Почему я её сохранила?

- Винни? – Эвелин зашла в кабинет.       Брат сидел за большим столом. На стене перед ним по телевизору шёл новостной эфир с кадрами с костюма Эластики и сменяющимися видеодорожками, снятыми репортёрами и очевидцами. Брат извинился в трубку и отвёл сестру в сторону. - Эви, привет, я немного занят, мне осталось буквально пару минут и мы с тобой поговорим – и продолжил разговаривать.       Эвелин, предвкушая, что её ждет, махнула ему рукой, показав что он может разговаривать сколько захочет, и направилась к дивану. Сев на него, она взглянула на экран. Грациозные движения супергероини приковывали к себе взгляд. Эвелин не знала её настоящей личности, но после ситуации с Подрывашкером было очевидно что у неё муж (громила Мистер Исключительный) и трое детей. Жена, мать, супергероиня… В отличной форме, сильная и элегантная. Эвелин вспомнила как смотрела на кадры с Эластиковй из прошлого, с самого её появления. Она пересматривала их десятки раз, когда анализировала разрушения после её подвигов и всё равно не могла отвести глаз от неё сейчас. Её привлекала та легкость, с которой Эластика двигалась. Хотелось бы ей научиться двигаться также. «А я ведь хотела её погубить. Я самый настоящий злодей». Из задумчивости её вывел брат: - Ну что, Эви, какие мысли у тебя после всего этого? – с улыбкой глядя на завороженную эфиром сестру спросил Винни.       Эвелин судорожно выдохнула и перевела глаза на брата, затем встала и подошла к его столу, скрестив руки. Слегка подрагивающей рукой она поправила лежащие на столе бумаги. Взгляд блуждал. Винни недоумённо следил за ней. Редко когда он мог видеть сестру в таком состоянии. Она была как будто потеряна, сбита с толку, но отчего? Вдруг Эвелин выдохнула, расправила плечи и твёрдо произнесла: - Экранотиран это я. - Кто? - Экранотиран… тот, кто устроил диверсию. - О чём ты говоришь?       И Эвелин рассказала ему обо всём. О своей злобе, желании отомстить суперам и вещах, затуманивших ей разум после смерти родителей. Она закончила на том, что единственное её желание сейчас - продвигать суперов не как единственную панацею от всех бед, и она хочет помочь брату в этом деле, больше ничего не скрывая.       Когда она начала говорить о том, что хотела бы продолжить помогать ему, Уинстон не вытерпел и прервал её: - Нет, нет, нет! Боже мой, Эви, зачем? Всё же могло закончится сотнями смертей! - Но ты ведь и сам о жертвах даже не подумал, когда услышал о диверсии. - Я верил в Эластику! А тебе, судя по твоему рассказу, было бы только на руку, если бы она вдруг не справилась! - Но я не.. - Нет! Не хочу ничего больше слышать! Радуйся, что сегодня всё так удачно прошло!- его голос задрожал - Мне жутко думать о том, что было бы, если бы что-то у тебя, полиции или Эластики пошло не по плану! Ты бы стала убийцей! – он в ужасе посмотрел ей в глаза - Сотни жизней на твоих руках... И ты шла на эту жертву осознанно!       Винни вскочил и зашагал по кабинету. - А что нам делать теперь? Ведь мы, вопреки ожиданиям общественности, не сможем схватить главного злодея, и это вызовет лишь негодование. – В голосе Винни переплетались ноты разочарования и боли. - Мы что-нибудь придумаем!       Уинстон остановился, посмотрел на сестру и тихо произнёс: - Я не могу представить, что теперь мы с тобой сможем что-то вместе придумывать…       И хотя Эвелин ожидала этих слов, ей всё равно было больно их слышать. Она предала брата и хотела использовать его идею во вред. Ненависть к суперам притупила ей чувства настолько, что она не замечала, что для продвижения своей «полезной» идеи людям она их же и сделает разменной монетой. Неужели такое можно простить? Вряд ли... Но по крайней мере она сказала правду, сняла маску и открылась своему брату. Больше не будет лжи. Она прикрыла глаза, тихо выдохнула и направилась к двери.       На встречу ей влетела Эластика. - О, ребята, вы оба тут, как хорошо! Я не могу уснуть, слишком много всего произошло! Что вы решили мы будем делать с Экранотираном? Есть идея, как на него выйти. Понадобится твоя помощь – она кивнула Эвелин. - Нас обманули – медленно проговорил Винни.       