Simpler

      Не стоит делать поспешных выводов. Это была необходимость... как исключение из правил.       Комната Чуе не нравилась. Приглушённый свет, мебель броского красного цвета. Белые кровать и комод. На последний Чуя опёрся всем весом, создавая колебанием шаткое положение.       Обслуживание тоже.       Парень с маской на глазах внизу делал невероятный минет, разогнавшись в этом не так давно. Чуя снял только верх. Вцепившись ладонью в комод, он провёл ладонью от живота выше, с коротким шумом втягивая воздух сквозь зубы. Да. Это было действительно хорошо.       Но должно было быть немного... по-другому. Чуя заплатил за другой расклад, а это имеет за собой определённую обязанность места.       Чуя потерял настроенную волну, как поломанное радио, и скверно выдохнул в сторону. Он поставил ладони на одну линию, продолжая расслабленно опираться на комод. На лице проявилось замешательство. И недовольство, с каким он, бывало, сканировал несправедливых экзаменаторов. Как теперь бродил глазами по воздуху.       Чего стоило в принципе озвучить свои желания. Теперь же, похоже, потребуется ещё и докапываться за их неисполнение.       Из соображений математики Чуя не стал закрывать за собой дверь на защёлку. Подтверждая решение, она открылась в процессе.       Чуя поймал спешно вошедшего взглядом. Парень же внизу не отвлекался: отсасывал член Накахары, будто он был леденцом, если говорить чуть прямее.       — Чёрт, я опоздал, — тихо проворчал второй. Он был тем, кто, наконец, довёл дверь до защёлки и, прочистив горло, посмотрел на Чую: — То есть мне жаль, что пришлось задержаться.       Чуя рассмотрел его. Каштановые волосы, та же неизменная маска на глазах, высокий рост, изящное телосложение, ломающееся в хрупкости широкими плечами.       Парень подтянул маску за резинку на затылке.       Она лопнула.       Маска упала, открывая лицо. Парень с карими глазами широко раскрыл их, обращая своё непонимание непосредственно к Чуе, поглощая в ответ восхищённый взгляд. Положение его явно не устраивало.       В отличии от Накахары, который широко улыбнулся, сверкая зубами. Он задумчиво затянул нижнюю губу зубами, слегка плавясь от старательности парня внизу, но глаз с прибывшего не уводил. О это вроде того, кто неожиданно для всех собравшихся лишился анонимности.       — Мне придётся задержаться ещё на пару минут, — сбросив оцепенение, зашуршал вошедший.       И уже снова вышедший.       Чуя глухо рассмеялся, приподнимая подбородок, и машинально поймал ладонью голову парня внизу, чуть путаясь в его волосы пальцами. Хрипловатый смех раскатывался по комнате. И это был единственный оставшийся звук.       Даже как-то уже и непривычно. С одним из работников они не болтали. Второй же, появившись, подал голос сразу. Ругаясь. Потрясающе. А потом и вовсе потерял маску. Дважды потрясающе.       Чуя отвёл от себя парня за подбородок. Имя спросить он не потрудился — получается, они перешли к делу сразу. Чуя натянул джинсы обратно, застёгиваясь, но оставляя ремень болтаться. Парень поравнялся, верно распознав жесты как призыв к этому.       — Молодец, — улыбнулся ему Чуя. — Будешь свободен, когда твой напарник вернётся. Оплата остаётся.       — Мне нужно сделать ещё что-то?       — Ага. Есть кое-что.       Чуя вальяжно откинулся обратно, сканируя. Не с таким интересом, с каким взгляд метнулся в сторону повторно открытой двери.       Да. Абсолютно точно. Тот же парень. Только раздобыл себе новую маску на глаза... будто бы Чуя не успел уже увидеть его ошарашенное оплошностью, но чертовски красивое лицо. Чудной. С этой глупой маской — он чудной.       — Прошу прощения, — не слишком искренне улыбнулся он. — Дважды. Трижды?       Трижды потрясающе.       Чуя усмехнулся. Мысли побежали в голове волнами, какие прибывают у берега моря в самую хорошую — и лётную, и плавательную — погоду. Вопросительный трепет разлившегося по телу тепла заставил Чую перестать довольствоваться фантазиями и просто получить их в реальности.       Потому он обвёл парней пальцем, намекая им развлечься без него, оставляя его заинтересованным зрителем. Он сложил руки на груди, языком толкая щёку изнутри, пока наблюдал, как парни сокращают расстояние.       Итак, они начали целоваться.       Член Накахары нетерпеливо дёрнулся. Чуя был осознанным в своём желании наблюдать за парнем, которого он хотел трахнуть. Он хотел видеть, что этот парень может быть потасканным кем-либо ещё, пусть это просто поцелуй, не важно. Чуя довольствовался проявлением этой части своей фантазии.       Собственно, парень, интересующий Чую в разы больше, склонил голову достаточно, чтобы Чуя мог наблюдать за сплетением их языков. Парень с каштановыми волосами открыл глаза, косясь в ответ. Вроде, с надеждой, что Чуя доволен зрелищем. И Чуя доволен.       Чуя улыбался ему. Исключительно. Пока он сосался с другим парнем, отчасти хищно смотря в ответ. Чуя провёл языком по зубам, не в силах перестать идти на поводу той короткой волне токового разряда. Пусть двое парней целуются... и, пожалуй...       — Руки.       К счастью, призыв поняли оба. Тонкое запястье, продолжающееся длинными пальцами, привлекало внимание. Руки скользили по чужим бёдрам. Распаляясь — на публику, само собой — парни стирали расстояние. Жадно целуясь.       