Мой — твой финал

Я тебе не верю, (Хочешь солнце вместо лампы?) Ты - сон вчерашний, (Хочешь за окошком Альпы?) Который мне пророчит слезы. (Хочешь я отдам все песни?) Я тебе не верю, (Про тебя отдам все песни!) Ты - снег зимы прошедшей, он давно растаял... — Ты не пробовал создать зелье, которое тонизирует участок мозга, отвечающий за поступление и сохранение информации? — Люциус дослушал его до конца, стоя около камина, и подкинул трость в руке, это была его дурная привычка, но она помогала ему иногда посмотреть на ситуацию с другой стороны. — Пытался, даже с Грейнджер советовался, отец, и ни черта. Нельзя вмешиваться в мозг, я могу сделать из него либо сквибба, либо инвалида. — Драко отпил коньяк из бокала, и задумчиво посмотрел на оставшуюся жидкость. — Я в полном тупике. — Не бывает тупика, всегда можно пролезть под стеной, оказываясь по ту сторону. — Люциус постучал пальцами по камину, и поправил мантию. — Нужны яркие воспоминания, это я понял, подумаю, что делать, сын, но взамен только одно условие поставлю. — Я знал, — Драко усмехнулся, поднимаясь с кресла, — а иначе это был бы не ты, отец. Что за услуга? — Выспись и поешь утром. Вся услуга. Я отправлюсь в Мэнор, если ситуация выйдет из-под контроля, то сразу отправляй мне сову. — Люциус взял летучий порох и исчез в камине, Драко смотрел на зеленое пламя, понимая, что этот разговор с отцом и правда ему помог. По крайней мере, он снова может видеться нормально с отцом, так как тот поставил сына выше правил. — Твой отец, выходит, знает о нас? Драко развернулся к подножью лестницы и отставил бокал, смотря на Поттера, который, казалось, вел себя как обычно, но что-то явно было не так. Взгляд Поттера был направлен на камин, на пол, на мебель, куда угодно, но не на Драко. Почему? Разве в тех воспоминаниях Малфой что-то делал не так? В любом случае, скрывать что-либо Драко не хотел. Гарри тем временем подходил ближе, в левой руке он все ещё сжимал подаренный ему документ на годовщину, а Драко оставался стоять на месте, не делая никаких попыток приблизиться или же отойти. — Да, знает. Я не стал скрывать тебя, Поттер. — Это совсем на тебя не похоже. — Заметил Гарри и подошел почти вплотную к Драко. — Ты изменился? — Возможно, я был таким всегда, но мне не хватало стимула, которым стал ты. Может, ты меня изменил, Поттер, и там, и тут все равно фигурируешь ты. — Драко развёл руками, словно этим все было сказано, и Поттер вдруг схватил его за ворот и придвинул к себе, прикасаясь к его губам своими. Малфой положил руку ему на щеку и провел языком по нижней губе Поттера, и тот приоткрыл рот, позволяя Драко проникнуть ближе. Тот обвёл языком верхнюю десну, но далее продолжать не стал, отстранившись. — Зачем? — Подтвердил свои мысли, твои воспоминания и слова Гермионы с Роном. Думаю, ты и правда мне дорог, Малфой, но я не могу выкопать из себя то, что чувствовал прежний я из Омута. — Складывалось впечатление, будто и Поттеру больно от этого, и Драко поверил ему. Он всегда ему верил. — Я сделаю все, Поттер, только скажи, что тебе самому это нужно, что ты хочешь меня любить. — Драко вышел на финишную прямую своей просьбой или требованием, он сам не знал, что это. Но знал, что не позволит быть разному финалу у них двоих, с разными людьми, в разных домах или, может, странах. Но только, если это нужно Поттеру. — Хочу. — Отрывисто сказал Гарри, даже для самого себя решив абсолютно все, и Малфой сам дернул его на себя, снова впиваясь в его губы. Но это не решало их проблемы, ведь Поттер обязан его вспомнить, должен вернуть себе воспоминания, но каким образом это сделать, Драко не знал. Малфой стабильно раз в день писал домой и получал ответы, хоть сова и вела себя странно. Она кружила над Поттером, не бросая его одного надолго, но Гарри не принимал ее, так как для этого Поттера Букля была жива. По крайней мере, в его голове, и потому Драко держал птицу исключительно в правом крыле поместья, не позволяя ей близко подлетать к Поттеру, так как тот сразу замыкался в себе и уходил в комнату. Люциус пытался искать информацию в книгах и фолиантах, но ее не было, Драко даже рассказал ему важные моменты из их с Поттером совместной жизни, и Люциус проанализировал их, однако, ответа найти не мог, хоть, кажется, он лежал на поверхности. — Я уже мозг сломал, как грецкий орех, сука, не знаю. — Рон уткнулся лбом в стол и пару раз треснулся им, будто это поможет. — Уизли, побереги остатки серого вещества. — Драко сам выглядел и ощущал себя не лучше, но