Непонимающий взгляд Эластики сначала был брошен на Уинстона, потом на Эвелин, которая подняла голову и заглянула прямо в глаза супергероини. Ей было особенно паршиво от того, что она собиралась её предать, а может даже и убить. Все внутренности как будто сжались. «Такая счастливая, спасла город а теперь ещё что-то хотела предпринять для общественности» - Ч-что случилось? - Прости… – Эвелин быстро опустила взгляд.       Она вышла из комнаты. Эластика хотела повернуться за ней, но её остановил голос Уинстона.       Эвелин быстрыми шагами направилась в свой кабинет этажом ниже. Зайдя к себе, она быстро начала кидать в сумку технику со стола и бумажные папки. Неизвестно, что будет завтра и дальше, но она не хотела, чтобы брат или кто-либо ещё нашёл её чертежи устройств контроля сознания. «Он, возможно, сунется в мой кабинет в надежде найти доказательства или опровержения того, что я – чудовище. Лучше заберу всё это.»       Выйдя из офиса, она увидела Эластику, медленно спускавшуюся по ступенькам из кабинета Винни. Эвелин накинула сумку на плечо и быстрым шагом направилась к лестнице на первый этаж. Эластика окликнула её и приблизилась. Эвелин нехотя обернулась. - Я не буду читать тебе нотации. Ты... То, что ты нашла в себе силы рассказать обо всём, дорогого стоит. Значит, всё это было не зря. – Эластика старалась уловить взгляд Эвелин, которая, наоборот, не могла себя заставить взглянуть на неё. - Сила признаться нашлась, а вот ума, чтобы раньше прийти ко всему этому, не хватило – с горечью ответила Эвелин. – Я сожалею, ведь теперь у вас будет куча проблем. А Винни… - она не знала что добавить, сердце вновь больно сжалось при мысли о брате. - Знаешь, мне кажется, он сможет переварить произошедшее. Не сейчас, но со временем. Конечно, теперь он расстроен и не знает, что делать. Однако я уверена, что он сможет тебя простить. В конце концов, ты его сестра, и ты сумела свернуть с неправильного пути. Он оценит это. - Вопрос в том, сможет ли он теперь доверять родной сестре… Но ты права. В любом случае ему нужно время, и пусть будет, что будет. Спасибо. – она немного помолчала, затем решила добавить - Я также сожалею о том, что ты являлась началом и моего плана тоже. Прости. - она немного помолчала. - Увидимся, если судьба сведёт.       Эвелин повернулась и зашагала дальше.       Эластика медленно пошла следом. Ей хотелось остановить женщину, но она решила этого не делать. Наконец-то она поняла, отчего Эвелин не стремилась с ней сближаться. К своему удивлению, супергероиня почувствовала облегчение. Ведь все прошедшие дни в голове женщины шла работа над этим «шоу»: как скрыть свои истинные цели, как играть двойную игру на обеих сторонах - брата и Экранотирана. А сейчас в один миг всё разрушилось. И по отношению к Эвелин она не чувствовала злости или обиды, наоборот она желала больше её поддержать. Она поступила правильно, и было видно, как ей тяжело пришлось. По собственному опыту Эластика знала, как тяжело признавать свою неправоту. Они ещё обязательно встретятся.       Добравшись до дома Эвелин шумно поставила сумку на стол и начала доставать из неё бумаги - просто перекидывала папки на стол. «Потом разберу». Чертежи очков контроля сознания, данные на каждого супера, распечатка механизма работы кабины электропоезда... Из одной папки вылетела фотография. Женщина присмотрелась и взяла её. С фото на неё смотрела Эластика. Эту фотографию Эвелин использовала для формирования примерной выкройки её нового костюма. «Почему я её сохранила?»       Эвелин вгляделась в лицо супергероини. Глаза выражали спокойствие и уверенность, уголки губ были немного приподняты. Она стояла расслабленно, но в тоже время казалось, что ничто не сможет застать её врасплох.       