Сломали систему

— Джон, давай разъясним. Раз и навсегда. Я не несу ответственности за чьи-либо ожидания. Кроме своих. Фанат может думать, что я хочу записать ещё 10 альбомов вроде Toxicity и выступить в каждом городе мира. Дарон — что мы поженимся, объявим о свадьбе на награждении MTV или, блять, не знаю что ещё. Но если я этого не обещал, если я этого не хочу, этого не случится. На старте Системы я полностью отдавал себе отчёт в том, что вступаю в отношения с несовершеннолетним. Мне почти 30, он только закончил школу. Он проходит со мной первый опыт во многом. И я сделал все, чтобы обезопасить его. Травился вместе наркотой и китайской едой, спал в багажнике фургона с техникой... Да чего я только не делал, ты сам это прекрасно помнишь! Ты больше всех закатывал глаза. Джон. В 1992 мне понравился 17-летний мальчик с огромными глазами, высоким голосом и нежной душой. И я вложил часть своей души и своего сердца в отношения с ним. Сейчас он старше, чем я тогда. Имел ли я на него влияние? Да. Имею ли я его сейчас? — Серж закончил монолог. Безнадёжно целостный человек, безнадёжно уверенный в своих словах. Джон знал, броню Сержа не проломить. Джон знал, что Дарон его не слышит. Но всё равно сказал: — Тебе нравилось манипулировать им, когда он был ребёнком. Сейчас он захотел власти. А ты не готов её с ним разделить. — Хорошо, — Серж выставил вперёд руки. — Пусть это будет твоя интерпретация. У меня она своя. У Дарона своя. У каждого, кто нас видел, своя. Закончим на этом. Джон закрыл глаза. В памяти всплыл разговор с Дароном, когда тот лежал в клинике.