По ту сторону страницы: Любовь Луны Лавгуд

Завершив дела в соборе, Клод поспешил в свой домик. Еще по дороге он думал, что с тех пор, как Луна поселилась у него, там стало намного теплее и уютнее. Должно быть, Луна уже ждала его к обеду, приготовив что-нибудь вкусное... Найдя домик подозрительно пустым, он был взволнован не на шутку. Луна всегда знала, когда он приходил и ждала встречи с ним. А тут было такое ощущение, что выйдя из домика рано утром, она так и не вернулась туда. Клод подбежал к столу и прочел в свежих заметках по рецепту восстановления палочки о том, что ракушки найдены и оставался последний ингредиент – розовый кварц. Тревожные мысли напали на него одна за другой. С горьким раскаянием о том, что он вчера не рассказал девушке о своей находке в соборе, он достал колбочку с сенегальской камедью, отыскал первый рецепт и буквально за пять минут собрал все необходимое, нагрел реторту и выполнил алгоритм восстановления палочки, которая лежала там же на столе в секретной коробочке. Десять минут, когда нужно было ждать окончательного склеивания половинок, показались для него мучительно долгими. Наконец, все было готово! Палочка выглядела почти как новенькая, но он еще не знал, сможет ли она работать, как прежде. – Люмос! – произнес он одно из немногих знакомых заклинаний. Палочка слабо засветилась. Это была победа! Палочка была восстановлена! И более того, она его слушалась... Спрятав ее в длинный карман сутаны, он поспешил на улицу, даже не успев пообедать. Не до этого ему было. Где теперь искать Луну? Первая пришедшая мысль была обнадеживающей и устрашающей одновременно. Дворец Правосудия. Туда он и отправился. Между тем, было уже около 3 часов дня. В главной зале его с удивлением встретил Жак Шармолю. – Мэтр Фролло, как вы так быстро успели? Мы совсем недавно послали в собор пригласить вас на три интереснейших судебных дела. – Сам пришел сюда по делам, мэтр. И какие обвиняемые у нас сегодня? – Девчонка-колдунья, упорный еретик и опасный преступник, который возглавлял шайку карманников на Овечьем рынке. Сердце Клода тревожно сжалось. – И что за колдунья? Кто задержал ее? – Наш доблестный капитан королевских стрелков – Феб де Шапотер! Он отловил ее в лавке ювелира, где она наверняка выбирала камень для своих ведьминских ритуалов. Смотрите! При упоминании Феба Клод сжал кулаки, но не выдал своего внутреннего негодования. Опять этот Феб! Проклятье! Между тем мэтр Жак успел осторожно достать из коробочки на своем столе маленький камушек. – Все ясно, мэтр Жак! Это розовый кварц. Широко используется ведьмами в ритуалах любовной магии. – Вот именно, мэтр! – Что-то еще известно о ней? – Только свидетельство солдат с Гревской площади. Все остальное мы узнаем у нее сами… – потирал руки судья, уже представляя, как бросит девушку в застенок для пыток. Клод заметил недобрый блеск его глаз, внутри у него похолодело. – Предоставьте мне допрашивать эту ведьму, – сурово сказал Клод. – Как скажите, мэтр… при ваших глубоких познаниях в демонологии, я даже не сомневаюсь, что вы сделаете эту работу как мастер своего дела. Клоду стало ужасно мерзко на душе от этого комплимента, но он не подал вида и последовал за Жаком в зал заседания. С минуты на минуту должны были ввести подсудимую. И это действительно была Луна. Босая, одетая в легкую белую рубашку, едва скрывающую колени, плечи и ее пышную грудь. Она выглядела испуганной и растерянной. Но встретившись взглядом с Клодом, словно наполнилось мужеством и даже улыбнулась. Жак начал процесс торжественной речью, обличающей всякое чародейство и волшебство и восхваляющей отважных королевских ратников и судий, которые день и ночь заботятся о мирном житии благовоспитанных граждан. Слушая его напыщенный монолог, Луна несколько раз едва не