Школьные ОтМетки с фелаями

      Поздней ночью в общежитии школы для мальчиков было совсем тихо, разве что небольшой дождь барабанил по крыше. Фёдору не спалось. Он вслушивался в звуки дождя, считал овец, мысленно повторял домашнее задание на завтра, но всё равно никак не мог уснуть.       Он укутался в одеяло по самый нос и закрыл глаза, надеясь, что сон сам как-нибудь придёт. Шум ветра, играющий с листвой полуголых деревьев, успокаивал, и Фёдор надеялся, что ему удастся хотя бы задремать.       Вдруг раздался чих. В тёмной и крошечной комнате он прозвучал так оглушительно, что Достоевский невольно вздрогнул. Он открыл глаза и заметил какое-то движение на соседней кровати.       — Коль, ты не спишь? — шёпотом позвал он.       — Неа, — отозвался Гоголь, обернувшись к Фёдору. — Так холодно. Даже под дождем, наверное, и то потеплее будет.       — Не могу не согласиться, — вздохнул Достоевский, сжимаясь в комочек, чтобы хотя бы немного согреться. Так прошло целых несколько минут, и мальчик даже подумал, что Коля наконец уснул, но как только он открыл рот, чтобы позвать его по имени, послышался тихий скрип кровати, и уже через несколько секунд Фёдор оказался в объятиях жмущегося к нему Гоголя.       — Ты совсем с ума сошёл?!       — Тише, — Гоголь обнял Достоевского покрепче. — Так ведь гораздо теплее, не находишь?       В комнате было темно, и Фёдор не видел лица Гоголя, но он мог поклясться, что тот улыбается. Вздохнув, Достоевский прижался к нему, уткнувшись в плечо, и тем самым молча соглашаясь. Так действительно гораздо теплее. Прошло ещё немало времени, прежде, чем Коля заговорил вновь.       — Федь?..       — М?       — А ты когда-нибудь целовался?       — Зачем тебе это?       — Ну скажи!       — Нет.       — Что, вообще никогда?       — А ты как будто много с кем целовался, — буркнул Фёдор, уткнувшись в его грудь.       — И я тоже ни с кем не целоваться…       Фёдора такой вопрос насторожил. Гоголь никогда не спрашивал ничего просто так, особенно так настойчиво, поэтому он не без оснований ожидал, что после ответа Николай поделится своей очередной затеей. И не прогадал.       — А ты когда-нибудь задумывался о том, что люди чувствуют во время поцелуя?       — Ну… было пару раз, — Достоевский слегка нахмурился, уже начиная догадываться, к чему клонит Николай. — А что?       — А давай… давай поцелуемся?       — Что? Нет, ну ты совсем спятил. Мы ведь парни.       — Ну а мы представим, что целуемся с девчонками. Пожалуйста, Федь, ну давай попробуем, а?       Достоевский задумался. С одной стороны, это было немного странно: мальчик целуется с мальчиком — как это вообще возможно? А с другой, всё же было интересно… каково это — целоваться с кем-то?       — Ну… ну ладно, давай.       Гоголь почувствовал, что раз это его идея, значит, и первый шаг тоже должен сделать именно он. Нервно облизав губы, он робко приблизился к лицу Достоевского, чувствуя его тёплое, почти горячее дыхание на своём лице. Он смущённо коснулся губами его губ, оставив на них лёгкий поцелуй.       — Ну как?       — Приятно. Но немного щекотно.       — А я дома по телеку видел, как взрослые с языком целуются.       — Что, прямо с языком? Бее…       — Согласен, мерзость какая-то, — Гоголь тихонько хихикнул и обнял Фёдора покрепче. — Но всё же любопытно.       — Ну… мы можем попробовать как-нибудь, — неуверенно предложил Фёдор, прижимаясь щекой к чужой груди. Коля усмехнулся, поглаживая его по волосам.       — Попробуем. А сейчас — спать.