Парень, бесповоротно завладевший вниманием, был выше и нынешнего партнёра.       Он же подвергался изучению груди и торса. Чужие, бессовестные, хватающие ладони на нём вызвали едва ли не ревность. Чуе нравилось. И не нравилось одновременно.       Парня с каштановыми волосами грязно лапали, и Чуя возбуждался, следя за этим. Объект его внимания отвечал на ласки, но Чуя преимущественно смотрел за руками на его теле. Отвлекаясь, разве что, на жаждущее сплетение губ парней, играющих для Чуи в пошлую игру. Они были грязными шумными и... анонимными. О, разве что, за исключением...       Продолжая следить, Чуя осознал себя за заинтересованным закусыванием нижней губы. Ничего удивительного. Парень, не знающий о смене договора, был шумным. В его обязанности входило возбуждать и быть возбуждённым. Он за бёдра притянул партнёра к себе. Чуя пропустил одну лишнюю, пошлую мысль, прежде чем тот парень принялся мять зад партнёра. Чуя лишь ещё раз мимолётно подумал, что хочет видеть того парня взвинченным, возбуждённым до кипения мозга...       И, уже после, — сломанным.       Будет честно сказать, что Чуя намерен увидеть этого парня потасканным и поломанным. С первой частью парни справились достаточно, чтобы Чуя предложил прекратить: бедный парень с каштановыми волосами чуть не задохнулся, пока скулил в поцелуй.       Поцелуй был разорван, и Чуя кивком и глазами указал на дверь. Он так же, как и оставшийся, он проводил третьего взглядом. Карие глаза были полны удивления снова. О, путь теперь... скрываясь за маской. Будто Чуя чего-то там ещё не видел. Смешно.       — Что? — Чуя улыбнулся и невинно поднял брови. — Я его отпустил.       — О, смею нескромно спросить... нахера?       Чуя покачал головой и прошёл к тумбе возле кровати. Там в ведёрке со льдом стояла бутылка вина. И три бокала. Этим, правда, никто не пользовался. До момента.       Этим, правда, никто не пользовался до момента, но... "не выпьешь со мной, прежде чем я постараюсь вытрахать из тебя душу? м?"       — Ты слегка груб. Разве мы не сможем провести время вдвоём?       Пробка вылетела громко, открывашка оставила её себе. Чуя обернулся, отмечая некоторый ступор и неуверенность. Чуть усмехнувшись, он кивнул на кровать:       — Присаживайся.       Парень сел. С грёбаной идеальной осанкой. Потому, наполнив бокалы, Чуя отставил бутылку и поравнялся. Взгляд ровно в глаза снизу вверх отправил очередной сигнал в низ живота.       — Расслабься.       В каком-то смысле он так и поступил: завёл руки подальше, опираясь на них. Этот дерзкий взгляд бросал вызов.       Вроде, да, моя маска слетела, но не бери на себя слишком много.       Чуя поднёс пальцы к губам. Не разрывая зрительный контакт, партнёр с готовностью принял их. Он водил языком, после втянул — средний и безымянный — пальцы до средней фаланги. И сдул щёки, послушно принимая любые указания.       Чуя смотрел восхищённо. В животе тянуло от покорности этого парня, и он прерывисто выдохнул.       Ещё бы. Стоило партнёру прикрыть глаза и быть более активным, Чуя закусил губу. Партнёр был дерзким и отчаянным в том, как облизывал протянутые ему пальцы. Вскоре Чуя забрал их у него изо рта, довольно отмечая, как парень собирался потянуться следом, чтобы не лишиться их совсем. Чуя лениво усмехнулся.       — Как тебя зовут?       — Исаму.       Чуя коротко рассмеялся, слегка запрокидывая голову, и прошёл к тумбе, забирая бокалы.       — Ну конечно. Именно так. Твоё настоящее имя, несомненно.       Исаму — или как его там звали на самом деле — неотрывно следил за передвижениями. Он посторонился, позволяя приземлиться на кровати рядом, и принял протянутый Чуей бокал.       — Мне как к вам обращаться?       Чуя подавился воздухом. Он был почти выбит высоким обращением, что выдалось в удивлённом, лёгком покачивании головы. Прочистив горло, он протянул бокал и смотрел в глаза, настаивая:       — Попроще. Несмотря на твоё место работы, кажется, мы одного возраста.       — Вау, просто ошеломляющий вывод, — липко улыбнулся Исаму.       Чуя лениво усмехнулся.       — Пей.       — Ага.       Он делал это, как кот. Пустые, имитированные глотки не прошли мимо Накахары. Исаму разве что намочил губы.       Усмехнувшись, Чуя мотнул головой. И отпил из бокала по-человечески. Нескромно.       — Вам нельзя нажираться с клиентами?       Исаму пожал плечами, и Чуя покивал, оставляя этот вопрос позади в честь его бесполезности. Он перевёл тему быстрее, чем мог бы ожидать от самого себя.       — Ты что тут делаешь?       — Тебя в какой мере это трогает? Пришёл трахаться, потрахаемся и разбежимся.       — Не груби мне, — Чуя медленно провёл фалангой по его щеке.       Он потянулся к маске, но Исаму поймал руку за запястье и смотрел с укором. Чуя опешил растерянной улыбкой.       — Эй, я уже видел твоё лицо... — напомнил он, стараясь звучать игриво.       Исаму только глухо хмыкнул.       — И больше такого не повторится, — мягким тоном пропел он.       Чуя вздохнул. Это просто неприлично: прятать такие красивые, прямые черты лица. Но ладно, впрочем, это понятно. И зовут парня на час иначе. И раскрывать свою личность ему не хотелось. И бла-бла-бла, недосягаемая крепость всё равно раздвинет ноги перед Чуей, чего там.       