рассмеялась в голос, представляя, как отважный капитан королевских стрелков, бдит над порядком в городе. – Вы только посмотрите, господин Жак! – возмутился какой-то старый законник, – эта ведьма смеется над нами!! Жак метнул гневный взгляд в сторону Луны. Зал неодобрительно загудел. – Что ты тут улыбаешься, ведьма?! – строго вопросил господин судья. – Я смеюсь над капитаном Фебом, о котором вы говорите. Этот самодовольный негодяй не только привязался ко мне в лавке, приглашая на свидание, но и грозился отвести в свой гарнизон с отрядом солдат. Узнав, что я ведьма, но приказал привести меня сюда. В темнице он хотел меня изнасиловать, но я припугнула его заклинанием, и он со всех ног сбежал оттуда. Зал взволновался не на шутку. Луна подумала про себя: «Ну вот и отлично, теперь Клод знает, как я попала сюда». Судья в негодовании постучал по столу. – Тишина! – рявкнул он, – К своему обвинению в колдовстве ты присоединила сейчас бесстыдную клевету на честного дворянина! Послушаем свидетелей. Два стражника, которые были свидетелями событий на Гревской площади, в красках описали, что произошло, когда они пытались привести в исполнение приказ о казни Эсмеральды, опустив, правда, историю с ее матерью. Луна слушала внимательно и с большим интересом. Когда они закончили рассказ, судья, обратился к ней: – Ты признаешь все это? – Конечно! – ответила девушка, – только они про затворницу Гудулу забыли сказать: а ведь она оказалась матерью Эсмеральды и пыталась всеми силами защитить свое невинное дитя, – но даже слезы матери не могли остановить их, и если бы я не вмешалась... – Довольно! – прервал ее Жак, – значит признаешь. – И где теперь Эсмеральда? – Где надо. – Так... – продолжил Жак, которого уже мало волновала судьба Эсмеральды и ее матери, – А на шабаш в полнолуние ты летала? Тут Луна несколько растерялась и бросила вопрошающий взгляд на Клода, как будто была на экзамене и не знала правильный ответ. Тот понял ее без слов и угрожающим голосом произнес: – Слушай меня внимательно, ведьма! Сейчас ты должна будешь признать все обвинения, которыми тебя обличит святое правосудие! Луна вся в мурашках от его звучного голоса, прошептала: – Да, господин! Летала, признаюсь... Клод грозно продолжал читать обвинения по стандартному списку: – Варила ли ты отравляющие и любовные зелья?… – Насылала порчу на скот и мирных жителей?… – Танцевала голой вокруг костра?… – Совокуплялась с демонами?… Луна послушно признавалась во всем, периодически краснея, но понимая, что Клод знает, как лучше. – Готово, мэтр Жак! Ведьма во всем призналась. Тот разочарованно развел руками: – То есть, ее даже пытать не надо? – Она ВСЕ признает, – со сталью в голосе повторил Клод, – не вижу смысла больше тратить на нее наше время! – Согласен, мэтр, – со вздохом ответил Жак и зачитал приговор: «Завтра полдень ты будешь повешена на Гревской площади». Сердце Луны охватил страх. Ее повели обратно в темницу. Взгляд Клода был прикован к девушке. Она обернулась, бросив на него последний умоляющий взгляд перед тем, как тяжелая дверь захлопнулась за нею. Жак Шармолю произнес грозным голосом: – Введите следующего обвиняемого! Начиналось новое слушание. Клод, повинуясь порыву последовать за Луной как можно скорее, встал со своего места. Главный судебный председатель проговорил: – Мэтр Фролло, у нас еще два слушания сегодня. Вы более чем необходимый участник судебного совета, особенно в деле, которое мы рассмотрим сейчас. Клод со вздохом опустился на кресло. Его внимание занимала сейчас только Луна. Мысли путались от волнения, но он пытался анализировать, как ему покинуть заседание как можно быстрее, не вызывая подозрений при этом. Сердце его почему-то стучало все более отчаянно и какая-то непонятная тревога охватывала его все сильнее.