Семь первых сентября

*** Утро, за окном серо и пасмурно, а ведь ещё вчера была жара. Первый курс, первый учебный день и пресловутое первое сентября. Из года в год, миллионы студентов и школьников проклинают эту дату. Каникулы, прогулки и отдых улетучиваются, а зубрежка, учеба и усталость входят в жизнь с ноги и не стучась. Мила терпеть не могла этот праздник с самого начала. Когда её восьмилетнюю привели на линейку с огромным букетом георгин, поставили в шумную толпу детей и ушли восвояси, девочка поняла, что не всё тут чисто. Старший брат всегда смеялся над ней, и говорил, что со временем она привыкнет и к натирающим стопу туфелькам, и к раздражающим одноклассникам, и даже к тяжеленному красному портфелю за спиной. Не привыкла. Училась средне и по настроению, в самом начале даже срывала уроки, но после нескольких скандалов прекратила. Родители наседали, заставляя учиться усерднее. Грозили то, не поехать летом на море, то, не купить куколку и ограничить потребление вкусностей, то, ещё чем-то. Поэтому пришлось приноровиться и взяться за ум. Отличницей Мила за все одиннадцать лет так и не стала, но и ниже четверки не получала. Временами прогуливала, когда совсем надоедало могла не ходить неделями, но все равно гордилась хорошей успеваемостью. Она бы вполне могла вытянуть идеальные пятерки, просто не хотела. Ей не по душе было высовываться и козырять своим умом, хватало того, что свои способности знала она одна. Поступала наобум. Записала рандомные специальности на маленьких листочках, и вытягивала со шляпы, молясь чтобы не выпала медицина. Филологический, значит. Интересно. *** Большинство людей хоть раз представляли, как они придут на своё первое сентября в университет: красивые, умные, с кучей денег и вообще другим человеком. Мила не исключение, поэтому и купила дорогущие брюки на первую зарплату, туфли – на которые откладывала класса с девятого – и блузу в комплекте с пиджаком, тут уже помогла мама, но не суть. Единственное прогадала с погодой, потому что от ливня зонт не спасал, а шквальный ветер сносил с ног. Надежда дойти до университета, не сломав конечности улетучивалась, а липнущая к коже блуза раздражала. Укладки, как и не было, потому что темные волосы вместо легких волн, собранных заколкой, просто свисали с лица мокрыми сосульками. Потрясающе, просто превосходно. Самой абсурдной во всей ситуации была идея пройтись пешком, ведь общественный транспорт наверняка забит людьми, а тратить деньги на такси жалко. Конечно, выходя из дома, девушка выглянула в окно, и не застав дождя посчитала эту идею гениальной, кто ж знал, что польет, стоит ей только выйти со двора. Время было почти пиковое, и такси приехать раньше, чем через пятнадцать минут, отказалось, а ждать не очень, то и хотелось. Пришлось идти, тем, более, что вроде и недалеко, когда солнце светит и под ногами не лужи по щиколотку, а ведь она на шпильке! Наконец-то преодолев половину пути живой и невредимой, она остановилась у ближайшего здания перевести дух. До здания университета оставалось ещё минут пять неспешной ходьбы под солнышком, а значит не меньше десяти минут свободного полета-переправы под ливнем. Чудно. Официальная часть для, первокурсником начиналась в половине девятого, а значит она даже успевает. Поправив сумку, и промокшую одежду пришлось идти дальше, все равно возможность хоть как-то привести себя в порядок появится только в помещении. Сам университет представлял из себя огромное здание в семь этажей. Башенки, купола с витражами, просторные галереи соединяющие корпуса и шикарный внутренний дворик, с кафе и фонтаном. Его можно было выбрать, чисто из этих характеристик, не читая про всякие там специальности, квалификации и прочее. Не сказать, что Мила делала иначе, она как раз и выбирала будущее место учебы по внешним показателям. Да и вроде бы учат нормально. Наверное. Внутри высокие потолки, широкие лестницы и светлые аудитории. Возле актового зала, что занимал добротную половину, первого