Чуя хмыкнул своим мыслям и повторно протянул бокал. Исаму усмехнулся с долей ядовитого подтона, но предложение принял. Короткий звон стекла. Пили оба. В разной, правда, степени. Исаму делает языком прикольные вещи... например, лижет край бокала после своего пустого глотка.       — И всё же... — опустив глаза, Чуя помотал содержимое по стенкам бокала. — Тебе нравится работать здесь?       — Ты шутишь, да?       Чуя победно улыбнулся. Он неторопливо просканировал Исаму и приподнял бровь.       — Тогда почему ты здесь?       — Удивишься, но не все благородные принцессы рождаются с золотыми ложками. Мне нужны деньги. Я говорю это, потому что ты начинаешь надоедать моим нервам со своими глупыми вопросами...       Исаму звучал монотонно, будто витал где-то в облаках, разъясняя это всё заинтересованному до блеска голубых глаз Чуе. Чуя покивал, сопоставляя услышанное, но решился на уточнение.       — А... Поконкретнее?       Исаму закатил глаза.       — Может, лучше минет? — столкнув взгляды, подмигнул он.       Говорить причину нахождения он, очевидно, не хотел. То, как он попытался увильнуть от расспросов вызвало в Чуе неконтролируемый порыв смеха.       — Ты забавный.       Исаму выглядел удивлённым. Он был хорошим актёром, разве что, иногда переигрывал... и это было ещё более забавно. Чуе нравилось в нём его эта искра.       — Я предложил отсосать тебе. Ахренительно смешно, ага.       Чуя медленно водил по нему глазами. Он потянулся к маске снова, но итог был тем же, что и ранее. Укор, правда, возрос: Исаму смотрел недружелюбно, сверкая едким отблеском карих глаз.       — Я имею право не показывать лицо. Не читаешь, что подписываешь?       — Имеешь, — кивнул Чуя.       Он завис в это раздражённые, но прекрасные карие глаза, воссоздавая в голове момент деанонимности. Наступившая пауза имела определённый вес. Нарушить молчание Чуя старался предельно мягким тоном:       — На что тебе нужны деньги?       — Хочу накопить на ручного дракона.       — Так...       — Или говорящую ящерицу... не решил пока, — Исаму звучал задумчиво.       — Прекрати это, — вздохнул Чуя.       — Универ, — выплюнул Исаму, отворачиваясь в сторону. Говорить он не хотел и прикрывал это стёбом. До момента, когда, видимо, самому надоело.       Чуя кивнул.       — Окей, я понял. Какой? Нет, не так. Сколько? Сколько тебе нужно, чтобы ты больше не работал здесь?       — Думаешь, ты первый, кто спрашивает подобное? Я больше не ведусь на этот трёп. Всё твоё стремление можно будет замотать в презерватив. Потом обо мне даже не вспомнишь. Так что кончай с этим. Время идёт.       Чуя оскорблённо подавился воздухом. Он как-то слишком быстро метнулся к вешалке у двери. Вернувшись на кровать, протянул телефон, предусмотрительно создав там новую заметку.       — Пиши. Сумму и номер карты.       Исаму фыркнул и, приняв, заклацал по клавиатуре. Между делом он тихо, под нос, пробурчал:       — Как же ты меня уже заебал.       — Я всё слышу, — улыбнулся Чуя.       Исаму поднял взгляд и, пожав плечами, громче повторил:       — Ты меня уже заебал.       Он не терял свою ослепляющую улыбку, но скоро вернулся к написанию цифр. Чуя, рассматривая его, осознал, что не в силах прогнать улыбку, даже если бы хотел сделать это.       — Ты мне так нравишься. Невероятно.       — Не скажу того же, без обид, — Исаму выпрямился, отдавая телефон.       Чуя в срочном порядке откинул его в сторону. Он подсел ближе, но, цыкнув, забрал мешающий бокал и у партнёра: от своего-то он избавился по пути к вешалке. Впрочем, теперь им ничего не мешало.       И Чуя на секунды прочно завис в карие глаза. Он поскользил взглядом ниже, неторопливо изучая — к разочарованию — скрытое лицо. Дальше по траектории, вниз.       — Я хочу тебя.       — Поразительно.       Ядовитый комментарий Чуя встретил усмешкой. Он склонил голову и потянулся ближе. Исаму ответил на поцелуй, даже если не был готов к этому в должной степени. С разным упором рук на кровать они целовались. Мягкие губы были влажными от вина. Целовался же Исаму умело... в какой-то момент забирая инициативу на себя.       Чуя шумно выдохнул через нос. Исаму двигал головой, тиская губы, будто бы выдаваясь в своём отчаянии, будто бы это не его работа, будто бы Чуя мог бы поверить ему. Исаму сдавленно промычал в поцелуй, и Чуя отстранился, сталкивая взгляды.       — Нет, ты не понял. Я реально хочу тебя. Хочу, чтобы это было взаимно. Искренне, а не потому что это твоя работа.       — Ясно. Какой только херни не наговоришь, пока член стоит, да?       Безразличный ответ заставил Чую глухо усмехнуться в себя.       — Я тебе не нравлюсь? В плане... если бы ты не был обязан делать это.       Исаму просканировал Чую, задерживаясь на рельефе мышц пресса. Вернувшись в голубые глаза, он беззаботно пожал плечом:       — Профдеформация.       Чуя цыкнул. Жаль. Конечно, ему неизвестно, что чувствуют те, кто работают в борделях, и то, как меняется их мировоззрение и отношение к сексу. А сколько из них посещают психотерапевта?       Кажется, Чуя задумался о том, чтобы уйти.       — Что с твоим лицом? Ты расстроен?       Чуя не осознал, что выглядит разбитым с осознанием логичной информации. Поднял взгляд и бегло пробежался, изучая парня в целом.       — А что с твоим?       