Time

Когда за дверью пустота, И некому войти, И равнодушные цвета, И мутные дожди…

***

Дань Хэн проснулся посреди ночи, шёл ливень. Хотя, скорее, падал… Да? Или нет? Почему он вообще об этом задумался сейчас. Дождь шёл, хотя просто сваливался с вершины облаков и бился об асфальт. Каждый раз падал, а потом небеса забирали его обратно, чтобы вновь опрокинуть назад. Извечный цикл, который рождал жизнь. Стояла кромешная тьма, в его районе даже фонари не работали. Поэтому в комнате была бездна и кот, а за окном звук дождя. Его кровать стояла прямо под окном, небольшое пространство казалось ещё более маленьким во тьме. Таким стесняющим и давящим. Никакой свежести ночи, лишь духота, связывающая тело. Духота, запрещающая закрыть глаза. Самая настоящая бездна, где нет ничего. Дань Хэн обернулся в сторону окна. Плохо спал по ночам, даже когда снов не видел. Почему-то просыпался и более не мог уснуть. Постель казалась чужой и холоднее мокрой земли. Сейчас просидит в кровати около десяти минут, а потом сдастся судьбе и пойдёт на кухню заваривать чай, который уже давно утерял вкус. Который уже давно не успокаивает. Достанет книгу, наденет очки и в тёплом свете лампы начнёт путешествовать по мирам, забывая о том, кем действительно является. Забавно. Когда это он знал, кем является? Быть может, на самом деле он путешественник по дальним мирам? Быть может, был когда-то счастливым? И не задавал бесконечные вопросы себе? Был не скован в стенах собственного разума? Было ли такое? Были ли дни, когда тревога не преследовала его? Дань Хэн поднялся с кровати, выдохнул и приложил руку ко лбу. Придал осознанности телу, но не разуму и направился на кухню. Пол был холодным, в темноте стало виднее. Вспомнил о том, что постоянно находится в ней. Глаза теперь быстрее привыкают. Ко всему привыкаешь. Со всем… Существуешь. Со всем можно существовать, но мало с чем можно жить. Как много людей в этом мире действительно живёт? Проходя мимо зеркала, он краем глаза заметил в нём иное отражение. Он замер на несколько секунд, прежде чем вернуться обратно. Отражение было самым обычным, но секунду назад он видел тень ярких зелёных глаз, секунду назад голову посетила такая неприятная тяжесть. Кот, спавший рядом с головой Дань Хэна, спрыгнул на пол. Касание с поверхностью было совсем тихим, но таким оглушающим в этой тьме. — Прости, я разбудил тебя. — Я и не спал. Дань Хэн вздрагивает и оборачивается назад, но кот спокойно идёт к нему, а позже трётся о ноги. Юноша спешно осматривается в поисках голоса и натыкается на зеркало. — Я твоё прошлое, настоящее и будущее. Я не могу спать. Он плохо видел фигуру напротив. Лишь глаза ярко светились. Они пронзительно смотрели на него. Дань Хэн не мог понять что в них скрыто. Безразличие? Осуждение? Неприязнь? Ему было понятно только то, что эти глаза пугают. Проникают в его голову, словно крысы. Разгрызают клетки одну за другой, заполняют его разум. Разум заполняют голоса, шумные, назойливые, ужасные. Такие похожие и разные одновременно. Он