Школьные ОтМетки с фелаями

      Фёдор приоткрыл дверь в кабинет, освещенный лучами заходящего солнца. Он аккуратно выглянул из-за дверного проема, осматривая помещение.       — Коль, ты тут?       В ответ он услышал лишь тихое тиканье часов, да чириканье каких-то птиц за окном. Достоевский уже собирался уходить, чтобы поискать свою потеряшку в другом месте, как вдруг услышал тихий всхлип. Он остановился и прислушался, подумав, что ему лишь послышалось, но через несколько секунд всхлип снова повторился. Фёдор медленно вошёл в кабинет, тихонько закрыв за собой дверь. Только сейчас он увидел, что в самом углу кабинета сидит его «потеряшка».       — Что случилось?       — Ничего, — буркнул Гоголь. Он крепко обхватил свои коленки руками и уткнулся в них. Его плечи слегка вздрагивали от всхлипов. Фёдор тяжело вздохнул и подошёл ближе, уже догадываясь, что произошло.       — Ты снова с кем-то подрался, да?       — Да не дрался я ни с кем!       — Посмотри на меня, — мягко, но настойчиво попросил Достоевский. Гоголь ещё какое-то время сидел неподвижно, но после нехотя поднял взгляд. Фёдор тихонько ахнул, увидев, что под его глазом красуется здоровенный синяк.       — Всё? Доволен?       — Это кто тебя так?       — А тебе какое дело?       — Нужно сообщить учителю. Нельзя оставлять это просто так.       — Ага, а потом они подкараулят меня после школы и снова устроят взбучку. Знаем, проходили.       Фёдор тяжело вздохнул и опустился на пол рядом с Гоголем. Он робко его приобнял, ожидая, что тот наверняка его оттолкнет, однако парень не возражал. Достоевский не знал, сколько они вот так просидели, прежде, чем Николай заплакал навзрыд, уткнувшись в его плечо. У Фёдора сердце разрывалось, когда он видел своего обычно жизнерадостного Колю таким.       — Прости, я… я сам полез в драку…       — Что? — Достоевский удивлённо взглянул на Николая, но тому было слишком стыдно, чтобы посмотреть на него в ответ. Вместо этого он продолжал тихо всхлипывать и извиняться. — Зачем?       — Помнишь, как тот тип назвал тебя уродливым? Вот я и…       — Коль, это было на прошлой неделе. Я уже давно забыл.       — А я нет! — Гоголь резко отстранился. Щёки были ещё влажными, а глаза уже давно опухли от слёз, но вид у Коли был решительным. — Он не может говорить о тебе такие вещи!       — Успокойся. Это всего лишь слова, Коля, тебе не нужно реагировать на них так бурно. Он ведь, наоборот, пытался тебя вывести, а ты своим поступком помог ему добиться своего.       Гоголь умолк. Какое-то время в кабинете стояла полная тишина, прерываемая лишь тиканьем часов. Через несколько минут Николай тяжело вздохнул и виновато опустил взгляд.       — Я… я понимаю, но просто не могу стоять в стороне, когда тебя кто-то обижает. Ну не могу я! Как он может называть тебя уродливым?! Да ты… ты…       — Тебе нравится моя внешность?       — А? Н-ну конечно!       — Ну и хорошо. Твоё мнение для меня гораздо важнее, чем мнение какого-то ученика из параллели, — Фёдор слабо улыбнулся и протянул руку к лицу Гоголя, поглаживая его по щеке. — Пожалуйста, пообещай мне, что больше не будешь ввязываться в драки.       Гоголь помолчал немного, а после вытер остатки слёз и крепко обнял Достоевского.       — Обещаю.       — Давай я отведу тебя в медпункт?       — Он уже не работает.       — Тогда пойдем ко мне, я помогу тебе обработать раны. Вот увидишь, уже через несколько дней от синяка не останется и следа, — Фёдор мягко улыбнулся, поднимаясь с пола. — А потом, если хочешь, мы можем сходить за мороженным.       — Правда?! Обещаешь?       — Обещаю. А теперь пойдем, — Фёдор улыбнулся и протянул Николаю руку.