Исаму потянул маску назад, снимая её.       Взгляд Накахары загорелся. Исаму смотрел в ответ, пока откидывал снятый элемент на пол.       — Что с ним? — улыбнулся он.       Сердце встало на месте. Даже если это не было искренне, и Исаму просто отрабатывал свои деньги, улыбался он точно простреливая сердце. Насквозь.       Чуя сбросил ступор глупой, незаконченной усмешкой. И подсел ближе. Сокращая расстояние почти в нули.       — Как... Как это понимать?       — Исключение.       Чуя прерывисто выдохнул. За футболку притянул ближе. Несдержанно впился в губы. Ладонью по кровати нашёл чужую, накрывая. И сжимая по мере разгона поцелуя.       Почувствовал ладонь на животе. Медленное поглаживание.       Потянулся навстречу. Предел изначального поцелуя потерялся. Чуя языком проник в рот. Услышал сдавленное мычание в ответ. Выдохи становились громче.       Несильно отодвинувшись, Чуя переводил дыхание.       — Не обязательно шуметь так порнушно.       — Тебя возбуждает.       — С чего ты взял? — Чуя поднял бровь.       Исаму подавился воздухом. Ладонью поскользил ниже. Накрыл член через джинсы.       Потянулся к губам. Шумел выдохами, одновременно сильнее вжимаясь длинными пальцами в эрекцию.       Он был хорош. Буквально во всём.       Член Накахары предательски дёрнулся. Выдавая мысли. Подтверждая озвученную теорию. Да. Его возбуждает.       Исаму улыбнулся в поцелуй. Наверняка с осознанием собственной правоты.       Отстранился, поднимая взгляд в глаза. Смочил губы — Чуя проследил открыто заинтересованным взглядом.       — Изначально тебе нужны были двое парней.       Губы сложились в одностороннюю улыбку. Чуя медленно кивнул. Из-под полуприкрытых век изучал лицо. Которое больше не было скрытым.       — Возбуждает наблюдать со стороны.       — И чтобы после оба обращали внимание на тебя. Одновременно. — Исаму перешёл на откровенный шёпот. Несмотря на освещение, можно было заметить его расширенные зрачки. Хотелось считать, что это следствие возбуждения.       — Ага, — в тон ответил Чуя. Склонил голову в бок, не разрывая контакт. — Что возбуждает тебя?       Исаму коротко усмехнулся. Сократил расстояние. Обманчиво: потянулся к щеке, вместо губ. По щеке провёл линию носом. На ухо прошептал ответ на заданный вопрос.       И отстранился. Улыбался. Приподнял бровь.       Нет, ещё раз. Этот парень непростительно красив. Просто как факт.       Ни грамма смущения. Дерзость в глазах. Там же заинтересованные огоньки. Которые проявились только после сказанного. Чуя провёл языком по зубам:       — Серьёзно?       Исаму прикрыл глаза и покивал.       Чуя усмехнулся непроизвольно. Покачал головой и отвёл взгляд. Свободной ладонью потянулся к пуговице на своих джинсах. Запнулся о болтающийся ремень.       Исаму перехватил его. Быстрыми движениями вытянул из держателей. Получая непонимание в голубых глазах.       — Свяжешь меня этим? Ну, потом.       Чуя потерялся. Внутри мешались несколько эмоций. Хотелось и ухмыльнуться желанию, и показать собственное ликование от предложения.       В каком-то смысле Чуя остановился на последнем варианте. Быстро справился с пуговицей, молния разошлась самостоятельно.       Смотрел в карие глаза, запуская руку под резинку белья. Прерывисто выдохнул. Поглаживая себя.       Исаму смотрел внимательно. Ещё бы. Сам сказал об этом на ухо.       Отсутствие маски на лице, или же сосредоточенность взгляда, но Чуя заводился сильнее. Даже без поцелуя. Потому крепче сжал руку на члене. И ускорился. Теряясь в дыхании.       Приоткрыв губы, Исаму выпрямился. Остановил ладонь на своём бедре. Чуя отметил это. Мимолётно улыбаясь. Втянул нижнюю губу. Потерял её несдержанным выдохом и слегка запрокинул голову назад.       Исаму тихо выругался. Вернув ему внимание, Чуя дёрнул бровью:       — Не стесняйся.       Исаму положил ладонь на шею и стёр расстояние. Сминал губы. Мимолётно окольцевав горло, повёл линию ниже. Остановился, поглаживая сосок. Напрягшийся дрожью внезапного прилива возбуждения.       Чуя промычал. Отвлекаясь от поцелуя, ловил воздух. Кислород в лёгких заканчивался. Толкая нос своим, Чуя томно и бессовестно выдыхал получаемое удовольствие. Ускоряясь в движениях.       Распалялся.       Пусть пока в соло.       Возбуждало это не только партнёра. Чуе нравилось отмечать, как любопытный взгляд время от времени падает вниз. Как поджимаются губы. Те же, что в следующий момент последили по плечу.       — Тебе нравится? — Чуя склонил голову к изучаемому плечу.       Исаму поравнялся с лицом. Смочил губы и подавился воздухом в попытке усмешки.       — Ты зачем так стонешь? Не уверен, что успею восстановиться и кончить дважды за отведённое нам время.       Так прямо. Чуя не был сдержанным в издаваемом звуке. Веки захлопнулись. Резкое сокращение внизу живота заставило руку увеличить темп. Дыхание перехватило.       Исаму поймал запястье.       Перекрывая возможность кончить. Вроде, не так быстро.       Смотря на него, Чуя убрал от себя руку. Рывком. Она быстро нашла себе место на чужой шее. Чуя притянул. Грубовато.       Но Исаму одобрительно шумел в поцелуй. Накрыл ладонь своей. Выпрямился, переставая опираться на кровать второй рукой. Которую запустил под свою футболку. Теперь же, вполне искренне выдаваясь в желании.       