Почему я её сохранила?

- Это Эластика. По рукам. - Хелен Парр сжала телефонную трубку. Несмотря на то, что она чувствовала себя достаточно сильной, чтобы справиться с настолько большими переменами в жизни, волнение всё равно заставляло нервничать. Слишком много всего произошло за короткий период времени, и она не успела всё толком переварить. Согласие на участие в плане по спасению суперов вырвалось словно само собой, потому что интуитивно оно казалось правильным.       На другом конце провода она слышала, как Уинстон Девор чуть ли не приплясывал от восторга. Они условились, что она заедет в Дефтех на следующий день. Закончив разговор, Хелен легла в кровать. Боб поцеловал её в щеку, лёг рядом на бок и тут же засопел. У неё же сна не было ни одном глазу.       Обычно Хелен представляла перед сном пустой белый лист. Концентрируясь на его пустоте, она отпускала мысли и засыпала. Но в эту ночь на нём как будто не было ни одного свободного места. Мысли о том, что придется оставить детей на время, нарушить закон о запрете супергеройств, жить в новом месте и работать с людьми, которых она не знала – всё это старательно мешало очистить сознание и погрузиться в сон. Хелен машинально начала прокручивать в голове прошедший вечер.       Уинстон Девор показался ей энергичным мужчиной, глаза которого горят от возможности помочь суперам. А его сестра, Эвелин, наоборот, не пылала энтузиазмом. Вообще, у Хелен создалось впечатление, что она как будто что-то недоговаривала касательно плана Уинстона. Словно она была уверена, что он не принесёт успеха. Но было видно, что Эвелин безмерно любит брата и всеми силами готова ему помочь в чём угодно, пусть даже в провальном проекте.       Брат и сестра. Как две части одного целого. Они по-разному относятся к причине смерти родителей. Эвелин словно ненавидит факт, что они не попробовали спрятаться, а надеялись только на суперов. Уинстон же винит в случившемся только запрет супергеройств. А если бы грабители добрались до них в потайной комнате? А если бы Паладина и Огник не справились? А если и у неё не получится? Слишком много «если»...       Конечно, всё могло быть по-другому. Но теперь, вместе с ними, Эластика начнёт менять мир. Постепенно, маленькими шагами. И всё для того, чтобы вместо «если» не было неопределённости, а были суперы, помогающие людям и защищающие их. Брат и сестра едины в одном – они хотят изменить текущий порядок вещей. И им нужна Эластика. Мысли об этом утаскивали Хелен далеко в бессознательное, и через некоторое время ей всё-таки удалось заснуть.       На следующий день Эластика вошла в здание холдинга, и её тут же проводили наверх, в офис Уинстона. Однако вместо него она встретила там Эвелин. Женщина сидела на низком и достаточно широком деревянном столе, скрестив ноги. Она рассматривала разложенные перед собой бумаги с чертежами, держа в руках был стакан виски. Она медленно повернула голову к Эластике и расслабленно улыбнулась уголками губ. От неё веяло спокойствием, которого супергероине очень не хватало. - Добро пожаловать на борт – выдохнула женщина и слегка приподняла стакан – Винни скоро подойдёт.       Эластика улыбнулась и подошла к Эвелин. Последняя сощурилась и смерила её супергеройский костюм с ног до головы оценивающим взглядом. На секунду их глаза встретились, но Эвелин быстро отвернулась и продолжила изучение чертежей. «Какие печальные глаза» - пронеслось в голове у супергероини. Если считать, что глаза – зеркало души, то душа Эвелин переполнена горечью. Холодный взгляд без капли восторга. Быть может, она действительно видит весь этот план как нечто недостойное для траты времени. Эластика подумала, что не помешает слегка подбодрить Эвелин, показать, что она тоже не в восторге от количества предстоящих дел, но все они стоят того. Они ведь будут вместе работать, необходимо настроиться на положительные эмоции. - Самой даже не верится, что решилась на это. Кажется, сноровка уже не та, я ведь уже давно отошла от супергеройств... – но в голове Хелен снова закрутились мысли о недавно прошедших событиях и она, словно угадав, что Эвелин тоже о них подумала, смущённо добавила - Последние пару раз были вынужденные. (примечание автора: драка с роботом из первой части мультфильма и с Подрывашкером из второй) - Всё получится, я не сомневаюсь в тебе. – Эвелин развернулась всем телом к супергероине и продолжила – Теперь ты засияешь так, как