Лучшая тетушка или матушка?

      Успокаивая свою госпожу Вэнь Нин уже догадывался о причине подобного решения со стороны клана Асакура, ведь он сам почувствовал душу древнего шамана. Он сам почувствовал как знакомое чувство, как знакомая энергия проливается словно кровь в уже истлевших жилах. И он знал, Хао Асакура вернулся в этот мир.        Так же как и знал, какая кошка пятьсот лет назад пробежала между кланом и его основателем. И с одной стороны Вэнь Нин обладая добрым и мягким сердцем был согласен с теми кто считал, что убийство, не поможет спасти ни шаманов ни мир, он тоже был против такого жестокого и даже циничного решения Хао. Но с другой, он некоторое время был его духом хранителем, он видел и чувствовал его воспоминания, с помощью более совершенной формы "Сопереживания" под названием "Единение". Он знал, каким Хао был на самом деле.        За этой холодной маской, и за этой демонстративной жестокостью. Призрачный генерал знал, что Хао на деле не был злым человеком, что просто ищет возмездия. Нет, это был человек, что намучившись в мире живых и вправду поверил, что в мире духов нет страданий и потерь. Шаман что искренне считал, что в мире где никто не умирает все будут счастливы, ведь всегда смогут быть с погибшими родными, никогда не смогут умереть и даже старость в мире духов им не будет грозить, ровно, как и болезни и проклятия.        Усаги то и дело пыталась собрать всё свои мысли в голове, чтобы понять:        Как ей стоит относиться к данной ситуации? Как ей стоит относиться к Хао Асакура? И как ей следует правильно поступить?         И каждый раз она приходила к выводу, что как ни крути ситуация выглядит скверно. С одной стороны у семьи Асакура об их основателе остались только устные рассказы и слухи, которым было свойство приукрашивать правду и они реально боялись его. С другой реинкарнировав в клане Асакура, Хао снова стал членом семьи, а убийство родного человека это вдвойне недопустимо даже для заклинателей. К сожалению, Уса знала это не понаслышке, ведь именно что по её вине когда-то погибли его названая сестра Янли со своим мужем и именно с этим крестом на душе древняя Старейшина жила по сей день. И Вэй Усянь явно не желала снова брать на свою душу этот крест. Но при этом она и не знала о Хао ничего. И не могла сказать был ли он монстром или человеком. Она с ним не была знакома. Она не знала, хода его мыслей и мотива его поступков. Она не знала великого оммеджи, а значит не могла его ненавидеть. Ведь ненавидеть было попросту не за что.        Теперь Хао был её племянником и она просто обязана была узнать его, чтобы защитить. Чтобы придумать и разработать правдоподобный план по его спасению. Их спасению.        В голове зрели лишь только крупные мазки этого плана без конкретики и она знала, что работы ей придется проделать не мало, благо у неё было ещё примерно полгода до рождения близнецов. А значит времени накопить денег, прикупить всё необходимое подготовить нужные документы у самой Усы было предостаточно. Оставалось только одно, составить самую сложную часть этого плана от которого и выстроиться вся полная картина.        А для этого нужно было узнать, кем был Хао на самом деле:       Но у кого? Хранитель семьи Асакура в очередной раз направился путешествовать по миру и на вряд ли вернётся в их фамильный дом меньше чем через год.        Итак, немного поразмыслив, её осенило и она сидя рядом с Вэнь Нином произнесла:       - Ты ведь знаешь кто такой Хао! Не так ли?        На что явно ожидая этот вопрос дух-хранитель Старейшины Илин утвердительно кивнул.        Усянь уже давно догадывался, что между Вэнь Нином и кланом Асакура была какая-то неприязнь между двумя сторонами. Ведь Вэнь Нин явно никогда не горел желанием хоть раз посетить семью госпожи и раскрыть себя как духа хранителя Усы. Как и видела, что именно что всё это время Матамунэ прикрывал Вэнь Нина, выдавая себя за её хранителя, чтобы Йомей даже не смел ей подбирать нового духа. Что тоже говорило о том что Матамунэ и её призрачный генерал были слишком давними знакомыми. Да к тому же и реакция Вэнь Нина и его слова никак не выходили у Усяня из головы и он повторил имя, которое услышал из уст живого мертвеца:       - Хайдро... Именно так его звали во второй жизни верно?        Вэнь Нин снова утвердительно кивнул и проговорил:       - Я познакомился с господином Хайдро, ровно через триста лет после смерти молодого господина Цзиня. Тогда я путешествовал по миру в поисках ваших реинкарнаций, так я и очутился на другом конце света, где обычные крестьяне завидев меня ночью пытались меня сжечь...       Рассказывал историю призрачный генерал и Вэй Ину ничего не оставалось делать кроме как выслушать его.        Вэй Ин сам отлично знал что со временем пять великих ордена распались и заклинатели снова стали гонимы людьми, такова была человеческая природа. Того кто отличался от других всегда клеймили и стремились уничтожить, это он знал не понаслышке.        - Тогда-то и произошло твоё знакомство с Хао верно?        На что Вэнь Нин утвердительно кивнул, а Вэй Ин продолжил задавать вопросы:       - Как бы ты мог описать его?        