Singularity

Жизнь задыхается без цели. Ф.М. Достоевский.

      Дальнейшие размышления было решено отложить до утра. Получив от своего нового друга комплект чистой одежды, он вышел из душа и осторожно прилёг на край кровати.       — У меня только одно одеяло, — сообщил Тэхён, бросая в него подушкой, выуженной из шкафа.       — Возьму плед, — он достал небольшое покрывало, что ранее заприметил в ворохе одежды.       Вернувшись в кровать, он накрыл себя плюшевой тканью. Точнее, только часть себя. Плед оказался коротким, поэтому выбор стоял между ступнями или грудью.       Блондин несколько минут наблюдал за его манипуляциями, после чего подвинул часть одеяла на него и, не дожидаясь ответа, повернулся спиной.       Чонгук лежал в темноте, снова и снова прогоняя в голове мысли. В какой-то момент ему даже стало казаться, что всё это странный, жуткий сон. Всё, начиная с того дня, когда он смотрел на монитор компьютера и чувствовал, как земля уходит из-под ног; как рушатся стены его мира, что выстраивал с таким трудом; как прожигают взглядом друзья; как он погружается в вязкую трясину, из которой нет спасения.       Окуная себя снова в те моменты, он даже не сразу понял, как оказался прижат чужой рукой. Повернув голову, он посмотрел на Тэхёна, что, развернувшись к нему, взгромоздил конечности на его тело и продолжал спать, причмокивая во сне.       Что такого, как он, заставило прийти в ту ночь на мост? Казалось, этот парень ко всему относится легко, будто ничто не могло застать его врасплох или пошатнуть веру в жизнь.       Несмотря на то, что уснул он уже далеко за полночь, привычка просыпаться рано дала о себя знать. Чонгук открыл глаза и, выбравшись из-под теплой руки, направился в ванну.       Вчера мысли были слишком загнаны в круговороте событий, поэтому рассматривать чужие полочки желания не было. Открыв шкафчик, он окинул взглядом выставленные в ряды косметические продукты и, заприметив в углу новую запечатанную зубную щётку, непроизвольно улыбнулся. Этот парень настоящий бурундук. Кажется, у него тут запасов на целый год.       — Даже два разных вкуса зубной пасты? — усмехнулся он, держа в руках открытые тюбики.       Следующая остановка состоялась на кухне. Обреченно окинув взглядом бесполезную плиту, он щёлкнул кнопку чайника и открыл холодильник. И тут же закрыл. Но даже той секунды хватило, чтобы вонь юрко проскочила в пазухи и осела где-то в лёгких.       — Ты что там труп хранишь? — пробубнил он, опасливо убирая руку от дверцы.       — Да, предыдущего очень любопытного соседа, — раздалось сквозь зевание сзади.       — Как давно ты сюда переехал? — Чонгук перевёл взгляд на коробки.       — Три месяца назад, — Тэхён прошлёпал мимо него и достал две чашки из шкафчика.       — А убирался когда последний раз?       — Три месяца назад, — всё так же безразлично бросил тот.       Расположившись за небольшим кухонным столиком, они некоторое время просто молча пялились в разные стороны, периодически отпивая кофе.       — Так что мы будем делать двадцать дней?       — Есть предложения? — он посмотрел на блондина, что с задумчивым лицом изучал пейзаж в виде стены соседнего здания за окном.       — Знаю, — внезапно Тэхён развернулся к нему, будто прочитал ответ на той самой стене. — Есть что-то, что ты всегда хотел сделать, но никогда не было времени или всегда находились причины останавливающие?       Чонгук задумался над вопросом. Что он хотел бы сделать перед смертью?       — Давай напишем список из наших желаний и исполним их, — воодушевленный парень уже кинулся в комнату на поиски ручки и бумаги.       — Серьёзно ни одного желания? — Тэхён навис над ним после того, как спустя двадцать минут его лист всё ещё был пуст.       — А у тебя что? — он попытался заглянуть в его список.       — Э, нет. Ты давай свой пиши, — блондин прижал бумагу к груди и отстранился.       И не то, чтобы у него не было желаний, просто все они казались какими-то глупыми. Словно такой, как Чонгук, не должен хотеть такую ерунду. Он был одним из самых молодых и успешных брокеров, и все его мечты всегда соответствовали статусу.       Но главное, что одно из этих желаний, как ему казалось, было действительно постыдным.       — Не подсматривай, — он закрыл лист рукой.       — Я же всё равно прочитаю. Мы должны их осуществить. Значит, придётся озвучить, — улыбался Тэхён, но всё же отстранился и с безразличным видом принялся мыть посуду.       И вот, спустя ещё двадцать минут Чонгук, стараясь скрыть своё смущение, подвинул лист на центр стола.       Желания Чонгука:       1. Секс на крыше.       2. Полёт на воздушном шаре.       3. Поехать в отпуск.       4. Сделать тату.       Желания Тэхёна:       1. Подняться на Чирисан.       2. Написать песню.       3. Увидеть самый идеальный закат.       4. Жить в другой стране.       — И как ты себе представляешь последний пункт? — он оторвал взгляд от его списка и изумленно посмотрел на блондина.       — Ты прав, — хихикнул тот и, взяв ручку, зачеркнул четвёртое желание.       На удивление, Тэхён не стал смеяться над его списком или как-то язвительно комментировать. Он покрутил бумагу в руках, о чём-то задумался и, неожиданно вскочив, устремился в комнату.       — Так, сегодня мы исполним первый пункт твоих желаний, — раздалось воодушевленное сзади.       — Что? — Чонгук повернулся и уставился на два флаера в руках блондина.       — Это, мой похотливый друг, приглашение на вечеринку в клуб. И что более важно, у них есть выход на крышу.       — Слушай, может, начнём с воздушного шара? — замялся он.       — С шаром сложнее. А тут всего и нужно, что подцепить хорошенькую девчушку и подняться с ней на крышу, — Тэхён вернулся на место и сделал глоток кофе.       — Я девственник, — собрав всё своё мужество, произнёс он и тут же закрыл глаза во избежание попадания тёплого кофе, что каплями стекал по его лицу после реакции парня на его слова.       — Прости, что? — Тэхён вытер с подбородка остатки напитка и протянул ему полотенце.       — У меня не было времени. Я всё время учился, затем работал. Думал, вот стану успешным и встречу достойную девушку, — оправдывался и вытирался он одновременно.       На секунду в квартире воцарилась тишина.       — Во дела! И до скольки лет ты планировал беречь свой бутон? — чуть сдерживая смех, прохрюкал Ким.       — Иди на хрен! — фыркнул он.       — Вот если бы ты почаще говорил эту фразу, глядишь, не ходил бы в девственниках, — заржал тот.       Чонгук поджал губы и отвернулся.       — Ладно, ну ты же знаешь теорию, так что одно другому не мешает. Исполним сразу два желания, — уже серьёзно произнёс Тэхён.