не сияла уже очень давно. - О чём ты? – Эластика скрестила руки на груди и нахмурилась. - Ну-у – протянула Эвелин, приподняв плечи – Тебя ведь действительно очень давно не было видно среди суперов, да и раньше ты довольно продолжительное время была в тени Мистера Исключительного. – Последние слова Эвелин произнесла каким-то издевательским тоном и заметила, как её собеседница ещё сильнее сдвинула брови и оживлённо добавила – А помнишь времена, когда ты носила ирокез и ездила на байке? Тогда ты была сама по себе, и, на мой взгляд, все же более раскрепощённой. – Эвелин посмотрела в глаза супергероини и усмехнулась, отчего на слегка покрасневшем лице Эластики отобразилось сначала удивление, потом неловкость. – Ну это на мой взгляд… - Эвелин торопливо поправила волосы, отворачиваясь. – И кажется, я увлеклась. Я не пытаюсь теперешнюю тебя принизить, наоборот. Просто теперь это будет полностью твоё шоу, что редкость в нашем мире. – Пожав плечами, женщина заглянула в стакан и сделала глоток. - Ты про то, что современный мир принадлежит мужчинам? – Эвелин не ответила, только едва заметно улыбнулась. Эластика решила немного поспорить: - Ты тоже живешь в этом мире. А ведь босс Дефтеха не ты, а твой брат! Но по твоему виду и не скажешь, что ты недовольна судьбой.       Эвелин немного помолчала и ответила: - Таланты решили всё за нас. Я изобретатель, он – делец. Приветливый, общительный и видит людей насквозь. Я вот таким даром обделена и не знаю, что у них внутри. Но мне это и не нужно, поэтому нечего жаловаться на судьбу. Я могу творить, и это главное. – она сделала паузу – Не хочешь выпить? Извини, что сразу ничего не предложила, задумалась… – Она снова прошлась взглядом по фигуре Эластики, отчего последняя непонимающе приподняла брови. - А ведь твое появление в нашей команде это большое событие, которое нельзя не отметить.       Интонация Эвелин начала быть более живой, казалось что она перестраивалась на более позитивное отношение к происходящему. - Мне только чего-нибудь не очень крепкого. – Эластика покосилась на початый стакан собеседницы.       Эвелин подошла к шкафу в углу кабинета, достала из встроенного в него холодильника маленькую бутылку шампанского, ловко её открыла и налила в бокал. Вернувшись, она дала шипящий напиток Эластике и, подхватив свой, легонько коснулась своим бокалом её.       Хелен задумалась о последних словах Эвелин. Ей хотелось продолжить с ней говорить. Казалось, что женщина многое может рассказать, но она не из того сорта людей, которые сами полезут с рассказами. Они знают очень многое и имеют свою точку зрения относительно множества тем, но никогда сами не начнут разговор. Поэтому Эластика решила снова спросить: - И всё же, что у людей внутри, на твой взгляд? – она вновь встретилась взглядом с наполненными грустью глазами собеседницы, которая слегка сдвинула брови и не отводя взгляда ответила: - Я думаю, что лень. Что легко, то и выбирают. Не заботятся о качестве, не заботятся о своем развитии, не ставят себе вызовов. Плывут по течению или ищут только простые пути, не требующие никакой нагрузки. Так не должно быть. – в её голосе нарастала злоба. Глаза наполнялись гневом, Эластика почувствовала, как женщина напряглась, но всё же постаралась снова ей возразить: - Но от случая к случаю ведь бывает по-разному. Сейчас множество вещей упрощают жизнь человека, но затем эти вещи и были придуманы. Ты, как гениальный изобретатель, должна это понимать.       Явно польщённая Эвелин со смешком на слове «гениальный» снова отвела взгляд. Эластика продолжила: - Но я чувствую, что ты имеешь в виду, что люди во многом наедятся на силы супергероев, а не на свои собственные.       Улыбка улетучилась с губ Эвелин, она серьёзно взглянула на Эластику. «Какая проницательность - прочла мысли, прямо как Винни». Супергероиня продолжила: - Вы с братом вчера чуть не разругались из-за того, что случилось с родителями… Прости, что напоминаю об этом. – Супергероиня опустила взгляд – Мне очень жаль, что их не удалось спасти. Вера твоего отца в суперов была действительно до опасного сильной. Но я не думаю, что растягивать её на всех людей правильно.       Эвелин пожала плечами и вновь отпила виски: - Винни хочет попросить тебя патрулировать опасный район, вот там-то и насмотришься на безвольных лентяев.       Эластика хотела было ответить, но в это время зашел Уинстон. - А вот и наша звезда!...