Ни разу не запинаясь, но с грустью смотрев на могильные плиты, живой мертвец отвечал своему истинному хозяину:       - Что при первой встречи, что при дальнейшем с ним общении, я бы не назвал его монстром. В его глазах скорее была невыносимая боль и тоска, но вместе с этим в них ещё была и надежда. Надежда и желание снова быть нужным. Господин Хайдро буквально расцветал всякий раз когда возвращался к своей семье, всякий раз при общении с родными, духами и товарищами он абсолютно искренне улыбался, радуясь хотя бы какому-то общению.       И после минутной паузы он продолжил:       - Он и вправду считал, что цель оправдывает средства, ведь конец у любых живых существ один, это смерть. И он не страшился её, напротив он считает, что страдание не в смерти, а в жизни. Хотя я сам знаю, что ему не нравились убийства. И он не особо любил марать руки кровью.        И явно слушая рассказ внимательно и вспоминая рассказы своих родных о Хао, Усаги знала, что, чтобы выяснить, чья же история была правдива, нужно собрать всю информацию, поэтому она решила спросить у своего хранителя, напрямую:       - А откуда такие выводы?        На что мертвец посмотрев на плывущие облака, с выражением лица словно он вот-вот заплачет от невыносимой боли, тихо и весьма скорбно, словно он прошёл через ад, ответил:       - Сопереживание.        Этого ответа было для Усаги более чем достаточно. Ведь она сама прекрасно знала как работает сопереживание. Как и прекрасно понимала, что не только заклинатель мог увидеть прошлое призрака, но и наоборот. Призрак тоже при желании способен был увидеть прошлое заклинателя, ведь в подобной ситуации обе стороны были весьма уязвимы и не могли сопротивляться чужому вмешательству.        Также как она и понимала то, что Вэнь Нин не просто увидел всё прошлое Великого Асакура, но ещё и прожил все его эмоции, а значит мог понять ход его мыслей и действий.        Явно побледнев, словно призрак, лишь увидев реакцию Вэнь Нина когда тот произнёс это слово и когда тот сказал о том что Хао считает жизнь страданием, Усаги отлично сумела понять, что прошлое Хао было слишком ужасным чтобы о нём можно было говорить. Что это был израненный и глубоко травмированный человек со своей искажённой картиной мира.        Однако был ещё один вопрос который она должна была задать, чтобы решить хотя бы для себя, каким Хао был по своей натуре и действительно ли её интуиция её не обменивалась и Старейшина и Великий оммеджи похожи:       - Он когда-нибудь помогал людям?        Этот вопрос был важен и определял всё! Даже включая того, были ли его предыдущие догадки о Хао верны.        - Всю свою первую жизнь Хао буквально, несмотря на то что он был проклят Рейши, посвятил помощи людям. А во второй испробовав смерть на вкус, хотел создать рай для шаманов в мире за гранью жизни и смерти. При этом помогая униженным и обездоленным людям. Он никогда не отказывался от своих идеалов, просто его видение мира было искажённо его же проклятием.        Услышав подобный ответ, Усаги начала осмысливать всё что сказал Вэнь Нин. То и дело задавая всё больше и больше вопросов о Хао. И чем больше она слышала, тем больше понимала, что между оммеджи и Старейшиной и вправду была не такая уж и большая разница.        Ему так же как и Хао были знакомы стремления помогать людям и иное видение мира. Ему также доводилось видеть как враги уничтожали всю его родную семью. И даже в плане мести сам Вэй Ин, мог поклясться, что был пожалуй даже более жесток, чем оммеджи, который лишь одним ударом почти безболезненно покончил с главным зачинщиком резни шаманов и стремился только безболезненно стереть все следы существования человечества. Ведь он сам был на месте Хао и помнил как потихоньку сводил с ума тех сволочей, что убили его приёмную семью, сожгли его дом и преследовали их с братом и названной сестрой. Нет на месте Хао Вэй Ин не ограничился ударом ножом. И смерть основной ветви клана Вэнь была крайне жестокой.       Так же как и ему было знакомо проклятие Рейши. И чувство когда от тебя отворачивается твоя родная семья.        Анализируя все жизни Хао Асакура, именно потому что они так похожи, Вэй Ин сумел ещё больше проникнуться Хао и полюбить его реинкарнации пуще прежнего. Полюбить не как племянника, а как родственную душу. Как настоящего живого человека со своими достоинствами и недостатками. Эта любовь начала пронизывать все его существо, и Старейшина понял, что он не сможет быть просто тетушкой.        Таким образом пробыв на кладбище до поздней ночи и очнувшись словно от транса Усаги посмотрела на звёздное небо и с нежной улыбкой сказала:       - Уже поздно Вэнь Нин. Мои сыновья меня уже заждались!        - Может... Вы хотели сказать племянники? - нерешительно уточнил Вэнь Нин.        На что Усянь улыбнувшись самой что ни на есть своей солнечной улыбкой ответила:       - Нет я сказала всё верно! Они мои сыновья! И я их не брошу!        Хватило всего лишь одного дня, чтобы для старшей сестры её сыновья стали чужими, и хватило всего одного дня, чтобы для младшей Асакура, её племянники стали для неё родными сыновьями.        И пока для одной сестры время до рождения близнецов будет пыткой перед эшафотом, для другой это время станет самым настоящим трепетным ожиданием перед моментом благословения небес, моментом, когда она станет настоящей матерью.        Отныне с этого дня Усаги больше не была частью семьи Асакура что создал её отец. Усаги больше не была сестрой той кто в тайне ненавидела одного из своих детей и она явно не могла называться дочерью того, кто хотел убить травмированного ребенка, что заблудился по кривой дорожке, когда на ней стемнело.