Часть 7
20 октября 2023 г., 20:05
Как только лошади остановились в меньшем дворе возле залов исцеления, из дверного проема уже вышли целители с носилками. Фарамир соскользнул на землю, осторожно стянув с седла раненого рейнджера. Двое целителей уже были рядом с носилками, и Фарамир осторожно уложил на них парня.
Остальные тоже снимали с лошадей раненых. Напротив него Белхадрон заставил Аскара встать на колени, чтобы ему было легче снять бессознательного рейнджера. Через минуту раненый исчез на носилках в залах исцеления.
Почти сразу же после того, как Белхадрон отправил подопечного с целителями, он подошел к Ароду и Леголасу. Темноволосый эльф протянул руку, но Леголас покачал головой, наклоняясь вперед, чтобы слезть с Арода. Белхадрон что-то быстро пробормотал, и поймал друга, когда тот спустился с коня. Леголас побелел и немного споткнулся, когда ступил на раненную ногу.
Фарамир сочувственно поморщился. Он раньше получал ранение в ногу, и ему потребовалась неделя, прежде чем он смог ходить, не хромая.
Конюхи взяли лошадей под уздцы, двое из них неуверенно замерли, смотря на Арода и Аскара, которые были без уздечки. Но обе лошади без колебаний последовали за остальными лошадьми. Фарамир подошел к эльфам, которые тихо разговаривали.
— Где Эстель? — спросил Белхадрон и тут же мысленно выругался и поправился. — Арагорн.
— Я пошлю кого-нибудь за ним, — сказал Фарамир, оглядываясь в поисках слуги или охранника. — На данный момент он на заседании Совета.
— Я сам пойду, — сказал Белхадрон. — Так будет быстро.
— Быстрее, — с ухмылкой пробормотал Леголас, прислонившись к нему.
— Это будет быстрее, — повторил Белхадрон, закатив глаза. Он мягко подтолкнул Леголаса и пробормотал что-то по-эльфийски.
Леголас выпрямился, и Фарамир заметил насколько он бледный. Его взгляд скользнул по повязке на ноге принца, и он заметил, что теперь она полностью промокла от крови.
— Хорошо, — сказал он. — Леголас, кому-то нужно осмотреть твою ногу. — Он положил руку на плечо эльфа, а затем после кивка Белхадрона, приобнял его за талию, чтобы поддержать.
Леголас шел сам, хотя раненая нога сильно дрожала. Белхадрон, бросив последний нечитаемый взгляд на друга, повернулся и побежал к цитадели.
***
Голова раскалывалась, и рука начала сильно болеть, но Белхадрон проигнорировал это. Он взбежал по ступеням и достиг двора цитадели. Зная, как быстро может распространяться слух, он не удивился, что охранники не пытались его остановить и что один из них придержал дверь, ведущую в цитадель. — Где Арагорн? — спросил он охранника, на мгновение остановившись перед дверью. Вчера Арагорн показал ему город, но от сотрясения мозга мысли путались, и он не мог вспомнить, куда идти. — Король? — спросил стражник, заметив довольно свирепый взгляд Белхадрона, и кровь на его лице. Он с трудом сглотнул. — Вторая дверь справа. Эльф кивнул и, не говоря ни слова, прошел через дверь. Стражник не стал говорить что король на заседании Совета и его нельзя было беспокоить. Он не собирался спорить с устрашающим существом на сотни лет старше его. Белхадрон шагал по коридору, не сводя глаз со второй двери. — Короля Элессара и Совет не следует беспокоить, — сказал стражник у двери. Эльф даже не потрудился ответить, просто протянул руку и открыл дверь. Надо дать охраннику должное, он снова попытался встать перед ним. Но это была пустая трата времени, и эльф просто обогнул его и вошел в комнату. Когда вошел Белхадрон, советник резко замолчал, и все взгляды обратились на темноволосого эльфа, залитого кровью, со слегка дикими глазами. Арагорн, сидевший во главе стола, встал, когда Белхадрон подошел к нему. — Сорок три разбойника в Итилиэне, — сказал Белхадрон, даже не задумываясь о переводе на вестрон из вежливости к советникам. Он знал, что Арагорн легко понимает его на синдарине. — Мы попали в засаду. Шесть