***

      План Уинстона заключался в продвижении супергеройств в СМИ посредством трансляции подвигов «от первого лица». Никто ведь не видит, сколько всего должен решить супер во время очередной разборки. Чем и во благо чего он жертвует. Когда люди увидят не только разрушения после борьбы добра со злом, но и саму эту борьбу, они смогут оценить вклад супергероев в общественное благополучие и порядок.       Чтобы всем было спокойно, семья Парр переместилась в загородный дом Уинстона. Оставаться в прежнем жилище было небезопасно. Дети быстро привыкли к роскошному особняку, Боб также им восхищался, а Хелен не находила слов благодарности Деворам за такую щедрость и заботу.       Эластика обрела новый образ – вместо красного «семейного» костюма Эвелин отправила ей совершенно новое серо-чёрное трико, напичканное камерами. Хелен сначала не оценила его, но, постоянно ловя на себе восторженные взгляды Боба, в итоге решила, что оно вполне себе ничего. Ещё одним подарком Эвелин для Эластики оказался скоростной байк, сконструированный ей собственноручно. Он полностью повторял изгибы тела Эластики, и разгонялся за считанные секунды до колоссальных скоростей. Хелен как будто действительно ощутила себя в прошлом: скорость, подвиги, независимость.       Дети, конечно, со скептицизмом отнеслись к тому, что их мама будет геройствовать и, по сути, нарушать закон. Особенно Фиалка недоумевала, с чего это вдруг нужно нарушить закон, чтобы его отменили. Хелен не спорила с ней, ведь дочь была права – она едет спасать людей и этим самым нарушать закон, как бы иронично это не звучало. Приходилось мириться с таким порядком вещей. Во благо будущего.       Хелен было боязно оставлять семью и дом. Джек-джек ещё совсем маленький, у Дэша проблемы с математикой, а Фиалка, кажется, вот-вот начнёт встречаться с парнями. Возраст, гормоны, да и сама дочь рассказала о том, что мальчик, который ей давно нравился, предложил ей встретиться. У домохозяйки-Хелен от всего этого шла голова кругом, она несколько часов к ряду объясняла мужу, как вести хозяйство. Глядя на его иногда испуганные глаза, Хелен начинала переживать, что ему будет тяжело. Ведь дома может случиться всё что угодно, и ко всему следует быть готовым. Но Боб уверял жену, что со всем справится, старясь на ходу запоминать все её советы и указания.       И вот наступил день, когда с тоской в душе Хелен покинула дом и переместилась в столицу, где расположилась в жилом комплексе Дефтеха. Ей предстояло набраться терпения и много работать, помогать людям, спасать их, и главное, как сказал Уинстон: «Блистать!», а Эвелин тут же с улыбкой добавила: «То есть просто быть собой». Хелен смущалась, ведь для Деворов она явно была надеждой, отправной точкой к совершенно новой эпохе.       Иногда ум Хелен занимали мысли об Эвелин. Женщина всегда с готовностью объясняла все нюансы передвижения по городу, а также ручной регулировки камер в костюме. И в целом была готова по сотне раз отвечать на, как потом понимала Хелен, абсолютно глупые её вопросы. Она поддерживала и подбадривала Хелен, но делала это слегка отстранённо, как будто всё ещё в ней сомневалась. Хелен хотелось с ней подружиться, показать ей не Эластику, а именно Хелен. Ей не хватало простого общения, чтобы отвлекаться от ставшей вдруг такой насыщенной жизни супергероини. И казалось, что с сестрой Девор будет что обсудить. Однако каждый день с наступлением вечера она никак не могла придумать предлога задержать Эвелин. А последняя в свою очередь шла к себе, не пытаясь даже заговорить о чём-нибудь отвлечённом. Всё это не давало супергероине покоя, и она не понимала, почему.       