держался. И ради Поттера, и из-за услуги отца. Малфой последние дни и так спал по четыре часа, ему тоже начали сниться кошмары, но войны они не касались, ему постоянно снилось, как Поттер разбивается на мотоцикле и каждый раз на смерть, блядь, а Драко стоит в стороне и ничего не может сделать. После этих снов Малфой зачастую приходил к Поттеру и просто смотрел на него, чтобы убедиться, что с ним все нормально. Пару раз Гарри сам приходил к нему и залезал в постель. Он чувствовал, что должен быть рядом, но это чувствовалось не так, как было раньше, но Драко и этому был рад. — Всегда есть две стороны медали. — Заключила Грейнджер, стукнув по столу, чтобы Рон поднял голову. — Значит, есть и решение проблемы. Нам пора, но, Драко, уверена, что выход есть. Держись. — Я это и делаю. — Драко проводил их взглядом, а сам поднялся на второй этаж, заходя в их спальню, но на сей раз его здесь ждал Поттер. Он просто сидел на постели, укрывшись пледом, и Драко понятия не имел, что ему сказать.— Ты поговорить о чем-то хочешь, Поттер? — Не знаю. — Потерянно сказал Гарри, и Драко подошел ближе. — Можешь рядом лечь? — А ты этого хочешь? — Да. Драко лёг на свою половину кровати, смотря в потолок, но он чувствовал, как Гарри повернулся и разглядывал его лицо. Они оба молчали, но через пару минут Поттер дотронулся до бока Драко, куда и швырнул сектумсемпру месяц и три дня назад. Этот месяц длился, как чертовые десятилетия для Малфоя, который оказался повисшим над пропастью без Поттера. Точнее, без привычного, любящего Поттера. Вдруг Гарри перевернулся набок и обнял Малфоя, что тот даже не успел ничего сказать или спросить. — Прости меня. — Сказал Гарри куда-то ему в плечо. — Прости. Я... Я чувствую жуткую подавляющую боль из-за того, что я сделал. Я не хотел причинить тебе боль, совсем не хотел. Драко, я понимаю, что так не должно быть. И мне жаль. Прости. — Поттер... — Все слова застряли в горле, у Драко было ощущение, что он не разговаривал много лет, так как губы в миг пересохли. Он приподнял голову Поттера и просунул под нее свою руку, чтобы Гарри мог лечь на нее, и вздохнул. — Раньше я тебя не обнимал. Совсем. Я не привык к этому, и ты знаешь об этом. Обнимал меня ты, а я лежал рядом, сейчас я готов отдать все, что у меня было и будет за возможность это исправить. ____________ — Следуя из твоих рассказов про ваши отношения с Поттером, о которых я предпочитал бы не знать, — начал Люциус, и Драко усмехнулся от его комментариев, — ты для него важен и этот мотоцикл. — Да, но тут сыграло свою роль, что после войны Поттер терпеть не может, когда ему указывают, а во время езды он ощущал свободу. Как-то так. Но со мной он и так постоянно, к этому мотоциклу я его тоже водил в подвал, реакции ноль. Помнит, что он Сириуса, но больше ничего. — Драко подпер голову рукой, потому что он уже не выдерживал, и даже сидеть ровно для него было проблематично. — Не знаю, Драко. Требуется больше информации, или я где-то ошибаюсь. — Люциусу было непросто признать второй пункт, но если речь шла о сыне, то это также не имело значения. Поттер не помнил его уже два с половиной месяца, однако, стал ближе. Сам начинал какие-то разговоры ни о чем, приходил к нему ночевать, иногда снова лез целовать и Драко отвечал на поцелуи, но дальше не собирался заходить, пока Поттер не вспомнит их отношения. Они вместе выходили на прогулки, Драко рассказывал о местах, где они бывали, Грейнджер водила его на то злосчастное поле, а Уизли водил по маггловским районам. У Гарри все чаще болела голова, сдавливало виски, и он чувствовал потребность в том, чтобы находиться рядом с Драко, однако, никакого прогресса больше не было. С каждым днем Драко погибал, хотел провалиться сквозь землю и найти ещё немного сил для того, чтобы выдержать и просто быть рядом. — Ты ничего не мог упустить? — Нет, отец, исключено. — Твердо сказал Драко, хотя сам снова стал прокручивать воспоминания и все их разговоры в голове. Это ничего не дало. — Хорошо, пока все на этом. Главное, чтобы состояние твоего Поттера не ухудшилось, в остальном у нас есть время, Драко. Иди спать, а я пошел. Малфой спорить с отцом не стал, ему и правда требовался отдых, потому что даже вставать с кровати для него стало проблематичным в последнюю неделю, ноги его не держали, а голова была тяжёлая. Драко зашел в спальню, видя, что Поттер уже спит на своей половине кровати, и лег рядом, придвигаясь к нему ближе. Вблизи с ним Малфой мгновенно расслаблялся, мог поспать и представить, что все