из ваших солдат тяжело ранены и вернулись с Фарамиром. Двадцать шесть истерлингов все еще живы. Маблунг и Берегонд возвращают их вместе с остальными рейнджерами. Арагорн просто кивнул и вышел из-за стола. — А Леголас? — спросил он, подходя к эльфу. Он знал, что принц не должен быть серьезно ранен, потому что иначе Белхадрон не разговаривал бы здесь с ним, но он все же хотел убедиться. — Он в порядке, — сказал Белхадрон, слегка пожав плечами. — Глубокая рана на ноге, но никто из отряда Маблунга не остался невредимым. — Нет, — сказал Арагорн, его взгляд упал на кровь на руке Белхадрона, засохшую кровь на лице. — Я это вижу. Ты в порядке? — Я в порядке, Эстель, — сказал Белхадрон. — Но целителям может понадобиться твои навыки. — Арагорн понял, что он хотел сказать, что он не совсем доверял местным целителям и предпочел бы, чтобы Арагорн лично осмотрел ногу Леголаса. Старые привычки тяжело забыть. Король кивнул и повернулся к своим советникам. — Все свободны, — сказал он. — Я сообщу, когда у меня будет возможность встретиться с вами в следующий раз. — Но ваше величество… — начал один из них, вставая на ноги. — У нас все еще есть много дел, требующих нашего внимания, и мы не знаем, что происходит… — Его взгляд многозначительно переместился на окровавленного эльфа. Арагорн на мгновение заколебался, потом посмотрел на Белхадрона и сказал советникам, что пошлет кого-нибудь, чтобы им все объяснили. Белхадрон схватил короля за руку и потащил из комнаты. — Ваше величество! — снова закричал один из советников, и на этот раз настала очередь Арагорна схватить Белхадрона за руку, когда эльф повернулся и, к удивлению Арагорна, громко зарычал на советника, который быстро опустился на стул. Не говоря ни слова, Белхадрон повернулся, как будто ничего не произошло, и вышел с Арагорном из комнаты. Арагорн положил руку на плечо эльфа, и как только они оказались вне пределов слышимости охранника за дверью, повернулся к Белхадрону. — Небольшой совет, — сказал он, не в силах сдержать улыбку, — если хочешь чтобы мои советники продолжали сотрудничать, лучше не рычи на них. Белхадрон со смущенной ухмылкой склонил голову. — Ты же меня знаешь, — тихо сказал он. — Я терпеть не могу политику, Эстель.***
Как только Арагорн и Белхадрон вошли в залы исцеления легкие улыбки исчезли с их лиц, и оба снова стали мрачными. Арагорна затошнило от запаха крови и целебных трав. Йорет встретила его прямо за дверью и сразу же объяснила как сильно пострадал каждый из рейнджеров и что целители для них делают. Белхадрон перестал слушать, как только увидел Фарамира, который разговаривал с кем-то, лежащим на кровати. Эльф быстро пересек комнату, обходя низкие кровати и столы. Фарамир оглянулся, и легкая улыбка появилась на его губах. Белхадрон упал на колени у низкой кровати, уже протянув одну руку к своему другу. — Ты выглядишь намного хуже, чем несколько минут назад, — пробормотал он. — Ай Валар, Леголас, ты просто не можешь избежать неприятностей, не так ли? Принц попытался ухмыльнуться, но улыбка быстро превратилась в гримасу. Его лицо было бледнее, чем раньше, и его дыхание было немного резким. — Я буду в порядке, — пробормотал Леголас на вестроне, глядя на Фарамира с улыбкой. — Все не так уж плохо. — Повязка промокла насквозь, — заметил Фарамир. — И целителю стоит осмотреть рану. И Белхадрон стал уважать Фарамира еще больше после этих слов. — Есть более серьезно раненые, — сказал Леголас. — Я в порядке. — Нет, — раздался новый голос, и все трое повернулись и увидели хмурого Арагорна. Белхадрон отошел на шаг, а Арагорн сел на край кровати рядом с Леголасом. — Как давно ты ранен? — спросил король, срезая повязку с ноги Леголаса. — И он спрашивает сколько еще крови ты можешь потерять, прежде чем свалишься без сознания? — сказал Белхадрон. Арагорн весело фыркнул, а Леголас просто