Наступил первый день новой «работы» Хелен, вернее Эластики. И вот, сидя на новом байке, она по рации разговаривала и смеялась с Деворами о старых временах, когда Боб втихаря от неё слушал полицейскую волну и геройствовал на стороне, а она была против. «Вот я лицемерка...». Деворы сидели в переулке неподалёку в напичканном техникой фургоне.       Повисшую между смешками паузу вдруг прервал голос диспетчера: - Внимание всем! Поступил сигнал о готовящейся диверсии на главном вокзале на церемонии ввода встроенного поезда.       Ему тут же ответили патрульные: – Понял, уточните место. - Главный вокзал, Ноттингемская площадь.       Винни ахнул и быстро затараторил: - Угроза диверсии! Везёт! - обращаясь к Эластике - А ну быстро на вокзал! Пулей, пулей!       Эвелин посмотрела на брата. С тех пор, как он вышел на прямой контакт с суперами, его оживление не сходило на нет. А сейчас в его глазах как будто загорелся огонь. Он настолько уверен в Эластике, что даже не думает об опасности. Его мысли занимает только план, как бы повыгоднее преподнести работу суперов обществу. Возможные жертвы его не волнуют. Что такое угроза диверсии для него? Опасность, раненные люди, разрушения? Нет. Это лакомый кусочек, возможность сделать шоу, которое быстро вознесет рейтинг Эластики до небес. Но когда это произойдёт, Эвелин так же стремительно опустит его на землю и ниже. И падение будет жёстким. Довольная собой, она не смогла сдержать ухмылки.       Эластику всё же не покидал скептицизм. Она думала о полиции, которая скорее всего будет против её вмешательства. Эвелин начала убеждать и подбадривать супергероиню: «Но ты ведь облегчаешь им жизнь. Они из гордости могут быть против, но на деле вряд ли. Кстати, тебе бы самой разобраться с Подрывашкером в прошлый раз, всё бы уже сейчас было иначе».       Несмотря на то, что Эвелин в этот момент вела двойную игру, она действительно считала, что в одиночку Эластика справилась бы куда лучше. Анализируя все подвиги суперов, сопоставляя разрушения и положительный эффект от побед, сестра Девор убедилась, что эту супергероиню отличала особая аккуратность. Эластика предпочитала наносить рассчитанные тактические удары, а не прыгать перед врагами как мишень; обезоруживать их тихо и внезапно, а не громко заявляя о себе. В то же время Мистер Исключительный шёл напролом, зачастую в буквальном смысле пробивая своим телом несколько стен. Жаль, что в их паре он всегда стремился первым разрулить дела. Вознести суперов в глазах общественности проще как раз через таких аккуратных представителей, как Эластика. Короче говоря, даже если сейчас что-либо пойдёт не по плану, можно быть уверенной, что разрушения будут минимальны, а значит меньше суеты, лишних разбирательств и поиска виноватых, только лишь похвала Эластике, спасшей людей или сделавшей всё возможное для этого.       Тем временем практически сразу после торжественного запуска поезд остановился, и поехал в противоположную сторону. Эластика поспешила за ним.       Во время гонки за поездом супергероиня не переставала перечислять возможные пути его остановки, надеясь на помощь сестры Девор: «А можно просто остановить поезд? Удалённо? В аварийном режиме?». Не без удивления, как можно так здраво рассуждать во время экстренной ситуации, Эвелин отвечала ей отрицательно. Для виду она, конечно, надела наушник, который передавал полицейскую волну, однако снизила звук до минимума и даже не слушала, о чём переговариваются полицейские, там была суматоха: куча голосов, перебивающих друг друга. Благодаря камере в костюме она видела, что Эластику уже заметили люди в полицейских машинах, а значит нет сомнений - практически всю работу они скинут на неё. Конечно, посуетятся, но не больше. Уинстон, казалось, даже и не слушал разговор сестры с Эластикой - он как заворожённый смотрел в экран, словно очутился в кино. Эвелин подумала о том, что в целом она могла даже не надевать наушник и не пытаться делать вид, что помогает – он бы даже не заметил. Супергероиня должна остановить поезд сама, иначе зачем всё это шоу?       