Расширенная учебная программа

      Сентябрь выдался холодным, словно ответственный за погоду ровно в полночь первого числа переключил тумблер с уютного лета на промозглую осень. Василина считала это своим личным проклятием. Потому что была уверена, что все её проблемы начались с дурацкого ветра, растрепавшего причёску, над которой Круговая корпела двадцать минут дома у зеркала. Сентябрь горел в её длинных рыжих волосах, а значит где-то плакал убийца — на такую забавную мысль Лину натолкнула играющая в наушниках песня. Она бесповоротно опаздывала на линейку в новую школу, но никакой горечи по этому поводу не испытывала. Всё равно такие мероприятия вгоняли её по меньшей мере в скуку, по большей — в состояние экзистенциального кризиса, вызванного потраченным зря временем.       Василина влетела в школьный двор примерно под конец линейки и постаралась сделать вид, что действительно сожалеет об этом. Получилось так себе. Найдя табличку, указывающую на нужное ей скопление будущих одноклассников, Круговая встала к ним и машинально начала их разглядывать.       — Эй, рыжая, здесь десятый класс стоит, а не пятый! — выразительно изогнув бровь, сказал стоявший рядом длинноволосый парень.       Василина фыркнула, вздёргивая подбородок выше. Она была довольно низкой, но никому не позволяла шутить про свой рост. Придав своему лицу невозмутимый вид, Круговая посмотрела на парня, отвесившего ядовитый комментарий.       — Судя по тебе ещё и умственно отсталый! — раздражённо заметила девушка, складывая руки на груди. — Или ты думаешь, я читать не умею?       — Есть такое мнение, — ответил длинноволосый, приподнимая кончики губ в ухмылке.       — Кир, завали, — одёрнул его рядом стоящий высокий брюнет.       Тот, к кому это было обращено, собирался было недовольно ответить на выпад в свою сторону, но их не начавшийся спор прервала учительница, которая сделала им замечание, озвучив их фамилии. Кирилл оказался Баженовым, а второй парень, сделавший попытку её защитить (в чём она без сомнения не нуждалась), оказался Пономаренко. Чуть позже к ним двоим добавился ещё один возмутитель спокойствия, к которому учительница обратилась измученным «Елагин, учебный год ещё не начался, а ты уже действуешь мне на нервы!». Судя по всему, этот самый Елагин, оказавшийся Семёном, был местным клоуном, смеявшимся практически со всего.       Как Лина поняла из разговоров троицы, они были хорошими друзьями и водили одну компанию. Держались парни примерно одинаково, как обычные ребята, которые не строили из себя ничего крутого, но и совсем простыми тоже не были. И хотя первое впечатление было испорчено словесной перепалкой, вызвавшей синхронное закатывание глаз, у Круговой они всё равно вызывали симпатию. Надо сказать, особенно Пономаренко, который был буквально олицетворением всех тех черт во внешности, на которые Лина обычно говорила, что это в её вкусе. Высокий шатен с удивительно красивыми и глубокими глазами уж точно пользовался популярностью и в классе, и во всей школе — это Круговая видела по взглядам девочек, накручивающих завитые пряди на пальцы. Видя эту картину, она мысленно махнула рукой на дела сердечные, потому что для неё сейчас это не было в приоритете. Василине нужно усиленно готовиться к экзаменам для поступления в университет, а не бегать за парнем в её вкусе.       В класс Круговая не влилась от слова совсем: сформировавшиеся кучки по интересам оказались неинтересными, девочки чувствовали в рыжей неясную угрозу, а мальчики сторонились её девичьей внешности. Грустное ощущение, что она вовсе разучилась заводить друзей, подкатило к самому горлу, собираясь там неприятным комом. Конечно, не было ничего дурного, чтобы быть одиночкой, но Лина была слишком зависимой от общения с другими людьми и тщетно пыталась навести мосты. И к собственному удивлению, к концу учебного дня Круговая уже вовсю общалась с Елагиным, который оказался не просто местным шутником, но и вполне приятным человеком. Семён даже провёл ей неофициальный экскурс по внутренней жизни этой школы и некоторым неписаным правилам. Однако даже такой неявный протекционизм от Елагина не спас девушку от неприятных претензий со стороны Кирилла, который, видимо, выбрал её доступной мишенью. Лина же отбивалась всеми доступными ей способами — сарказмом, иронией и откровенным игнорированием. Казалось, что марафон предъяв Баженова не остановить ничем, разве что только конец света заткнет ему рот. Однако до Армагеддона дело не дошло, а череду нелестных отзывов о новенькой прервал Егор Пономарев, вновь выступив для Круговой защитником. Несмотря на то, что подоспел он вовремя, Лина не рассыпалась в благодарностях, лишь коротко улыбалась и кивала, благодаря за помощь.       Первый день был безнадёжно отвратительным и, казалось, хуже для Круговой он уже просто не сможет стать. Примерно так думала девушка, направляясь домой, и стоило ей отойти не так чтобы на большое расстояние от школы, неудачи тут же прицепились к ней, как к коту репейник. Когда Василина проходила мимо компании из четырёх парней, в её сторону послышалось присвистывание. Останавливать внимание на этом не хотелось, но Круговая всё же выключила музыку в наушниках, чтобы контролировать ситуацию. Мало ли что.       — Эй, красивенькая, куда идёшь?       