закатил глаза, бормоча короткий перевод для Фарамира. — Он будет в порядке, — пробормотал Белхадрон Арагорну. — Рана не угрожает жизни, он просто потерял немного крови. — Он взглянул на друга, который закрыл глаза, когда Арагорн стянул повязку с его ноги. Леголас зашипел, когда король людей оторвал остатки повязки, и рана снова начала кровоточить. Подошла целительница с подносом с горячей водой, иглами, нитками и бинтами, которые она поставила на пол рядом с кроватью. — Что-нибудь еще нужно, милорд? — спросила она, убирая с кровати обрывки окровавленной ткани. — Да, вообще-то нужно, — сказал Леголас, опередив Арагорна. Он посмотрел на Белхадрона. — Даже если он не признается в этом, но Белхадрон тоже ранен. Если вы закончили с тяжелоранеными, можете осмотреть его? — Конечно, милорд, — сказала целительница. — Я принесу все необходимое. Леголас кивнул и уронил голову на подушку. Белхадрон бросил на него сердитый взгляд. — Не лги, — пробормотал Леголас. — Твоя голова беспокоила тебя с тех пор, как мы покинули Итилиэн. Белхадрон прикоснулся к ране на голове, и вздрогнул. Потом он снял теплую тунику, осматривая рану на руке. Арагорн взял что-то с подноса и повернулся к Леголасу с небольшой чашей в руке. — Пей, — сказал он. Леголас настороженно взглянул на него, и Арагорн вздохнул. — Пей, или мы с Белхадроном заставим тебя. — И ты знаешь, что мы это сделаем, — пробормотал Белхадрон с легкой ухмылкой, закатывая левый рукав, чтобы осмотреть рану. Принц неохотно выпил отвар, поморщившись от неприятного вкуса. Но, по крайней мере, он понял, что это отвар притупит боль, а не отправит спать. Он ненавидел снотворное, не один раз Белхадрон заставлял его выпить сонное зелье, чтобы он смог отдохнуть. Внезапно они услышали, как кто-то спешит по коридору и все, за исключением Арагорна, который сосредоточенно вдевал нить в иглу, посмотрели на дверной проем. Эовин вошла в залы исцеления быстрым шагом. Как только она увидела Фарамира, то заметно расслабилась и более спокойным шагом подошла к кровати. — Ты в порядке? — спросила она, когда муж взял ее за руку. — Я в порядке, — сказал Фарамир с мягкой улыбкой. — Я приехал на стычку уже в самом конце. — Он нежно сжал руку Эовин, чтобы успокоить ее, понимая беспокойство жены. Он встал со стула, все еще держа Эовин за руку, и повернулся к Арагорну. — Если я здесь не нужен, я проверю своих людей, а затем отправлюсь в цитадель. Арагорн оглянулся на него через плечо. — Нет, все в порядке, — сказал он. — Ты можешь поговорить с моими советниками? Они понятия не имеют, что происходит, и я не вернусь к ним сегодня. Солнце уже начинало садиться за горизонт, наступали сумерки. — Конечно, — сказал Фарамир. Он посмотрел на Леголаса, который закрыв глаза, тяжело дышал сквозь стиснутые зубы. Эльф открыл глаза и улыбнулся Фарамиру, тот кивнул, повернулся и ушел. Арагорн вернулся к ране на ноге друга, вытирая струйку крови, прежде чем наложить еще один шов. Леголас зашипел, и король поднял глаза. — Я могу дать тебе кое-что покрепче, если хочешь. — Все в порядке, — пробормотал эльф сквозь зубы. — Просто продолжай. Арагорн мягко улыбнулся и снова сосредоточился на ране. В этот момент вернулась целительница с еще одним подносом. Белхадрон выпрямился и поморщился, когда рана на руке заныла. — Можете сесть вот сюда, милорд, — сказала целительница, указывая на стул, который оставил Фарамир. — И скажите мне, где вы еще ранены. — Ее голос, хоть и был мягким, но в нем был командный тон. Арагорн улыбнулся, когда Белхадрон немедленно встал и направился к стулу. — Моя голова и рука, — сказал он, склонив голову набок, чтобы целительница могла увидеть рану на виске. — Есть головокружение, тошнота? — спросила она, наклонив голову Белхадрона, чтобы посмотреть на порез. Эльф замер и посмотрел на Арагорна. К счастью, тот понял проблему и быстро