Дом, в котором я была счастлива

Маргарите было не до сна. Её душа, казалось, прочной нитью связана с экспериментами, — ну кто же кроме неё будет разрабатывать Гифт? И, к тому же, продолжать дело любимого отца, ведь медицина привлекала Маргариту с самого детства, стоило лишь узнать о том, что он работает врачом. Наверное, потому-то книг по медицине, включающих в себя пособия по химии и биологии, в доме было достаточно. И на тот момент ещё юная Феликс решила, что будет учить всё это. И правда, помогло, когда Маргарита получила образование в свои шестнадцать лет — довольно-таки рано, но умница же. Вот только потом ей стало не до книг — сердце девушки занял тот, с кем ещё в детстве она была помолвлена. Наследник рода маркизов, Каспар Бланкенхайм. Чудесный синеволосый юноша, подаривший ей деревянное колечко, разве это не прелесть? А Его слова о любви, которые так любила слушать Маргарита? Несомненно, лучше него не было ни единого человека, кто смог бы подарить ей такие же чувства, как Он. Каспар. Жених и будущий муж. Принц. Очень жаль, что потом Ему стало совсем не до неё, иначе как объяснить всех этих девушек в их доме? Глупые воспоминания и мечты о счастливой жизни, но Маргарита продолжала — пусть и в глубине своей души осознавая то, что счастлива никогда не будет, — верить, что когда-нибудь Каспар перестанет вести себя как плейбой и наконец обратит внимание на неё — свою законную жену, на минуточку, а не какую-то там подружку из соседнего квартала. Что уж говорить о детях... Вряд ли Каспар мог быть рад детям, но если подумать, то, может, всё стало бы хорошо... Правда, на данный момент Ему явно не до этого — будучи мёртвым, в гробу не до семьи. ... Маргарита с блаженством закрыла глаза, потягиваясь. Постоянно сидеть за столом, разбирая ингредиенты, явно утомляет, пусть Маргарита и не испытывала усталости как таковой. Просто... скучно. Но Эллука надеется на неё; она будет рада увидеть, что Бланкенхайм старается над данным ей заданием и — успешно — справляется со всеми этими сложными формулами, пока жидкость в маленьком флаконе красиво блестит бирюзовым оттенком. «Снова думаешь об этой женщине?» Ева. Уж её-то голос ни с чем не спутать. — Конечно. Хотя, — Маргарита прищурилась, словно глядя на невидимую собеседницу, — немного не привыкну к тому, что ты можешь читать мои мысли. «Может быть. Ладно, тебе нужна помощь?» Иногда Ева была заботливой, и в сердце Маргариты разливалось тепло. — Нет, благодарю. Я почти закончила. Думаю, разработка Седьмого Гифта не займёт много времени, а там уже всё станет ясно. Маргарита взяла в руку флакончик и нежно сжала пальцами стекло, осторожно, конечно же, чтобы не сломать ненароком. Её чудесное, милое создание, ничем не отличается от ребёнка, которого у самой Маргариты никогда не будет. От этой мысли на лице появилась тень улыбки, а с губ слетела усмешка: «Ничего, дитя, скоро ты поможешь своей матери».