Почему-то сразу же вспомнилось публичное выступление одного государственного защитника суперов. Его речь была пафосная, разлетелась на цитаты в газеты. Он упирал на важность суперов, как ориентиров для людей. Говорил об их символическом значении, как защитников и как примеров самоотверженности и отваги. Эвелин эта речь не нравилась, там было сказано чересчур много о значении суперов в жизни простых людей. Но сейчас, глядя на фотографию и вспоминая все её разговоры с Эластикой, в голове прозвучали слова: «Суперы в первую очередь делают нас лучше».       Девор изменилась благодаря сегодняшнему инциденту. И как ни крути, Эластика в нём сыграла главную роль. Не будь её, сама Эвелин не воплотила в жизнь свой коварный план и не осознала бы правды. Она оставила все свои планы и перестала желать зла тем, кого ещё вчера презирала, ненавидела и желала уничтожить. Это ли не изменение к лучшему?       А когда сейчас правда раскрылась, супергероиня, которую Эвелин хотела подставить, не стала устраивать разборок. Она, наоборот, как будто хотела поддержать Эвелин, сгладить боль, разрывающую её сердце от осознания своей натуры, показать, что она не чудовище, а просто сбилась с пути. Она словно сразу с пониманием к ней отнеслась, даже увидела силу в её поступке. Идеальная, хрестоматийная супергероиня. Она изменит этот мир так же, как она изменила мир Эвелин. Женщина задумчиво прикрепила фотографию к стене перед своим столом и продолжила разбирать вещи.

***

- Дорогая, прости что беспокою так рано, хотел успеть, пока ты ещё на месте – мычал сонный Боб в трубку. - Боб, что случилось? – тихо ответила ему жена. Она не смогла заснуть, и сейчас чувствовала себя такой подавленной, что даже если бы он заявил, что случайно разгромил дом, она бы сказала «бывает». - Я стирал белые вещи в стиральной машине, но когда стирка закончилась, они стали розовыми – удивление в голосе мужа было такое же, как у маленьких детей, которым показывают фокусы. - Наверное, помимо белых вещей в машинке лежало что-то красное – спокойно ответила Хелен. - И правда, но... Дорогая? Всё хорошо? - Боб, я даже не знаю как сказать... – немного помолчав, подобирая слова, Хелен рассказала ему про произошедшее в Дефтехе. Муж не перебивал её, но было слышно как он медленно дышал от удивления и возрастающей злобы. - А мне она сразу не понравилась! Что-то там насчитала про меня нелицеприятное! Сразу было видно - физиономия бандитки. И её разборка с братом – «Ах, почему они не спрятались?» - Да надо было сразу её заткнуть! - Боб! Прекрати заводиться! И вообще, тебе не кажется, что это всё же плюс для нас? Что в конце концов, нас не впутали в очередную страшную историю. - Ты так говоришь, будто благодарная ей. - Я.. ну в каком-то роде... Это ведь хорошо, что правда вскрылась почти сразу. И вскрылась благодаря не кому-то стороннему, а именно ей. - Что?! Да брось, она же могла тебя убить! - Но не убила! И ты что, во мне сомневаешься? Она показала, что теперь не желает быть причастной к такого рода делам. – с ощутимой грустью в груди Хелен добавила - Мне вообще кажется, что она решила уйти. - И хорошо! А что с её братцем? - Не знаю, я пока не выходила с ним на связь. - Хелен, дорогая, пожалуйста, будь осторожна, теперь я буду вдвойне переживать… Может вообще бросить всё это? Будем геройствовать сами, без чужого вмешательства и контроля. - Боб, ты же знаешь, я всегда острожна. Уинстон Девор - это всё ещё шанс для всех нас геройствовать без границ. И в конце концов, ты же знаешь - я никогда полностью не доверяю тем, кого плохо знаю – Эластика задумчиво наматывала провод от трубки на палец, из-за чего он натянулся и уронил лежавшую рядом с телефоном книгу. Её Хелен взяла с собой для прочтения на досуге, всё равно вечерами ей было нечего делать. Женщина наклонилась к книге и увидела, что из страниц выпала маленькая открытка, игравшая роль закладки. Это была записка, которую Хелен нашла в новом доме в день их заезда. Она приглашала Эластику спуститься взглянуть на байк. Аккуратным почерком на открытке было выведено: «Эластика, в гараже тебя ждёт сюрприз -- Эвелин» «Почему я её сохранила?»