Эластика стремительно приближалась к поезду. Глаз и вправду цеплялся за экран, транслировавший погоню от первого лица. Времени оставалось слишком мало, вот-вот и поезд сойдёт с рельсов. Байк словно летел между улиц, огибая опасные и многолюдные участки. Эвелин подсказывала супергероине короткие пути. Свернув в район реконструкции, Эластика устремилась по строительному крану вверх, чтобы как с трамплина спрыгнуть с него по направлению к рельсам.       Байк супергероини коснулся крыши поезда на самом опасном участке - перед двумя подряд идущими тоннелями. И если первый из них Эластика преодолела с лёгкостью, просто наклонив байк, то второй, более узкий, заставил её пожертвовать средством передвижения, чтобы поместиться на крыше. Она выбросила байк вверх, и он разбился о скалы над тоннелем. Прогремел взрыв, но никто не пострадал. После выезда из второго тоннеля, она резким движением вытянутой рукой отцепила движущую кабину машиниста от остального состава и принялась останавливать поезд вручную, обратившись в парашют.       Глядя на происходящее, Эвелин не сомневалась, что у Эластики всё получится. Она, конечно, допускала что пара вагонов может сорваться с путей, но скорость поезда быстро падала, ведь движущая кабина уже была отцеплена, поэтому вряд ли пассажиры серьезно пострадают от удара. Максимум синяки и испуг. Всё идёт по плану.       И действительно, у Эластики всё получилось. Поезд практически остановился, но перед полной остановкой его резко толкнуло вперёд еще на несколько метров. Это кабина машиниста, которая двигалась по инерции, врезалась в состав. Супергероиня помчалась к к машинисту, чтобы понять в чём дело, почему он не остановил поезд. Эвелин затаила дыхание и нащупала под столом дополнительную клавиатуру. Она смотрела как Эластика открыла двери в кабину и обратилась к машинисту, находящемуся под гипнозом. Быстро отключив экран перед его лицом, Эвелин нажала на пару кнопок и вывела приветствие: «С возвращением, Эластика. -- Экранотиран»       Слова быстро исчезли, люди в поезде начали потихоньку выбираться, и Эластика поспешила выйти. Всё было кончено. «Шоу удалось на славу и кажется, всё прошло гладко. Главное, чтобы Винни сейчас не задумался об этом злодее» - подумала выдохнувшая Эвелин, облегчённо откинувшись на спинку кресла. Уинстон же, не думая ни о каком Экранотиране, от радости начал прыгать прямо в фургоне. - Винни, Винни! Успокойся, сейчас всё опрокинешь! – Эвелин шатало на прыгающем полу. - Эвелин, я так долго этого ждал! Это колоссальный успех! Какая удача! Я побежал, теперь у меня куча работы! – брат крепко обнял сестру и выбежал из машины, попутно набирая своему личному водителю. Сестра посмотрела ему вслед. Экранотиран даже не привлек внимания. «И никакая это не удача, а самое настоящее начало вашего с суперами конца» - пронеслось у неё голове. - Эвелин, всё хорошо? – женщина услышала голос Эластики по рации. Выдавив из себя улыбку, она торопливо и восторженно заговорила: - Ты справилась лучше не бывает! Теперь о тебе заговорят! Ты бомба! Это же надо было так вовремя остановить поезд и не разрушить полго… - Я хотела спросить… Вы ведь видели экран в кабине машиниста? – прервала её супергероиня. - Да. – тихо ответила сестра Дэвор. - Мне кажется, это далеко не конец. Нужно быть начеку.       «А она действительно не позволяет себе терять голову» - подумала Эвелин и проговорила: - Разумеется, мы будем начеку. Но судя по обстановке, сейчас волноваться не о чем. Винни умчался, а я останусь и прослежу за поездом. - Спасибо! Сюда начинают съезжаться журналисты… и полиция. Лучше мне убраться отсюда. Эй, Эвелин, в этом подвиге есть и ваша заслуга! Мы отлично сработали!       Глаз Девор пару раз дёрнулся. - Э-э, пожалуйста, конечно, но не скромничай, ты здесь главная звезда.

***

      Всего за несколько часов Эластика заняла эфирное время практически всех телеканалов. Новость об остановке поезда разлетелась далеко за пределы региона.       По дороге домой Эвелин видела, с каким оживлением люди обсуждают произошедшее и говорят о «новом витке жизни супергероев». Это не вызывало в ней ничего, кроме отвращения. Ленивые, безвольные, ждущие, когда им протянут руку помощи и ничего самостоятельно не делающие ради собственного спасения. Как можно быть такими? Почему все воспринимают суперов как единственно возможное решение проблемы преступности? Все говорят о суперах, но никто не говорит о простых людях, спасающих жизни. А ведь это гораздо ценнее, когда ты совершаешь подвиг, не имея при этом никаких экстраординарных способностей. Полиция, да и в целом правоохратиельные органы в этом мире словно ничего не стоят. Костяк безопасности – ничего не стоит в сравнении с кучкой людей в разноцветном трико! Абсурд да и только.       Женщина устало отперла дверь своей квартиры и зашла внутрь. Что же, начало положено. Ни одной жертвы, звезда Эластики вышла из тени. Разрушения? Фара машины, несколько разбитых окон в заброшенных домах, помятое крепление билборда. Ни о чём. Самое дорогостоящее по сути – взорвавшийся байк, но эта жертва никого не беспокоила, ведь это собственность супергероини, да и взрыв был далеко от города. Одним словом, всё прошло прекрасно. Теперь репутация Эластики взлетит, и её можно будет уничтожить с треском, обесценив все её подвиги.       И тем не менее, Эвелин чувствовала внутри себя некоторую неудовлетворённость. Она ждала этого дня не меньше брата, ведь именно сегодня начался и её собственный путь по полному уничтожению славы суперов. Но что-то было не так. Женщина начала думать о машинах полиции и скорой, спешащих на помощь, даже после появления Эластики и потому быстро прибывших на место остановки поезда, об их слаженной работе и… о неравнодушных людях, которые помогали вытаскивать пострадавших из вагонов, давали им свои телефоны для связи с близкими и вызывались развозить испуганных пассажиров по домам на своих машинах. Она давно не видела такого единения людей и доброжелательного друг к другу отношения. Но и настолько громких ситуаций в городе давно не было. Максимум вооруженные ограбления мелких банков и стычки с полицией в криминальных кварталах. Ей вспомнились последние слова Эластики в их вторую встречу в кабинете брата. О том, что не следует растягивать на всех людей одну характеристику. «Вздор!» - отмахнулась она – «Помогли друг другу, но это ничего не доказывает. Да никто и не спешил останавливать поезд, увидев супергероиню... Так ведь?»       