— То есть, мало того, что следов, уже на третьем по счёту месте преступления, не обнаружено, — Шелби тяжело дышал, оглядывая рабочую группу, созданную специально для расследования столь странного дела об убийстве молодых девушек. — Так ещё у второй жертвы подряд отсутствуют внутренние органы. Как вы это можете объяснить?
— Пожалуй, я выскажусь, — Анна стряхнула невидимые крошки с джинсов и уставилась на доску за спиной начальника управления, где висели фотографии убитых. Дождавшись утвердительного кивка, хотя, ей и не требовалось его одобрения, чтобы говорить.
Он должен ей слишком много.
Она приступила к своему докладу.
— Все три жертвы — девушки двадцати пяти лет. Найдены в безлюдных местах. Очевидно, что они были убиты именно там, но каких-либо следов, как на месте преступления, как уже было сказано ранее, так и на телах жертв, обнаружено не было. Девушек не связывают общие знакомства, места работы, жилья или учёбы. Однако, — Сетон запнулась, в документах последней жертвы, не было указано, что у неё был сын, но девушка точно знала, что он был.
Она ей так сказала.
— Все три жертвы одного возраста и у всех троих двухгодовалые сыновья.
— Наличие сына у третьей жертвы ещё не подтверждено, — подала голос Вероника Линн, младший следователь и по совместительству та ещё заноза в заднице.
— Ха, поверь, подтвердится, — Анна даже не взглянула в сторону говорившей девушки.
— Анна, мы не в угадайку играем, а ведём очень серьёзное дело.
— Да что ты говоришь? — девушка почувствовала, как начинает закипать. Шотландка прекрасно понимала, что Вероника не упустит шанса принизить её заслуги. — Ох, прости, я не заметила очевидного, когда вскрывала брюхо всем трём жертвам.
— Как у тебя только язык поворачивается! — ахнула Линн, прикрыв ладонью рот.
— Девушки, прекратите этот балаган, — начальник управления устало провёл руками по лицу, он знал, что мисс Сетон не ошиблась. Она никогда не ошибалась. — Вероника, дай Анне закончить свой доклад.
— Совершенно очевидно, что жертвы выбраны не случайно, но это уже не моя зона ответственности, поэтому скажу лишь то, что действительно поразило меня. Ещё ни разу я не сталкивалась с тем, что у человека без хирургического вмешательства, полностью изъяты внутренние органы. Там буквально ничего нет, кроме кровяных сгустков.
— Конечно, ты не сталкивалась, у тебя и опыта-то нет, — фыркнула Линн, но на её выпад даже никто не обратил внимания. Девушки часто показывали свой характер на общих собраниях и их коллеги очень любили наблюдать за обменом колкостями, однако всему был предел, и сейчас о был достигнут.
— Соглашусь, такое действительно происходит впервые, — Томас задумчиво почесал тёмную бороду, устремляя свой цепкий взгляд на молодого врача. — Оставьте нас, — без лишних споров, следователи и криминалисты покинули помещение, оставляя начальника управления наедине с судмедэкспертом.
— Что они тебе говорили?
— Обе просили позаботиться о сыновьях, — Анна опустила голову и светлые пряди почти полностью закрыли её лицо. — Добраться вовремя до первой жертвы я не успела.
— Знаю, тебе это не понравится…
— Нет, — голос девушки стал ниже, — не смейте.
— Анна, у нас нет другого выбора, — мужчина поднялся, заслоняя собой доску позади, — если ты не можешь до них достучаться, то сможет он. Он наш единственный выход.
— Можно подумать, он единственный медиум во всей Великобритании и Ирландии, — сцепив ладони, девушка пыталась выровнять своё дыхание, отбрасывая мысли о том, что скорее всего, вскоре они пересекутся.
Она снова почувствовала его взгляд.
Ей безумно захотелось закричать, но она всеми силами старалась сдержаться.
— Конечно, есть и другие, но…
— Никаких «но», — она махнула рукой и только тогда заметила, как сильно дрожит. — Если вы хотите, что я продолжала работать над этим делом, вы не свяжитесь с ним.
— Хватит! — мужчина знал, что перегибает, девушка перед ним имела все основания говорить то, что говорит, но у него не было иного выхода. — Не надо ставить мне условия. В конце концов, вы оба взрослые люди, пора двигаться дальше.