Василина не смотрела на жизнь сквозь розовые очки и знала, что все районы живут примерно одинаково, и, конечно, везде есть такие обиженные жизнью гопники, которые не дают прохода слабым. Правда, до переезда девушку никто не трогал, потому что все знали, кто её отец. Андрей Круговой, ветеран обоих чеченских войн, был залогом спокойного передвижения Лины по району в любое время дня и ночи. Видимо, сейчас ей нужно было заново заявлять свой авторитет уже без помощи отца. Только вот как это сделать, Круговая не очень-то представляла — парней было четверо, куда более объёмной комплекции чем она. Будь Лина сейчас в тупом сериале с онлайн-кинотеатра, то запросто бы раскидала всю четвёрку, как какой-нибудь беспалевный ниндзя. Но реальность была куда более печальной, если не будут бить толпой, то может одного Круговая и побьёт, используя отцовские приёмы, но вот остальные… Ситуация складывалась явно не в пользу хрупкой девушки.       — Ты откуда такая?       В интонациях сквозило что-то отвратительное и неприятное, что точно не обернётся ничем хорошим. Мозг напрочь отказывался работать. Лина напряглась и прикинула, что в относительно безлюдный парк, за которым был её дом, с таким хвостом ей идти не стоит. Самым логичным вариантом напрашивалось вернуться обратно в школу и продумать свои действия, сидя в относительной безопасности. А там может гопникам и надоест ждать её и они разойдутся по своим особенно важным делам.       Резко повернувшись на 180 градусов, Круговая пошла обратно, думая только о том, что ей нужно просто пройти мимо компании, а дальше будет легче. Всего несколько шагов, чтобы избежать возможных проблем.       — Эй, я с тобой разговариваю!       Парень, шибко хотевший получить от Лины ответ, нагло толкнул её в плечо. Видимо, он не рассчитал силы, потому что от такого толчка миниатюрная девушка полетела прямиком на асфальт. Покрытие мигом врезалось в лицо, раздражая его и сдирая кожу, Круговая звонко вскрикнула. Пожалуй, она и сама не ожидала такого поворота событий. Лицо и ладони, которые пришлось выставить вперёд при падении, горели огнём, а по левой щеке очевидно бежала горячая струйка крови. Выше послышались голоса, но громкие крики слились в одну вакханалию.       Когда кто-то аккуратно взял её под локоть и поднял, оттаскивая в сторону, Лина сначала хотела дать наглецу по руке, но потом заметила, что это был Елагин. Ошарашенная Круговая совершенно потеряла нить происходящего, воспринимая всё как красочное пятно. Однако это ощущение быстро прошло, и девушка, которую Сёма всё продолжал держать за руку, обернулась на своих обидчиков. И с удивлением Лина заметила, что они получали сильную трёпку от Егора и Кирилла. Если вступившийся за неё Пономаренко ещё укладывался в логику Круговой, то вот поведение Баженова объяснению не подавалось.       — Наши надерут им зад. Мы их сколько раз предупреждали здесь не появляться… — успокоил Елагин, когда она ощутимо дрогнула, наблюдая за дракой. — Толь, сделай что-нибудь с её лицом, а.       Повернувшись к Семёну, Василина уже собиралась запротестовать, что всё и так хорошо, но наткнулась взглядом на незнакомого ей парня. Прежде блондина, которого Елагин назвал Толиком, Круговая не видела.       — Это Толя Шацкий из параллельного класса, — представил Семён. — А это Ва-си-ли-на! Наша с парнями новая одноклассница.       Блондин кивнул в знак приветствия и, сняв с плеча рюкзак, принялся в нём копаться. Лина была немало удивлена, когда Шацкий достал оттуда аптечку, которые обычно хранят в багажниках автомобилисты. Судя по уверенным действиям парня, он явно проделывал манипуляции с перекисью и ватой не в первый раз. Круговая, наконец, ощутила весь масштаб проблемы — лицо слегка ободрано, разбитая брови и маленькая царапина на лбу — пожалуй, она ещё легко отделалась.       — Ты прям лекарь какой-то, — рассмеялась Василина, скрывая за смешками шипение.       — А он на врача пойдёт, — рассказал Елагин, уперев руки в бок. — Айболит наш.       — Сёма, отвянь, — хмурясь, бросил Толя.             — Я оказываю психологическую поддержку! — упрямо парировал Семён. — Ты бурчишь мне под руку… — аккуратно проводя ватой по коже девушки, откликнулся Шацкий.       Круговая прикрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на чём угодно, кроме ноющей боли от разбитой брови. Но уже в следующий момент раскрыла, заслышав шаги. Кирилл и Егор были потрёпанные, но явно выигравшие драку, а оттого и улыбающиеся.       — Как прошли переговоры? — осведомился Толик, не отрываясь от своих профессиональных манипуляций.       — Мы натянули им очко на глаза, после такого сложно не капитулировать, — ядовито усмехнулся Баженов, ероша волосы.       Василина улыбнулась этой забавной фразе. Закончивший с обработкой Шацкий для верности залепил рыжую бровь пластырем и удовлетворенно кивнул своей работе. Девушка неловко потупила взгляд, не зная, что обычно нужно говорить в таких ситуациях. А ведь парни чего-то явно ждали, и самым логичным было бы их поблагодарить.       — Спасибо вам, — нарушила повисшую тишину Круговая.       Она развернулась в сторону своего дома и сделала несколько шагов. Возможно, всё сложилось не так уж дерьмово, как казалось с самого начала.       — Эй, рыжая… — прозвучало неуверенное за спиной. — Давай до дома проводим?       Обернувшаяся на голос Лина улыбнулась и кивнула.