хватается за голову, сжимает её, пытается унять боль и шум. — Тебе не удастся сбежать от самого себя, — голос звучит совсем не по-человечьи. И не по-звериному. Он просто звучит и всё. Проигрывается в его сознании, разрывает уши и проникает через них в грудь, — чашу страданий надо испить до конца, — голос звучит так, будто является глубоко верующим в Бога, которого так восхваляют. Дань Хэн сжимает зубы, сжимает кулаки и со всей силы ударяет в зеркало, разбивая его. — Ты можешь убивать себя сколько хочешь, — голос звучит совершенно неизменно. Безразлично, — ты всё равно возродишься. Дань Хэн так и держит руку в стекле, видит, как кровь падает на пол, как осколки стекла падают вниз, словно капли дождя. Поднимает взгляд и видит, что он всё ещё там. Яркий зелёный цвет смотрит на него. И Дань Хэн понимает, что увидит там только те эмоции, которые сам захочет. Потому что действительно общается сам с собой. За окном видна яркая вспышка света и Дань Хэн слышит какой-то вскрик. Он оборачивается в ту сторону и видит сплошную тьму. Свет исчез. И тишина вернулась. Опять галлюцинация? Дань Хэн решает подойти туда, но вдруг вспоминает о коте, который продолжал смотреть на него золотыми глазами. Дань Хэн совсем забыл о нём. Ему стало противно от самого себя. Он чувствовал себя жутко виноватым. — Ох, прости… — он под мяуканье взял кота на руки. Совсем аккуратно. Погладил его и оставил на кровати. Надо было убрать осколки, чтобы кот случайно не наступил на них. Но звуки за окном не прекращались. Кто-то дрался? Дань Хэн выглянул в окно, чувствуя некий страх от того, что не знал что ему ждать. И увидел он там совершенно не то, что мог себе представить. Нет, там был не внезапно появившийся фонарь, который наконец-то поставили на этой богом забытой улице. Там было нечто более удивительное. Келус. Келус стоял в бездонной тьме и его яркие золотые глаза выглядели так, словно принадлежали потустороннему миру. Он не мог оторвать от этой картины взгляд. Дождь тихо капал, заставляя намокать серые волосы. Опущенные взгляд, опущенные руки. Келус был похож на главного мученика этой земли. Ещё большего, чем Дань Хэн. Золото, такое возвышенное, такое чистое, искало что-то в грязной земле. Взгляд казался таким вдумчивым и отчуждённым. В миг Дань Хэн почувствовал, что они не в маленьком городке, а где-то на краю вселенной. Одни. В полной темноте наедине друг с другом. Дань Хэн не знал, кто был перед ним, но он выглядел… Выглядел не как бог. Не демон, не монстр, не зверь… Как глубоко уставший человек. И Дань Хэн единственный зритель, которому позволено лицезреть эту слабость. Это лицо скрытое за дождём. Дань Хэн срывается с места, наспех надевает собственные ботинки, впопыхах открывает дверь, буквально валится на неё и, расплёскивая все лужи, выбегает на улицу. Ночной воздух, смешанный с водой, ударяет в нос, прибавляет резкости глазам. Его нет. Келус исчез. Дань Хэну остаётся гадать: галлюцинация это или реальность. Стоять под дождём и думать о том, что он сходит с ума.

