Школьные ОтМетки

      Поездка предстояла долгая. Поэтому Цериер вытащил из кармана рюкзака предварительно взятые наушники и заговорщески подмигнул. Джон закатил глаза.       Вообще-то, его тоже не прельщала возможность слушать всю дорогу болтовню внутри салона, так что он просто удобнее повернулся и вытянул руку ладонью вверх. В следующее мгновение, словно подгадывая момент, в проходе напротив них остановился Карлос и громко и недовольно произнёс: — Я хочу сидеть у окна!       Джон моргнул. Посмотрел на Цера. Перевёл взгляд на Карлоса.       — Свали, Кэрел, — продолжил тем временем тот, скрещивая руки на груди.       — Мы первые тут сели, — пропел Цер, занятый распутыванием провода у наушников.       — И что? — вскинул подбородок Карлос.       — Не отъебёшься — врежу, — всё так же спокойно отозвался Цер и довольно хмыкнул, растянув провод в руках.       — Я вообще не с тобой разговаривал! — свёл брови вместе парень. — Или что, ты его защищаешь? Может ещё и засосёшь, а?       — Так уже, — хмыкнул Цер под обречённые звуки Джона на фоне.       Карлос, явно планировавший это как оскорбление их гетеросексуальных чувств, опешил.       — Учитель, — склонился тем временем в проход между сиденьями Цер. — Законом же не запрещено сидеть вместе со своим парнем?       — Господи, да откатись ты от них, Лавэне, — донеслось откуда-то с начала автобуса. — А ну сядь сюда.       — Но я… — заканючил Карлос, но в следующий момент получил тычок под рёбра от Энджел и поплёлся куда-то вперёд.       Джон, пытавшийся не заржать вслух, ткнул Цера пальцем в щёку, слишком занятого тем, чтобы показывать язык удаляющейся спине одноклассника.       — Ведите себя прилично! — шипел на них всех учитель. — Если в музее вам будут делать замечания…       — Да мы поняли, поняли, — фыркнул Луи с конца автобуса. — Сладкого не дадите, в угол поставите.       Пол-автобуса тут же принялось хрюкать от смеха.       — Мистер Кальвин, а отметку поставите? — заинтересованно спросил Цер.       Обернувшись и наткнувшись на недовольный взгляд Джона он лишь пожал плечами и протянул один из наушников. Джон, выхватив его телефон, добавил громкости и, опершись об него, отвернулся к окну. ***       Начиналось всё как-то… спонтанно. Они просто начали общаться, им было весело вместе и всё такое. Сидели друг за другом, вместе делали задания.       Как просто.       Наконец-то нормальная жизнь, в которой ни у кого нет закидонов и воспоминаний. Потрясающе гладко. Обычная школьная жизнь подростков, дружба и прочие чувства.       Такая редкость.       Судьба всё норовит подкинуть очередных испытаний обычно, которые иной раз ломают так, что проходят десятки жизней, прежде чем рана на душе грубеет и превращается в рубец. Во-первых, обычный человеческий мир редко им выпадает — или нет, это как посмотреть. Просто обычно Чету… помнит. Знает и ничего из своего долгого существования не забывает.       Ни-че-го.       Будь то магический мир с псевдоисторическим антуражем. Будь это просто магический мир со всякими школами магии и всем прочим. Их даже в ад заносило, ну правда.       За сотни и сотни лет все разы, когда оба они живут в неведении, но всё же встречают, находят друг друга, по-прежнему можно пересчитать по пальцам.       …эй, ты слушаешь?       Только представь себе жизнь, вообрази масштабы — десятки сотен жизней, прожитых одновременно и друг за другом разом. ***       Джон моргнул несколько раз и прищурился, вглядываясь в проплывающие за окном городские пейзажи. Кажется, уснул. Повернув голову скосил взгляд на тёмный затылок и против воли улыбнулся.       Этот тоже спит.       Джон максимально осторожно попытался вытянуться — всё-таки не очень удобное положение, чтобы спать, было, — изо всех сил стараясь не тревожить чужой сон.       Судя по мелькающим за окном улицам и зданиям — скоро должны уже будут подъехать.       Курс истории (или что вообще там нужно было для дополнительных баллов-то?) выдвигал требования (за что был не то чтобы всеми любим) по посещению выставок и прочих культурно-познавательных мероприятий, чтобы добавить баллы. Джон тогда плечами просто пожал — как-то всё равно было, не так уж это и сложно. Многим же не понравилось. Взбунтовались, но всё равно приехали. При этом нашлись и особо странные личности — отстающие в обучении хулиганы неожиданно загорелись энтузиазмом и принялись фонтанировать поражающим воображение количеством исторических фактов.       Было неожиданно.       С другой стороны… Цер тоже с успеваемостью какие-то проблемы имеет.       Спорить с учителем изобразительного искусства было крайне непредусмотрительно, если так подумать.       Джон внутренне скривился, словно съел лимон целиком — чёртово искусство с несовершенной системой оценивания. У Цера со способностями вон вообще замечательно всё… а балл ниже, что как-то несправедливо. Эм.       Музыка всё ещё играла, так что сторонние звуки были слышны довольно плохо. Но, вроде бы, в салоне было относительно тихо. Кто-то чатился, кто-то тоже в наушниках сидел и что-то слушал, кто-то спал. Ничего интересного, в общем-то.       Джон снова опустил взгляд на Цера и равнодушное выражение глаз, с которым он оглядывал ехавших с ними одноклассников, смягчилось и потеплело. Цер, уткнувшись щекой в его плечо, полулежал на нём, прижимаясь боком к его боку.       Просто от ощущения его присутствия в груди всё приятно теплело — теперь Джон улыбался, уткнувшись носом в чёрные волосы. ***       Обычно спокойствие скоротечно. Находятся очередные охотники, фанатики, сектанты и так далее. Иногда всё решает магия, невовремя проснувшись. Обычная жизнь, если выпадает на неё шанс, не длится долго.       Если не факторы из их прошлого, то несчастный случай, но всё прервётся, чтобы через какое-то время начаться заново.       Потому что оба не привыкли получать то, что хотят. Вселенная услышала посыл и всё такое.       Однако, бывают и исключения. Редкие-редкие, обусловленные безумной надеждой и верой в будущее.       Быть может, эта жизнь как раз такая.       Кто знает.