перевел вопрос на синдарин. Белхадрон ответил, а затем Арагорн повернулся к целительнице. — Небольшое головокружение, не тошнит, — сказал Арагорн. — Но я сомневаюсь, что рана причинила много вреда. В конце концов, он эльф. Целительница кивнула и снова повернулась к Белхадрону. — Сначала я промою рану на голове, — сказала она, окунув чистую ткань в горячую воду и отжимая ее. — Не двигайтесь, милорд. Белхадрон замер на месте, наклонив голову, чтобы целительница могла смыть кровь с его лица. Поскольку кровь высохла несколько часов назад, целительнице потребовалась много времени чтобы все оттереть. В комнате было почти тихо, пока целители работали над ранеными. В конце концов, Арагорн закончил, крепко обмотав ногу Леголаса белыми бинтами. Белхадрон с двумя наложенными швами и перевязкой на голове, подтянул колени к груди и свернулся калачиком в кресле, похожий на большую кошку. Он рассеянно теребил свой нож, который бросил в разбойника пытавшегося убить Леголаса. Леголас вздрогнул и взяв Арагорна за руку, сел на кровати. Они без слов согласились, что никто из них не будет оставаться в залах исцеления дольше, чем необходимо. Белхадрон сунул нож в ножны за поясом и встал, собирая оружие, разбросанное вокруг кровати. Поморщившись, Леголас встал. Арагорн с ухмылкой вздохнул и закинул руку друга себе на плечи. — Почему это до сих пор происходит с нами? Принц усмехнулся и покачал головой. — Если бы я знал, я бы сказал тебе. Но я уже давно не задумываюсь об этом.***
Арагорну потребовалось слишком много времени, чтобы успокоить своих советников, поговорить с Фарамиром, чтобы получить полный отчет, и сделать все остальное, что король должен был сделать в этой ситуации. В конце концов, когда на Гондор опустилась ночь, Арагорну, наконец, надоели советники, постоянно спрашивающие, что делать и когда они собираются нанести ответный удар. После получасовых дебатов, Арагорн сдался. — Хватит, — громко сказал он. Разговор внезапно оборвался, и взгляды собравшихся обратились на короля, который встал из-за стола, на котором была разложена подробная карта Итилиэна. — На сегодня хватит, — сказал он, оглядывая советников. — У нас сорок воинов двинулись в Осгилиат с лошадьми, чтобы встретить Маблунга и Берегонда с захваченными истерлингами. Туда было отправлено больше припасов. Если у кого-то из вас больше нет важных вопросов, на сегодня заседание закончено. — Он немного подождал, но когда все промолчали, развернулся и вышел из комнаты. Закрыв за собой дверь, Арагорн с облегчением выдохнул и провел рукой по волосам. Именно в такие моменты, когда все смотрели на него, ожидая указаний, он хотел снова стать рейнджером. Он двинулся по коридорам цитадели немного быстрее, чем обычно, в надежде, что никто не перехватит его и не попросит еще чего-нибудь. Распахнув двери королевских покоев, Арагорн остановился, услышав смех, доносящийся изнутри. Он узнал бы его где угодно, и это заставило его улыбнуться. Он вошел в гостиную и увидел, как Леголас смеется над чем-то, что сказала Арвен, вытянув перед собой раненую ногу. Его жене нравилось общество Леголаса, учитывая, что она была постоянно окружена людьми в этом городе, и редко видела другого эльфа. — Надеюсь моя жена не рассказала тебе очередную неприятную историю обо мне. Леголас оглянулся и просто усмехнулся, ничего не говоря. Арагорн добродушно вздохнул и сел рядом с женой. — А где Белхадрон? — Привычки трудно забыть, — сказал Леголас с кривой усмешкой. — Он проверяет Аскара и Арода, а затем и оружие. — Он поерзал на стуле, поморщившись от боли в ноге. — Я сказал ему, где мы будем. Полено в камине треснуло. Арагорн, который наблюдал за огнем не отреагировал, но Леголас дернулся от резкого звука, мгновенно повернув голову к огню. Эльф сдержал вздох, пытаясь снова устроиться в кресле. Было глупо дергаться от треска огня, и