так, как прежде. — Ты ведь не убийца, Драко. — Откуда вам знать?! — Драко смотрел на директора Хогвартса, но смутно видел его лицо из-за слез, которые не получалось скрыть. — Я должен это сделать, а иначе он убьет меня! — Давай! Дерись! — Справа крикнул Поттер, направляя на него палочку, и Драко обернулся, отражая проклятье заклинанием. — Нет, тебя тут быть не должно! — Драко побежал прочь от Поттера, пробираясь сквозь людей, которые толпились вокруг трупа Дамблдора, он старался не смотреть на них, но все они словно пожирали его глазами. — Прочь! Все не так! Все было не так! — Стой! Драко! — Я не хочу тебя атаковать! — Малфой стремительно развернулся к нему, и бросил палочку на землю, как вдруг из-за дерева выехал Поттер на том самом дрянном мотоцикле, направляясь прямо на него, и Драко понял, что кошмар не закончится, пока он будет убегать, а потому закрыл глаза, позволяя себя сбить, убить во сне, чтобы проснуться на яву. Поттер ехал прямо на него, не сбавляя скорости, но в последний момент стал тормозить и поставил мотоцикл на дыбы. Малфой резко сел на кровати, глубоко дыша, он был мокрым от пота и испуганным, но вид спящего Поттера рядом его успокоил, и Драко провёл рукой по лицу, стараясь согнать с себя дрёму. Он поднялся и взял сигареты, спускаясь вниз, заходя в кухню, ставя чайник. Пять утра. Поспал пять часов, уже прогресс, и Поттер не просыпался от собственных кошмаров, что ж, это лучшая ночь за последнее время, как бы кошмарно это не звучало. — Какой же бред. — Малфой тихо засмеялся от абсурдности своего сна, в котором все ужасные события объединились, сводя его с ума к чертовой матери. — Мотоцикл этот, сука. — Сквозь зубы проговорил Драко, и взял банку с кофе, но тут же остановился, так и не открутив крышку, чтобы насыпать себе растворимый кофе в банке. "Ты же знаешь, что он тебя любит?" "Он терпеть не может, когда ему указывают." "Самое дорогое у Поттера — ты и этот мотоцикл." "Нет, скорее чувство свободы." "Посмотреть на ситуацию под другим углом." — Твою мать... — Драко поставил банку на месте с неким грохотом, но Поттера это не разбудило, и быстрым шагом направился в подвал. _____________ — Нет, мне это не нравится. — Рон нахмурился и осмотрел недоверчиво мотоцикл, который самому хотелось расхреначить до болтиков. — Гарри очухается, и тут я, под раздачу за хреновое выполнение сохранности принцессы. — Уизли, заткнись. Грейнджер, что скажешь? — Драко сам был не в восторге от того, что ему пришло в голову, но если этот риск оправдан, то он готов. Готов полностью. — Не знаю, Драко. Эмоции, яркие воспоминания, страх, все есть в совокупности, но это очень рискованно. Думаешь, оно того стоит? — Поттер стоит всего. — Драко протянул руку в сторону Уизли. — У меня будет защита, и если так случится, что я встречу гребанный финал, то это лучше, чем так. — Ты... Ты кретин. — Рон вздохнул и протянул ему пакет, какая-никакая, но все же защита, что становилось спокойнее. — Ты точно вернешься вечером? — Да. Мне нужно понять, как это делать. — Малфой взял пакет из рук Рона, доставая из него новый мотоциклетный шлем. _____________ Дорога была ровная, без малейших ухабов, что придавало Драко смелости, так как пользоваться этой адской машиной никогда не входило в его планы, но он испробовал все варианты, кроме этого. Если отец оказался прав, то вот ситуация с другой стороны, твою мать. Малфой зафиксировал шлем и сел на мотоцикл Поттера, стараясь успокоить самого себя. Для начала нужно было научиться тормозить и сохранять равновесие, и тогда у него все выйдет. Он же сам обещал, что поможет Поттеру любыми способами, так что требуется выполнять обещания. — Давай. — Драко выдохнул самому себе и сорвался с места по нравоучениям Уизли. Он ехал слишком быстро и точно прямо, что ветер дул ему в лицо, глаза слезились и ему абсолютно точно это не нравилось, полеты на метле намного лучше. Но Малфой упрямо ехал вперёд, снижая скорость, что получилось вполне удачно, ехать медленно оказалось немного приятнее, но до того момента, как он решил повернуть вправо и мотоцикл занесло в сторону. Драко слетел с него, кувырком падая на асфальт, сдирая локти и ладони в кровь, но лицо и голова не пострадали благодаря шлему, и он со злости ударил кулаком по асфальту. — Почему ты не надел шлем, Поттер?! — Крикнул Малфой в пустоту, поднимаясь на дрожащие ноги, ему не хотелось заново садиться на это чудовище магглов, которое даже царапины не получило из-за охранных чар, но он прикусил губу и пошел заново к нему.