Чуя отстранился и слегка нахмурился. Мысли перекрывались туманом. Исаму тяжело дышал.       Чуя толкнул его в плечо, спиной роняя на кровать. Пусть и перпендикулярно, не слишком логично. Плевать уже было, в целом.       Завис на открытое лицо. Расширенные зрачки. Припухшие от поцелуев губы. Растрепавшиеся каштановые волосы.       Чертовски сексуально. Неприлично.       Остаётся догадаться, что Чуя выглядел достаточно завороженно, чтобы Исаму усмехнулся. Прикрыл глаза. И пальцем указал на комод. На который Чуя опирался какое-то время назад. Тогда ещё у него были другие ожидания от посещения.       Закрыв ящик и вернувшись, Чуя бросил на кровать упаковку презервативов. Исаму стянул с себя футболку. Но остановился и сжал её в ладонях. Недоверчиво побегал от брошенной пачки к Чуе.       — Я, конечно, готов, но не настолько.       Чуя улыбнулся и поднял брови:       — О чём ты?       Исаму откинул футболку. Многозначительно уставился на упаковку. Намекая, что это всё. И этого недостаточно.       Чуя усмехнулся. Сел к нему на колени. Провёл ладонями по оголённому торсу. И толкнул обратно на спину.       Исаму был напряжён. Это выдавалось в его лице.       Чуя поднял его руки выше, прижимая к кровати.       — Ты слишком торопишься. До этого мы ещё не дошли.       В карих глазах блеснуло понимание. Не слишком уверенное, но парень явно расслабился.       Чуя склонился, забирая поцелуй. Извиваясь под ним, Исаму промычал. Явно заявляя необходимость в прикосновениях. Будто мог знать, насколько того же хочет Чуя. Живот уже сводило, а течка едва не намекала, что можно обойтись и без сторонней смазки.       Отстранившись, Чуя в тон — со сложностями — ловил воздух. Толкнув нос своим, жарко выдохнул в губы:       — Ты такой горячий. Я хочу тебя.       — Возьми.       Зажжённый взгляд карих глаз повторял сказанное.       Чуя отсел подальше, быстрыми движениями разбираясь с пуговицей на джинсах. Молния разошлась самостоятельно. Что подтверждало возбуждение.       Спустил одежду ниже. Ретировался на пол, становясь на колени. Разобравшись с упаковкой, — а потом с ещё одной, — натянул презерватив на член партнёра.       Исаму поднялся на локтях, наблюдая.       Чуя хотел завести его. По-настоящему. Уже признавался, что хотел бы искренности желания.       Провёл языком по головке, смотря в глаза. Развязно.       Исаму медленно выдохнул. Его член дёрнулся в ответ. Призывая продолжать ласки.       Тянуть Чуя не стал. Сложил руки на бёдра. Впустил головку в рот. Не слишком глубоко. Принялся ласкать губами. Вскоре прикрывая глаза и ускоряясь в этом.       Привкус латекса не вдохновлял. Но иначе никак.       Вдохновлял же тихий, но протяжный стон. Стоило взять глубже.       Исаму провёл ладонью по груди. Вторая плотно сжала в кулак постельное бельё. Это стоило того, чтобы продолжать.       Чуя непроизвольно дёрнул бровью. Нравилось отмечать, как партнёр получает удовольствие. Больше закрывать глаза не хотелось.       Подключив язык, Чуя продвинулся дальше. Исаму выразил согласие. И Чуя самоуверенно опустился ниже. Член упёрся в горло.       Что ж. Чуя проверил возможность дышать через нос. Слез, повторно лаская лишь головку. Оставил короткий поцелуй.       Поймал взгляд. Исаму усмехнулся внезапному жесту. Мотнул головой. Не слишком одобряюще.       Закатил глаза и запрокинул голову. Потому что Чуя торопливо взял до изученной длины.       Дышал тяжело. Заводиться, доставляя удовольствие партнёру, более чем приемлемо.       Склонился ниже. Позволяя члену проникнуть в горло. Постепенно.       Судя по звуку и сокращению ног, Исаму задержал дыхание. Ему нравилось. О, ну в этом уже можно не сомневаться.       Плоский живот без явного рельефа втянулся. Чуя провёл по нему ладонью. Мимолётно представил, как сжимает талию партнёра, пока тот скачет на нём. И простонал. От собственных фантазий.       Что явно отдалось партнёру. Исаму протяжно промычал и томно выдохнул. Выругался.       Чую заводили ругательства. Чрезмерная вежливость, прописанная в договоре, была послана партнёром сразу же. Исаму совсем не стеснялся в выражениях.       Он точно заблудился. Не его сфера. Нечего ему тут делать, подумал Чуя.       Не заметил настойчивость, с которой Исаму отводил от себя. Но всё же поднял взгляд, встречаясь с карими глазами, и вопросительно кивнул. Щёки Исаму раскраснелись. Не слишком броско. Но в купе с тяжёлым дыханием это выглядело так, будто он бегал марафон.       И вышел из него неизменным победителем. Потому что дерзко улыбнулся. Без тени смущения. И наконец ответил на кивок:       — Я чуть не кончил. Иди сюда.       Чуе дважды повторять не надо. Всего на секунду смущённо поджал губы и отвёл взгляд. Ага. Тот же парень, который грубил первые секунды встречи, едва не кончил от минета. Вот так вот.       Исаму выпрямился на кровати. Чуя сел рядом. Большим пальцем ласкал сосок, смотря в глаза. Не торопился с поцелуем, который так выпрашивал взгляд, прилипший к губам.       — Чего ждёшь?       Исаму поднял взгляд. Чуя продолжил:       — Раздевайся. И целуй первый, если хочешь.       Исаму поймал движения, которые исполнял палец Накахары. Поймал ладонь целиком своей. И повёл вниз по телу.       