хотя он расслабился, та его часть, которая помогала выживать под деревьями Лихолесья, была настороже. Арагорн краем глаза наблюдал за другом и заметив легкое напряжение в его плечах, прежде чем эльф снова расслабился в кресле. Он понимал, что они все стали дерганными после войны. Иногда от суеты и толпы в цитадели Арагорн готов был лезть на стены, он пытался не подпрыгивать при любом резком движении. Иногда, Арвен замечала его состояние и придумывала любой повод, чтобы он мог сбежать. Когда Арвен просыпалась среди ночи и обнаруживала, что его нет в их постели, она не засыпала снова, пока не найдет его. Поэтому Арагорн привык ненавязчиво будить жену по утрам, чтобы сказать, что уходит. Леголас поднял глаза от огня и устало улыбнулся другу. — Как твоя нога? — спросил Арагорн. — Все в порядке, — автоматически ответил Леголас, и его улыбка стала шире от раздраженного вздоха Арагорна. — Рана заживет. — Через неделю он будет лишь слегка прихрамывать, а через две забудет про рану. Дверь распахнулась, и все трое подняли глаза и увидели, что в комнату вошел Белхадрон. Как и Леголас он привел себя в порядок и сменил окровавленную одежду. На виске Белхадрона все еще оставалась зашитая рана с темно-фиолетовыми синяками. Леголас бросил быстрый взгляд на Арагорна, когда Белхадрон остановился перед камином, задумчиво глядя на огонь. — Можно? — неуверенно спросил он, махая рукой на огонь. — Конечно, — спокойно сказал Арагорн, заметив напряжение в темноволосом эльфе. Белхадрон присел перед очагом и быстрыми ловкими движениями кочергой разворошил большую часть горящих поленьев, потушив огонь. Потом осторожно отложил кочергу на место. Леголас посмотрел на друга, который сел рядом с ним, теперь, когда огонь был потушен, он смог расслабиться. — Все хорошо? — тихо спросил он, и Белхадрон просто кивнул в ответ. Леголас вспомнил, когда друг впервые при нем потушил огонь в камине. Прошла всего неделя с тех пор, как он вернулся домой после войны кольца, и промок под сильным дождем. Он был в своей комнате, пытаясь высушить промокший плащ, когда вошел Белхадрон. В этом не было ничего необычного, друг спокойно мог войти в комнату принца. Белхадрон мгновенно подошел к камину и вылил на огонь кувшин с водой. Леголас уставился на него, ожидая объяснений. Белхадрон сказал только, что Лихолесье горело. Леголас больше не задавал вопросов. Некоторое время они оставались в комнате, тихо разговаривая. Никто не пошевелился, чтобы поджечь еще одно полено, но свечи давали достаточно света. В конце концов, эльфы ушли, а Арагорн и Арвен отправились в свои комнаты. Белхадрон незаметно держался рядом с другом на случай, если нога Леголаса подведет. Светловолосый эльф закатил глаза и толкнул его локтем. — Я могу дойти до своей комнаты, не упав, — с ухмылкой сказал он. — Если ты настаиваешь, — мягко сказал Белхадрон, но все равно держался рядом, пока они не дошли до двери в комнату принца. — Спокойной ночи, друг мой. — Кажется, уже наступило утро, — сказал Леголас с улыбкой. — Но спокойной ночи. Он толкнул дверь в свою комнату и вошел внутрь. Огонь в камине уже горел, и в комнате было тепло. Леголасу не потребовалось много времени, чтобы заснуть. Немного погодя на балконе его комнаты появилась тень. Белхадрон бесшумно прошел через открытые двери балкона и остановился у изножья кровати, чтобы убедиться, что с Леголасом все в порядке. Война должна была закончиться. Рациональная часть его разума знала, что они действительно победили, хотя за это пришлось заплатить высокую цену. Но все же он не мог до конца в это поверить. Но даже если бы он полностью и безоговорочно поверил, что все действительно кончено, он все равно бы стоял здесь, желая удостовериться, что не потерял своего друга. Война многое забрала у всех них, и Белхадрон хотел убедиться, что сможет удержать то, что осталось.