Словно пытаясь утвердиться в собственных выводах сестра Девор открыла ноутбук и начала просматривать кадры погони за поездом с самого начала, и на моменте, когда Эластика спрашивала о вариантах остановки поезда, решила всё же прослушать записи полицейских радиоволн и узнать, что же всё-таки творилось в то время на стороне защитников правопорядка. А то получается, что она тоже их ни во что не ставит. Вдруг до появления супергероини у них всё-таки был план. Женщина включила запись: - Шеф, с запуском поезда что-то не так, он поехал в обратную сторону и сильно убыстрил ход. Известно, что в той стороне пути ещё не до конца проложены. - Вас понял, группа о-56, выезжайте на 6-ую Парковую улицу, где заканчиваются пути, туда же вызываем машины скорой. - Есть!       Эвелин хмыкнула и прокрутила запись немного вперед. - Люди в поезде могут воспользоваться стоп-краном? - Судя по искрам из-под колёс, они это уже сделали, но ничего не произошло. Неисправны? - Какие ещё есть варианты у пассажиров поезда? Кто-нибудь может попробовать отцепить кабину машиниста? - Попробуем связаться с пассажирами, сэр.       Внутри женщины возрастало напряжение, она прокрутила запись ещё немного вперёд. - Устанавливаю связь с главной электростанцией, возможно можно обесточить весь город, это точно остановит поезд.       Далее на волне начались помехи, но Эвелин смогла расслышать несколько возгласов: - Смотрите, это Эластика! - Кто? Та суперегроиня? - Да, она гонится за поездом вместе с нами! Смотрите!       Девор закатила глаза. А вот и момент, на котором можно потерять веру даже в правозащитников. Но затем прозвучал недовольный голос: - Нам важно спасти людей! Вы думаете, что суперы вне закона просто так? Мы не можем доверить жизнь пассажиров одной ей, направьте все свободные отряды к концу путей поезда сейчас же. Объезжайте скопления машин. Что там со связью на электростанцию? - Передаю ответ: они готовы обесточить город. - Давайте! - Стойте! Поезд затормозил! - Эластика его останавливает! Ещё немного... - Главное спасти людей, всем направиться туда!       Запись закончилась. Эвелин непонимающе смотрела в экран, на котором Эластика выбегает из кабины машиниста и видит скопление полицейских машин перед поездом. Получается, они хотели обесточить город и сами справиться с катастрофой. Остановить поезд, спасти людей - и всё своими силами, оставляя помощь супергероини как дополнение, но не полагаясь на неё целиком. А Эластика просто… опередила их? Буквально на пару секунд… Всё тело Эвелин напряглось, а внутри нарастал ужас осознания.       Она закрыла глаза и судорожно начала думать. Голова наполнилась мыслями об услышанном и увиденном, прошлом и настоящем, и каждое новое осознание словно било Эвелин по голове.       В какой момент она решила, что люди даже не смогут быть на это способны? Почему она пребывала в полной уверенности, что, увидев Эластику, все будут говорить о ней и скинут работу на неё, не пытаясь самостоятельно предотвратить инцидент?       Она переслушала запись ещё раз. Всё то, во что она верила, начало разрушаться. Люди не полагались только на супергероиню, а сами принимали решения. На чём держалась столь непоколебимая ранее вера Эвелин в то, что люди ничего не предпримут, увидев Эластику? Смерть родителей очень сильно сказалась на её виденье мира. Они были бы живы, если бы сами позаботились о себе и понимали, что помимо ненадежных суперов есть специальные органы охраны, находящиеся начеку 24/7. Да и что помимо надежды на спасение со стороны, можно было положиться на свои силы, чтобы сбежать, спрятаться или в крайнем случае самим защититься. Она росла в такое время, когда все только и делали, что говорили о суперах и их подвигах. И даже после того, как их заставили скрываться, люди отчаянно надеялись, что множество проблем они смогут разрешить только с их помощью.       