Чуя распахнул взгляд. Если Исаму ведёт к тому, чтобы Чуя подрочил ему, то он совершенно не против.       Но Исаму останавливается. Не доводя до члена. Усмехнувшись, отпускает ладонь в воздух.       Снял оставшуюся одежду. Подходил со смазкой ближе, когда Чуя решил, что у них перерыв.       То есть. Чуя развалился на кровати в логичном положении, на подушке. И старался сделать вид, будто не ждал и не скучал каждую секунду отсутствия.       Исаму бросил бутылку смазки на кровать. Устроился на бёдрах и склонился к лицу. Пачкая живот выработанной смазкой. Да. Провокация прошла успешно. Чуя представлял его сверху. Скачущим.       Чуя погладил плечи. Приподнял брови. Старался спросить достаточно буднично:       — Что?       — Я хочу тебя.       Пальцы вжались в плечи. Чуя не смог больше строить лицо. Выдохнул, и по нарастающей задышал чаще, смотря в глаза.       Исаму столкнул губы. Ворвался в рот языком. Чуя мгновенно сплёл его со своим. Влажно. Нет. Мокро. До пошлого мокро.       Учитывая движение члена Исаму. Проведённая траектория оставила липкий след.       Чуя напряг живот. Давление внизу становилось невозможным. Сокращением могло бы, но не стало легче.       Страстно тиская губы, Чуя промычал. Резко разорвал поцелуй. Ловил чужое дыхание.       — Оба сходим с ума. А ты меня никак не разденешь. Я ведь знаю, насколько твёрдый твой член.       Исаму шире раскрыл глаза и резко выдохнул. С осознанием, потому что его ответом стало:       — Я тебя ещё не касался.       — Представить не можешь, как я жду этого, — честно прошептал Чуя. И укусил себя за губу. До боли.       Исаму отлип. Чуя помог ему с тем, чтобы оставить себя без одежды.       Исаму трясущимися — от возбуждения — руками вытянул презерватив. Навалился обратно, ближе.       Но застыл на пересечении взглядов. Как и Чуя.       Будто что-то ударило по голове. Будто расстояние заискрилось. Электрический разряд, что прошиб насквозь, лишая возможности двигаться. Всего на секунды.       Чуя физически почувствовал, как зрачки расширились. Это чувство тепла в глазах. Граничащего с кипятком. Да, возможно друг друга было вероятным прожечь.       Не отвлекаясь, Исаму отложил презерватив в сторону. С упором на одну руку склонился к лицу.       Чуя поймал губы. Внезапно, это было медленно. Хотя неожиданная заминка могла бы склонить к сумасшествию.       Исаму свободной ладонью повёл линию по телу. Начал надрачивать Чуе, получая шумные выдохи. Чуя протянул руку в ответ. Не слишком просто в положении. Но реакция партнёра стоила и больших неудобств.       Поцелуй срывался в скорость. Движения рук — тоже.       Исаму коротко мычал. Не отпуская губы. Что заставляло Чую хмуриться и шумно дышать носом. Как угодно, но заверять во взаимности получаемого.       Исаму отлип резко. Словами потребовал остановки. Усмехнувшись, отвёл от себя остановившуюся в движениях ладонь Накахары.       Свалился рядом, подпирая голову ладонью. С улыбкой и несерьёзным укором смотрел на Чую. Получив вопросительный кивок, ответил:       — Ты трахнешь меня сегодня, нет?       — Мм. Пока ты лежишь на резинке? — поднял бровь Чуя. Кивнул на небольшую упаковку, которую наполовину придавил Исаму своим выбором положения.       Вытянув презерватив, Исаму усмехнулся. Надорвал зубами, смотря в глаза. Отдал внимание скользящему от смазки кругу, между делом вставляя:       — Ты прикольный.       — Оставишь, может, цифры?       Исаму рывком поднялся. Развёл ноги Накахары в стороны, устаиваясь в расстояние между. Натянул презерватив. Опустился. Оставил короткий поцелуй на бедре. Смотрел в глаза, отвечая:       — Ни за что.       Сразу после покосился на член. Рассматривая. Снизу вверх. Сбил глаза в кучу. Сглотнул.       Если его что-то и напрягало в размере члена, он сказал об этом выражением лица и глазами. Но не вслух.       Чуя смущённо усмехнулся. Никто как-бы не заставлял опускаться.       Но Исаму принялся полизывать головку. Чуя перевёл дыхание, выпрямляя ногу. За вторую, согнутую в колене, Исаму держался.       Чуя не сводил глаз. Исаму же их прикрыл. И стремительно опускался ниже. Разливая волну удовольствия вверх и вниз по животу. Попеременно. Ласкал языком, сопровождая траекторию.       Чуя втянул воздух сквозь зубы. Исаму брал всё глубже. Но в момент подавился и слез.       Мимолётно поднял взгляд и улыбнулся. Несколько виновато. Провёл ладонью по члену. Как временная замена. Прочистил горло.       И вернулся к ласкам ртом. На этот раз быстро опускаясь по длине. Чуя подавился воздухом. Напряжение росло. Затылком проехался по подушке, непроизвольно пытаясь запрокинуть голову.       Не смог сомкнуть губ. Как только Исаму начал брать в горло. Стабильно. Поднимаясь и опускаясь повторно.       Чуя нахмурился. Вплёл пальцы в каштановые волосы.       Не контролировал момент, когда начал подаваться навстречу. Бёдрами. Стремился быть ближе. Проблема ровно в том, что Исаму исправно принимал его.       И в момент Чуя сжал волосы в кулак. Часто задышал. Метался по подушке. Рыжие волосы провожали каждое движение. И электризовались.       Чуя вышёптывал бессвязный бред, в котором мешались и узнавались как комплименты, так и ругательства.       Исаму положил ладонь на бедро, вжимая в кровать. Пресекал порыв. Отпустил член и покрался наверх. К Чуе. К лицу.       — Ну, нет... Не останавливайся... — разочарованно вздохнул Чуя. Перевёл дыхание. Набранная скорость и напряжение уже были сброшены, тут ничего не исправить.       Поймал лицо ладонями, впиваясь в губы. Исаму изначально плыл к нему с тем запалом, которого быстро достигло столкновение. Страсть несдержанно мятых губ. Язык, слюна. Переменным моментом. Ничего не выходило сдержанным или чётко следуемым.       Отпустив чужие губы, Чуя задыхался. Не только он.       — Ты меня ненавидишь...       — Дошло, наконец, — слабо усмехнулся Исаму.       Чуя тихо цыкнул. Побегал глазами. Попытался подтянуть к себе для поцелуя снова.       Но Исаму мотнул головой и прошипел. Намекая прервать интерес к губам. Столкнул взгляды и поднял уголок рта:       — Я уже дважды не дал тебе кончить. Не думаешь наказать меня за это?       Чуя укусил губу. Разве что не съел взглядом, сканируя. Опрокинул Исаму в бок, на спину. Коротко осведомился о том, насколько он уверен в своём недавнем заявлении о готовности. Получив ответ, всё равно не спешил.       Размазал смазку по пальцам. Ноги партнёра разъехались.       Свобода движений трёх пальцев внутри, конечно, так или иначе многое гарантировала. Но Чуя помнит тот взгляд. Когда карие глаза сбились в кучу.       Впрочем, больше ничего сделать не может. Просто даст немного больше первого времени. Без движения.       Смазав защитный слой на члене, Чуя всматривался в эмоции. Медленно входил. Исаму принимал без каких-либо проблем примерно до середины. После издал сдавленный звук и задержал дыхание. Смотрел в бок.       — Это всё?       — Это половина.       — Как ты с ним живёшь... — посетовал Исаму. Покачал головой, будто в самом деле не мог сложить этот факт в голове. Будто бы вопрос и близко не риторический.       — Выйти?       — За дверь? — Исаму вскинул бровь, наконец сталкивая взгляды.       Чуя коротко, глухо посмеялся. Исаму выдул воздух и побегал взглядом. Подцепив брошенный ремень, протянул Чуе.       — Разберёшься?       — Можешь не переживать, — Чуя принял протянутое и завёл руки партнёра наверх.       — Супер—       Чуя перебил. Целуя. Коротко, но быстро и несдержанно в моменте. Пока, не глядя, затягивал пойманные запястья ремнём.       — Долго не продержусь.       — И не надеялся, — фыркнул Исаму.       Половил воздух, пока Чуя продвигался дальше.       Чуя медленно выдохнул, как только вошёл полностью. Давление сжимало и член, и виски. Последние — от осознания категоричной близости.       Исаму смотрел ровно в глаза, когда Чуя выпрямился. Подергал руками, будто сообщая, что собирается вырваться. Чуя вскинул бровь и ухмыльнулся. Вроде, уверен ли он в своём стремлении.       Чуя ласкал член Исаму всё прошедшее время. Но это было не так быстро и навязчиво, как теперь. Исаму отвёл взгляд и поёрзал. Чуя сжал губы в линию. Осознавал ли Исаму, что сопротивляющимися движениями стимулирует член внутри себя?       Чуя громко выдохнул. Да, Исаму осознавал, что делает. Ничего другого этот дерзкий взгляд не говорил.       Потому Чуя начал двигаться. Не отпуская член партнёра. О, он тоже прекрасно понимал, что делает и чего может добиться решением.       По вискам стекал пол. Жар двух тел нагревал воздух вокруг. Там же витал приторный запах смазки. И разогретого латекса. Всё мешалось.       Стоны партнёра ласкали слух. Выдавали так ни разу и не сброшенное напряжение внизу живота спазмами. Чуя правда и искренне сходил с ума. Поймал поднятое колено.       Фрикции ускорялись. Ровно в том плане, насколько Чуя мог быть несдержанным. Выходил полностью и резко входил до основания. С неприличным, но характерным шлепком.       Который тонул в стонах. В выражении согласия. Ругательствах. Одобрении.       Голова шла кругом.       Исаму был жарким. В момент зажмурился и задышал чаще. Попросил остановиться.       Чуя в самом деле сбросил темп. Но, переводя дыхание, закатил глаза: Исаму был слишком близко. И ему казалось, что слишком рано.       Чуя склонился для поцелуя. Вышло смазано, нечётко. Губы путались. Система дыхания отказывалась сотрудничать должным образом.       Чуя одной рукой сжал замотанные ремнём запястья. Навис, смотря ровно в глаза.       Приподнял брови. Поспорив с недавней остановкой её бессмысленностью. Исаму слабо усмехнулся и кивнул. Вроде, понял. На том и поболтали.       Чуя продолжил. На разгон требовалось какое-то время. Но вскоре оба повторно дошли до того, что задыхались.       Исаму попросил не останавливаться. Надо же.       Чуе повторять не нужно было.       Исаму простонал громко. Звук, прокравшись в уши, заставил зажмуриться от невозможности выдержать нечто настолько приятное. Сокращения, которыми Исаму во время оргазма сжимал член Накахары, быстро довели до звёзд. Буквально. Перед зажмуренными глазами рассыпались разноцветные искры. Тело прошибло разрядом.       Накопленное напряжение наконец было сброшено. До того, чтобы абсолютно бессильно свалиться рядом.       Исаму свёл ноги. Несильно, просто насколько-то. Этого хватило, чтобы продемонстрировать тряску.       Чуя поимел его до тряски ног. До отдышки.       — Ремень.       Чуя обречённо поднял глаза наверх. Наскрёб силы — это было сложно — подняться. И стянул свой ремень с чужих рук.       Безвольно свалился обратно. Пытался отдышаться.       