этажа суетились профессора, деканы и студенты. Изначально, официальную часть хотели организовать во внутреннем дворике, на небольшой сцене, но дождь сказал доброе утро, и вся торжественность ограничилась зданием. Ничего. Поправив волосы и одежду, девушка нашла свою группу и уже вместе с этими мальчиками и девочками пошла в зрительский зал. Ректор что-то говорил на сцене, рассказывая о том, что именно у них самый высокий показатель успеваемости, именно их студенты самые умные, а профессора квалифицированные, и вообще все в зале молодцы, что решили обучаться в данном учебном заведении. Отдельной помарочкой, правда, была выражена благодарность семьям контрактников, ну или их деньгам, но впечатление от пламенной речи Григория Степановича, это не испортило. Дальше по очереди выступали профессора и деканы, желая всем успехов, счастья, здоровья и крепких нервов. Забавно, что с каждым новым человеком на сцене, погода за широкими окнами ухудшалась: ливень усиливался, а тучи сгущались. Казалось, что сейчас прямо в шпиль на крыше здания ударит молния, как в средоточие вселенского зла. А почему собственно «как»? Когда речи закончились, все плюсы и минусы обучения озвучены, а деканы распределены всех попросили разойтись по аудиториям вместе со своими сокурсниками. Они пошли в разные стороны по длинным и просторным коридорам, слушая импровизированную экскурсию по аудиториям. Хоть основные коридоры были длиннющими и просторными, они имели безумное количество ответвлений, блуждать по которым можно было, казалось, вечно. Узкие, они расходились лабиринтами и опоясывали университет как артерии, перенося студентов и заставляя здание дышать. Жизнь кипела, тут и там сновали люди переговариваясь, споря и смеясь. Голоса отбивались эхом от стен, а желтоватое освещение придавало атмосфере приятного тепла. Наконец-то они остановились у очередной двери и неспеша зашли в неё, занимая места. Начиналось самое интересное – посвящение. Выбирали старосту, записывали номера аудиторий и расписание, имена профессоров и деканата, номера телефонов, казалось, каждого в университете. Потом каждому раздали по кусочку не то страницы книги, не то просто ошметки бумажки со словами и сказали съесть, таким образом связав себя с наукой. Хороший тамада, не поспоришь, сам веселый, и конкурсы интересные. После череды организационных моментов и поглощения бумаги, первокурсников – с горящими и не очень глазами – отпустили по домам – морально и физически готовится к завтрашнему дню и парам. Никто, конечно же, туда не пошёл. *** — Камилла! Иди к нам! — Не ребят, я домой, голова отваливается. До завтра! Вывалившись на улицу, девушка помассировала виски, поднимая уставшие глаза к темному небу. Посвятились так посвятились. На часах было начало девятого, а под зданием клуба уже стояло такси. Конечно же все захотели напиться от счастья-радости в свой первый учебный день. Пошли все, и первокурсники и старшаки, так что Мила не удивилась бы, встретив лицо кого-то из молодых профессоров. Она бы и до утра мешала коктейли, двигаясь под незатейливую музыку, да вот только старшаки всё больше наглели, бесцеремонно лапая; голова раскалывалась, уже не на две, а на сорок две части, а ноги едва держали тело. Пришлось вызвать такси и заранее откланяться от весьма неплохой компании. Ребята были веселыми и смешными, с некоторыми можно было поболтать, а с некоторыми просто культурно выпить, когда два в одном вообще идиллия. Завтра на повестке дня было четыре пары, и скорее всего ужасное самочувствие. Поэтому девушка поморщилась, прислонившись щекой к холодному стеклу, стараясь хоть немного прийти в себя. — Красавица! Вставай! Мне таких как ты весь вечер возить, просыпайся давай! — Ой простите, спасибо, держите за проезд, сдачи не надо. До свидания, хорошего вечера. Как поднялась на свой этаж и дошла до кровати Камилла не запомнила, но последним, что пронеслось в голове было желание любой ценой не идти завтра к восьми утра на пары. ***