Ананас

Один-одинёшенек

      Жон Арк был окружён оглушающей тишиной.       Никто не хлопал. Ни единая душа не издала и звука. Тишина, душераздирающая, кровожадная, заставляющая волосы вставать дыбом тишина окружила его и Директора Озпина, когда тот объявил, что он и только он прошёл Инициацию. Некоторые вероятно подумали, что это только шутка, фарс академической актив-группы Бикона, но когда Озпин завершил церемонию пожав ему руку… ну, подростки в лучшем случае принялись сплетничать и распространять неправдивые слухи.       Это была не его вина.       Цель Инициации была довольно простой. Достать Реликвию в Изумрудном Лесу и вернуться обратно. Легко. Могли ли люди всерьёз обвинять его в том, что он оказался единственным, кто решил, что шахматные фигуры и есть те самые Реликвии? Иначе зачем бы они тогда были в середине наполненного Гримм леса? Другие решили иначе. Нет, они погнались за Гримм и принялись их вырезать, в надежде найти Реликвии, которые застряли у них между зубов. Он даже не мог вспомнить, чья это была идея, той рыжей девчонки, Норы? Звучит реалистично, учитывая то, что она прибыла на поляну верхом на Гримм-медведе. Безумие и она были смешаны так же хорошо, как клюквенный сок с яблочным соком (технически все соки хорошо смешиваются между собой). В любом случае, он вспомнил, что взял с собой одну из шахматных фигур, перед тем как последовать за всеми остальными в лес и дружным скопом крошить Гримм за Гримм.       Если быть откровенным, он ожидал, что провалит Инициацию, а не станет единственным, кто её пройдёт!       Все, кто пялился на него сейчас, вероятно подумали о том же самом, тихие, как мыши. Он судорожно взглотнул и помахал всем рукой, в надежде разрядить обстановку, но только сделал хуже. Тихие шептания сразу же раздались повсюду. Жизнь вновь наполнила аудиторию, только теперь разговоры более не напоминали бессмысленное и бессвязное бормотание. Так, хорошо, новый план! Развернуться и свалить, пока всё происходящее не перешло из состояния «плохо» в «очень-очень плохо». Он развернулся, слабо улыбнулся Директору, и спустился с помоста, провожаемый осуждающими взглядами в спину. Каждый волосок на его теле встал дыбом от страха.       Профессор Гудвитч была достаточно добра, чтобы лично показать ему его новую комнату, но не стала предлагать обговорить всё случившиеся. Просто прекрасно! Он провёл время в нервирующей тишине, размышляя об обстоятельствах в которых он оказался. Вещи стали обретать смысл, только когда он вошёл в комнату. Два платяных шкафа, четыре кровати, шикарная ванная? Когда она ушла, вещи наконец встали на свои места. Команда, команда из не менее чем четырех человек должна была быть частью жизни в Биконе, вот почему некоторые из шахматных фигур были одинаковыми, и вот почему все обратились в ничего непонимающую бормочущую толпу, когда Озпин объявил о его одиночном статусе. Иронично. Теперь некому было его приветствовать, кроме холодной комнаты со слишком большим количеством пустого пространства. Вот так перемена, по сравнению со столпотворением десяти человек в одном доме.       Горькая улыбка появилась на его губах, когда он бросил семейную реликвию на ближайшую кровать. Глаза бесстрастно осматривали шкаф, надеясь услышать какой-нибудь резонирующий звук. Не то чтобы он не был счастлив — он был счастлив, это было его целью с самого начала, но осознание того, что другие заслуживают этой комнаты гораздо больше, оставило неприятный привкус на его языке. Пусть это будет чувство вины, но когда он увидел их лица, когда Озпин сказал, что они не прошли, его сердце сжалось в комок, особенно за ту девочку Руби. Все они выглядели подавленными по-своему.       Ну что ж, теперь нет смысла переживать по этому поводу.       В конце концов, именно этого он и хотел — стать студентом Бикона, исполнить свою мечту и стать Охотником, достойным фамилии Арк, как его отец и его отец до него. Именно по этой причине он сбежал из дома, вопреки желанию родителей. И что с того, что кто-то не справился, для них всегда оставался следующий год. Не все сдавали экзамен с первой попытки. А пока он мог только двигаться вперед к своей мечте. Но если отбросить приятные мысли, то наличие в комнате ещё трех пустых кроватей сразу же портило настроение и делало празднование ещё более унылым. Какой смысл радоваться, если рядом нет никого, кто мог бы разделить с ним эту радость от успеха?       Жон сел на пустую кровать и с тоской посмотрел на свой меч.       — Добро пожаловать в Академию Бикон.