***

В школу он пришёл с неуверенностью. Специально обходил коридор, где встретил галлюцинацию от которой сбежал. Или не галлюцинацию? Он не знал. Не знал. Не знал. Ни черта не знал. Партнёр по проекту уже не так сильно волновал, как внутренние проблемы и набирающие оборот галлюцинации. Дань Хэн начал сомневаться во всём, что окружало его. Сон это или реальность? Идя по шумному коридору, он внезапно подумал. Да, внезапно. Но при этом так тихо и лаконично. А может умереть? Ощущения того, что он может закончить это в любой момент опьяняли. В любой момент ведь можно взять нож, перерезать себе горло и… Всё. Конец. Но что-то останавливало его. Или хрупкие бледные руки, которые не могут выдержать ножа. Или физическая боль. Или ещё что-то, что затеряно в сознании. — Дань Хэн! — внезапно позвал кто-то его в коридоре. Этот позыв заставил его очнуться. Редко его кто-то зовёт, да и редко это кто-то из учеников. Он обернулся и увидел своего одноклассника. — Мин? — Ты знаешь моё имя, какое облегчение… — улыбается юноша, подходя к Дань Хэну и протягивая руку для рукопожатия. Тот немного удивляется, но всё же тянет руку в ответ. — Конечно, мы же одноклассники, — не понимает удивления Дань Хэн. Удивляться тут надо было именно ему, так как именно с ним в этой школе никто не общается. — Да-да… Я в общем зачем тебя звал! — воодушевлённо говорит он. — Может, сделаем проект вместе? У меня нет партнёра, да и мне нравится биология! Тебе, вроде как, тоже? — Ты очень наблюдателен, — замечает Дань Хэн, встречая некую перемену в настроении собеседника, но не встречая новой фразы. — Да, я был бы рад. Как раз переживал из-за этого, — он улыбается, радуясь тому, что к нему кто-то обратился. — Честно говоря, я переживал, что ты откажешь, — спешно и как-то смущённо произнёс Мин, — просто ты не особо общительный, вот я и надумал всякого. А ты оказывается неплохой парень! Может сходим в кафе после уроков? У нас собирается компания. Небольшая! Четыре человека включая тебя. Обсудим как раз проект, — он тянет руку, чтобы похлопать Дань Хэна по плечу, но во время понимает свою ошибку и отстраняется. — Ах, прости-прости, привычка, — неловко улыбается Мин. — Так что? Дань Хэн крайне удивлён этим предложением. Впервые за долгое года обучения его приглашают… Пообедать вместе? Пообщаться? Впервые кто-то проявляет инициативу, чтобы сделать проект. — Конечно. Он даже не думал, когда отвечал. Этим он займётся чуть позже, когда придёт на урок. Думать о чём было. Для начала Дань Хэн начал размышлять над тем, почему же его пригласили. Он никогда не пользовался популярностью у сверстников, да и вообще кого-либо. Так, сидел на последней парте, не был странным, был просто тихим и погружённым в себя. Отстранённым от всех и даже самого себя. А вдруг на встрече он превратится в монстра? А вдруг приступ случится? А вдруг он не найдёт общий язык и выставит себя посмешищем? Все мысли скатывались в кучу и вели к тому, что стоит отказаться от встречи в последний момент. Уроки тянулись, а Дань Хэн всё плохо соображал и пытался вникнуть в рассказываемые предметы. Мысли тянулись невидимой нитью от приглашения в кафе и проекта до сегодняшней странной ночи. Келус точно был как-то связан с тем, кем же на самом деле является Дань Хэн. Но почему же тогда не выходит на контакт? Для этого должна быть какая-то причина. Дань Хэн привык, что не он двигает жизнь, а жизнь двигает его, поэтому не хотел предпринимать первых шагов. К слову, сам Келус вообще никак не отличался от вчерашнего дня и позавчерашнего. У Дань Хэна всё ещё оставалось странное ощущение в присутствие Келуса. Словно напротив тебя в совсем тёмном лесу стоит медведь, а ты застыл от страха и не знаешь что делать. И это всё сопровождается чувством, будто вы знакомы. Знакомы уже много лет, но по какой-то причине между вами толстая стена созданная непонятно из чего и непонятно кем, непонятно зачем. Дань Хэн предполагал несколько вариантов своего происхождения и вытекающих последствий из этого. Когда он очнулся, иначе это не назвать, был в доме, где его ждала инструкция собственной жизни. И пилюли, которые шли как бонус. Связывая все эти вещи Дань Хэн начал думать о том, что его память была насильно стёрта. Но зачем кому-то стирать ему память? На это Дань Хэн тоже выстроил собственную теорию. Насмотревшись фильмов и наслушавшись сверстников, увидев пару телепередач про сверхъестественное, ему пришла в голову идея того, что над ним ставили эксперименты. Либо этот эксперимент неудачен и его сослали на край земли, заставив обо всём забыть, либо эксперимент успешен и он продолжается прямо сейчас. Но… Рога, волосы, глаза — всё это выглядит так, будто эксперимент удался. Тогда зачем забывать? Его не могли контролировать? Или сам Дань Хэн не мог контролировать себя? В этой теории место теперь занял и Келус. Он либо такой же эксперимент, либо один из учёных, либо вообще пришелец. Может и Дань Хэн пришелец? В конце концов, все его предположения