Когда же дыхание выровнялось до состояния относительности, неуверенно повернул голову:       — Слушай...       — Не разговаривай со мной.       — М.       Поджал губы и отвёл взгляд.       — Твоё время закончилось. Несколько минут назад. Так что без лишнего трёпа. Одевайся и уходи. Тут не отель. Поспишь дома.       — Снова грубишь.       — Говорю же, твоё время закончилось. Ты сейчас даже не клиент. Я могу тебя и нахер послать. Чего тянуть, в принципе. Пошёл нахер.       — Ты ведь в курсе, что я многое о тебе узнаю, когда буду переводить деньги по реквизитам?       — Ты не в курсе, но я не настолько туп. Удачи тебе в твоей самоуверенности.       — То есть ты это предусмотрел?       — Я так и сказал. Знаешь, что ещё я уже сказал?       — Пошёл нахер, — вздохнул Чуя.       — Именно, — Исаму поднялся. — Исполняй.       Чуя задержал взгляд вслед. Был уверен, что ни в коем случае не останется в расстроенных чувствах после посещения. Потому что не планировал привязываться. Услуга есть услуга.       Впрочем, эту шелуху стоит просто выбросить из головы. Туда же, куда полетел использованный презерватив.

༒

      На самом деле Чуя зря так переживал. До посещения борделя.       Задержался в коридоре, рассматривая университетский пиджак с эмблемой на груди. Носить его совершенно необязательно. Но как же он смотрится! Ага. Ровно с той же мыслью по университету шастают и остальные первокурсники. Старшие курсы задерживают едва не презрительный взгляд. Вроде, ну сколько можно гордиться своим поступлением.       Да. Поступление. Чуя неслабо переживал за свои вступительные.       Ответ из университета не приходил слишком долго. Хороший знакомый, собирающийся поступать в это же место, уже получил своё письмо. Тогда же, когда Чуя грустным взглядом смотрел на надпись «новых писем нет» и счета, выпавшие из ящика.       Чуя уже был в отчаянии. Прометая передний двор родительского дома, завис. Посмотрел по сторонам. Выпрямился и принялся мести метлой с более важным видом. Уже присматривал себя в этой роли, короче говоря.       Но ответ пришёл. Пиджак на плечах, ровно, без изъянов. Глаза светятся, пока сверлят отражение. Рыжие волосы уложены так прилежно, что в любой другой момент их хотелось бы растрепать. Но это только начало учёбы. Так что.       Чуя подмигнул идеальному отражению. Вытянув телефон из кармана, двинул дальше.       Поразительно. Телефоны разрешены абсолютно. Не то что в школе. Ну, об этом пусть думают школьники. Не Чуя.       Чуя пялится в экран, пряча свободную ладонь в карман. Даже непроизвольно, но задирает нос. Вполне же осознанно держит спину прямой. Так, чтобы сразу понятно было, что по коридору плывёт не абы кто, а...       — Накахара!       М? Чуя повернул голову, не меняя высокомерности взгляда.       Надменность прервала улыбка. Тот счастливчик, который получил письмо раньше. Одноклассник. Видевший Чую совсем другим, так что тут и нечего строить из себя.       Во всяком случае не когда этот чокнутый так размашисто машет рукой в приветствии. Кладёт руку на плечо спутника, которого тащит ближе.       Стоило им поравняться, как и былую эмоцию Чуя растерял. В ответ кивнул знакомому, задерживая взгляд на полу чуть дольше положенного. После вклеивая его на парня с каштановыми волосами. Оба так же таскали пиджак с эмблемой.       — Познакомился с кем-то уже?       — Не успел, — мотнул головой Чуя. Приподнял уголок губ, чтобы не выдавать свою потерянность встречей.       — Значит, познакомишься! — отлипнув в сторону, бывший одноклассник поочередно поводил пальцем: — Дазай Осаму. Накахара Чуя. Все первокурсники. А значит, как минимум не дворники! Так что, может, найдём общий язык.       Чуя с опозданием кивнул. Подняв взгляд, отметил широкую улыбку. И честно. Тот же дерзкий взгляд.       Соврал совсем несильно, получается. Но в какой-то мере. Оно и понятно. Получателем был совершенно другой человек. Так что Дазай в самом деле всё предусмотрел.       Судя по его приклеившейся ухмылке, даже эту встречу. Потерянным себя чувствовал, кажется, только Чуя. Никто бы не взялся утверждать, насколько это правда.       Но и утверждать это было некому. Зазвонивший телефон отвлёк знакомившего, потому он ретировался в сторону. Оба проводили его.       Чуя прочистил горло. Не мог осознать, куда следует смотреть. Ловил в поле зрения и стремительно отпускал, бегая по стенам.       — Спасибо, — нарушил молчание Дазай. — Не думал, что кто-то в самом деле... Но ты. Угу. Я поблагодарил.       — Вместо того, чтобы послать нахер? — поднял бровь Чуя.       — Не начинай. Ты не был там, где был я. Не тебе меня осуждать.       — Я и не собирался, — Чуя стушевался и опустил взгляд. Чтобы следующий вопрос не застал врасплох его самого и не выдал нахлынувших эмоций. — Я сделал это достаточно быстро. То есть... Я... Был твоим последним клиентом?       Дазай выдул воздух. Пожал плечами:       — Ну и какая тебе нахер разница?       — Справедливо, — кивнул Чуя.       Оставил паузу. Просканировал. И всё же решился на столь же опасный манёвр. Кивнул и посмотрел в глаза:       — Значит, Дазай?       Дазай неожиданно сократил расстояние — Чуя едва не попятился. Дазай смотрел в глаза и понизил тон.       — Попроще, — улыбнулся и подмигнул. — Осаму.