Став старше, Эвелин уже перестала обращать внимание на то, что происходит вокруг. Им с братом необходимо было заняться работой в компании отца, чтобы обеспечивать себя и поддерживать компанию. Она проклинала суперов, а брат хотел их возродить. Она говорила Винни, что суперы делают людей более беззащитными в противостоянии беде, а он упирал на то, что когда суперы будут всюду, то людям и не придётся сталкиваться с бедами. У неё зарождались и укреплялись мысли о том, что если суперов не станет вовсе, то всем станет лучше. Они всегда спорили по этому поводу и никак не приходили к компромиссу. Каждый в итоге оставался при своём мнении. Эвелин понимала, что брат – её единственный родственник и дорожила им несмотря ни на что. Она хотела быть рядом с ним, ведь его план по возрождению супергероев как нельзя кстати мог помочь ей их уничтожить.       Она хотела продемонстрировать людям, что в противостоянии суперам они ничто. Сейчас они всех защищают, но что будет, когда они пойдут против простых граждан? В душе она смеялась над братом из-за того, что он так отчаянно пытается жить в прошлом, но сейчас Эвелин поняла, что видимо они оба жили там. Опять же по-разному, но и он, и она не принимали действительность – суперы и люди могут и должны работать сообща, а не вытеснять друг друга.       Мир уже изменился. В какой же момент она упустила из виду такую кардинальную смену общественного настроения? Эвелин откинулась на спинку кресла и уставилась в потолок. Если всё теперь так, то следует не уничтожать суперов, а продвигать идею что они – общественные помощники, не единственные спасители людей, а дополнительная поддержка.       С помощью Экранотирана она хотела заманить супергероев в ловушку и заставить их делать бесчинства и так разрушить их имидж. Но за этим скрывалось лишь её желание, чтобы люди сами брали ответственность за себя. Развивали свою силу. Не полагались на других. А произошедшее сегодня показало, что они уже готовы заботиться о себе. Эвелин встала со стула и стремительно направилась на выход. Ей срочно нужно к брату. Она должна всё ему рассказать.

***

- Нет, напротив, у нас тут тишь да гладь, как неудивительно! – Боб звучал немного раздражённо – А у тебя что?       Хелен выждала мгновение и радостно прокричала: - Я спасла целый поезд! – от счастья она откинулась назад на кровать и со смехом и восторгом начала рассказывать притихшему мужу, как всё происходило. Спустя время он прервал её поток слов, отдельно выговаривая каждое слово: - Мо-ло-дец какая! – было слышно что он начал говорить сквозь зубы – да ещё в первый день! Я тобой страшно горжусь, правда! – от зависти его руки затряслись. Хелен ласково и нежно ответила: - И я тобой горжусь, милый. Я знаю, ты тоже хотел работать. И скоро начнёшь и будешь творить чудеса! А я только потому справилась, что за дом спокойна, спасибо тебе. - Пустяки – вздохнув, ответил Боб. Голос любящей жены подействовал успокаивающе, и он быстро взял себя в руки. - Переживаю я лишь о том, что диверсию устроил новый злодей, а я его не поймала. - Раз ты разрушила его сегодняшний план, будь уверена, он захочет по этому поводу высказаться – с усмешкой сказал Боб. -Погоди-ка, милый, а ведь ты прав! Завтра у меня прямой эфир в новостях. Он наверняка попытается его перехватить и «толкнуть монолог», верно? Обычно так и бывает. Это шанс его поймать! Милый, я тебя люблю! - И я тебя люблю, дорогая… - Боб был рад, что подсказал жене идею, но всё ещё пытался примириться с мыслью, что это не он геройствовал сегодня. - Мне нужно срочно сообщить об этом Дэворам, спокойной ночи! Целую! - Спокойной ночи, береги себя! Целую!       Женщина положила трубку, наскоро оделась и побежала через жилой комплекс Дефтеха к Уинстону.