипа, ведь от осознания, что эти муки испытывает родной сердцу человек, становилось ещё тяжелее. Дилюк решил предпринять ещё одну попытку и попытаться вывести Кэйу из этого ужасного состояния. Мягко, но настойчиво, он взял его руки в свои, убирая их подальше от уже растрепавшихся волос, с сожалением замечая, что тому всё же удалось выдернуть несколько лазуритовых прядей. Аккуратно подтолкнув, Рагвиндр уложил его всем телом на стол и, удерживая руки по обе стороны от головы, мягко прикоснулся к его губам в успокающем поцелуе. И это немного подействовало. Кэйа в удивлении сфокусировал взгляд, перестав сходить с ума, лишь изредка всхлипывая, и нерешительно ответил. Мужчина, облегчённо выдохнув, с ещё большей нежностью продолжил целовать, изредка переходя на нос, лоб и щёки, чтобы Кэйа смог отдышаться. — Лю-юк, — слегка хрипловато позвал тот. — Да? Что такое, Кэй? — тут же отозвался Дилюк, мягко поглаживая большим пальцем его по скуле. — Я… Ты мне нравишься, — тихо прошептал он, в смущении отводя взгляд. — И ты мне, Кэй, ты мне тоже очень сильно нравишься. Но сейчас тебе стоит отдохнуть, ты ведь не против остаться на ночь здесь? Можешь лечь на кровать, а я тогда — на диван. — Не против... Но я не хочу, чтобы тебе из-за меня пришлось спать на диване. — Всё хорошо, там тоже весьма удобно, — заверил Дилюк. — Или ты хочешь спать вместе? — Н-нет, то есть да… в общем, с тобой не так страшно. — Хорошо, — мягко поцеловав Кэйю в лоб, согласился мужчина. Напоследок ещё раз заглянув в чужой звёздный взгляд и убедившись, что от прошедшей истерике не осталось и следа.