Ветра и солнца брат

      Несмотря на, казалось бы, более мужскую, чем девичью группу, первое признание в любви произошло уже через несколько дней, что немало удивило всех вокруг.       Марина, активная девушка и, как казалось на первый взгляд, фитоняшка, перед походом в магазин на большой перемене, спросила, не хочет ли кто-нибудь, чтобы она ему что-нибудь купила.       В большей степени вопрос был направлен на парней — Марина буквально пару месяцев назад рассталась со своим бывшим и от всей души надеялась, что найдет ему замену в училище, причем замена будет раз в пять лучше. Однако заказы были по большей части среди девушек.       — Марин, мне булочку с повидлом и какую-нибудь газировку, — сказала Люся.       — Мне тоже булочку с повидлом или просто сладкую, — вдруг очнулась от полусна Ника.       — Мне котлету, не знаю, какие там есть гарниры, с любым, — произнес Влад.       Марина ушла, а Люся, чуть подумав, сказала Вике:       — Нам бы классная по башке настучала за то, что в магазин ходим, а тут куратка сама эту кулинарию посоветовала.       — Не иначе как в школе деньги с питанием отмывают, — предположила Вика.       В школе Люси выйти во время большой перемены за ворота было и вправду нелегкой задачей. Нет, двери никто не запирал, хотя о подобных «леденящих душу зверствах» уже поведал одногруппник Миша, да и охранникам было плевать, куда уходят школьники во время уроков, может, перекурить, однако на тему питания Аделина Васильевна говорила слишком часто.       — Вот вы ходите в магазин, покупаете там всякую дрянь, а потом болеете, гастриты всякие, — обычно разговор о необходимости ходить в столовую начинался именно так. — Жуете всякую непонятную химию!       — Можно подумать, в столовой это не химия, а физика, — буркнул себе под нос Саша. — Все вокруг нас — это химия. А гастрит вообще от Helicobacter pylori бывает, это из каждого утюга кричат.       — В столовой отравиться нельзя, а в магазине — всякое там может быть, — продолжала женщина.       — Да, в столовой отравиться нельзя, потому что это никто жрать не будет, — Люся решила поделиться размышлениями с соседкой по парте.       По-видимому, Аделина Васильевна услышала эту реплику, поэтому продолжила:       — Вот вы привыкли ко всякой жареной картошке, поэтому правильную еду есть не можете. Вот что сегодня было в столовой?       — Жижка была с картошкой, — выкрикнул кто-то. — Которую зачем-то назвали супом.       — Все бы ты жижкой называл, — попытка пошутить удалась, класс засмеялся.       — Жижку с картошкой даже я курить бы не стал, — шутки на тему жижки все множились.       — Лапша разваренная была, — сказала Аня. — И котлеты из хлеба.       — Мясосодержащие, — уточнили из другого угла кабинета. — Не гони на котлеты, если бы не они, мы бы подохли с голода.       — И что плохого в лапше с котлетами? — продолжила разговор Аделина Васильевна.       — Лапша — это такое же вредное питание, как и булки из киоска, только булки хотя бы вкусные, — ответила Аня.       Диалог о правильном питании терпел крах, но Аделина Васильевна упорно пыталась его спасти.       В столовую училища Люся сходила однажды, хоть и уже знала от куратора, что там невкусно и лучше сходить в магазин.       На первый взгляд картошка кусочками и свинина выглядели даже аппетитно. Однако попробовав и одно, и второе, Люся поняла, что картошка полусырая, несоленая, а свинина просто несоленая и дубовая. Кое-как дожевав то, за что было заплачено около ста рублей, девушка подумала:       «Зато здесь никто не стесняется называть вещи своими именами. Все говорят, что в столовой невкусно, стремно и нужно ходить в магазин или городскую столовую через дорогу».       Вскоре вернулась Марина. Девушка поставила на парту большой пакет и достала оттуда пачку чипсов, хот-дог, шоколадный батончик и банку холодного кофе.       — Мне бы так жрать и такую фигуру иметь, — вздохнула Вика.       — Генетика, — ответила Марина. — А еще я в зал не хожу.       С трех сторон раздались жирные или не очень вздохи сожаления. Марина раздала всем заказы, собрала деньги, после чего раздалась неожиданная реплика Влада:       — Мариночка, солнышко мое, да как же я тебя люблю!       — Еще скажи, что любишь меня больше, чем котлету, — пошутила Марина.       — Конечно, я тебя люблю гораздо больше, чем котлету, — ответил Влад. — Котлеты скоро не будет, а мы с тобой будем вместе на три года.       — Учись, а то выгонят и некому будет тебе котлетки носить, — сказала Марина.       Никто не знал, что слова Влада будут пророческими и через полгода и вправду начнется роман, который продлится чуть больше трех лет.