— Серьёзно? Двигаться дальше? — когда она посмотрела на него, Томас осознал, что всё сказанное ранее просто глупость. Рана была слишком глубока, и он не имел никакого права разбрасываться подобными словами. — После того, что он сделал?
— Главное, что ты жива.
— Знаете, — Анна поднялась с места, заправив за ухо свои светлые волосы, — лучше бы я умерла тогда. Вместе с ним, — и больше не проронив ни слова покинула помещение.
***
Устроившись поудобнее в своём кресле, Анна раскрыла папку с делом. Оно не выходило у неё из головы со дня начала расследования. Слишком странное, слишком много запредельного, нереального. Где-то в глубине души она понимала, что они имеют дело с чем-то потусторонним, но она не знала с чем. Всё, что Анна умела делать — быть первоклассным судмедэкспертом и общаться с ещё не ушедшими душами. Именно поэтому Логан два года назад притащил её в отдел по особо тяжким преступлениям. Там она столкнулась с Томасом Шелби, чем крайне была удивлена.
Мужчина тогда не знал, кто она, пока Анна всё ему не рассказала.
С тех пор, мистер Шелби не лез к девушке, полностью доверяя ей и её чутью. Ещё ни разу он не усомнился в ней, она просто не давала повода.
Не после того, что она пережила.
Сделав на голове небрежный пучок, Сетон погрузилась в воспоминания, возвращаясь к образам убитых. Что-то было не так. Что-то не клеилось.
Ну конечно! Как она могла забыть! Первая жертва не была выпотрошена. Все органы были на месте. Именно это и отличало её от двух других жертв. Однако, настоящую причину смерти, как и в других случаях, Анне так и не удалось установить. В официальных отчётах значилось, что произошла остановка сердца, от естественных ли причин или нет, она не указывала. По-хорошему, после первой жертвы, даже и не требовалось открывать дело, но всё было слишком запутанно.
Девушки умирали каждые три недели, в разных местах, но по одной и той же причине.
Кто на такое был способен?
Она не могла дать ответ на этот вопрос, как и связаться с душами этих девушек.
Но мог он, и где-то в глубине души, Анна прекрасно понимала, что он может помочь. Помочь распутать этот клубок.
— Нужно взять себя в руки, — она глубоко вздохнула, крепко зажмурив глаза, пока не увидела чёрные пятна, — Шелби прав, пора двигаться дальше. К тому же, он действительно может оказаться полезным.
Не теряя больше времени, она схватила телефон и набрала номер, который так стремилась забыть. Послышались гудки, или это так гулко билось её сердце? Прошла, кажется, вечность, прежде, чем она услышала его голос.
— Анна? — в неё будто бы вонзилось одновременно тысячи острых мечей, она была абсолютно не готова.
— Нам нужна твоя помощь, — это всё, что ей удалось выдавить из себя, прежде, чем она потеряла сознание, а из трубки донёсся его ответ.
***
— Это дело становится для неё слишком личным, — Пирс наполнил стакан янтарной жидкостью и протянул его своему начальнику.
— Понимаю, но мы не справимся без неё.
— И поэтому ты хочешь позвать Соломонса? — следователю совершенно не нравилась эта идея, но Алфи действительно был их последней надеждой.
— Ты же знаешь, что я не могу поступить иначе, он единственный в состоянии не дать ей сойти с ума, и приоткрыть нам глаза на то, что происходит, — Томас выпил виски залпом, даже не покривившись. — К тому же, им давно пора поговорить.
— Не нам решать, когда им говорить, — Пирс всегда был на стороне Сетон, он знал, как девушка тяжело переживала смерть сына, и как долго приходила в себя. — На твоём месте, я бы не стал даже сталкивать их.
— Предлагаешь отстранить её?
— Нет, — мужчина махнул головой, — сам же сказал, что мы не справимся без неё, и ты абсолютно прав.
— Тогда, что нам делать?
— Анна в курсе того, что Алфи приедет, уверен, что она сумеет совладать с собой и будет вести себя, как настоящий профессионал.
— Буквально несколько минут назад, ты говорил, что «это дело становится для неё слишком личным», — Томас нахмурился, он не понимал к чему ведёт его подчинённый и по совместительству очень хороший друг.
— Я имел ввиду то, что Сетон из кожи вон вылезет, но докопается до истины. Просто её вовремя нужно будет остановить, и с этим справится только он…как бы горько это не звучало.