могли оказаться бредом, но все эти фантазии хоть как-то успокаивали его временами. Порой ему казалось, что стоит просто свыкнуться с таким образом жизни. Перестать думать о том с чего всё началось. И он вроде ничего не делал, чтобы узнать тайну своего происхождения, но эти мысли рылись как крысы в его голове. Это жутко раздражало. Собственная беспомощность. Сейчас Дань Хэн думает о том, чтобы просто течь, как вода, слиться с собственным существованием. На одной из перемен Дань Хэн заметил, что Келус прошёл мимо его парты. Вроде ничего необычного, но парню показалось, что тот что-то взял с его стола. Рука странно скользнула по его столу. Может случайность? — Марк, как думаешь, купить оригинал или подделку? — тёмно-синие глаза Кэрол оценивающе смотрят на экран телефона, который она тыкает в лицо Марку. — Какая тебе помада? Ты бы бальзам купила, все губы искусаны, — бормочет тот, внимательно наблюдая за каким-то одноклассником. — Опять сплетен собрать хочешь, — выдыхает она. — Лучше бы параграф повторил, — девушка пихает ему под нос книгу по истории. Тот закатывает глаза, отпихивая книгу и заглядывая обратно на одноклассника. Дань Хэн понятия не имеет, что там тот такого увидел, поэтому просто подошёл к своему столу, делая вид, что ничего не произошло. Стол был таким же, как и до этого: учебник, тетрадь, пенал… Если тут что-то и забрали, то то, что положил явно не Дань Хэн. Келус стоял у доски и беседовал с парнями, те что-то усердно объясняли ему. Это, вроде, баскетбольная команда его, да? Ну, точнее те ребята, с которыми он играет. Дань Хэн нахмурился. В его голове появлялось всё больше вопросов, ответов на которые он не знал. Последние уроки закончились и к Дань Хэну подскочил Мин, который сказал о том, чтобы все они вчетвером встретились около дверей в школу. Дань Хэн кивнул и поторопился переобуться в раздевалке, он боялся, что они уйдут без него или это окажется розыгрышем или каким-то спором. Но до последнего верил в то, что он наконец найдёт приятелей, станет чуть более походить на нормального. Юноша невольно улыбнулся своим мыслям, музыка в его наушнике была весёлой и настраивала на хорошее настроение. Он обошёл стороной тот коридор, переходя в нужное крыло через другой этаж. Сегодня было много уроков, их класс был последним, который завершал их, поэтому было пустынно. Пустынно как вчера. Но не темно. Когда нет темноты, становится легче. Дань Хэн по каким-то причинам даже мог бояться темноты в особо острые моменты для его сознания. Интересно, с кем общается Мин? Может, там будет Вин? Было бы неплохо, может так Дань Хэн узнает о том, был ли он тем, кто оставил записку. А были ли у Дань Хэна друзья? Нет, не у него самого, а того, кто находится в зеркале. В голове. Были ли у него друзья? Те, кому он мог рассказать самый сокровенный секрет? Уйти ночевать во время кошмаров? Были ли такие люди? Были ли хотя бы те, с кем он мог послушать музыку или обсудить новости. Быть может, пообедать или поужинать вместе? Все эти мысли пришли в его голову из-за скорой встречи с одноклассниками. Он надеялся, что они смогут стать друзьями. Что проект этот будет не последним, что встреча эта тоже не будет прощальной. Дань Хэн, как бы не нуждался в общении, всё же нуждался в нём. Это сложно объяснить — это надо ощутить на себе. Это когда ты не думаешь о том, что тебе нужны друзья, но когда смотришь на других, в твоей груди начинает щемить. В твоих мыслях возникает: «там мог быть я». Отсутствия друзей и хотя бы тех, с кем ты можешь поговорить, отсутствие абсолютно всех, полное ощущение пустоты. Это как квартира без света, без шума труб, без шума улица, ветра. Ты не осознаёшь того, что тебе нужно всё это, потому что ты так никогда не жил. Но у Дань Хэна щемит в сердце, когда он видит задорную девчонку, что весело общается с нелюдимым парнем. Когда жизнерадостная учительница становится матерью для брошенного ученика, когда этот брошенный ученик дружит с одноклассником и порой ужасно спорит, но потом они неизменно идут вместе на станцию метро. Когда учительница и учитель мягко общаются друг с другом. Это всё кажется таким далёким, таким знакомым, таким… Пустым? Пустым потому, что Дань Хэн не может наполнить эти фигуры чувствами и эмоциями, они выглядят как строчки в его сознании, как чувство дежавю, которое ты теряешь через пару секунд. Коридор почти закончился, Дань Хэн ступает на лестничную площадку, но тут внезапно кто-то хватает его за горло и тянет назад. И тогда наступает лишь тьма.

***

Он просыпается в коридоре тёмной школы. Темнота окружила его именно в тот момент, когда он боится её больше всего. Здесь было холодно, школьные картины едва видны под лунным светом. Дань Хэн сидел на плитке, спина его опиралась о побелочную стену. А перед ним лежал труп, жутко окровавленный. Такой окровавленный, словно человека искусал охотничий зверь. За окном темнота, луна и сильно звёздная ночь. Он опоздал на встречу с Мином. Мин сильно разозлился?