***

      — Мне нужно попасть к себе домой, — выдохнул он после осмотра гардероба парня.       — Ты же сказал у тебя нет дома.       — Он опечатан банком, но все мои вещи ещё там.       — Хочешь нарушить запрет и проникнуть? — с опаской покосился Тэхён.       — Во-первых, нам нужны деньги, а у меня есть небольшая нычка с наличными там. Во-вторых, мне нужна моя одежда, — он ещё раз окинул взглядом предложенную ему ранее одежду для похода в клуб.       — У меня есть немного денег, но ты прав, на все наши желания нам нужно больше. Идём, — блондин закрыл створку шкафа и направился к двери.       Уже на подходе к высотке элитного жилого комплекса Чонгук начал паниковать. Что, если консьерж его не пустит и с позором выставит, позвонив в банк? Что, если приставы сменили код на его двери, и он так и не сможет попасть?       Может, разумнее было воспользоваться одеждой и деньгами Тэхёна, но гордость не позволит ему спокойно расхаживать, а уж тем более клеить девушку в чужих трусах. Даже если ещё вчера Чонгук был тем, кто обматывал плёнку на лицо для асфиксии, и через двадцать дней его раздувшийся труп будет найден в реке, сегодня он всё ещё Чон Чонгук — тщеславный мудак, который не может позволить кому-то содержать его.       На удачу в холле здания никого не было и, проскочив к лифтам, двое с деловым видом зашли в кабину вместе с одним из жителей. Нажав кнопку двадцатого этажа, он самодовольно усмехнулся, видя искреннее удивление в глазах напарника.       Правда, оказавшись у нужной двери, всё его высокомерие в мгновение разбилось о красную ленту и пломбу с надписью «Собственность банка». И контрольный выстрел в виде раздражающего писка, оповещающего о неверно набранном коде. Со злости ударив ногой дверь, он отошёл, не желая даже смотреть в лицо Тэхёна, что всё это время молча стоял за спиной.       — Ты куда?       — А ты не видишь? Банк изменил код, — он медленно продолжал плестись к лифту.       — Да погоди ты, — блондин догнал его и потянул за руку.       Он повернулся, принимая тот факт, что ему придётся сказать вслух о своей никчёмности. Но рядом уже никого не было.       — Что ты делаешь?       — Как быстро ты сможешь собрать всё, что тебе нужно?       — Десять минут.       — У тебя будет шесть, — произнёс Тэхён и набрал номер указанный на предписании приклеенном к двери.       — Добрый день, это житель дома… Да, дым из квартиры 114. Спасибо, да, конечно, — блондин положил трубку и быстро ввёл четыре цифры на замке.       — Прошу вас, — открывая дверь, улыбнулся он.       — Как ты? — Чонгук всё ещё не мог поверить, что ему просто назвали код.       — Банк не может позволить пострадать своем имуществу. Они пришлют пожарных через шесть минут. Время пошло, — подтолкнул его внутрь тот.       Пока он метался по квартире, кидая в сумку всё необходимое, Тэхён ходил, присвистывая и рассматривая его бывшее жилище.       — Так ты, мой девственный друг, богат?       — Да, именно поэтому на мне твои штаны, — усмехнулся он.       — Не платил налоги?       Он на мгновение остановился, размышляя, стоит ли говорить о причине, по которой они вломились в опечатанную банком квартиру. Но, решив, что вся эта ситуация и без того унизительна, проигнорировал вопрос блондина.       Наконец, взяв, что нужно, они выскочили в коридор и, решив не рисковать, спустились несколько этажей по лестнице.       Уже оказавшись в холле, парочка столкнулась с бригадой пожарных, что устремились к лифтам. Выйдя на улицу, они заговорчески переглянулись и, не сговариваясь, заржали.